Пока не рухнут небеса

Я с восхищением гляжу на произведение искусства, что украшает мое предплечье и улыбаюсь Герде, чья грудь, демонстрирует новенькую тату ввиду розы с осыпающимися лепестками.

- И за этим мы тащились через весь город? За парой строк на испанском языке? – Удо прищуривается, пытаясь разобрать фразу, что перевести могу только я. Мой отец обожал французскую литературу и часто усаживал меня к себе на колени, читая Саган или Стендаля. Поэтому, когда я вновь решил «изуродовать» свое тело, я выбрал цитату «И я вижу её, и теряю её, и скорблю. И моя подобна солнцу в холодной воде». Воспоминая о времени в «Паго де Ирраче», по-детски мечтательно закатываю глаза. Удо треплет меня за плечо и многозначительно вздыхает.

- Спасибо, Герда. Ты как всегда на высоте. Сколько с меня? – я тянусь рукой к бумажнику, что в заднем кармане джинсов и девушка перехватывает ее за запястье.

- Не обижай меня, Хави. Я должна тебе за ремонт своей «девочки». Я думала, что она когда-нибудь развалится на ходу, но ты вдохнул в нее жизнь. – Улыбка Герды очень по душе Удо, и он, пока я разглаживаю защитную пленку на свеженькой ране, приглашает ее в клуб, куда мы собираемся после тату-салона.

- Простите, парни, у меня много клиентов. – Герда деликатно отшивает нас и отправляется в подсобку, чтобы подготовиться к приему очередного любителя нательных рисунков.

- Облом, - с нескрываемым разочарованием произносит Удо. – Что ж, придется искать подружку на месте.

- Идем, с этим у нас проблем никогда не было. – Я хватаю друга за шею и вывожу на улицу. Моя бесподобная тачка, что я выгрыз у одного старьёвщика в прошлом году, манит меня, не хуже стройной блондинки на какой-нибудь вечеринке.

- Прокатимся до «Стинхауса»? – уточняет Удо, и, получив от меня кивок головой, начинает списываться с парнями, что по-любому уже на полпути к заброшенному складу, что теперь является эпохальным местечком, где проходят лучшие тусовки в городе.

Еще четыре года тому назад, я прогуливался по винограднику, спрятав лицо под отцовской соломенной шляпой, и мечтал лишь, чтоб урожай принес нам хороший доход. После смерти отца, я сдал «Паго де Ирраче» в аренду и купил билет до Берлина. Мой старший брат Гильермо уже много лет живет в Германии вместе с матерью. Оба уехали из Испании, когда мне стукнуло двенадцать. Такие плоды дал развод родителей. Мать почему-то решила, что разделить сыновей идеальный вариант. Что с ней сейчас? Я понятия не имею. Я попросил Мемо, не рассказывать мне о ней и не сводить нас на дурацких семейных мероприятиях, вроде пятничного ужина. Мне достаточно того, мне смог дать отец. Единственный человек, благодаря которому, я вырос...

- Эй, ты уловил суть того, что я только что сказал? – Удо высовывает язык, чтобы его идиотское селфи, облетело интернет и вернулось к нему, с кучей комментариев.

- Что ты сказал? – я врубаю поворотник, чтобы свернуть с дороги в сторону.

- Парни захватят с собой кое-что веселенькое.

- Опять? В прошлый раз, ты заблевал мне салон, и мне пришлось забросить в него с десяток автомобильных ароматизаторов. – В довесок показываю ему средний палец, чтобы не особо рассчитывал на меня в случае отключки.

Я резко торможу под деревом, над которым сияет прожектор и Удо выскакивает наружу, завидев девчонок с факультета искусств. Не так давно, он позировал им на занятиях и они, как он думает, не остались к нему равнодушны. Вместо того чтобы становиться свидетелем его подкатов, не спеша выбираюсь из «БМВ» и присматриваюсь к ряду тачек, что стоят поодаль. Из одной из них вылезает Тильда. Я матерюсь, потому - что где бы я ни был, всегда будет она. Раньше мне льстило, что девчонки бегают за мной по пятам. Теперь же, я хочу просто трахнуть кого-нибудь, и забыть об этом. Желательно, навсегда. Но Тильда...Она машет мне издалека и, подцепив подружку за локоть, направляется прямиком туда, где я стою.

- Привет, Хави, ты тоже здесь? Не ожидала тебя встретить, мы с Эвой, приехали отметить ее день рождения. – Тильда надеется, что я рассыплюсь в поздравлениях, предложу им свою компанию, а я сухо выдаю:

- Поздравляю. Меня ждут друзья, хорошо вам повеселиться.

Глаза Тильды потерянно мечутся в пространстве, будто она вдруг поняла, что Мадонна переодетый мужик. Под благодарности от Эвы и проклятия Тильды, я ухожу от них и приободряюсь, увидев, что Удо бросил своих студенток и греет для меня местечко среди парней из колледжа.

- Здорово! – жмет мне руку Пэт. У этого парнишки, чувство юмора ничуть не хуже, чем у заправского комика.

- Здорово. – Отвечаю я и поочередно обмениваюсь рукопожатиями с Ульрихом, Карлом и Штефаном.

- В планах нажраться, как на Рождество? – предполагает Штефан. В его рыжих волосах, запросто потеряется парочка кучерявых женских кисок.

- Ни за что! – Карл по обыкновению служит нашим здравым смыслом. Умник в очках от «Прадо», никогда не превратится в кусок унылого дерьма, как бы того не хотел.

- Так, я тут пораскинул, - Удо собирает нас, как вожак желающий толкнуть многообещающую речь. – Сначала, мы вольем в себя бочонок пива, а затем, я уже изучил обстановку, возьмем девчонок и свалим ко мне.

- Ни хрена ты шустрый. – Ульрих ударяет его кулаком и смеется так, что группа школьниц, не знаю, какого черта их сюда принесло, визжат от испуга.

***

Я помню, как Удо с парнями умещаются в моей машине, как мы едем по Герхард-штрассе, как проезжаем площадь с фонтаном, а потом сплошной мрак, с редкими вспышками огней вдоль улиц. Голова тяжелее, чем гиря в тренажерном зале и я не сразу отрываю ее от подушки. Точнее, от груди незнакомой белокожей красотки. Она мычит во сне, и я, чтобы не разбудить ее, стараюсь большим пальцем ноги ухватить свои джинсы, что валяются около перевернутого стула, буквально в метре от меня.

- Лапуля, ты куда собрался? – женский голос из другого конца комнаты, стопорит мои сборы. Полностью обнаженная блондинка, перешагивает разбросанные вещи и толкает меня в грудь двумя пальчиками. Я падаю и ощущаю, как некогда спящая подружка, перебирает мои волосы.

- Хочешь бросить нас, не попрощавшись? – бубнит та, что за моей спиной. Черт, я что провел ночь с двумя? Обидно, что я даже не воспроизведу в уме тот кайф, что видимо, испытал сполна.

- Простите, крошки, мне пора идти. – Я таки высвобождаюсь от их рук и, запнувшись о столик с зеркалом, подбираю джинсы.

- Тебе не понравилось с нами? – обе улеглись на кровать и играют со своими сосками, посылая мне горячие поцелуи. Твою мать!

- Вы лучшие и я обязательно найду вас, когда захочу получить ни с чем несравнимое удовольствие. – Успокаиваю их, натянув свитер, теряюсь за дверью. Мои глаза натыкаются на утренний минет для Удо, что делает взлохмаченная девчонка в розовый стрингах. Эта картинка, похоже, отпечатается в памяти надолго. Я осторожно прохожу мимо и слышу вздохи в ванной. Бл*дь! Мне остается лишь покинуть квартиру друга и привести себя в порядок в своей ванне.

Спустя полчаса, я проворачиваю ключ в замке жилища брата, в котором он любезно предложил разместиться мне, совсем недавно. До этого момента, я жил в общежитии колледжа, но по ряду причин, мне тактично сообщили, что я больше не желанный сосед для одного домашнего мальчика. Его папаша является негласным спонсором, так что, мне пришлось позвонить Мемо и попросить о помощи.

Двухэтажные апартаменты в живописном районе города, отлично подошли мне, и я облюбовал комнатку на втором этаже, с выходом на крышу. Брат практически не замечает моего присутствия, и мы не ссоримся по пустякам. Наши взаимоотношения в принципе нельзя назвать братскими. Столько лет в разных странах и ни единой минуты общения, ни в письмах, не по телефону. Чего ожидать при встрече? Мы совсем не знаем друг друга.

Поднимаясь по лестнице, я пялюсь в огромные окна, что впускают весь дневной свет и ненароком, подмечаю блестящую вещицу, напоминающую браслет. Он переливается на тумбочке, а я хмыкаю, ссылаясь на то, что одна из подружек Мемо, в спешке забыла об украшении. Я видел парочку женских штучек в своей нынешней спальне, но не предал этому значения. У брата насыщенная сексуальная жизнь. А впрочем, это не мое дело.

Телефон вибрирует в кармане, и я достаю, чтобы сказать Удо, отвали.

- Да, всё нормально. – Я убеждаю его в том, что не пострадал от ночных скачек с двумя цыпочками, а он не меньше минуты ржал над тем, какое у меня было лицо, когда я застал его член во рту незнакомки. Значит, он меня видел, сукин сын! – Успокойся, я иду в душ и...да, можешь состряпать мем с моей физиономией. Пока.

Я бросаю телефон в раковину, раздеваюсь и встаю под лейку, из которой хлещет вода. Слегка нагнув голову, часто дышу. Как бы я не хотел казаться собой, я каждый раз кого-то играю. Перемены в жизни, слишком сильно повлияли на меня и мою жизнь. Я ем и не чувствую вкус. Я просыпаюсь, но будто еще сплю. Я живу, а по ощущениям всего лишь существую.