глава 34
Джереми.
Помню один случай - мне, кажется, было тринадцать, а Белли - одиннадцать, почти двенадцать. Однажды летом она простыла и чувствовала себя ужасно. Все дни она, в одной и той же замызганной пижаме, проводила на диване в окружении скомканных носовых платков. Ей, как больной, разрешили смотреть любые передачи по телевизору. Ее не тошнило только от виноградного мороженого, и, когда я потянулся за ним, мама велела оставить его для Белли. Хотя Белли уже три таких съела. Мне пришлось довольствоваться желтым эскимо.
Как-то днем Конрад со Стивеном втихаря смылись в зал игровых автоматов, о чем мне знать не полагалось. Наши мамы думали, что они поехали на великах в рыболовный магазин за резиновыми червями. Я собирался покататься на волнах с Клэем и, уже в плавках и с полотенцем на шее, столкнулся на кухне с мамой.
- Куда намылился, Джер? - спросила она.
Я сложил пальцы в жесте «шака», популярном приветствии серферов.
- Ловить волны с Клэем. Пока!
Я уже схватился за раздвижную дверь, но мама задумчиво сказала:
- Хм. Знаешь, что?
- Что? - подозрительно осведомился я.
- Было бы мило с твоей стороны остаться сегодня дома и подбодрить Белли. Бедняжке не помешает компания.
- Ну мам...
- Пожалуйста, Джереми?..
Я вздохнул. Мне вовсе не улыбалось сидеть дома и поднимать Белли настроение. Я хотел кататься с Клэем на досках.
Я молчал, и мама добавила:
- А вечером поставим гриль на террасе. Ты сможешь заведовать бургерами.
Я снова вздохнул, на сей раз громче. Мама все еще полагала, что, разрешая мне разжигать угли в жаровне и переворачивать бифштексы, она делает мне большое одолжение. Это, конечно, весело, но не настолько. Я открыл было рот, мол, нет, спасибо, но ее лицо светилось такой нежностью, такой уверенностью, что я соглашусь...
- Ладно, - не смог отказать я.
Я снова поднялся наверх, переоделся и присоединился к Белли в комнате отдыха. Сел подальше. Не хватало еще от нее заразиться и на неделю выйти из строя.
- Почему ты до сих пор в доме? - спросила она, смотркаясь.
- Снаружи слишком жарко, - нашелся я. - Хочешь, кино посмотрим?
- Не так уж там и жарко.
- Тебе-то откуда знать, ты же не выходила?
Она сощурилась.
- Тебя что, твоя мама заставила со мной дома сидеть?
- Нет.
- Ха! - Белли схватила пульт и переключила канал. - Врешь ты все.
- А вот и нет!
Громко высморкавшись, она прогнусавила:
- Телепатия, забыл?
- Она не работает. Дай мне пульт!
Она замотала головой и прижала пульт к груди, чтобы не отняли.
- Неа. Извини, он весь в моих микробах. А тосты еще остались?
Тостами мы называли хлеб, который мама покупала на фермерском рынке. Его продавали в нарезке, в виде толстых белых ломтей, чуть сладковатых на вкус. Утром я как раз доел последние три кусочка. Намазав их маслом и ежевичным вареньем, я слопал тосты как можно скорей, пока никто не успел проснуться. В доме с четырьмя детьми и двумя взрослыми хлеб уходит мгновенно. Тут каждый сам за себя.
- Больше тостов нет.
- Ну Конрад со Стивеном и свиньи, - пожаловалась она, шмыгая носом.
- Я думал, ты можешь есть только виноградный лед, - виновато пробурчал я.
Она пожала плечами.
- Я проснулась утром и захотела тостов. Наверное, выздоравливаю.
Мне она здоровее не казалась. Глаза опухшие, кожа сероватого оттенка, а волосы она, по-моему, уже несколько дней не мыла, такие они были тусклые и спутанные.
- Может, тебе стоит принять душ? - предложил я. - Мама говорит, после душа всегда чувствуешь себя лучше.
- По-твоему, от меня воняет?
- Э... нет.
Я выглянул в окно. На небе ни облачка. Клэй, небось, оттягивается по полной. Стивен с Конрадом тоже. Конрад опустошил свою старую - еще с первого класса - свинью-копилку, в которой оказалась тонна четвертаков. Они, наверное, весь день в зале проторчат. Интересно, сколько еще Клэй пробудет на пляже? Может, удастся застать его там через пару часов? К тому времени еще не стемнеет.
Белли, наверное, заметила, что я пялюсь в окно.
- Да иди уже, раз так хочется, - произнесла она жутко гнусавым голосом.
- Сказал же, не хочется, - огрызнулся я. Но потом глубоко вздохнул. Маме не понравится, если я расстрою Белли, когда она так болеет. А она и правда выглядела очень одиноко. Мне даже стало ее жалко - весь день торчать дома. Простыть летом - хуже не придумаешь.
Поэтому я сказал:
- Хочешь, научу играть в покер?
- Ты не умеешь играть, - усмехнулась она. - Конрад тебя каждый раз обыгрывает.
- Ну и ладно, - обиделся я. Встал, собираясь уйти. Мне ее жаль, но не до такой же степени.
- Подожди! - пошла она на попятную. - Ладно, научи меня.
Я снова сел.
- Передай колоду, - угрюмо бросил я.
Белли, очевидно, стало совестно. Она сказала:
- Не надо так близко ко мне сидеть. Тоже заболеешь.
- Не страшно. Я никогда не болею.
- Конрад тоже не болеет, - к чему-то упомянула она, и я поднял глаза к потолку. Белли молилась на Конрада, как и Стивен.
- Еще как болеет, каждую зиму. У него слабый иммунитет, - поведал я ей, хотя понятия не имел, так это или нет.
Она пожала плечами, но, судя по всему, не поверила. Передала мне колоду.
- Сдавай лучше.
Мы весь день играли в покер, и, вообще-то, здорово повеселились. Я слег через два дня, но особо из-за этого не переживал. Белли составляла мне компанию, мы играли в покер и бесконечно смотрели по телевизору «Симпсонов».