1.
- Он торчит там уже третий день. Выходит только в душ и туалет. Даже еду с собой туда уносит.- старший мембер почти что-то растянулся на столе, вытягивая руки вперёд и лбом касаясь поверхности.- А у меня потребности между прочим! Я уже устал был в режиме «Джунождатико».
- Хён, что-то ты уж слишком разнылся.- слишком меланхолично отвечает Чимин, который стал случайно «жилеткой».
- Ты же знаешь, что он не просто так там сидит.- более подбадривающе произнёс Хосок, которого Пак почти за шкирку притащил сюда за компанию.- Шуга-хён тоже заперся в своей студии и сидит там безвылазно. Чонгук тоже пропал у себя.
- Тэхён заперся вместе с Чонгуком.- ворчливо ответил Джин, поднимая голову и укладывая подбородок на одну из вытянутых рук.- А меня Джин-и не пускает!
- А ты просился?
- Конечно. Вчера, когда относил ему ужин.
- Джин-хён у нас действительно заботливая мама. Ты вроде Юнги-хёну и другим тоже ужин относил.
- Да. И завтрак, и обед, и даже сладкого приносил. А то ведь эти оболтусы все забудут поесть.
- Ладно, позвольте откланяться.- вздохнул Хосок, поднимаясь со стула.- Мне тоже пора идти работать.
Чимин испепеляюще смотрел в спину старшему, пока тот не скрылся за поворотом. Он остался наедине с Джином, который воображаемыми слезами мог затопить добрую часть Сеула. Все альфы сныкались по студиям... Было даже ощущение, что работают в группе одни рэперы, а вокалисты чисто для красоты неземной. Не считая Чонгука, который был разносторонним мембером. Сюда бы Тэхёна, чтобы смог поднять старшему настроение или отвлечь его, да вот только он с Чонгуком. Пак вот страдал больше. Джин хотя бы мог свободно зайти в студию к Намджуну, а у его Юнги замок дверной.
- Хён, я думаю, что Намджун-хён ужасно устал. И по твоим рассказам спит на матрасе одном... Предложи сделать ему массаж расслабляющий. Думаю, что он будет не против.
Ким-старший даже просиял и поблагодарив Чимина, чуть ли не пулей удрал с кухни. Так, а что Паку делать? Он теперь считай один в общаге. Пойти позаниматься, или сегодня немного полениться? А что ему терять, он тоже пойдёт ва-банк.
***
Студия Намджуна
Спустя час Джин мялся перед дверью студии своего альфы. Он просчитывал варианты действий при отказе и согласии. Надо было знать как одержать верх. Хотя, что могло пойти не так? Светлые волосы были немного влажными и в творческом беспорядке - Джин специально принял душ, а то мало ли какое продолжение будет у массажа. На нём свободная белая рубашка, давно уже стащенная у Джуна, но до сих пор пахнущая тёмным кофе, верхние три пуговицы расстёгнуты. И бельё. Всё, больше ничего нет. Ну а кто его может увидеть? Только если Чимин, остальное заперлись в студиях. Сглотнув, Джин постучал. Через секунду послышалось копошение, шаркающие шаги и дверь отворилась. Перед ним предстал Ким-Монстр-Разрушений-ака-Лидер-Бантан-Намджун во всей «красе». Взлохмаченные тёмные волосы, цвета молочного шоколада. Под глазами синяки от недосыпа. Футболка и обычные домашние шорты, на ногах пушистые тапочки с мордочками котят, которые подарил ему омега.
- Джин? Ты чего?- Джун заглянул куда-то за дверь.- Сейчас же не время еды.
- А я что, не могу просто проведать любимого?- старший надул губки, Джуна торкнуло молнией по телу.
- Конечно, можешь. Ну, заходи тогда...- Джун отошёл, пропуская омегу и невольно принюхиваясь.
Не зря Джина звали мамой: от него пахло чем-то цветочным и молоком. Так по-домашнему. Джун сел обратно в кресло, пока старший осматривался.
- Как успехи?- Сокджин неожиданно «оживает» и в наглую усаживается на колено альфы. Тот его чисто рефлекторно обнимает за талию, придерживая, а после пересаживает на оба колена.
- Не пишется. Я недавно был у Юнги, тот уже проделал много работы, а я даже свою партию не могу написать.- Ким вздыхает, утыкаясь блондину в плечо.
Джин в это время читает текст на листке, бубня и улыбаясь в конце.
- Здорово получается. Ты хорошо пишешь.
- У меня замечательная муза.
- Кстати, я чего пришёл. Не хочешь немного расслабляющего массажа? Думаю, что спать столько дней на одном матрасе жутко неудобно.
- Ого, массаж от самого всемирного красавчика Ким Сокджина? Какая честь!- альфа смеётся, получая слабенький удар по плечу.- Но я всё равно не откажусь от такого.
Омега хочет подняться, но его удерживают, прижимая только сильнее.
- Что такое? Давай я сделаю.
- Мы испробуем немного другой массаж.- уже полушепчет Намджун, поворачивая голову Джина к себе и впиваясь в его пухлые губы.
Старший хочет, но не в силах возмутиться, что его планы так нагло нарушили. Он прикрывает глаза, шумно выдыхая и чуть выгибаясь навстречу прикосновениям. Руки Намджуна большим, горячие, немного шершавые. Большие пальцы задевают твердеющие соски с проколами. Менеджер долго сокрушался, отчитывая Джина за такую выходку, хотя надо было винить Джуна. Теперь омеге приходилось подбирать более свободную, необтягивающую одежду, чтобы их любимые ARMY не видели этого бесстыдства. Хотя особенно зоркие фанатки давно уже прознали. Но и это ещё не всё. Альфа, снова задев напряженные соски, ведёт вверх, расстёгивая пуговицы рубашки. Два пальца проникают в рот, вместо поцелуя. Только пальцы коснулись языка, Джун замер.
- Джин?
- Фто ефё?- всё ещё с пальцами во рту, омега взглянул на младшего.
- Что у тебя с языком?
Джин улыбается и высовывает язык, демонстрируя металлический шарик пирсинга.
- Ты в курсе, что получишь за это больше, чем за соски?
- Да, но если не лазать пальцами ко мне в рот и не стоять с лупой, когда я говорю, то его и не видно.
Джун на это промолчал, лишь вздохнул. Что в следующий раз? Тату? Решив пока на этом не зацикливаться, Нам стянул рубашку с широких плеч, начав покрывать их узорами из поцелуев. Хотелось оставить парочку засосов, но нельзя. Точнее, можно лишь на тех местах, где не заметят, а это обычно область живота и ниже. Ну или такой оставить, чтобы старший смог соврать, что это синяк. Джин опирается на край стола, выгибаясь в пояснице и Джун стягивает с него бельё, прежде заставляя приподняться старшего. Свободная рука скользит между ягодиц, давя на сжатое колечко мышц. Альфа фыркает, когда два пальца с лёгкостью проникают в жаждущее лоно. Он ничего другого не ждал от своего любимого негодника.
- Джу-ун... Вот только посмей меня сейчас дразнить. Я тебе такое устрою.- старший Ким сгибает руки в локтях и теперь так опирается на саму столешницу.
- Даже в мыслях не было, любимый.- низким от возбуждения голосом полушепчет Джун.
Он приспускает свои шорты, скользя между чужих ягодиц. Давит, но желаемого не даёт. Сокджин хочет возмутиться, ведь он только что говорил про это! Но стоит ему полуобернуться, омега стонет и мелко дрожит. Джун успевает избежать гневной тирады, одним движением погрузившись на половину. Джин снова выпрямляет руки и насаживается самостоятельно. Раздаётся сдвоенный вздох. Альфа чувствует жар чужого тела, кладёт руки на бёдра Кима, хотя ладони тут же скользят выше. Младший предоставляет полную свободу, так что Джин начинает медленно двигаться, скорее уж дразня таким. Нам откидывается на спинку кресла, запрокидывая и голову. Его руки «гуляют» по любимому телу, чувствуя как напрягаются мышцы. Старший немного наращивает темп, садясь прямо, но по-прежнему используя стол как точку опоры. Скоро Джуну надоедает делать это медленно. Ему слишком сильно сносит крышу от Джина, чтобы «любить» его нежно. Омегу укладывают грудью на стол, мешают некоторые безделушки и компьютер, но сейчас это мало волнует. Взявшись за талию омеги, Джун начинает двигаться на своё усмотрение. Им двоим кажется, что каждый звук отдаётся эхом: стоны Джина, хриплые Джуна, шлепки кожу о кожу, и, кажется, даже стол стал немного скрипеть. Младший снова чуть откидывает голову, пятернёй убирая чёлку сглаз. Этой же рукой сгребает волосы Джина, оттягивая назад. Омега стонет, кажется, даже скулит. Джун продолжает в быстром темпе вбиваться в горячее и влажное лоно, тяжело и хрипло дыша. Внезапно он толкается на всю, замирая внутри, как раз упираясь плотью в чувствительную точку. Вокруг члена всё сжимается, пульсирует, сам Джин тоже начинает ёрзать. Альфа возобновляет движения, но начинает с медленных. Он уже почти доходит до пика, но Джин его опережает, кончая даже не прикоснувшись к себе. Его стягивают со стола, разнеженного и немного затраханного, ставят коленками на пол. Хорошо, что у Нама коврик мягенький постелен на полу. Младший обхватывает плоть в кольцо из пальцев, начиная двигать рукой. Джин пускай и пребывал в нирване, в стороне не хотел остаться. Губы сомкнулись на поджавшихся яичка, и омега по очередной втянул каждое, посасывая. Сверху донёсся гортанный стон и рука Джуна заменяется ртом. Омега послушно держал рот открытым, позволяя входить до самой глотки. Альфа же ловил кайф от того, как металлический шарик пирсинга немного давит. И снова на члене смыкается рука. Ещё через минуту, Джин ловит ртом выстреливающее семя, вздрагивая, когда немного попадает на лицо. Младший плюхается на стул, а Джин рубашкой вытирает следы со своего лица.
- Знаешь, если ты будешь делать мне такие «массажи», я готов поселиться в студии.