Добрый день уважаемые студенты!
Время до ужина я проторчал в ректорате. Увиделся со своими прошлыми профессорами, попил с ними чай, даже не смотря на то, что эту отраву я мог пить только при императорском приказе, из вежливости пригубил напиток. Негоже портить впечатление о себе дважды, хватило еще тогда, в юношестве.
Сейчас ко мне относились никак. Хотя нет. Скорее как к вымирающему виду или дивной зверюшки. От части это все было правдой, но до жути раздражало. Лицемерная улыбка, надоедающие расспрашивания о том: как мне живется в императорском дворце, какого это возглавлять крыло, быть Главой.
- Знаете, это и вправдо чудно. Безусловно, это большая ответственность за сохранность нашей империи. Определенно есть свои плюсы, меня все устраивает.
Плюнуть чаем в лицо было бы не лучшей идеей, по этому пришлось играть в их игру. Лицемерно улыбаться, отвечать и спрашивать то, что на самом деле меня не интересовало. Ужасная игра и правила меняются с каждой темой.
Я с облегчением выдохнул, когда мои коллеги вышли встречать последнего прибывшего профессора. Сославшись на небольшую усталость я прогулял сее мероприятие и остался в ректорате до ужина. Все это время я перечитывал энциклопедии по зверологии, что стояли на самой ближайшей полке. Ничего не запомнил.
Когда за цветным витражом перестало светить солнце, я покинул ректорат. Встретил меня суетливый гул учащихся. Поборов желание вернуться и закрыться в кабинете я пошел на звук. Точно такой же гул по утрам слышался у горничного пристроя в императорском дворце.
Я мягко улыбнулся.
- А ведь, когда-то я сравнивал пристрой с общежитием. - моя улыбка исчезла - Кажется, я старею.
Развернувшись на пятках я уткнулся носом в прозрачное стекло. Махнул рукой и прошел сквозь окно. Перед открытием я захотел освежиться.
Встав на карниз ногами, я поспешил вскарабкаться выше по трубе. Очутившись на угольной крыше я не спеша пошел вверх.
О магическом свойстве витража я узнал случайно, еще на первом курсе. Воткнул нить в окно, почувствовал ману и вуаля. В тот же миг разобрался как обесточить магический барьер. Именно эта случайность побудила меня на ночные побеги из общежития. Славные были времена. Интересно, есть ли тот, кто тоже об этом знает?
Пройдя пару метров и очутившись на вершине я пнул дверцу люка. Та звонко заскрипела и отворилась. Вентиляция, что вела к кладовке прямиком у столовой никогда не запиралась. Прыгнув в пропасть и мягко приземлившись заднцей в мешок картошки, я издал ворчливый стон
- Тво... Тваринаж ай... С каких пор тут что-то хранят. Еще и бок опять заныл, да чтож за день?! - отряхнувшись я выглянул в коридор. Никого поблизости не оказалось и я спокойно вышел к дверям столовой.
Толпящихся студентов мастерски расфасовывали по кучкам профессора. Все стояли ровно хотя и шумели. Некоторые толкались, но это было не так выражено на общем фоне.
Я смотрел на них со стороны. На душе стало горько. Как эти дети, пускай всего и десяток из тысячи, могут отправиться в неизвестные, даже для самого Главы, что держит имперские границы, а тем-более убить высшее существо?
Мое приближение заметила Миринда. Она кивнула в сторону дверей, давая понять, что уже можно начинать открытие. Я встал по левую руку от директора и выпрямился, сложив руки за спину.
- Уважаемые студенты, с гордостью хочу сообщить что настал день открытия последнего триместра. - начал директор выйдя на шаг вперед. Гул утих и все стали внимать слова директора. - Для всех вас это непременно важное событие, в частности для выпускников пятого курса. Напоминаю, что ваш итоговый балл зависит от сдачи экзаменов именно этого триместра обучения, желаю вам удачи и стремления к знаниям. - зал начал аплодировать. Более яро хлопали конечно же выпускники, эти слова были посвящены именно им, как тут не уделить внимания? - Также ни в коем случае не обесцениваю труд остальных студентов, у вас все впереди и я также как и весь преподавательский состав будем способствовать вашему лучшему будущему. И хотел бы вам сообщить о небольшом изменении в этом вопросе.
Я прерывисто выдохнул, готовясь к своему представлению перед академией.
- В этом триместре вашего учителя по артефактологии замещает вышепоставленный Глава Сирус Каорин. Прошу принять радушно и с уважением. - по залу прошелся шепот.
- Глава?
- Мне не послышалось?
- Это же тот, что кукловод?
- Что такая особа делает в преподавательском составе?
- Какой он красивый, дракончики!
Ну началось. Я отвел голову в сторону и закатил глаза. Выдохнул, сделал шаг к директору и окончательно перетянул все внимание на себя. Студенты мгновенно затихли.
- Добрый день уважаемые студенты. Прошу обращаться ко мне "Профессор Каорин" любые другие обращения будут неприемлемы. Весь этот триместр я буду замещать учителя артефактологии и принимать экзамены у пятикурсников. - послышались удивленные вздохи - Надеюсь на ваше принятие и уважение, постараюсь каждому ответить на это тем же. - я кратко кивнул залу - С днем открытия последнего триместра.
Ужинать, обедать, завтракать и любой другой прием пищи в столовой я больше принимать не буду. Как можно спокойно есть еду при таком шуме? Ни минуты спокойствия, постоянно слышатся выкрики из зала, что очень отвлекало.
Поесть у меня не получилось. Закинув в себя кусок рыбы, ягодку винограда я встал из-за преподавательского стола и прошел по оживлённому проему между столов направляясь к выходу, не забыв прихватить грязную тарелку.
Не дойдя до выхода, краем глаза я встретил знакомое лицо. Что-то яростно рассказывает Фадель студентом за столом в порыве эмоций опрокидывает тарелку сидящего по соседству студента. Та падает и с громким звоном разбивается. Осколки разлетелись по сторонам и пару из них долетели до моей ноги. Я опустился на одно колено и схватившись за один из них порезался.
- Та чтож за день?! - прорычал сквозь зубы я осторожно поднял осколки оставшимися не пострадавшими пальцами и положил на свою тарелку. Подняв взгляд и увидев ползущего по наа корточках Фаделя я решительно подошел к месту происшествия.
- Ужин подан. - я усмехнулся собственной шутке и протянул тарелку с осколками студенту. За спиной юноши два голоса, женский и мужской, затрепетали приветствие
- Здравствуйте Глав... Профессор Каорин! - девушка встала из-за стола и учтиво склонила голову.
- Простите за шум! - Парень, что сидел рядом последовал примеру девушки и также поклонился
- Не стоит такой официальности, сейчас я всего лишь профессор. - помогая Фаделю собрать расчлиненую тарелку по полу я сложил все на тарелку и вновь протянул тому в руки. - Ты не поранился?
- Нет. - он посмотрел на меня исподлобья уже опустившись на корточки. - Будете перечитать о осторожности? - Юноша сказал это без злобы. Сухо. Так сухо, что я даже не почн о чем он.
Фадель поднялся с колен беря в руки тарелку с осколками. Сделав тоже самое я оказался на уровне его лица. Тот был почти с меня ростом, хоть и немного ниже.
- И не думал, просто поинтересовался о твоем здоровье. А вот то, о чем я действительно хочу запричитать, так это о поведении за столом. - Не сказав больше ни слово я развернулся и вышел из столовой.
В свою комнату на этот раз я вернулся идя по коридорам. Каждый раз лазить по скрытым проходам как показала практика - травмоопасно. За этот день их развелось немало. Ушибленный об тумбочку бок, синяк на заднце от неудачного приземление и порез на пальце от осколка тарелки.
По прибытию в комнату я сразу же обработал и перебинтовал рану. К моему великому счастью, при использовании магии мои нити не задевали порез, что очень меня радовало.
Вспомнив про магию я встал с кровати. Сложив руки вместе, я резким движением раскинул руки в стороны. Нитки на пальцах на мгновение проявились и блеснули новые, только выпустившиеся из кончиков пальцев. Те одним оборотом обвили помещение и плотно обтянули комнату. Сжав пальцы в кулаки они исчезли, а на мизинце образовалось новое кольцо.
- Теперь я под защитой - облегченно выдохнув я стянул с себя синюю мантию, штаны и повесил все это на дверцу шкафа. Ботинки пристроились рядом. Достав из того самого шкафа свой халат я небрежно накинул его на себя.
Пощупав синий бок я сморщился, взял мазь которой обрабатывал рану и смазал ушиб. Легкий и холодный крем тонким слоям скользил по коже. Втирая лекарство я обернулся в халат и слегка завязал пояс.
Сделав размашистый шаг я упал на кровать ткнулся носом в подушку. Взмахнул рукой и потушил свечу у прикроватной тумбы. За пару мгновений я погрузился в сон.
Жар окружавшего меня огня сжигал заживо. Кровь свертывалась в жилах, а кожа сморщилась и обгорала. Осколок битого витража прилетает мне в спину. Я безжизненно падаю, а мои уста открыты в немом крике. Голоса родителей, мамы, папы, визг сестры, совсем близко. Я слышу, я вижу их силуэты, то как они бегут, то как наступают на меня, из-за чего осколок в спине впивается сильнее. Никто мне не помог. Оглушительный взрыв. Стена напротив рушиться прямиком на мою семью. Стихийное бедствие размазало их плоть по остаткам обгорелого ковра.
На глаза наворачиваются слезы. Я парализован. Не могу кричать, не то что повернуться! По мне стекает кровь мелкими кусочками, густая и горячая. Так больно, настолько больно, что хотелось перевернуться, хотелось чтобы этот осколок впился до конца и убил меня. Не хочу больше страдать. Не хочу знать, что меня просто взяли и оставили, вот так.
Я продолжал слышать возгласы своего народа. Слышал как их кровь стекает на землю
Сквозь боль пытаюсь вытянуть руку. Дрожь и жжение пугала меня. С трудом, я схватился за единственную, оставшуюся нить. Почувствовал ману, и словно наркоман при виде дозы, втянул все, что смог. Это придало сил и боль немного утихла.
Я поднялся на ноги. Те не слушались, я шатался от одной стены к другой. Новый толчок, я опять на земле. Еще один. Я нахожу силы и ползу к выходу. Обвал, меня не задевает. Ускоряюсь. Вижу просвет солнечных лучей и мгновенно встаю на ноги. Пару безумных рывков и я вылетаю из окна и лечу в крону сломленное дерево.
Последним, что я вижу было горящие и разрушенные руины особняка. Последним, что я слышу, это взвизг откуда-то из далека.
Проснулся я в холодном поту. Сердце бешено стучало, а грудь ходила ходуном. Забегов взглядом по комнате, я обнаружил себя на полу. Свалившаяся подушка и смятая простынь также валялись рядом.
Я схватился за волосы и принялся выравнивать дыхание. Умывшись воздухом, закрыл глаза, лёг и уткнулся в потолок. Слез я сдержать не смог.
Двадцать лет. Именно столько прошло со дня великой катастрофы. Нет, она так не называлась. Великой, она была только для меня. С того времени я впервые вижу сон, да еще и какой.
Я сжимаю руками свои плечи и прижимаю колени к груди. Слезы беспрерывно стекают с глаз.
Меня бросили... Я никогда, не был кому-то нужен...
Я сжался в беззащитный комочек. Стало очень себя жаль. Я жалок. Я был жалким. Я буду жалким.
Утром я все также лежал на полу. Покрасневшие от слез глаза распухли. Приводить себя в порядок было тяжело. Мало того, что нужно было выжидать пока в общей душевой никого не будет, так еще все принадлежности пришлось тащить с собой. С самого пробуждения я слышал свое сердце. Оно бешено билось и никак не хотело утехать.
Приняв душ мне стало физически легче. Синяк на боку прошел, также как и боль в заднице. Порез на пальце, к сожалению, все также красовался на безымянном. Обидно, что еще и на левой, рабочей.
Вернувшись в комнату и переодевшись в чистую одежду я принялся готовиться к занятиям. Взял журнал, перо, чернила, учебник что прихватил с собой из дворца и направился к своему кабинету.
Аудитория представляла из себя класс с длинными столами около трех метров в четыре ряда, доску во всю стену, которую закрывал не менее широкий учительский стол.
Закинув на последний учебник я прошел дальше. В правом углу стояла приоткрытая дверь, войдя в которую передо мной предстал стеллаж с различным материалом.
С полок свисло пару хлопковых нитей, перьев, амулетов и прочего барахла для создания артефактов. В противоположном конце вытянутой комнаты стоял бесцветный витраж, а на его подоконнике пару комнатных растений. У окна стоял небольшой стол, а рядом высокий, почти барный стул.
Еще раз пробежав глазами по новой открывшейся локации я вышел закрыл за собой дверь. Сел за учительское кресло и принялся ожидать студентов. Первой парой, как было мне известно стояли второгодки. Порывшись на полках под столом я нашел учебник к их курсу.
Спустя какое-то время в аудиторию начали заходить студенты.
- Доброе утро, профессор Каорин!
- Здравствуйте.
- Профессор Каорин, доброго утра!
- Доброго, профессор.
Как я и думал, женская часть группы здоровалась с особой инициативой. Усмехнувшись в мыслях и дождавшись крайних зашедших, я начал пару.
Не происходило ничего особенно. Уточнив параграф на котором они остановились я начал лекцию.
- Лазурит - это непрозрачный природный минерал глубокого синего цвета. Своим цветом он похож на небо, иногда ночное, иногда дневное, зависит от места добычи. Имеет золотые вкрапления пирита, похожи на звёзды. Собственно, именно поэтому в простонародье его прозвали "млечный путь" - второкурсники послушно конспектировали мои слова в свои пергаменты. - Чаще всего его используют в создании красителя для одежды, но также, он играет не менее важную роль и в магическом свойстве. Как вы можете знать из прошлой темы существует закалённое стекло, в которое, при наложении проклятия можно спрятать частичку маны любого происхождения. - парень на третьем ряду поднял руку
- Слушаю вас мистер..
- Колин! - студент встал с места - Профессор Каорин, я правильно понял, что закаленное стекло одно из универсальных артефактов для всех наций? Простите, по причине болезни пропустил эту тему, никак не мог разобраться - студент виновато опустил голову.
- Ничего страшного в тяге к знаниям нет, мистер Колин. И да, вы все правильно поняли. Закаленное стекло часто используют не маги. В сосудах из такого стекла хранят зелья или ману магического существа.
- А как люди их используют?
- Открывают пробирку или бьют его, если стекло не обоженно проклятым огнем.
- Спасибо, я понял. - студент довольно вернулся на свое место. Трудолюбивый, подумал я.
- Вернемся к теме. Так вот. Если при обжигании стекла добавить порошок лазурита в огонь, то при обжиге стекло обретет голубоватый или синеватый цвет. Опять же, зависит от вида минерала.
Оставшийся час я рассказывал второкурсниках о методах добывания, видах этой руды. Иногда отвечал на вопросы.
Собрав вещи и выждав, пока аудитория останется пуста я заперся на ключ изнутри и вернулся в кресло. Закинул ноги на стол я уткнулся носом в потолок. Недосып прошлой ночью очень сильно сказывался на моем состоянии.
Хоть пара прошла достаточно спокойно. Единственное, что раздражало, так это томные взгляды женской части группы в мою сторону. Приходилось находить в себе лишний силы, чтобы ненароком не ответит и не столкнуться взглядом.
То, что я стану одним из объектов обожания учениц предсказуемо. Мой статус, опыт, возраст, внешность, не идеальная, но и не уродская, это уж точно.
Все это, определенно вызвало бы интерес, а вот какого характера, думать не хотелось. Все равно ни одна женщина из них не смогла бы стать моей женой. Одна из главных причин, это, конечно же статус самой дамы. Мне, как главному приближенному императорской семьи, не полагалась девица из простого поместья.
Один раз я подслушал разговор императрицы с ее фрейлиной. Та рассуждала на тему моей женитьбы и судя по всему, главной кандидаткой была герцогиня Филиция. Барышня высокой крови, наследница первой ветки магов. После императора, семья Цинк самая чистокровная и обеспеченная семья в империи.
Закрыв глаза я попытался вообразить в своей голове ее образ. Пускай тема женитьбы мне была далеко не приятна, рано или поздно это настанет и я должен буду быть к этому готов.
Передо мной предстал стройный силуэт. Именно его я часто наблюдал на празднованиях во дворце. Следом волнистые каштановые волосы, оттопыренный нос, губы бантиком. То, что я видел на портретах к приглашениям. Звенящий тонкий смех, что я слышал за фуршетом еще позавчера. Ах да, она же присутствовала на дне рождения Арина. Вряд ли бы такая особа пропустила день рождения наследника империи.
Не смотря на осколки воспоминаний, полный образ Филиции было представить сложно. Она ничем не выделялась от других, точно таких же отпрысков знати. Да и, единственное что я о ней знаю помимо родословной, так это возраст. Жены старше своих мужей были высоким тоном среди аристократов, но меня это немного смущало.
Вздохнув и сделав выводы, что герцогиня Филиция далеко не самый плохой вариант для возрождения моего рода я устроился по удобнее и заснул. Все равно больше никакой работы у меня не было.