Обнимая землю

Прошла неделя. Город в течение неё будто застыл. Люди практически не выходили из домов, и казалось, что все уехали. Во всех учебных заведениях объявили карантин, и я, конечно, был бы рад, если бы на это была другая причина. Сотрудники МЧС были повсюду – одни с собаками искали уцелевших, другие разгребали завалы. Люди, которые были менее напуганы, старались им помогать. Из-за того, что метеорит задел провода, практически весь город был обесточен. К счастью, в подвале у соседей был генератор, который они купили прошлым летом. Хорошо, что они подготовились. Вещание по телевизору вернулось.

О катастрофе упорно молчали, передавали только общие сведения. Это заставляло немного переживать. Некоторые знакомые говорили, что к месту крушения никого не подпускают. Создавалось ощущение, что власти пытаются что-то скрыть от СМИ и населения. Продукты дома заканчивались, а магазины почти все закрыли пару дней назад. Осталось лишь несколько, в которые очередь была сумасшедшей даже за буханкой хлеба. Наконец сегодня, 21 марта 2020 года, слова водителя автобуса по поводу эвакуации стали явью. Я переписывался с Мией, как вдруг по всему городу раздался странный звук. Встав с кровати, я пошёл в комнату к маме.

– Мам, ты слышишь? Что это?

– Да, похоже на громкоговорители. Возможно, их подготавливают.

– Похоже на то, что их давно не включали.

Звук был не из приятных. В какой-то момент мы даже прикрыли уши, но это особо не помогло, в голове стоял пронзительный скрежет. Мия написала, что походу нам захотели что-то сказать. В один миг все стихло, и чей-то голос начал говорить:

– Внимание, внимание! Всем жителям города Котбус! Вследствие недавней катастрофы мы вынуждены вам сообщить об эвакуации из города в специальные лагеря, которые организовали для вас в Польше, примерно в двухстах километрах от нас. Там вас ожидает горячая пища, кров и медицинское обслуживание по необходимости. Эвакуация начнётся завтра в полдень. К каждому дому подъедет специальный автобус в назначенное время и будет вас ждать. После отвезёт в одно из мест эвакуации. Соберите всё только самое необходимое, допускается две небольшие сумки на семью. Не переживайте за близких, все в итоге окажутся в безопасности. После въезд в город будет закрыт. Доступ будет разрешен только военным и исследовательским подразделениям. Спасибо за понимание.

Сообщение повторялось ещё несколько раз, после чего голос утих. Мне стало интересно, кто же всё-таки нас будет эвакуировать? Власти? Или кто-то другой взялся за это дело? И что это за лагеря, в которых мы все явно не поместимся? А зачем в городе оставят военных и учёных? Как всегда недосказанность вызывала непонятное ощущение внутри. Мы с мамой начали собирать вещи, я одновременно переписывался с Мией и Биллом. Мия говорила, что они с Патриком тоже принялись собирать вещи и что завтра утром подойдут к нам.

...Мия и Патрик уже около года живут вместе, но Патрик никак не решится сделать ей предложение. Он для меня не только возможный будущий муж моей сестры, но и лучший друг детства, ещё со школы. Они жили в двадцати минутах ходьбы от нас, поэтому были довольно частыми гостями...

Мия никак не могла определиться, что точно брать с собой, но, к сожалению, мы были в той же ситуации. После несколько часов размышлений и переговоров между мной, мамой, Мией и Патриком, мы всё-таки решили, что для нас является жизненно необходимым. Первое, что нам пришло в голову, это телефоны – наверное, самое банальное. Мы надеялись, что в этих лагерях всё-таки будет электричество. Далее – предметы первой необходимости, личной гигиены, столовые приборы, даже спички. Вдобавок к летней одежде на всякий случай взяли немного тёплых вещей.

Билл вообще не понимал, что происходит, и отказывался куда-либо ехать, но я его уговорил. С одной стороны, он соглашался со мной и говорил: «Давно пора. Хорошо, что они, наконец, одумались», – но с другой стороны ему до сих пор было наплевать на себя и других, он просто хотел сидеть дома, чтобы его никто не трогал. Такое поведение можно было объяснить тем, что у него – раздвоение личности. В нём как будто жили два человека – один тянул за верёвки, второй – их резал. Он рассказывал, что иногда гостил в психбольнице, и эти истории захватывали.

...«Я как обычно сидел за компом в наушниках и занимался своими делами, как вдруг услышал звонок в дверь. Открыв, я увидел на пороге двух незнакомых мне людей среднего роста, они были одеты официально. Чёрные брюки, пиджак и туфли. Я хотел уже было сказать, что они ошиблись, как один из них спросил:

– Вы Билл Бор?

– Да, – уже насторожено отвечал я.

– Тогда Вы будете вынуждены проехать вместе с нами».

В голове Билла будто кто-то нажал на переключатель и ситуация изменилась до неузнаваемости.

– С какой стати, я вынужден куда-то ехать с вами?

– Извините, мы не представились. Меня зовут Доктор Джонотон Майлс, со мной – мой помощник Доктор Тари Вест. Мы из психиатрической больницы Броун Люстери.

– Да, очень интересно. А теперь – до сви-да-ни-я, – говорил Билл, словно растягивая гласные.

– Мы приехали по просьбе ваших соседей, они нам рассказывали о Вас.

– Да вы что, серьёзно? И что же? А точнее кто? – сказал он, сделав удивлённое лицо и перекрестив руки.

– Это не важно. Билл, Вам нужна помощь, поехали с нами.

Внезапно в голове у него возникла мысль светлой стороны его личности: «А почему гости стоят на пороге? Надо бы пригласить их в дом».

– Извините, пожилые люди, можете войти. Давайте всё обсудим.

– Приятно слышать, Билл.

– Усаживайтесь пока, а я поставлю чайник.

– Тари, ему точно нужна помощь, жильцы, видимо, говорили правду.

– Видимо, да.

– Господа, какой чай вы желаете? Чёрный, зелёный, а может быть – каркаде?

– Нет, спасибо, я не пью чай, – ответил Джонотон.

– А мне чёрный, – сказал Тари, – и можно с лимоном.

После чего Джонотон с презрением посмотрел на своего коллегу.

– Ну а что, он болен. Нельзя отказывать. К тому же в горле пересохло, – сказал он и потянулся рукой к шее.

– Ну, как знаешь. Но надо ближе к делу.

В это время на кухне закипел чайник, и Билл, сделав чай, отправился в гостиную.

– А мы Вас заждались.

– О, это мне, спасибо большое.

– Да, Вам.

В этом момент Билл выплеснул кружку кипятка в лицо Тари и сказал:

– На, попей, – после кинул её в Джонотона и бросился бежать из квартиры.

– Твою ж мать, Тари! Вкусно?

– Ааа, с*ка, горячо! Больно!

– Не ной. Вставай быстрее, и за ним.

Билл жил не высоко – третий этаж, но прыгнуть никто не отважился.

Пока гости приходили в себя, Билл уже почти выбежал из подъезда.

– Погоди, я сейчас позвоню. Аллё, Форд, он сбежал, готовься его задержать.

– Что там произошло?

– Позже поговорим.

– Хорошо,понял.

«Форд, как выяснилось, был план Б этих уродов. Их водитель и вышибала одновременно. Выбежав, я увидел, как какой-то взрослый, здоровый мужик быстро ко мне приближается. Недолго думая, я двинулся во дворы. В Котбусе не сильно широкие улочки, и всегда удавалось улизнуть. Но когда-то этому везению должен был настать конец. И это был именно тот день»...

Сегодня день эвакуации, и мы практически были готовы к ней. Осталось положить ещё несколько вещей. Мысли о том, как себя чувствует Мирцелла, не могли выйти из моей головы. Я надеялся, что она тоже собрала вещи и готовится к выезду. Вдобавок, на душе было состояния покоя, это я себя так утешал. Но всё же мне не хотелось верить, что я покидаю свой родной дом, город. Оставалось думать, что мы ещё вернёмся. То, как другие люди копошились и торопили друг друга за окном, выглядело немного тревожным. Вся эта спешка, суета – не понятно, к чему. Меня беспокоило только то, что мне было до жути интересно, что скрывают учёные и власти. Неужто они что-то узнали или нашли загадочного в том метеорите. Я увидел, как Мия с Патриком подходили к нашему дому, и пошёл открывать дверь.

– Здорово, Мэв, – сказал Патрик, протянув мне руку.

Он, в отличие от меня, довольно плотной комплекции, так сказать, крепкий. Время от времени посещает тренажёрный зал. Но без фанатизма. Он чуть ниже меня, причёска с начёсом, овальная форма лица, напоминающая гандбольный мяч. На лице – небольшая щетина. Оделся он как на обычную прогулку – футболка, бриджи да кроссовки.

Меня называли по-разному, чаще всего, конечно, просто имя полностью, но иногда – Мэв, Мэвр – как мне совершенно не нравилось. Ну, или Мэрлин, ссылаясь на старый мультфильм.

– Привет, Патрик. Как она? – потом поздоровался с Мией, после чего мы с ней обнялись, и зашли в дом.

– Уже лучше, – ответил Патрик. – После того инцидента она немного изменилась, конечно.

– Проходите в гостиную, там подождём, – как всегда, чтобы оставаться порядочным, я предложил чай. На что Патрик сказал:

– Лучше бы что-нибудь покрепче.

– Я думаю, нас там могут проверять, поэтому не стоит.

– Ну ладно, тогда ничего. Мий, может, ты хочешь?

– Нет, спасибо.

– Ну как хотите, а я выпью.

С чашкой я вернулся в комнату:

– Ну что, осталось всего несколько часов.

– Да уж, – сказала Мия, – Интересно, как там, и надолго ли?

– Не хочу пугать, но, наверное, там что-то серьёзное. Я сам не хочу уезжать.

– Ну, ничего, я думаю, что привыкнем. Главное – чтобы там был душ.

– Это точно, а то быстро превратимся в первобытных людей.

Все усмехнулись.

– А где миссис Хиггинс? – спросила Мия.

На что я ответил, что мама решила немного вздремнуть перед поездкой.

Пока все ждали прибытия автобуса, я опять решил поразмышлять. Дело в том, что я всегда хотел побыть в безлюдном городе, любил искать себе приключения. Мечтал побывать в Припяти и окунуться в эту атмосферу, а теперь это всё реально пережить в Котбусе. В голове пронеслась сиюминутная мысль, которая вызывала восхищение всей мощью и силой стихии. Я уже представлял, как брожу по улочкам, наблюдая за всем происходящим. Конечно, настораживало, что останутся военные – вдруг поймают? «Да ничего страшного», – ответил я сам себе.

Мысли, которые могут показаться безумными, заставляли не думать ни о чём другом, как найти аргумент остаться. Или же как-нибудь иначе это всё провернуть? Я уже твёрдо решил задержаться в городе и может даже выяснить, что же всё-таки делают учёные в месте падения.

И вот за нами подъехал автобус. А я до сих пор и не придумал выхода из ситуации и тянул время, как мог. Как вдруг Мия сказала: «Мэв, не забудь телефон, а то скучно будет». Постой, телефон..., Билл... И тут меня осенило.

Взяв телефон и сумку, я вышел на улицу. Здесь было уже достаточно много народу, ведь за всеми стал подъезжать транспорт. Люди стояли и ждали своей очереди. На лицах многих можно было прочесть страх, недоверие, грусть и чуток отчаянья от всего происходящего. Ведь некоторые недавно потеряли близких.

Зная, что моё решение может показаться непонятым, идея о привязке Билла к этой истории казалось мне наиболее приемлемой.

– Мне только что звонил Билл – у него возникли какие-то проблемы. И он попросил меня помочь.

– А что случилось? – спросила мама сомнительно.

– Толком не знаю. Это же Билл. Постоянно у него что-то не так.

После чего Мия спросила:

– Попросить, чтобы тебя подождали?

– Нет. Не волнуйтесь за меня, я приеду с ним, всё будет хорошо. Встретимся.

Всё это время водитель нас ждал и ситуация накалялась. И вдруг из автобуса раздался голос.

– Вы едете? Если не готовы, уступите очередь другим.

И Патрик ответил: «Да».

– Ну а что, доедет с Биллом, какая разница.

– В том, что могут привезти в другой лагерь.

– Да мы вернёмся назад уже через пару недель. К тому же Билл живёт недалеко, я думаю, что наш район точно везут в одно место. Вот, смотри... Мистер, а улицу Нордринг тоже везут туда, куда и нас?

– Да, районы поблизости везут в один лагерь.

– Видишь? Всё нормально.

– Ну ладно. Увидимся, Мэв.

– Да. Уже скоро.

После чего я, обнявшись со всеми на прощание, пошёл в сторону квартиры Билла. Оглянувшись, я увидел, как автобус медленно повернул на перекрестке и скрылся за домами. Я остановился и сел на траву около тротуара. В голове были мысли. Это всё? Победа? Теперь надо было думать, что делать с пропитанием на первое время. Ведь город возьмут в оцепление, то есть поставок вообще больше не будет. Хотя оставшимся нужна будет пища, им же будут что-то привозить? Но вопрос о том, что будет, если меня заметят, стал теперь более интересным, но на него я пока не хотел знать ответа. Как мне теперь передвигаться по городу? Ночью – страшно, но, наверное, придётся. В общем, не надо думать наперёд, сначала нужно всё разузнать – что будет, когда эвакуация закончится. После нескольких минут раздумий, я вернулся в дом.