Глава 31. Пределы молчания
Машина мягко раскачивалась на неровностях дороги, дворники лениво смахивали с лобового стекла утренний снег. Мир за окном казался чужим — серым, тусклым, бесформенным. Аннет сидела на заднем сидении, прижавшись лбом к холодному стеклу.
В наушниках звучала инструментальная меланхолия. Она не выбирала трек — плейлист сам знал, что ей нужно.
Мысли путались.
Как теперь смотреть Максу в глаза? Как говорить с ним, когда между ними столько боли и правды вперемешку? Почему он молчал так долго? И почему в глубине души ей всё равно хочется его увидеть?..
Аннет глубоко вдохнула, поправила шарф и вышла из машины. В её взгляде было что-то новое — неуверенность, но не слабость. Словно она уже приняла решение: идти вперёд. Без жалоб. Без слёз.
Она вошла в холл университета и буквально врезалась в Рика.
Рик (ухмыляясь):
— О, вот и ты, душа компании.
Уже знаешь, что вся ваша красивая история — спектакль?Знаешь, ты мне даже больше нравишься теперь, с этой разбитой, покорной ноткой в глазах.
Аннет (стараясь пройти мимо):
— Уйди с дороги, Рик.
Рик (останавливает её рукой):
— Куда спешишь? Макс снова занят "выяснением правды"? А может, тебе стоит вспомнить, кто был рядом, когда он тебе лгал?
Аннет:
— Ты никогда не был рядом. Ты был ядом. Отойди.
Рик (наклоняясь ближе, голос уже более злобный):
— Ты думаешь, у тебя ещё есть выбор? Думаешь, он примет тебя после всех этих скандалов? Тебе место со мной. Я — твоя реальность, Аннет.
Она резко отшатнулась, но он снова схватил её за руку.
И в этот момент — рядом оказался Макс.
Глаза Аннет расширились. Взгляд Макса — ледяной, гневный. Он молча перешёл от шагов к ударам.
— Не трогай её. Никогда больше.
Рику не удалось увернуться — кулак Макса попал прямо в скулу. Тот отшатнулся, но бросился в ответ.
Завязалась драка.
Шум, крики, студенты отскакивают в стороны. Летят рюкзаки, падают папки с бумагами.
На помощь бросились Марк и Маркус — они буквально оттащили обоих.
Марк:
— Макс, хватит, ЧЁРТ! Ты в университете, не на ринге!
Вокруг уже собирались преподаватели. Всех — под руки — увели к декану.
---
Декан строг, сдержан. В кресле у окна — отец Макса, лорд Вальдберг.
Высокий, статный, с каменным лицом.
Он молчит, пока декан высказывает всё, что думает о поведении его сына.
Декан:
— Университет — не арена, господа. Даже если у вас семейные титулы. Макс участвовал в физическом нападении на сотрудника университета.
Это не останется без последствий.
Отец (спокойно, глядя на декана):
— Мы вас поняли. Оставьте нас на минуту наедине.
Декан молча выходит, оставляя Макса и отца наедине.
— Я дал тебе всё. Образование. Имя. Свободу. И ты решил швыряться этим ради… чего? Женщины?
— Ради чести. Ради человека, которого оскорбляют и унижают, пока другие делают вид, что не замечают. Это не было спектаклем. Рик заслуживал этого удара ещё давно.
— А ты считаешь себя рыцарем?
— Я не играю. Ни в титулы. Ни в любовь. Я защищал её. И буду делать это снова, если придётся.
Долгая пауза.
Отец откинулся на спинку кресла. Его глаза оставались холодными, но в голосе появилась иная нотка:
— Ты ведёшь себя как мальчишка. Но хотя бы не трус. С Риком я разберусь.
— Что?
— Он будет уволен. С позором. Университет уже получил анонимную жалобу. Список нарушений — на целую папку.
Макс посмотрел в глаза отцу. Тот, как обычно, ничего не выражал. Ни одобрения. Ни признания.
Но Макс понял — это была его молчаливая форма поддержки.
Макс вышел из кабинета, чуть покачиваясь от остаточного адреналина. На телефоне — тишина.
Но он знал: если Аннет видела это — он не отступит. Не в этот раз.