Поймайте меня

Мэл лежала так уже больше часа — лицом вниз, не двигаясь и не разговаривая со мной.
Песня Lucid Dreams играла на повторе, и хотя я любила её, теперь меня уже начинало подташнивать от каждого «I still see your shadows in my room».

Подойдя к колонкам, я выключила музыку, подошла к Мэл, потянула её за ногу и начала тащить по полу в сторону кухни.
Она захихикала сквозь всхлипы.
— Энн, отстань... — простонала она, но я продолжила тянуть.

— Хватит валяться, пошли лечиться вином, — сказала я, вытаскивая из пакета продукты.

— О, вино! Энн, ты просто богиня, — оживилась Мэл и потянулась к бутылке.
Я резко убрала её руку.

— Можно, пожалуйста, вина? У меня горе, если ты не заметила! — недовольно буркнула она.

— Заметила, но вот только ты до сих пор не рассказала, что случилось, — ответила я спокойно.

Мэл фыркнула, скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. Слёзы опять начали подступать к глазам, поэтому я молча достала бокалы, налила вино, аккуратно разложила сыр, чипсы и шоколад.

— Ну... ты же знаешь, что не так давно мы расстались с Юрайей, — начала она.

— Не так давно? — удивилась я. — Мэл, прошло уже два с половиной года. Почти три!

Она бросила на меня возмущённый взгляд, отпила из бокала и продолжила:
— Ну да, но мы ведь полтора года не виделись. Чувства вроде подутихли, я даже начала встречаться с другими парнями, но...

— Мэл, — перебила я мягко, — ближе к делу, ладно?

— Я сейчас вообще ничего не расскажу, если ты продолжишь свои язвительные комментарии.

— Всё-всё, извини. Я слушаю.

Она кивнула и глубоко вдохнула.
— Когда Юрайя снова начал с нами общаться, я думала, что это просто дружба. Но чувства вернулись. Я пыталась их заглушить, но не смогла. Хотела сегодня поговорить с тобой об этом, но ты написала, что уезжаешь с Эдом... Мне стало обидно. Ты живёшь, дышишь, двигаешься, а я будто застряла.

Я почувствовала укол вины. Я знала, что она всё ещё переживает, но не думала, что настолько.

— Я разозлилась, что снова всё чувствую, — продолжила Мэл. — И решила поставить точку. Написала ему. Он был свободен, согласился встретиться. Я сказала, что до сих пор его люблю...

Она осеклась, сжимая бокал.
— А он сказал, что не может ответить взаимностью. Что его сердце уже занято. Что мы пробовали, но не подходим. Я начала плакать, а он просто сидел и молчал. Потом сказал, что если это повлияет на нашу дружбу, то готов исчезнуть из моей жизни.

Я тяжело выдохнула. Это очень в духе Юрайи — он всегда берег Мэл, даже от самого себя.

— А ты что ему сказала? — спросила я.

— Что пусть просто даст мне недельку без него, — ответила она устало.

Мы сидели молча несколько минут, потягивая вино.
Потом я сказала тихо:
— Мэл, ты же знаешь, что достойна лучшего?

Она горько усмехнулась:
— Я просто устала быть сильной. Хочу хоть раз быть мягкой и хрупкой.

— Может, ты и не хотела быть сильной, но это когда-то сделает тебя счастливой, — улыбнулась я.

Она кивнула и снова налила себе вина.

Дальше разговор потёк легче — как после грозы, когда воздух становится чище.
Я рассказала про прогулку с Эдом и новых друзей. Мэл оживилась, и вскоре мы уже смеялись.

— Слушай, — вдруг сказала она, хитро прищурившись. — У нас новый парень в районе появился. Высокий, спортивный, чёрные волосы, идеальное тело, губы — просто огонь. Глаза такие тёмные, что утонуть можно. Я готова выйти за него замуж.

— А как же Юрайя? — усмехнулась я.

— Юрайя — прошлое. Пошёл он к чёрту. Потерял такую красотку.

Я рассмеялась:
— Узнаю мою девочку. И кто этот идеал?

— Макс, — протянула она. — Поступил в твой университет, вроде тоже на психфак.

— Серьёзно? Когда ты успела всё это выяснить?

— Он зашёл в наше заведение. Я заменяла бармена и, ну... просто немного расспросила.

— Конечно, — вздохнула я. — Классика в твоём стиле.

— Я не узнала, на каком он курсе, — продолжила Мэл, — но если он учится с тобой, судьба сама всё решит. Только учти: если ты его не соблазнишь, я это сделаю!

Мы обе засмеялись. Вино действовало, настроение становилось легче.
Вечер прошёл пьяный, весёлый, с бесконечными разговорами о любви, глупости и надежде.

Когда я вызвала такси и вышла на улицу, воздух был прохладный и чистый. Но у ворот напротив дома Мэл стоял тот самый чёрный «Мерседес».
Тот, что я видела раньше.

Он был припаркован на обочине, фары погашены.
Но кто-то определённо сидел внутри.