Смерть - это искусство
[Внимание! В главе присутствуют сцены насилия, насильственной смерти, описания жестокого обращения с человеком. Читайте с осторожностью!]
Поздний вечер, темный лес, тишина...Только тихие человеческие шаги и шелест листьев нарушают эту тишину. Ким Ëнса медленно шел по лесу за общежитиями. Шаг. Второй. Еще. Ветки деревьев царапали лицо, цеплялись за одежду, но ему будто бы все равно. Ёнса лишь поглубже закутался в кофту и шел дальше, заходя в лес все глубже и глубже. Он бежал в лес от проблем, жестоких сокурсников и несправедливых учителей потому, что алкоголь его уже не спасал. Как не спасали и лёгкие наркотики. И вот, наконец, огни фонарей, освещающих дорожки и свет из окон общежития перестали пробиваться через густые кроны деревьев, и темнота окутала парня на пару с тишиной. Он остановился, закрыл глаза и вдохнул свежий воздух, наполненный ароматами пахучей сосновой смолы, мокрой от недавно прошедшего дождя травы, прислушался к звукам ночного леса, в котором уловил шелест листьев на ветру, тихое шуршание мелких ночных зверюшек в кустах, звон скрывающихся с веток капель воды. Вдруг справа от Ким Ёнсы послышался хруст. Он распахнул глаза и посмотрел в сторону, с которой донёсся странный шум. Он попытался разглядеть что-то в темноте крон, вглядывался в пустоту, но ничего не видел. Может, ему просто почудилось? Там никого нет, это просто ветер, не более. В темноте что-то блеснуло. Просто очередная хрустальная капля, и все, сказал себе Ёнса и, развернувшись, поспешил уйти дальше. Хоть он и сказал себе, что это просто ветер и вода, его не покидало странное чувство чьего-то присутствия. Он здесь не один. Он здесь явно не один. Послышался новый хруст, только теперь слева. Ким начал нервничать и, незаметно для себя, ускорять темп. Раздвигая ветки руками, он почти бежал. Его захлестнула паника. Звуки преследовали его. Хрусть. Хрясь. Хлесь. Хрусть. Хрясь. Хлесь. Он выбежал на полянку, освещённую луной, и споткнулся. Распластавшись на земле, Ёнса весь вымазался в грязи, намокшие волосы закрыли обзор. Сквозь мокрые пряди он увидел тень, приближавшуюся к нему. В ее руках блестел охотничий нож. Кажется, таким убивают дичь. Ким Ёнса попытался встать, но поскользнулся на грязи, взбаламученной им самим и вновь упал. Он судорожно искал что-то вокруг себя, шарил руками в поисках какого-нибудь предмета обороны, метал глазами из стороны в сторону. А тень все приближалась и приближалась, пока, наконец, не нависла над ним, прижав его к земле, отнимая последний шанс на побег. Ким Ёнса испуганно смотрел на человека напротив. Он был одет в черный плащ с капюшоном, накинутым на голову, поэтому разобрать в этой черной пустоте мужчина перед ним, или женщина, было не возможно.
– Мой мальчик, чего же ты боишься? Я просто поиграюсь. Голос. До боли знакомый голос.
Ким Ёнса судорожно пытался вспомнить, где он мог его слышать, но разум отказывался что-либо вспоминать. И распознать пол по голосу тоже не хотел. Или не мог. Голос был таким... Таким приятным... И мог быть как и у мужчины, так и у женщины. Тень резко обхватила лицо Ёнсы одной рукой, а второй провела по нему кончиком ножа. А потом надавила, пуская кровь. Ким Ёнса истошно закричал, на что его мучитель лишь усмехнулся и продолжил пытку. Он провел ножом от правого уголка губ вверх по щеке к самому уху. Его жертва кричала, этим самым причиняя себе ещё бо́льшую боль и доставляя мучителю огромное удовольствие. Он снова схватил его лицо и повторил "ритуал" с левой стороной. Ёнса извивался под тенью, но не мог вырваться из его хватки. Он дёргался, захлебывался кровью, стекающей в его рот от ран, нанесенных только что тенью, плакал от ужасной боли, настигшей его неожиданно, будто внезапный порыв сильного ветра, кричал, срывая голос. Но никто его не услышит. Никто не поможет.Мучитель вдоволь насладился ужасной картиной разрезанного рта своей жертвы и перешёл к рукам. Он резал их, нанося какое-то одному ему известные узоры, слизывая с ножа кровь Ёнсы. Он ломал его пальцы, выворачивая их в невероятных углах, срезал с них кожу, оставляя на месте некогда красивых тонких рук лишь страшное кровавое месиво.Ким Ёнса уже не кричал. Он посто не мог. Он порвал связки, и к неимоверной боли на лице и в руках добавилась ужасная боль в горле. Он хрипел, кашлял, сипел вместо криков, добивая израненные связки. А его палач не останавливался.Он резко перевернул обессиленную жертву на живот и задрал его кофту, и ему открылся взгляд на белоснежную спину. Тень провела по ней рукой, выбирая место. Найдя его, она вонзила нож. Ёнса снова тихо захрипел, когда нож пришелся по его спине. Он разрезал тонкую кожу, оставляя на ней буквы. Ким Ёнса. Он вывел на нем его же имя. Парень уже ничего не соображал. Ему было адски больно. Теплая алая кровь стекала по его щекам, по рукам, спине, пропитывая кофту, расползаясь на белых рукавах рубашки алыми розами.Разум Ёнсы затуманился. Он не шевелился, но ещё дышал. Жизнь ещё теплилась в изуродованном теле, но мучитель наигрался и собирался прикончить его. Он резко схватил его за черные слипшиеся волосы, оттянул голову назад и полоснул ножом по его горлу. Ёнса начал захлёбываться обильно поступившей кровью, его обессиленное тело вновь забилось в предсмертных конвульсиях.
Он бился не долго. Тело несколько секунд дергалось, а потом глаза Ёнсы закатились, тело обмякло, и палач выпустил его обвисшую голову из рук. Она с хлюпаньем приземлилась в ужасную смесь из крови и грязи. Тень встала и вновь слизал ещё теплую кровь Ёнсы. Из под капюшона виднелась сумасшедшая улыбка, больше напоминающая звериный оскал.
– Спокойных снов, Ким Ёнса.
Тень подхватила его на руки и понесла к опушке. Здесь его никто не найдет, а она хочет славы. Хочет, что бы это убийство повергло всех в страх. Тень хочет, что бы ее боялись. Пройдя метров 300, убийца вышел на опушку неподалеку от общежития и бросила Ким Ёнсу на землю. Он глухо ударился об землю и застыл. Убийца кинул на него безразличный взгляд и скрылся в лесу, оставив Ёнсу одного под прекрасной белой вишней, которая роняла белые пушистые цветки на изуродованный труп Ким Ёнсы, обрамляя лоскуты его изрезанной кожи, изорванных сухожилий и связок и чудовищную улыбку Глазго на лице. Улыбку, что больше никогда не сойдёт с его лица.
***
Небольшой лучик солнца, которое было неожиданно в такое время года, светило в окно кабинета, попадая прямо на лицо Джисона, от которого он закрывался волосами и руками. Он внимательно слушал лектора, и думал как бы быстрее уже слинять с последней пары, пойти в уже полюбившиеся Хану кафешку за кофе и любимой булочкой для Ликса. Ну, возможно, он что-то возьмёт для Сынмина. Нудно, но жить можно. Вот как бы Джи описал последнюю неделю октября. Слякоть, грязь и небольшой град. Он не любит такую погоду, даже частично ненавидит. Как обычно в четверг, Хан вышел с кабинета, и стал спускаться по лестнице на второй этаж, где встретился с Гу Ëн. Она ждала его уже с сумкой на лестничном пролёте. Волосы были завязаны в фирменный пучок, глаза упорно смотрели в экран телефона, по нему скользил палец, а вторая рука лежала в кармане. Подойдя к ней, Хан вручая стопку рабочих материалов для Ëн, поздоровался:
— Привет. Ты как?
– Сойдет. Пойдем или мы ждем еще кого-то? — спросила она
– Неа, идем.
Вдвоем они вышли из корпуса и направились к кафе, попутно болтая о учебе и предстоящих студенческих событиях. Хан почувствовал вибрацию телефона, когда они уже почти дошли до долгожданного места, и достав его из кармана, хмуро посмотрел на абонента входящего звонка. Что неожиданного, так это то что ему вдруг решил позвонить Чонин. Попросив Гу немного задержаться, он ответил на звонок, прикладывая телефон к уху.
— Алë? - пробормотал Джисон, прислоняя телефон к уху.
— Джи, ты? — по ту сторону послышался нервный голос принадлежащий вроде Айену. Было слышно, что произошло неизвестное и шокирующие событие — Можешь помочь пожалуйста...
— Что случилось? — решил все таки выяснить Хан, постукивая ногой по траве.
— Просто помоги. — он чуть не плача, заставил себя проговорить всего несколько слов — помоги, Хан Джисон.
Оглянувшись на подругу, он спросил у Чонина где он сейчас находиться. На что, тот ели как смог примерно ответить. По словам парня, он находился довольно не далёко: он был на опушке леса, которая находилась за их общем общежитии. Гу Ëн пошла вместе с ним, до сих пор не доумивая что происходит. Собственно говоря, как и Джи. Отойдя от кафе, и как можно быстрее идя к пункту назначения, они пытались совместно предугадать дальнейшие события, но все тщетно. Уходя за общежитие, они увидели силуэт Чонина и уже начали бежать к нему. Но тут резко они остановились от осознание всей проблемы, которую им пытался сказать уже взволнованный парень.