Я вижу фею и слышу голоса.
Сколько себя Иоганн помнил это было с ним всегда.
«Я слышу пение. Такое красивое и чарующие. Как из сказки. Я всегда говорю всем в доме, что кто-то поёт. На меня почему-то странно смотрят. Разве они не слышат этого чуда?»
«Мне уже скоро 6 000 лет. Весь вампирский год я слышал это пение. Однажды я увидел фею. Она пригласила меня в наш сад. В самую далёкую его часть. Там спокойно. Фея не была похожа на фей, которых я могу видеть в реальном мире. Она маленькая. Как из сказки. Не вампирского роста.»
«Ко мне часто приезжает двоюродный брат. Я люблю когда он приезжает. Я показал ему свою подругу. Лоренцо её не видит, но он говорит, что видит нимф, русалок и сатиров. Хотя другие их не видят по его заверению. Они не похожи на реальных. Он это знает. Лоренцо странный и говорит иногда бред, но я люблю общаться с ним. Он меня понимает, но братец ошибается, что они ненастоящие.»
«Её зовут Примроуз. Я хочу познакомить её с маменькой. Я уверен ей понравится! И мы будем вместе с ней дружить.»
«Маменька почему-то испугалась. Она спрашивала шучу ли я. Какие тут шутки! Почему все делают вид, что не слышат и не видят того, что вижу и слышу я?! Маменька расплакалась и убежала.»
«Уже несколько дней мне запрещают выходить из комнаты. Маменька и папенька кричат друг на друга. Они сказали чтобы я ушёл и они просто громко разговаривают. Когда я вырасту я тоже, буду громко разговаривать? Взрослые странные.»
«Почему?! Почему папенька так делает?! Разве он не понимает, что делает больно мне и маменьке? Я приоткрыл дверь, чтобы посмотреть. Маменька говорила, что я болен. Папенька доказывал, что я здоров и просто капризничаю. Почему папенька называет меня капризным и несносным мальчишкой? Будто я дворовый оборванец, а не его сын! Маменька плача умоляла его мне помочь. Она говорила, что-то про любовь папеньки к семье. Он ударил её. Я закрыл дверь и расплакался. Разве так взрослые выражают любовь? Когда я вырасту буду таким же? Я тоже буду любить так когда вырасту? Я не хочу!»
«Раньше на картинах я видел разные чудеса. Сейчас с глаза этих картин идёт кровь. Я трогал, но её там нет. Почему? Я же вижу это!»
«Мы сходили к врачу и получили какие-то таблетки. Со мной не хотят общаться городские дети. Они кричат, что я сумасшедший. Почему они так? Я им что-то сделал? Разве я болен? Разве я отличаюсь?»
«Я пью таблетки. Я не вижу и не слышу чудес и кошмаров. Мир стал каким-то серым.»
«Я услышал ужасный крик маменьки. Папенька ворвался в мою комнату и выкинул таблетки. Меня выпороли, чтобы я перестал прикидываться. Я видел как он бьёт маменьку за то, что та ослушалась. Я не хочу быть как папенька!»
«Фея больше не приходит. Я вижу всякие кошмары. Про картины я уже писал. Ещё вижу всяких монстров. На чертей из сказок похожи. Заря хоть и демонесса, но выглядит не так! А ещё всякие монстры с шерстью. Меня это пугает. Я постоянно слышу плач разных существ. Они говорят, что я их убил и должен умереть.»
«Пусть эти монстры перестанут говорить, что я ничтожество! Мне хватает папеньки! Почему маменька с каждым разом всё тише и тише?»
«Лоренцо приезжал. Говорит, что до сих пор видит русалок, нимф и сатиров. Монстров не видит. А почему тогда я вижу их? Со мной что-то не так? Я обидел фею? Я хочу, чтобы она вернулась! Мне так одиноко!»
«Дядя Хосе тайно даёт мне таблетки. Мне легче.»
«Дедушка, дядя Хосе и Ян подрались с папенькой. Он злой теперь. Я не хочу выходить из комнаты. Мне страшно. Там много крови. Сколько же отмывать придётся Арчи, Карлу и Себастьяну. Я бы помог убрать, но папенька мне запрещает. В мою дверь кто-то стучится.»
«Бабушка Мэри, тётя Офелия и маменька увели меня в комнату бабушки. Мы заперлись. Маменька рыдала. Тётя успокаивала её. Я хотел помочь, но от моего вида маменька рыдала сильнее. Бабушка пыталась отвлечь меня. Она говорила, что она, бабушка Арина слышали то же пение. А ещё дядя Хосе и Адам слышат голоса, которая говорят, что они не справятся. Дядя Вилфрид, который был с нами в комнате сказал, что он постоянно чувствует это из-за того, что слеп. Я нормальный? Я не рассказал им про двоюродного брата. Похоже они не знают.»
«Я долго не писал? А о чём писать? Эти голоса даже уже не монстры стали для меня нормой. Может я просто особенный? Меня отправляют в лагерь. Я не хочу туда! Папенька, как всегда, всё решил за меня!»
«Я снова вижу фею. Мише нравится то, что я такой. Он считает меня нормальным. Тётя Зина даёт мне таблетки. Вроде мне лучше.»
«Я ненавижу этого чёртового ублюдка! Ненавижу! Из-за него умерли все кто мне дорог! Это он довёл маменьку! Как он смеет мне диктовать, что мне делать! Из-за него я потерял друга! Я не хочу возвращаться домой.»
«Я слышу плачь маменьки. Она уже мертва несколько лет. Это мешает жить. Я не хочу слышать её плачь.»
«Я говорил, что мой папенька, нет! Отец! Ублюдок! Говорил?! Так, вот если не говорил он ублюдок! Он убил дядю Хосе. Плач матери становится громче.»
«Весь мой дом утопает в крови. Ко мне тянутся тени. Я везде вижу висельников. Не могу нормально спать даже в гробу. Плачь маменьки не утихает. Крики якобы убитых мной стали ещё громче. Крики, что я ничего не могу раздражают. А ещё я знатно раздражаю отца тем, что моя комната теперь увешана эмблемами летучих мышей, звёзд, полумесяцев и конечно флагов. Ему не нравится какие идеи я поддерживаю и как я их переделал. Он ненавидит меня. Пусть. Мне плевать на него! Отец может вечно срывать плакаты со стен. Я буду вечно делать новые.»
«Сегодня я встал с осознанием, что мне исполнилось 18 000 лет. Я увидел фею из детства. Она была страшной и злой. Но я её не боялся. Папенька опять зовёт к себе. Если сейчас я ничего не сделаю я потеряю контроль над своей жизнью. Примроуз повела меня к моему тайнику. Я нашёл семейный кинжал подаренный бабушкой Мэри. Я про него забыл. А может и правда? К чёрту! Я наконец-то защищу хотя бы себя от этого психа и отомщу за семью. Это надо было сделать ещё тогда! Голоса шепчут "убей". И я убью!»
«Комната отца залилась вся кровью. Кинжал не понадобился. Я никогда в жизни не пил кровь вампира и не убивал их. Он так испугался. Ничтожество! Фея прыгала и хлопала от радости. Монстры кланялись мне и расступались. Плач матери и якобы убитых стали невыносимы.»
«Я забрал деньги и важные бумаги. Уеду в немкантату! Буду их правителем! Мой друг Элайс хочет помочь мне. Я уже кое-что в медиа заявлял. Меня поддерживают.»
«Когда я иду мимо картин и плакатов они плачут кровью. Когда я вижу кого-то кто против меня он умирает. Нет, они живы. Просто я вижу как их убивают. Это крайне весело.»
«Последнее время писать всё тяжелее. Я слышу крик отца, что я ничто. Почему даже мертвым он не может оставить меня в покое?! Я стал правителем. Недавно расписался с Зарёй. Она идеальна! Монстры приняли её как королеву. Ну если я король то она естественно королева! Они говорят, что я лучший. И я действительно лучший! Лоренцо всё ещё видит нимф, русалок и сатиров. Это уже раздражает.»
«Я больше не могу! Мы проигрываем! Заря облилась святой водой. Я вижу её прах. Мне страшно себя убивать. Мне страшно было её терять. Единственную кто меня любил. Она была не демонессой. Для меня ангелом. Страшнее быть живым. Без неё я точно мёртв. С ней умерла моя любовь ко всему в этом мире и к красоте. Но она умерла ради меня. Мы должны погибнуть вместе в один день. Тени и монстры всё ближе. Если я не убью себя они убьют меня изнутри. Фея смеётся и будто подаёт кол. Плач маменьки стал настолько страшным и отчаянным, что я будто оглох. Плач убитых мной, действительно убитых настолько грустный и злой, что я вспоминаю про правосудие. Меня бьёт дрожь. Я слышу злой крик отца, что я ничтожество. Когда же он заткнётся?! А ещё слышу обиженный и злой голос Михаила. Как же я не хочу его видеть. По крайней мере в этом мире. Это надо кончать! Я беру в руку кол.»
Последние несколько записей были упущены и некоторые события. Для соблюдения всё-таки хоть каких-то личных данных. Какие-то записи читать попросту невозможно. Переведено более менее интересное. Записи были взяты из мемуаров или же личного дневника(официальное название следствие не закрепило. Принято называть мемуарами.) Иоганна Драсинга.
Перевод с немкантатцкого на русскантатцкий, который очень уж похож на наш русский любезно предоставлен Элайсом.