Chapter 11.
Mackenzie's POV
Следующим утром мои глаза начали открываться, медленно приспосабливаясь к свету. Я почувствовала, как улыбка поползла по моему лицу, когда я увидела прекрасные зеленые глаза, которые всматривались в меня, находясь от меня в нескольких дюймах. Мне потребовалось пару минут, чтобы вспомнить, где я была и что произошло на прошлой неделе. Я быстро съежилась от Гарри, толкая его руки от меня, которые были вокруг моего тела.
Он поспешно отреагировал, выпрыгивая из-под одеял и делая несколько шагов от кровати. - Прости, прошлой ночью я хотел остаться с тобой. Спи, - сказал он до того, как вышел из своей комнаты.
Часть меня хотела, чтобы он вернулся обратно в кровать ко мне, желая занять его пустоту. Другая часть меня была так зла за то, что он сделал и что собирался сделать: использовать меня снова.
Я не могла оставаться в кровати после этого - слишком много вещей пробежали через мой разум.
Почему он держит меня в своем доме? Почему он так добр? Что он должен объяснить мне? Есть ли у меня все еще чувства к нему?
Я уже знала ответ на последний вопрос. Конечно, у меня все еще остались чувства к нему и, возможно, всегда будут. Но есть одна вещь, в которой я уверена - я не могу доверять ему.
В конце концов я вылезла из кровати и потянулась. Я взглянула на часы и поняла, что уже одиннадцать тридцать. Это было поздно для школы.
Я выбежала из спальни Гарри, и восхитительный запах вторгся в мои ноздри. Там, на кухне стоял мой бывший парень, готовя.
Я пыталась игнорировать то, каким горячим он был, когда я подошла к нему. - Я иду в школу.
Гарри повернулся вокруг, его лицо приняло серьезное выражение. - Ты не можешь уйти, пока не выслушаешь меня.
Мои глаза метнулись к часам на микроволновке и обратно к нему. Я решила позволить ему сделать это, зная, каким Гарри был серьезным.
Я скрестила свои руки и потопала ногой. - У тебя пять минут.
На его лицо скользнула улыбка, заставляя мои колени подкашиваться. - Спасибо тебе большое, Кенз. Кстати, я сделал тебе завтрак.
Я сдерживала в себе усмешку, он просто был слишком чертовски милым. - Тик-так...
Гарри кивнул своей головой. - Просто выслушай меня, я знаю, что ты, возможно, не поверишь мне и я пойму, если ты ненавидишь все мое нутро, но я обещаю тебе, что скажу правду.
Я не сказала ни слова, я просто продолжала смотреть на него, давая ему понять, что он может продолжить.
Он выдохнул, начиная свое объяснение. - Тогда, в прошлый понедельник, когда мне позвонили из офиса, директор Джонсон сказал мне, что поступило анонимное сообщение, говорящее, что я был во взаимоотношениях со студенткой. Он сказал мне, что я должен закончить это, не позволяя девушке узнать, что я был вынужден сделать это. Он сказал, что если я не сделаю это, я буду уволен.
Гарри остановился на секунду, позволяя информации пройти через меня.
- У меня не было ни единой идеи, почему я порвал с тобой таким ужасным способом, я так сожалел об этом, и единственное, о чем я жалею больше всего, что я поставил свою работу прежде тебя. Мне так стыдно, что я позволил девушке, в которую я абсолютно влюбился, ускользнуть через мои кончики пальцев.
Он остановился снова, ожидая моей реакции.
Когда я услышала, что он любит меня, я была так близка к обмороку. Я была так уверена, что он не заботился обо мне, а только о том, что я дала ему, пока он не вывалил на меня все это. Я не знала, что и думать, как чувствовать, или что делать. Я просто стояла там, ошарашенная.
Гарри понял, что я не собираюсь ничего говорить, пока он не закончит, так что он начал говорить снова. - Ты не представляешь, как плохо я себя чувствовал, видя тебя плачущую, видя, как я причинил тебе боль. Когда я не видел тебя в школе, я чувствовал, будто часть меня ушла. Я ходил искать тебя и нечаянно услышал чей-то разговор. Она сказала, что она посетила тебя, и ты выглядела ужасно. Она сказала, что ты выглядела сломленной, что ты порезала все свои руки. Я не хочу верить в то, что услышал - что я причинил тебе слишком много боли.
Он взглянул на мои укрытые руки, медленно поднося свою руку ближе и ближе к краю моего рукава. Я позволила ему поднять мой рукав вверх на дюйм или два до того, как он отстранился.
Когда он увидел разрезы, покрывавшие мои запястья, он не выдержал. Слезы начали литься вниз по его щекам, его лицо стало бледным. Он начал трясти своей головой в полном отчаянии. - Мне так жаль, Маккензи. Я ненавижу себя за те вещи, которые сделал с тобой. Если бы я мог повернуть время вспять, я бы не сделал этого. Ты, из всех людей, не заслуживаешь того, чтобы с тобой так обращались. Мне так жаль.
Я не могла стоять там и смотреть на него, когда он был так уязвим, так печален. Я знала, что я должна была быть зла на него, но я не могла помочь себе. Я сделала шаг вперед и обернула свои руки вокруг него. Я тоже начала плакать, позволяя новой порции соленой воды вылиться из моих слезных потоков. Когда он притянул меня ближе, замыкая свои руки на мне, я почувствовала себя в безопасности. Я почувствовала, как будто я была дома. Я чувствовала, что я была там, где должна быть.
Мы плакали в течение нескольких или более минут, позволяя нашим эмоциям выйти наружу. В конце концов наши рыдания превратились в икоту, и наши лица были липкими от остатков слез.
Я решила идти вместе со своим сердцем, а не со своей головой. Я решила дать ему шанс, хотя, вполне возможно, в конечном счете могу получить душевную травму снова. Я решила рискнуть. Я решила вернуть Гарри назад.
Я повернула своей головой, мой взгляд утопал в зеленых орбитах Гарри. - Я прощаю тебя.
Он уставился на меня с отсутствующим выражением лица, не веря тому, что я только что сказала.
Вдруг, я почувствовала, как его губы столкнулись с моими, давая мне лучший, самый страстный поцелуй, который когда-либо у меня был.
Спустя несколько минут, он, наконец, оторвался от меня. - Я так сильно люблю тебя, Маккензи Миллер.
Я улыбнулась, счастливая тем, что все снова вернулось в норму. - Как же сильно я люблю тебя, Гарри Стайлс.
- Я обещаю тебе, что никогда больше не причиню тебе боль. Я никогда не поставлю что-либо перед тобой, потому что ничто больше не имеет значения, кроме тебя. Только мы.
Я кивнула, надеясь на то, что он только что сказал было правдой.
Я почувствовала, как заурчал мой живот, позволяя нам обоим - Гарри и мне узнать, что я была голодна. Мой парень улыбнулся, появилась его очаровательная маленькая ямочка. Он выдвинул для меня стул, затем пошел вперед, чтобы подать мне тарелку с блинами, яичницей и беконом.
Мы оба начали копаться в этом, не говоря и слова, потому что наш голод взял верх над нами.
Вдруг, одна мысль заскочила ко мне в голову.
Я проглотила полный рот еды и очистила свое горло. - Так кто прислал сообщение директору Джонсону?
Я увидела, как кровь отлила от лица Гарри. - Нет... но... девушка, разговор которой я подслушал, твоя подруга... это была она.
Кэннэди.
Я почувствовала, как мое тело охватила злость, но я быстро погасила ее, просто не желая злиться, когда я стала счастлива впервые за неделю.
Гарри положил свою вилку вниз и встал. - Говоря о директоре Джонсоне, я должен позвонить ему.
Мои брови свелись вместе. - Почему?
- Я собираюсь уйти, - случайно сказал Гарри, добравшись до своего телефона.
Я немедленно почувствовала, как мой желудок упал. Я быстро вскочила и вытащила телефон из руки смутившегося Гарри.
- Нет, ты не можешь.
Он посмотрел на меня так, словно я была сумасшедшей. - Он конкретно сказал мне - или ты, или моя работа. Я не совершу эту же ошибку снова, я выбрал тебя.
Я потрясла своей головой. - Ты не можешь, Гарри! Во-первых, нас не должны видеть вместе так часто, а во-вторых, я не могу позволить тебе уйти со своей работы из-за меня. Я просто не могу. Мы сможем заставить это работать, я обещаю.
Гарри думал на тем, что я сказала. - Что ты имеешь в виду...
Я улыбнулась, наслаждаясь тем, что он обдумывает мой план. - Мы просто будем немного осторожней, составим лист правил.
Учитель внутри Гарри быстро отреагировал, доставая листок бумаги и ручку.
Спустя несколько минут мы придумали ряд из пяти правил.
1. Наши отношения остаются в этой квартире.
2. Нас не должны видеть вместе.
3. Мы должны посылать взгляды друг другу в классе менее заметно.
4. Мы не можем говорить кому-либо о нас.
5. Кэннэди - лживая сука, и мы не можем доверять ей.
Я толкнула Гарри на последнем, но в итоге он оставил его. Он ненавидел то факт, что моя дружба была разбита из-за него, но я пыталась дать ему понять, что она клялась, что не скажет никому и она не сделала это. В принципе это эквивалент убийства новорожденного ребенка в передней его родителей. (Что?!)
После соглашения с правилами, мы положили листок подальше. Я посмотрела на Гарри, у которого вдруг ухмылка заиграла на губах.
- Как долго твои родители будут в отъезде?
Я пожала плечами, чувствуя, как улыбка формируется у меня на лице. - В течение трех или более дней, в меньшей степени.
Гарри сделал шаг ближе. - Значит, в течение не менее трех дней ты моя, - сказал он до того, как оставил сладкий поцелуй на моих губах.