Я бы хотел, чтобы в нем появилось отдельное место для тебя
День начался довольно не плохо. Ни каких кошмаров мне не снилось, а утром подали вкусный завтрак. Единственным, что меня смущало, было странное ощущение. Чувство тревоги и страха. Чем оно было вызвана я определить не смог, предположил, что это из-за вчерашнего разговора с императором.
Карету подали рано. Перед этим меня нарядили в парадный, расшитый золотыми нитями и с серебряными заклепками, белый мундир. В отличии от императорской семьи, мое одеяние было парадно-главной. Меня пригласили как Главу, а не как приемного сына императора, по этому выделили фасоном, чтобы не сливаться.
Само правещее семейство было одето в нежно розовые костюмы. Очень сильно выделялось платье Ригиты. Оно было скорее непышной юбкой и разрезом у бедра. Тонкие белые штаны из под платья прикрывали всю кожу, по этому такой наряд не считался вульгарным.
Когда все сели в карету, император протянул мне небольшой стеклянный шарик. Обручальные мальбры представляли из себя один из видов магических сосудов. При согласии влюблённых к брагу, мальбор наполняли в равной степени маной. Символом вечной любви и верности, этот артефакт стал из-за своей особенности. При попадании маны в такой шарик, ее было практически невозможно достать.
Я молча взял мальбр и спрятал в карман.
— Сделай это как только приглашенный народ освоиться. Так будет лучше — мама лаского улыбнулась
— Хорошо -- холодно сказал я и отвернулся к окну.
Ехали мы недолго. Имения Цинк стояли прямо в центрине. Пару десятков минут и мы на месте. Выйдя из кареты нас встретило пару стражей и провожатый.
— Здравствуйте, выше величество. — поклонился он императору — Ваше величество — снова склонил голову провожатый. — Ваше высочество, принц Арин, принцесса Ригита — он подал руку юной леди и также учтиво поклонился. — Глава Каорин, приветствую. — он отдал честь и я кивнул ему в ответ.
Имения Цинк представляла собой большую территорию. Обширный парк с цветами, живыми ручейками у дороги, протекающие ко входу продолговатого здания с прямой крышей. У ворот висел габилен с розовой птицей сидящей на ветке, символ рода Онд.
Провожатый отвел нас к временным покоям. В отличии от императорской семьи, я воздержался от похода в праздничный зал и остался в комнате до начала празднования. Та была скромной, комната как комната. Без роскоши, но и не захолустье точно.
Присев на кровать меня вновь накрыло то странное ощущение. Я все еще никак не могу найти этому объяснение. Решив принять отчаеную попытку, я пустил ману по нитям и обследовал магический поток местности. Все чисто. Мана текла плавно и равномерно. Даже прибывание императорской семьи со своим выделяющимся потокам, не сбила общее течение. Тиш да гладь.
Попытавшись успокоиться я безжизненно посмотрел в окно. Пустое, без магической защиты. Подавить желание выйти я не смог. Осторожно пройдя сквозь стекло я выглянул наружу. Вид из окна шел на глухой лес, так что заметить меня не могли.
Вскарабкавшись на карниз, а затем на саму крышу я устроился на ее край. Закрыл глаза и вслушался в отдалённую суету предпраздничного времени.
Так я сидел довольно долго. Тихо и почти не подвижно. Когда солнце медленно скатилось со светлого неба я вернулся в комнату. Очень вовремя, потому что спустя пару минут ко мне постучались и пригласили в общий зал.
Торжество в честь совершеннолетия младшей дочери семь Цинк было роскошным. Массивные фуршеты с закусками, отпалерованый паркет и звенящая музыка приглашенных артистов, не могла не очаровывать.
Я оглядел оживлённый зал в поисках знакомых лиц. Случайно наткнулся на Варимов, а именно на Китер и Маркуса. Те стояли в сопровождении более старшего поколения, по всей видимости, своих родителях.
Следом встретил пару знакомых герцегов из центринских бизнесменов. Те стояли у самого дальнего фуршета и что-то тихо обсуждали.
После увидел владельца восточной окраины. Госпожа Прима, как всегда, была свободна и независиа. Гордо стояла с бокалом шампанского и задрав нос осматривала окружающих. Заметив меня она сморщала нос и отвернулась, уходя куда-то дальше к окну.
Владельцев запада и юга я не увидел, за то заметил семью северной окраины. Господин... Честно, я не помнил его имя, так как никогда не видел на императорских торжествах. Пару раз обещался через Аннору, во время гражданской войны, и то, лицо запомнил плохо.
Престарелый мужчина скромно стоял по одаль от общей суеты. Присмотревшись, я заметил возле него знакомую фигуру.
Фадель, в сером костюме, с заплетёнными в косу-венок русыми волосами, стоял как штырь возле Господина северной окраины. Он смотрел в пол не опуская головы. Владелец что-то шептал тому на ухо, а юноша послушно кивал и изредка поддакивал.
Я повторно осмотрел зал и не найдя глазами императора, или кого-то из представителей семьи Цинк, направился к Господину и Фаделю.
Заметив мое приближение оба встрепенулись и выпрямились.
— Добрый вечер, уважаемый Господин северной окраины. — склонил я голову. — Здравия юному магу. — на этот раз, я кивнул в сторону Фаделя.
— Рад встречи с вами, Глава Каорин. — хрипло отозвался Господин и медленно склонился в поклоне.
— Профе... — заикнулся юноша, и тут же осознав ошибку, спешно поклонился — Глава Каорин, для меня честь видеть вас. — сухо промямлил тот отводя глаза в сторону.
— Фадель. — Господин, словно прыща ядом, прошипел сквозь зубы имя своего сына. Юноша прикрыл глаза и скривился.
— Все в порядке. — перебил я. — Не стоит серчать за такую мелкую оплошность. — я слегка усмехнулся. —Как вам торжество?
— Превосходно, род Онд на этот раз постарался на славу. — Господин смотрел мне в глаза. Фадель определённо был в отца. Только, Господин смотрел пусто, безжизненно, страдальчески. Темный и глубокий цвет синего подчеркивал грозный вид, а старческая помятость на лице завершала образ сурового владельца северной окраины.
— Все чудесно. — склонил голову Фадель.
— Глава Каорин. — император, что стоял за моей спиной окликнул меня. Я обернулся и послушно проследовал к нему. Тот кивнул в сторону выхода и мы удалились из зала. Я удивился этому, так как считал, что император будет не против поздороваться с владельцем окраины.
Зайдя в небольшой кабинет меня встретила семья Цинк. Отец и мать Филиции, сама Филиция и ее младшая сестра, под руку которую держал Саймон. Его я точно не ожидал увидеть. Теперь понятно, почему он так амбициозно практикует безпроклятую магию.
— Приветствую семью Цинк из рода Онд. — я поклонился и уставился на Фистрэл. — Поздравляю с именинами. — та кратко кивнула и вместе с Саймоном покинули кабинет. Теперь в нем были только я, император, Филиция и ее отец с матерью.
— Глава Каорин, я лишь хочу убедиться, что помолвка пройдет как положено. — спокойно проговорил мужчина.
— Все пройдёт в самом лучшем виде, уверяю. — подражая его тону, ответил я.
— Хорошо, в таком случае мы все будем ждать. — он кивнул Филиции и та подошла ко мне ближе.
Старшая дочь семь Цинк была не высокого роста. Она была ниже меня на голову, по этому смотря ей в глаза приходилось опускать голову. Очи невесты были янтарного цвета. Они смотрели на меня с надеждой и неприкрытым восхищением. Филиция кокетливо улыбнулась и поклонилась
— Рада нашей встречи, Глава Каорин. — сладко прошептала она не отводя взгляда
— Не стоит, мы почти помолвлены, обращайтесь по имени. — мой голос не выражал неприязни, но и не намекал на что-то нежное и такоеже мягкое.
Филиция уловила тон моих слов и кратко кивнув, первая вышла из кабинета. Я посмотрел на ее отца, также кивнул и вышел следом.
Когда поднимали тост за Фистэрел мы стояли рядом. Младшая дочь принимала пожелания и подарки стоя в центре роскошного зала. В этот момент в моей голове появился план.
Императорская семья, точно также как и Главы, привносили дары имениннику самыми последними. Я решил воспользоваться этим, и сделать предложение именно в этот момент. Озвучив свой план, Филиции кивнула, не сказав ни слова.
И вот очередь доходит до императорской семьи. Те дарсвуют алмазную сферу, как символ величия и роскоши. Следом за ними вышел и я.
— Приветствую вас еще раз. — Фистрел учтиво поклонилась. Ее холодная аура контрастировала с аурой своей сестрой. Пока Филиция была мягкой по духу и строгой по фигуре, Фистрэл была ее полной противоположностью. Я не очень удивился подобному явлению, так как на примери Арина и Ригиты уже наблюдал подобное. — К сожалению, подарка для вашей персоны у меня не нашлось, но думаю для вашей семьи это будет великой радостью. — я протянул руку в сторону Филиции и та послушно приняла мой жест. — Филиция Цинк Онд, я благодарен тебе за твою отзывчивость — такой резкий переход на ты мог бы смутить, но так как мы все здесь играем влюблённую парочку, никто не удивился. — Уже очень долгое время ты сопровождаешь биение моего сердца, и я бы хотел, чтобы в нем появилось отдельное место для тебя. — я достал мальбор тремя пальцами и впустил нить в стекло. Ярко зелёная мана, волнами растеклась по сосуду. — Готова ли ты разделить мое счастье?
Толпа притихла. Изредко слышались короткие перешептывания, но никто не смел нарушать безмолвье. Все ждали ответ герцогини. Филиция коснулась мальбра. Только ее мана коснулась границы стекла как издали послышался странный звук. Она остановилась и повернула голову в сторону шума.
Мое тело встрепенулось, а по спину пробежал холодок. Глаза округлились, а сердце забилось чаще. Нити во круг дворца натянулись и я схватился за голову. Тянущая боль окутала мой резерв. Манун перекрыли из-за чего я начинал терять равновесие.
— ОБОРОТНИ!
Скрежет лезвия глушил слух. Нити оборвали, также как и мою связь с окружением. Я почувствовал как из носа потекла кровь. Я больно падаю, ударяясь коленом о блестящий паркет, на который тем временем уже капает темно-алая кровь.
Взрывы. Грохот. Крики. Я слышу отдаленные вопли, а краем глаза вижу магические барьеры. Через пару мгновений я лежу в горящих обломках. Тело сводит судороги, а жар огня обжигает кожу. Неужели, те сны были вещими? Я сейчас умру? Или закончу жизнь, которая не должна была начаться? Я не могу двигаться. Тяжело дышать. Окружение погружается в мрак и я теряю связь с реальностью.
— Профессор Сирус! — моего плеча касается рука Фаделя. Тот переворачивает меня на спину, подхватывает под ноги и поднимает на руки. Когда мое тело дернулось в очередных судорогах, юноша крепче прижал меня к груди. — Не теряйте сознание! Пожалуйста. — прошептал он мне в ухо.
Очередной взрыв. Фадель сделал рывок и меня куда-то понесли. Я уткнулся носом в его грудь и старался оставаться в сознании. Он куда-то прыгнул и я почувствовал, что падаю. Прижался ещё крепче. Мы куда-то бежали. Запах дыма и жар огня стал отдаляться, пока и вовсе не исчез.
— Приедется немного намокнуть. — снова прошептал Фадель и меня осторожно положили в воду. Приятная прохлада отрезвила мой разум. Я открыл глаза и у видел юношу. Растрёпанные волосы выбивались из косы пучками и прилипали к влажному лбу. От обгорелой одежды исходил пар.
Фадель склонился на до мной и также опустился в воду. Юноша начал расстёгивать пуговиться моего уже серого от сажи мундира, оголя шею. Дышать стало проще.
— Задержите дыхание и закройте глаза. — ласково протянул он и одной рукой обхватил мою макушку. Я послушно выполнил его просьбу, после чего вторая рука Фаделя надавила мне на грудь. Оказавшись под водой я расслабился. Руки, что придерживали меня исчезли. Я хотел было возмутиться, но вскоре почувствовал приятное течение маны внутри себя. Пустота, что появилась после разрыва нитей у имений рода Онд, начал заполняться. По телу разлилось тепло.
Рука юноши снова оказалась у меня на голове. Фадель слегка потянул на себя и я вынырнул из воды. Опустив свою голову ему на плечо я стал глубоко дышать, восполняя кислород в лёгкие. Юный маг поглаживал мою голову в такт дыханию.
— Вам лучше? — не отрываясь от меня спросил он.
— Да. — выдыхнул я.
Это была правда. Боль и судороги исчезли, мои мышцы расслабились, а магический поток пришел в норму. Ласки Фаделя успокаивали.
— Мы в безопасности, можете отдохнуть. — не прекращая поглаживания выдохнул юноша
— Мгм... — от Фаделя исходило тепло. Я придвинулся по ближе, прижимаясь к тому всем телом. Юный маг обхватил мои плечи одной рукой, пока вторая не прекращала поглаживания.
Прежде чем уснуть я осознал, каким выдался этот день. Сумбурным и непонятным. С самого утра меня прислеловало какое-то странное чувство. Сейчас, мне было спокойно, хотя ситуация тому не подлежала. Осознание, что завтра будет только хуже вновь сделало мне больно. Но думать я уже не мог. Усталость накатила с неведомой силой и я принял решения поддаться ее влиянию. Потерся о шею своего спасителя и засопел. В мгновение до темноты я услышал убаюкивающий мелодию и прямо у своего уха.
— Прости. — я прошептал это лишь губами, без надежды, что это кто либо услышит.
— Вам не за что. Вы ни в чем не виноваты.