Ангел - мститель

Разумеется, я тут же позвонил ей – Татьяне вовсе необязательно было напоминать мне об этом. Начало в моей логической цепочке оказалось правильным, но затем она ушла в сторону таким зигзагом, что меня затопило сочувствие к первому ее звену.

Небесный коллега и земной приятель Анабель Венсан решил, наконец, открыть глаза своей подопечной Мари-Энн на истинную природу их взаимоотношений. Моим примером с Татьяной, наверное, вдохновился. А может, ему просто уже осточертело видеться с женой – Софи, тоже ангелом – всего несколько раз в год, на всяких сборищах феминистического движения, ярыми сторонницами которого были обе их подопечные.

Посвящение заядлых феминисток в высокую небесную тайну прошло легко, как ножом по маслу, который затем, однако, уперся в твердое дно масленки. Которой оказалась нерушимая вера девушек в то, что отрыв от общества и воспарение над рутиной бытия вовсе не исключает объединение приобщившихся к великой идее. Проникшись печально-романтической историей Венсана и Софи, они тут же решили создать новое движение (смешанное, на этот раз) за права обездоленных – особенно в невидимости – ангелов, программа-максимум которого будет состоять в предоставлении ангельскому меньшинству мест в Европарламенте.

Почувствовав, что кампанию такого масштаба вряд ли получится представить небесному руководству незначительным побочным эффектом установления теплых, доверительных отношений с подопечными, Венсан и Софи схватились за голову. За голову Анабель. В которой – из долгого опыта пребывания на земле – тут же родилась мысль, что для того, чтобы остановить движение, не нужно с ним бороться – его нужно возглавить.

Когда Анабель представили молодым энтузиасткам, они, тут же избрав ее почетным координатором инициативной группы, принялись заглядывать ей в рот в ожидании директив по пресечению факта угнетения бесправных ангелов. Анабель предложила начать с простого, но столь необходимого в будущем расширения рядов сторонников движения. Причем в духе времени – с создания сайта «Анонимные изгои общества». Желающим зарегистрироваться на нем будет предложена анкета, которая – по задумке создателей – позволит отделить возможных хранимых от простых любопытных.

И до тех пор, пока сайт не запустится и не наступит стадия обработки полученных анкет, Анабель не решалась оставить фанатичных поклонниц ангелов без своего надзора. На ее фоне Венсан и Софи явно не пользовались у тех необходимым авторитетом – те даже чуть не отправили их в нечто вроде медового месяца, сказав, что прекрасно сами друг за другом присмотрят.

Слушая Анабель, я не знал, плакать мне или смеяться. Плакать от зависти – от того, как лихо она буйную человеческую активность если и не в полезное, то уж точно в безвредное русло направляет. Смеяться от облегчения – от того, что не только у меня проблемы с этой самой активностью. Может, и Марину с ними познакомить? Нет, лучше не нужно – идея защиты ангелов ее явно не заинтересует, а вот создать общество защиты от ангелов с нее станется...

Через какую-то жалкую неделю я убедился, что для великой идеи не существует ни границ, ни расстояний.

Марина с присущей ей дотошностью принялась доказывать, что в отношении ее безразличия к правам ангелов я опять ошибся.

По крайней мере, к правам знакомых ей ангелов.

Кто его знает – может, во время операции с Денисом ее телепатии обучили?

Когда в один из вечеров Татьяна принялась пыхтеть по телефону, рассказывая ей, как новая сотрудница пытается приручить Тошу, у меня сердце екнуло. Ну, не устоит же сейчас против такого соблазна! И как я только мог забыть в разговоре со Стасом и Тошу в список неприкасаемых включить? Ага, так я и поверил, что ей именно сейчас срочно понадобилось интерьер обновить, и именно с помощью Татьяниной фирмы!

Тоша, нужно отдать ему должное, не все чутье еще на виртуальных перекрестках растерял – его визит Марины тоже насторожил. Но видно всерьез допекла-таки его эта новая девчонка – тут же с кривой усмешкой бросил, что хорошим манерам ее поучить не помешает. Еще и базу подвел: «Чтобы до карателей дело не дошло». И это – ангел! И это – находящийся у меня в обучении ангел! У него на глазах готовится покушение на психическое здоровье человека, а он... Впрочем, что о нем говорить – он сам, своими собственными руками другого человека чуть до паломничества к святым местам для снятия порчи не довел!

А, пусть что хотят, то и делают – сил моих больше нет.

В конце концов, меня сюда прислали не все человечество скопом охранять.

Меня сейчас больше встреча с Анабель интересует – я уж ее подробно расспрошу, как она своих активисток в узде держит. Нужно будет только ее одну как-то перехватить, а то в общей компании Татьяна сразу догадается, к чему я клоню...

Но до приезда французов произошло еще одно событие – с виду незначительное, но серьезно поколебавшее мое недоверие к Марине.

В тот вечер Татьяна вышла из офиса чуть позже обычного. Вместе с Тошей. Вместо того чтобы проститься, как обычно, на крыльце, они ринулись к моей машине так, словно за ними толпа темных гналась. И даже рта мне не дали раскрыть – не говоря уж о том, чтобы объяснить, что происходит. Впрочем, через несколько минут я и сам все понял.

У выхода показались Марина и эта новая девчонка – и я получил, наконец, возможность воочию увидеть, как Марина свои самодеятельные рейды проводит. Красиво, черт возьми! Она говорила спокойно и уверенно, удерживая девчонку на месте одним только взглядом – не было ни резких жестов, ни угрожающих поз, ни повышения голоса... Вот последнее, кстати, жаль – мне было бы интересно послушать, она с ней так же жестко, как со мной говорила? Похоже, нет – выражение страха на лице у девчонки ни разу не появилось, только удивление, растерянность и, под конец, смирение.

Вот только потом она впечатление немного подпортила – отпустив девчонку небрежным кивком, повернулась и помахала нам ручкой, словно примадонна дальним знакомым, сидящим где-то в конце зала.

Учитесь, мол, ангелы, как это делается!

Скрипнув зубами, я дал себе слово зажать свое самолюбие в кулак и прямо спросить Анабель, как с таким талантом бороться. Или куда его направить – так, чтобы он только за горизонтом и остановился.

Перехватить Анабель до общей встречи мне удалось – Франсуа, естественно, сразу с самолета в офис ринулся, а я позвонил ей и сказал, что заеду за ней в гостиницу, а оттуда уже мы вместе отправимся за нашими людьми.

А вот сразу заговорить на интересующую меня тему она мне не дала. Сначала пришлось выслушать ее поздравления с парнем, с машиной, с моим, как она выразилась, полным и окончательным погружением в человеческую жизнь. И отвечать на ее расспросы, насколько по вкусу эта жизнь мне приходится.

Вежливости ради я рассказал ей наши новости, поинтересовался, как дела у всех остальных членов ее добродетельного кружка, и, едва дождавшись ответа, спросил, что не жалеет ли Венсан, что открыл свою сущность Мари-Энн.

– Ну что ты! – рассмеялась она. – Ему и с Софи больше скрываться не нужно, и с Мари-Энн он сейчас намного откровеннее разговаривать может.

– А то, что она, того и гляди, на весь свет начнет об ангелах кричать? – с сомнением произнес я.

– Анатолий, ты же помнишь, что у нас несколько иной подход к взаимоотношениям с людьми – более практичный. – У нее чуть дрогнули уголки губ. – Во-первых, люди и так на каждом углу об ангелах твердят – и никто не воспринимает это всерьез. Во-вторых, мы для того рядом с ними и находимся, чтобы не допустить выхода их деятельности за рамки уже принятых среди людей теорий. И, в-третьих, сейчас в них бурлит восторг неофитов – скоро он уляжется, и мы направим их энергию в более полезное русло. Кстати, поиск посвященных людей и их ангелов – идея очень неплохая.

– Вопрос только – уляжется ли? – проворчал я.

– Что – никак с Таньей совладать не можешь? – насмешливо спросила она.

– Да не с Татьяной, – с досадой отмахнулся я, – с подругой ее, Мариной.

Она вопросительно вскинула бровь.

– Помнишь, тогда в ресторане... с Денисом, к нам девушка подходила?

Она кивнула. Я вкратце рассказал ей о прошлой истории Марины, о ее участии в выдворении Дениса с земли, о самовольно взятой ею на себя роли защитника всех друзей и близких и о наших с ней разногласиях в методах этой защиты.

– Хм, – задумчиво произнесла Анабель, – действительно очень интересный случай. И, не обижайся, я скорее с карателями соглашусь – не использовать его неразумно для обеих сторон. Я бы с удовольствием с ней познакомилась.

Если бы не ее замечание о карателях, я бы завопил от радости. Ах, неразумно такой случай упускать? Вот пусть попробует куда-нибудь Марину направить – а я со стороны посмотрю и поаплодирую победительнице. Нет, не буду – догадываюсь, кто ею окажется.

Отвечать, к счастью, мне не пришлось – из здания вышла Татьяна с Тошей и Франсуа, и начался тот самый общий разговор, в котором произносится масса слов без какого бы то ни было обмена информацией.

Я стоял лицом к входу и поэтому, что когда в двери показалась та самая новая девчонка, не смог не заметить, что разговор с Мариной произвел-таки на нее неизгладимое впечатление. Завидев Тошину спину, она вдруг замерла, с ужасом окинула взглядом всю нашу компанию и ринулась прочь. Я укоризненно глянул на Татьяну, но слева вдруг послышался негромкий, но резкий вопрос Анабель, нет ли у меня в кармане какого-то мелкого предмета.

От неожиданности я молча протянул ей свой блокнот, в который начал в последнее время записывать свои доходы и расходы (с этим кредитом, знаете ли, без планирования бюджета никак не обойдешься), и она тут же потащила меня вслед удаляющейся... Ларисы, по-моему.

– Догонишь ее, – торопливо инструктировала она меня на ходу, – и спросишь, не она ли обронила...

– Зачем? – глянул я на нее в недоумении.

– Мне нужно на нее посмотреть, но так, чтобы она, по возможности, не обратила на меня внимания, – отрывисто объяснила Анабель. – Есть в ней что-то...

– Это, между прочим – последняя жертва Марины, – буркнул я.

– Да? – Анабель покосилась на меня с каким-то непонятным выражением. – Еще интереснее...

Мы догнали девушку, я окликнул ее, протянул ей блокнот – не останавливаясь и не оборачиваясь, она глянула на него через плечо и отрицательно покачала головой. Не зная, что делать дальше, я повернулся к Анабель...

– Анатолий, что это у вас здесь творится? – не дала она мне и слова вымолвить, пристально глядя вслед удаляющейся девушке.

– В смысле? – вообще растерялся я.

– Эта девушка – темная, – медленно, с расстановкой произнесла она.