Gioco pericoloso | Опасная игра

Рикардо

Охранник Бано потянулся за своим пистолетом, как я опередил его, направив ствол на его босса. Тот не двинулся с места, как и сам телохранитель, держа меня под прицелом. Наоми крепко сжала кулаки, не посмотрев в мою сторону.

Синьор Бано выдохнул, не выдержав мой взгляд, и посмотрел на нее. Ее взгляд блуждал по ней и я прищурил глаза. Почему это раздражает?

— За такую дерзость я вовсе не отправлю своего сына в вашу больницу, синьорина Лино, — кивнул он в сторону моего пистолета, засунув руки в брюки. — Ведь такая ваша настоящая фамилия?

Наоми выдохнула, понижая гнев. Я не сводил глаза с Бано и его телохранителя, в случае, если он посмеет нажать на курок. А он это не сделает. Если он убьет меня, то это ударит по гордости отца, а это им не выгодно. Гнев Дона, точнее сказать, будет не из-за моей смерти. Ему на это все равно, ведь на одного наследника меньше. Ему важнее мафия, как и нам власть, которая перейдет по наследству.

— Я Романо, а не Лино, уб... — процедила она, затем стряхнув головой, продолжила: — Синьор Бано, — тон стал дружелюбней. Я это назвал бы, как «это твой последний шанс, ублюдок, или я тебя убью». Ее голос – мой прожигающий взгляд одно целое. — Это меры предосторожности, ведь ваш телохранитель первый направил на нас свое оружие. Мой... — она посмотрела на меня и я кивнул. — Жених защищается. И это никак не дерзость.

Бано пожал плечами, посмотрев на своего телохранителя, и тот убрал пистолет, как и я.

— Жених говоришь, как интересно, — улыбнулся он. — Разве это не твой брат собирался жениться?

— Как видишь, нет, — коротко ответил я, и он посмотрел на нее еще раз. — Не надейся, ты не приглашен.

— Как жаль. Твой брат пригласил бы меня, — наша тема с мальчика перешел к нашему «браку».

Наоми посмотрела на меня волчьим взглядом. Мы прекрасно знаем, что это всего лишь игра и никакой свадьбы не будет.

— Перейдем к делу. Мы здесь не обсуждать мой брак, а чтобы вернуть Эроя, — я наклонил голову в бок и сузил глаза. — Это же ведь невыгодно тебе – не отдавать мальчика в больницу. Если он умрет, то ты не будешь получать пособие, верно? — спросил я и тот замер.

— Это ребенок, а не какое-то средство заработок, — возмутилась Наоми.

А для них – он самый. Наоми даже не в курсе, что приемные родители Эроя взяли под опеку и теперь используют его положение, чтобы брать за это деньги.

Бано понял, что это обернется ему проблемой и он лишиться денег, поэтому задумался. Я следил за ним, как и за тем, что его телохранитель внимательно наблюдал за нами.

Это вражеская территория и я понимал, что он все донесет до Андрэ. Но что он мне сделает, мне плевать. Я здесь не ради того, чтобы завоевать его территорию, а ради Наоми. Не хотелось бы рисковать ею здесь, да и в целом.

— Ладно, — процедил он и повел рукой за спиной. — Никакой операции, — угрожающе посмотрел он на Наоми.

Она не отвела от него взгляд, гордо стояв рядом со мной. С такой стойкостью она будет достойна моей фамилии. Эрнесто ей очень подошло бы.

Но все же, я хотел ему сделать предупреждение.

— Я не собираюсь терпеть твои косые и оценивающие взгляды на мою невесту. Мало, что я сказал твоему телохранителю?

— Нет. Этого больше не повторится, синьор Эрнест, — сухо сказал он и за его спиной послышались шаги. — Можете забрать.

Дав проход мальчику с мужчиной, который буквально тащил его за руку, он отпустил Эроя. Блондин посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Наоми и его глаза буквально загорелись.

— Доктол-фея! — задрожал его картавый голос от счастья, а глаза сверкали от слез.

— Маленький герой, — села Наоми на корточки, и крепко обняла мальчика, когда тот побежал в ее объятия. — Ты цел? Нигде не болит?

Я наблюдал за ними, затем посмотрел на Бано, который делал тоже самое.

— Я цел, я же гелой, — сладко улыбнулся он, без одного зуба, но все же красивой улыбкой. — Ты плишла за мной? Ты меня забелешь?

— Конечно заберу, — ее нежный взгляд для Эроя сменился на убийственную к синьору Бано. — Никто тебя не тронет!

Она встала, подняв его на руки, затем благодарно посмотрела на меня.

— Идите в машину, — сказал я, и Наоми кивнула.

Я убедился, что Наоми и Эрой в безопасности, когда они сели в машину. .Затем провел взглядом вокруг, проследив за тем, что за нами не будет хвостов.

— Только попробуйте тронуть кого-то из них, и обещаю, что смерть будет долгой.

Обернувшись, я на всякий случай держал пистолет заряженным. Я прекрасно знаю на что способны люди, когда у них есть возможность выстрелить спину.

Сев в машину, я завел его и мы тут же отправились в путь.

— Вам куда? — спросил я, посмотрев на зеркало заднего вида на обратном пути. Больница должна быть закрылась, а везти их в свой особняк без разрешения, думаю не хорошая идея.

— Эрой сильно устал. Отвези нас в мой дом.

Прошло несколько дней, как они перестали туда ездить. И судя по тому, чему я догадываюсь, этому причина Макарио Лино. День, когда я сказал своему отцу, что Наоми моя невеста.

— Ты уверена? — спросил я, на что она уверенно кивнула. — Ты тоже устала, — подметил я, на что она промолчала. Кажется, у нее была сложная операция. Быть хирургом не так-то просто.

Тогда мне придется поставить ее дом под охраной. Место, где находится ее дом – пока что территория отца. И надо найти решение, как можно скорее. Может найти ей и ее матери другой дом или через дядю оформить это место для себя.

Брат отца сделал улицу клуба моей территорией, думаю ему будет не сложно сделать улицу ее дома и место работы тоже моей собственностью. Так хотя бы она будет в безопасности.

Посмотрев в зеркало, я увидел, как Наоми изучала Эроя на наличие ран. На руках она остановилась и погладила синяки.

— Надо было вырвать руки тому засранцу, который сильно тащил тебя, — пробормотала она, глядя на синяк. — Болит?

Эрой с улыбкой покачал головой и крепко обнял Наоми.

— Ты не блосила меня. Спасибо. Спасибо. Спасибо. Я так тебя люблю! Ты самая лучшая, доктол-фея.

Она посмотрела на меня через зеркало, и ее глаза засверкали от слез. Наоми была тронута словами мальчика, и что-то проснулось в ней. Что-то нечто особенное, что мне было так знакомо с детства. У нее появилась материнская любовь.

В оставшуюся дорогу она гладила его по голове, прижимая к себе. И в ней все ярче и ярче горела эта любовь. У нее намного больше любви к чужому мальчику, чем у его приемной семьи.

Я остановился перед ее квартирой и наблюдал за тем, как она выходила.

— Спасибо, что помог забрать Эроя, — искренне улыбнулась она. — Для меня это очень важно. Береги себя, — бросила она и не дожидаясь ответа, закрыла дверь.

Наоми шла к себе в дом и я внимательно следил за ее спиной.

А у нее красивая улыбка... Очень. Так! На сегодня у меня много ночной работы, но я тратил время, чтобы проследить за ней.

Что же я творю? Помассировав переносицу, я завел машину и выехал в клуб. Надо составить план ко дню семейного ужина. Я понимаю, что нас там может ждать. Как только мы будем там, все должно идти по сценарию.

— Твой дядя сейчас в Сицилии, — сообщил мне Бернандо и сел в кожаное кресло. — Уже под утро, поехали домой.

— Волнуешься? — посмотрел я, продолжала писать какие вопросы может задать отец и какие ответы желательно ответить.

— Конечно, — наигранно надул губы друг и встал. — Хочешь, чтобы я уложил тебя в постель насильно, Рико? Я могу.

— Минуту, — хмуро сказал я, заканчивая работу.

— Шестьдесят, пятьдесят девять... — начал он обратный счет и я клиннул по клавише и стал печатать бумаги.

Осталась одна задача. Добыть обручальное кольцо. До семейного ужина я предоставлю Наоми кольца, чтобы она выбрала сама.

***

Как только наступило время обеда, я припарковал машину у себя в особняке. Раны на теле уже затянулись, а значит время нашего договора о моем лечении медленно подходит к концу. Пора бы ей уже отдать две тысячи евро.

Пока я стоял у своего крыльца, подъехала машина Джан Жака и оттуда вышла Наоми. Я наблюдал за тем, как она шла в мою сторону. Кивнув друг другу, я открыл ей дверь и она вошла в особняк.

В комнате я сняв рубашку, сел на кровать. Бинтов на мне уже не было, как и швов. Обрабатывая мои раны, она бросала на меня взгляд, словно хотела что-то сказать, но не решалась. Закончив обработку ран, она выдохнула и сложила препараты в аптечку.

— Слушай, я до сих пор благодарна тебе, что помог мне забрать Эроя, — сказала она. — Но... Ведь это было не твоей территорией, если так подумать. Это же может отразиться на тебе, — задумалась она, что-то вспоминая. — И, если что-то пойдет не так, скажи, что это я виновата. Не отвечай за меня.

— Пока действует наш договор, я в ответе за тебя. И это не обсуждается.

Она запротестовала, покачав головой, когда я вел ее к кухне. Милли приготовила много рыбных блюд, которые любит Наоми.

— Ты вечером свободна? — спросил я у нее. Наоми кивнула головой. Я разложил горячую еду на стол и сел напротив нее.

— Тогда нам надо встретиться в ресторане. Будь готова, я подъеду.

Она изумленно замерла, побывав вилкой креветки. Запив его яблочным соком, поморгала.

— Затем заходить слишком далеко? — спросила она. Я протянул ей бумаги сценарием и бумагу с договором на десять тысяч евро.

До семейного ужина – она моя невеста, а после жена. Но только на бумаге. Она будет в праве снять кольцо, видеться с кем хочет и когда хочет только через месяц.

— Мы будем женатой парой всего на месяц, а потом разведемся, — прояснил я. — Думаю, что они будут следить за нами после семейного ужина.

Наоми нахмурилась.

— Мы договаривались до семейного ужина. Почему вдруг оно продлилось на  месяц? Да, я понимаю тебя, но и ты пойми меня. Я не вывожу присутствие твоих братьев и отца. Они сняться мне в кошмарах каждый божий день, больше недели, — усилился ее голос.

— Я сделаю все, чтобы они больше не появлялись в твоих кошмарах.

Она усмехнулась, кивая головой.

— А что собственно этому поможет? Ты не можешь залезть мне в голову. А спать с тобой я вовсе не собираюсь.

— Территория, где находится твой дом, станет моим. Теперь можешь не волноваться, они не сунутся туда, где моя территория. Даже твой отчим. Ему я тем более не позволю туда явиться.