За гранью реальности: осколки прошло

Питер прибывает в расслабленном состоянии, когда любимая девушка разделяет с ним день, лежа на его груди. Она мирно посапываете, прильнув щекой к телу, наполненным теплом; парень левой рукой мягко поглаживает её голову, трепетно перебирая пряди волос, просекая их меж пальцев. Губы трогает мимолётная улыбка, когда он наблюдает за ней, понимая, что последний раз, когда видел её в подобном положении – была их первая ночь в этой же квартире.

В правой руке покоится телефон, подушечки пальцев водят по экрану, смахивая новости, которые заставляют его хмурить брови, видя фотографии со вчерашнего происшествия.

«Вчера Нью-Йорк настигла новая беда, связанная с паранормальными сущностями и также со взрывоопасными беспилотниками. Большая часть Манхэттенского моста разрушена, начали проводиться ремонтные работы и неизвестно, когда именно движение пустится по этой дороге. На месте преступления обнаружен Квентин Бэк – мертвым, полиция не может понять кто именно причастен к его смерти, но экспертиза доказала, что удары получены огнестрельным оружием. Кто его убил остаётся загадкой, но мы это обязательно выясним. Также у нас есть кадры с Человеком-пауком, который дрался с ботами, но он скрылся, не дождавшись помощи. Такой ли он герой, как кажется? С вами был Джей Джона Джеймсон – Дейли Бьюгл».

Кулаки Паркера непроизвольно сжимаются, он искренне ненавидит редактора – и их чувства, пожалуй, взаимны. Парень по-прежнему прокручивал вчерашние моменты в голове и мысли о том, как он был слеп и не замечал очевидного – не давали покоя. На его торсе чувствуется лёгкое движение, и он обращается внимания на Робинсон, которая несколько раз нежится на нём, вызывая у него непроизвольную улыбку, а затем и вовсе открывает веки. Ви пытается привести свои мысли в одну кучу, а обрывки вчерашнего вечера врезаются в память и, посмотрев в какой позе они находятся, глаза округляются от удивления.

Хочется выть из-за абсурдности ситуаций, а именно на то, что слово дистанция – окончательно теряет своё значение.

— И давно ты не спишь? – спрашивает Викки, понемногу выпутываясь из цепкой хватки, привставая на локтях.

— Уже как несколько часов, – спокойным голосом отвечает Паркер, прохрустев шейными позвонками.

— А почему ты лежал всё это время? – девушка проводит руками по своим волосам, пытаясь привести их в более приличное состояние, смотря в тёмное отражение телефона.

— Для того, чтобы встал я, мне бы пришлось разбудить тебя, – оправдывается парень, вставая с дивана, пока взгляд Ви падает на его тело, не замечая на нём ни одной ссадины. — А мне не хотелось тебя тревожить, ты так сладко спала.

— Ты неубедителен, – усмехается Робинсон, также поднимаясь на ноги, ощущая боль в туловище, которое из-за прибывания в одной позе – затекло. — Кому как не тебе знать, что меня танком не поднимешь?

— Вдруг ты стала очень чувствительной – мне откуда знать? – парень ловит зрительный контакт с подругой, которая наклоняет голову в бок, вынуждая его рассказать правду, на что он закатывает глаза. — Ладно, уломала, я не хотел шевелиться, потому что мне нравилась та поза, в которой мы были. Довольна?

— Прекрасно, подтверждение того, что фильмы мы с тобой больше не смотрим, – усмехается Викки, собирая пряди в высокий хвост. — Сколько времени?

— Два часа дня.

— Сколько?! – Ви хватает телефон в руки, понимая, что он не включается, а на дисплее мигает иконка с истощённой батареей. — Чёрт, мы опаздываем!

— Сбор в школе в 6 вечера, я не думаю, что ты не успеешь накраситься и нарядиться, – Питер хмурится, наливая в хрустальный стакан воды, а следом отпивает небольшое количество. — Что ты сразу паникуешь?

— Паркер, если вам парням для сборов нужно поправить яйца и сходить в душ, то у нас не всё так просто! – повышает голос девушка – когда она просыпается, то особо раздражительна. — Мы ещё и с Лекс планировали готовиться у меня в квартире, а ты всё испортил своим фильмом!

— Ты, кажется, куда-то торопилась, – смеется паучок, когда она мечется у порога в поисках своих вещей.

— Точно! – Робинсон вскидывает указательный палец вверх, хватая ключи с комода, пытаясь совладать с бурей эмоций. — Прости, но вопросы о твоём состоянии, я задам тебе в школе, ибо у меня сейчас нет времени.

— Ви, дверь уже открыта, – Паркер указывает рукой в сторону дверного проёма, куда тут же падает взгляд Викки, и она кивает.

— Увидимся.

****

Алекса мирно сидит за столом в квартире подруги, растягивая удовольствие в питье любимого зелёного чая. Сидит она в подобном положение добрые полтора часа, и всё это время компанию ей составляет гигантская собака, которая ошивается вокруг, виляя хвостиком. На самом деле, Мэйсон переживает, как никогда, потому что трубки она не берёт, в сети последний раз она была вчера, у Шани нет еды и воды, и на часах уже два часа дня часа дня, а её всё нет.

Слышится прокручивание замочной скважины, И Лекс выпрямляет спину, облокачиваясь локтями на деревянную поверхность стола. Собака тут же подаёт голос, срываясь к двери, ловя свою хозяйку. Ви выглядит помятой, волосы собраны в высокий хвост с огромным количеством петухов и, улыбнувшись питомцу, она проходит внутрь, натыкаясь на грозный взгляд Мэйсон.

— Привет, – Лекс пренебрежительно откидывается на спинку своего стула, закидывая одну ногу на другую. — Шаню выгуляла, покормила, косметику разложила, платья погладила, пока ты шляешься непонятно где! Где ты была?

— Ответ, что я ходила в магазин за продуктами или решила обновить подводку, тебя не удовлетворит? – Викки через голову снимает тёплое худи, оставаясь в тоненькой майке.

— Как ты можешь догадаться – нет. Я уже успела накрутить себя, поэтому попытайся придумать что-то правдивое.

— Я была с Питером..., – Лекс удивлённо вскидывает бровями, а следом щурит глаза, ожидая продолжения. — Не смотри так на меня, новости видела? Ему нужна была помощь, и мы..., – девушка рассаживает по периметру, размахивая руками, когда из её рта прямиком хочется вырваться поток слов, но оглядывается на время. — Впрочем мы опаздываем!

— Неужели ты вспомнила об этом!

Викки берёт из шифоньера два полотенца – одно для головы, другое для тела и пулей отправляется в душ. Лекс в это время устраивается у туалетного столика, включая конусную плойку, решая первым делом начать с завивки волос, параллельно размышляя о причёске: оставить волосы распущенными с небольшими волнами, либо собрать наверх, оставив спереди несколько выпадающих прядей.

Ви возвращается в комнату в нижнем белье, абсолютно не стесняясь подруги, потому что они видят друг друга и не в таком состоянии. Пока Лекс завивает волосы, предварительно договорившись о том, что стрелки ей нарисует подружка, они начинают прихорашиваться. Практически одновременно девушки наносят на кожу сначала базу, равномерно распределяя её, а за тем с помощью кистей и спонжа разносят тон. Ви приступает за вырисовывание стрелок, которые идут в две линии – основная, выходящая по контору глаза, а на середину века отправляются шимерные тени. Алекса старательно прорисовывает губы темно-нюдовым оттенком карандаша, чуть выходя за контр, а дальше заполняет внутреннюю часть помадой.

Викки облокачивается о туалетный столик бёдрами, оказываясь напротив подружки и приступает к рисованию стрелок на её нежной коже. Пока они наводят красоту на фоне достаточно тихо играет музыка, а их мысли заполняются. Им есть что рассказать и чем поделиться, но по какой-то причине они молчат большую часть времени, погрузившись в процесс, но одна из них не выдерживает и подаёт голос.

— Мы с Питером поцеловались два дня назад, – выпаливает Робинсон, прикрыв веки, понимая, что больше сдерживаться и молчать не может.

— А мы с Гарри вчера, – на выдохе дополняет Алекса, потому что она также приходит в недоумении.

— План – провал, как обычно, – подружки смеются, но это больше смахивает на истерику, ведь они снова втянуты в бесконечный круговорот с их бывшими молодыми людьми.

— Дистанцию сохранять не получается, и я не знаю, что делать, понимаешь? – Мэйсон решает поделиться наболевшим с девушкой, потому что они оказываются в зеркальных и одинаковых ситуациях. — Озборн слишком настойчив, но я не хочу окунаться во всю эту пучину, и я отталкиваю его, но, когда он сокращает расстояние между нами – мой мозг отключается, и я не могу совладать с собой.

— Аналогично, – соблюдается Ви, откладывая лайнер в сторону, облокачиваясь на туалетный столик с многочисленным количеством лампочек. — У меня даже нет причин отказать ему – у нас были лучшие отношения, мы даже не ссорились никогда, всегда помогали друг другу и поддерживали, единственный фактор, по которому я не хочу с ним сближаться, хоть мы это уже сделали – это факт перемещения. Если бы его не было, то я не задумывалась и восстановила бы отношения, даже с учётом принципа, что к бывшим мы не возвращаемся.

— А у нас с Гарри не было всё настолько гладко, ты и сама это помнишь, но ты многого не знаешь, – Викки приподнимает брови, но потом осознаёт, что они не общались долгое время, когда были в отношениях. — И я не понимаю его, он вроде бы другой, и даже подаёт надежды на адекватность со своей стороны, но...я не знаю. Это всё равно бессмысленно, и мы вернёмся домой, но, кажется, что старые чувства начинают вылезать наружу.

— Люди не меняются, Лекс, не забывай, – девушке хочется рассказать о том, что у парня сейчас не самый лучший период, и находиться с ним рядом опасно, но прикусывает язык, боясь всё испортить. — Я тоже не знаю, что делать, потому что на просьбы держаться от нас подальше – они положили большой болт.

— Эта катастрофа, и мы снова во всём этом погрязли, а они будто делают вид, что всё в порядке, и мы такие все счастливые будем, а в итоге останемся у разбитого корыта.

— Я не хочу опять жить с мыслью, что вот мы плывём по течению, а что будет дальше – это неважно.

****

Собравшись и одевшись в черные костюмы с белыми рубашками, парни стоят у ворот школы, засунув одну руку в карман, а во второй держат сигарету. Они выглядят идеально, тёмный костюм обтягивает широкие плечи, а белые рубашки расстёгнуты на две пуговицы. Вдыхая едкий дым, они оглядывают улицу, не замечая никого из одноклассников, ведь они собрались здесь специально заранее, чтобы совершить одно шаловливое действие.

— Какой у нас план? – спрашивает Паркер, делая затяжку, в упор смотря на своего друга. — Если нас спалит Смит, то нас оставят на второй год.

— Поверь, он не совершит такую ошибку, – усмехается Озборн, стряхивая пепел с сигареты. — Я не собираюсь всю это клоунаду выслушивать без девочек, они хоть как-то скрасят эти муки, а если эти умники додумались ещё и нас с тобой рассадить, то я точно не вытяну и выйду из зала, когда на сцену выйдет отец.

— Всё будет хорошо, – Питер мягко улыбается, положив ладонь на плечо юноши, сжимая его в качестве поддержке. — Тогда незаметно прокрадываемся в зал и ставим стулья, как они и должны стоять по умолчанию.

Кивнув друг другу, парни тушат сигареты о бачок, выкидывая окурки туда же и отправляются внутрь. Идя по коридору, они оглядываются по сторонам, надеясь никого не встретить и, завернув в главный холл, находят вахту, за которой никто не сидит. Улыбнувшись, что всё идёт по плану, мальчики пулей заходят за стойку, присаживаясь на корточки, чтобы их никто не смог увидеть, начиная копошиться в ключнице, чтобы найти нужный. Озборн читает каждый брелок, как и Паркер, пытаясь разобрать набор букв и когда в их руке оказывается тот, что с надписью «Актовый зал», стукаются кулачками друг с другом. Питер выглядывает из-под поста, видя, что дальнейший путь чист, и они поднимаются, как в ни в чём не бывало.

Счастье длится недолго, потому что как только парни поднимаются по лестнице на второй этаж и заворачивают за угол, то в их поле зрения неожиданно появляется мистер Смит, что спрятаться у них не получается.

— У него что на нас нюх?! – шипит Гарольд, и они вместе выпрямляют спины, ловя зрительный контакт с директором.

— Озборн, Паркер, вы почему так рано? – мужчина явно не понимает, как его главные причины бессонницы оказываются здесь раньше время, когда по их дисциплине только обезьянник и светит.

— Решили не опаздывать, как всегда, – Гарри сохраняет уверенность, начиная выпутываться из всей ситуации. — Да и в последний раз подумали пройтись по этим коридорам, больше то мы сюда не вернёмся.

— Очень на это надеюсь, – Смит прищуривается, оглядывая парней с ног до головы, заостряя внимание на паучке, думая, что под его взглядом он поплывёт, но парень остаётся спокойным. — Ладно, походите тут немного, но раз уж вы здесь, то через 10 минут спуститесь вниз на улицу, нам нужно помочь столы подвинуть, а то ничего не успеваем.

— Хорошо, только в туалет сходим и придём, – добавляет Питер, засовывая руки в карманы.

— Ничего не трогать, шарики не лопать, вывески не срывать, по красным дорожкам не ходить!

— Будет сделано, – улыбается Гарольд, и они с другом обходят директора с двух сторон, что тот на них с подозрением оглядывается. — Как думаешь, пронесёт или уебёт?

— Узнаем через несколько минут.

Парни подходят к заветным дверям, которые открываются по две стороны. Оглянувшись вокруг, не замечая никакого хвоста, Гарольд вставляет ключ в замочную скважину, аккуратно его прокручивая, чтобы не потерпеть поражение и не сломать с треском провалившись. Когда путь свободен, мальчики аккуратно пробираются, предварительно закрывая вертикальную поверхность. Стульев огромное количество и им приходится в спешке бегать глазами по пространству, ища нужные таблички и когда они их находят, то с их губ слетают короткие смешки.

— Радикальные меры, – комментирует Паркер, беря кресла в руки, переставляя их местами, играясь в тетрис.

— Ага, – бурчит Озборн, поражаясь маленьким мозгам людей, которые делят с ним эту планету. — Рассадить нас по разным углам – это сильно. Тоже непредусмотрительны, мы и с последнего ряда переговаривались бы.

Завершив свою «мелкую» шалость, они любуются проделанной работой, когда стулья стоят в таком порядке: Гарри, Лекс, Ви, Питер. Всё, как и должно быть, их феноменальна четвёрка вместе, которая своей скверной репутацией в стенах школы – способна сорвать всё мероприятие. Парни ударяются ладошками, городясь собой и, просмотрев периметр ещё раз, чтобы они после себя не оставить следа – с осторожностью покидают актовый зал, спускаясь во двор школы, небрежно оставив ключ на вахте.

Ученики потихоньку и нерасторопно собираются на лужайке, родители также стоят рядом с ними, переговариваясь с так скажем – друзьями по несчастью в виде других взрослых, которые не нарадуются окончанием этого ада, длящегося множество лет.

Подружки и Паркер

Гарри Озборн:
«— Красотки, где вас носит?»

Питер Паркер:
«— Опоздать на выпускной – слишком, даже для вас»

Лекс Робинсон:
«— Питти, не душни, у нас веские причины, почему мы так долго»

Ви Робинсон:
«— Да, повалим совей красотой всех вокруг»

Гарри Озборн:
«— Никто не сомневается»

Питер Паркер:
«— Никто не сомневается»

Гарри Озборн:
«— Один мозг на двоих, бро»

Питер Паркер:
«— Ага, мне досталась большая часть»

Рядом с воротами останавливается машина, а из неё выходят девочки в чёрных мантиях и с треугольными кокошниками на голове. Девочки хлопают дверьми, поблагодарив за поездку и оборачиваются, встречаясь с мальчиками, которые сверкают ярче звёзд, увидев своих подружек. Ви с Лекс подходят к ним, после чего их завлекают в крепкие, но дружеские объятия – лишнего они не позволяют, да и пора вправду приостановить свой пыл, исходящий от каждого из четвёрки.

— Вопрос, в это вы наряжались весь день? – ухмыляется Гарри, оглядывая каждую пристальным взглядом, когда те стоят в классической для выпускного бесформенной парандже. — Честно? Сразили наповал!

— Конечно, знаешь, как она долго гладила эту мантию? – произносит Викки, переглядываясь с Алексой. — Мы вообще только в нижнем белье под ней, потому что не успели по магазинам сходить.

— Верно, подует ветер – и все упадут, мы, кстати, это имели ввиду, – девчонки кивают, наблюдая за замешательством, расплывающемся на лицах мальчиках. — Будете сзади ходить и прикрывать нас, а то мало ли.

— У вас хорошее настроение? – интересуется Паркер, и они одновременно с другом приподнимают уголки губ, зная этих двух, как облупленных, не веря ни единому слову. — Тогда будьте любезны составить нам компанию на скучнейшем, но таком радостном мероприятии?

Парни выставляют свои руки по бокам от девушек, как истинные кавалеры, на что те улыбаются, но выполняют странную задумку, просовывая свои кисти в своеобразные кольца, а оставшимися конечностями цепляются друг за друга. И вот она — легендарная четверка — уверенно шагает сплошной стеной в сторону здания, где уже по полной бурлит жизнь. Они смеются, понимая, как глупо и по-детски выглядят, ловя сморщенные гримасы от одноклассников, но им настолько всё равно, что гордо следуют по коридору, направляясь к актовому залу.

Питер и Гарри заочно знают где именно их места, поэтому смело следуют ко второму ряду, а когда доходят, то брови подружек ползут вверх.

— Стоп, как такое могли допустить, чтобы посадили именно нашу компанию вместе? – первой задаёт вопрос Мэйсон, замечая на лицах юношах коварные улыбки.

— Мы просто очень постарались, – подмигивает Озборн, любуясь табличками. — Ловкость рук и никакого мошенничества.

— Ваша работа, серьёзно? – дополняет Ви, когда они начинают рассаживаться.

— Мы выкрали ключ на вахте, пробрались сюда и немножечко внесли свои корректировки, – отвечает Питер, а девочки переглядываются, приходя к выводу, что они сошли с ума.

— Так, прожекторы включаем через 5 минут! – руководит процессом Смит, идя по дорожке спиной, а после останавливается у второго ряда, просматривая учеников, как в поле зрения появляется его головная боль. — Вот сейчас не понял, – глаза директора округляются, а вот друзья улыбаются во все зубы. — Я же сказал, чтобы все сидели строго, как мы рассадили, вы что устроили?

— Мистер Смит, а мы каждый под своей табличкой! – парирует Озборн, и все четверо приподнимаются, подтверждая его слова.

Ещё немного и глазные яблочки мужчины лопнут, а само лицо скоро будет похоже на раскалённую сковородку, а из ушей будет сечься дым.

— Чтобы я вас даже не слышал, иначе аттестаты не выдам! – последнее, что говорит мужчина, а следом скрывается закулисами.

Свет гаснет. Будущие выпускники затаивают дыхание, готовясь к представлению. Первыми выбегают ребята, который занимались в школьном кружке по танцам – хореография незамысловатая, но достаточно эффектная, вызывающая бурю аплодисментов, заводя выступающих. Они покидают сцену, а следом на главное место, куда светит прожектор, и посередине появляется мистер Смит во всей красе с четко выглаженными стрелками на штанах и расстёгнутом пиджаком.

— Дорогие мои, ребята! – по рядам проходят громкие хлопки и вопли, приветствующие директора. — Вот еще одно поколение мы выпускаем из дверей нашей школы. Я желаю вам, ребята, наметить себе цель и идти к этой цели самыми правильными путями, – из кармашка на верхней части костюма, мужчина достаёт платочек, промачивая им свой вспотевший лоб. — Как директор школы я с полной уверенностью могу заявить, что вы готовы к самостоятельной жизни, к большим победам и взрослым мечтам. Не забывайте свою школу, своих учителей, ведь мы всегда будем рады вас видеть. Пусть всё у вас получается, пусть впереди вас ждут только удачи и большие перспективы. Вы наши лучшие выпускники, и я не преувеличиваю, все отлично справились с экзаменами, и вы поступите туда, куда мечтаете. А те, кто подал документы в МИД, можете не волноваться за организацию и обучение, ведь вашим ректором будет моя прекрасная жена, – глава заведение протягивает руку вперёд, указывая на женщину, которая встаёт со своего места, оборачиваясь к ученикам. — Вас встретят и укроют тёплым одеялом! А сейчас слово предоставляется нашим спонсорам, а именно Норману Озборну и Энтони Старку.

— Мне послышалось, или он сказал «жена»? – спрашивает Ви шёпотом у своих друзей.

— Ещё не поздно забрать документы? – интересуется Мэйсон, и вся четвёрка усмехается.

С самого первого ряда поднимаются двое мужчин в строгих костюмах и проходят на сцену по разным сторонам лестницы, беря в руки микрофоны, а затем становятся рядом. Мистер Старк и мистер Озборн никогда не были друзьями, как и врагами, но были конкурентами, так как их компании вечно вытесняли друг друга с первого места по стоимости акциям. Мужчины переглядываются пренебрежительно, явно не желая делить участок друг с другом.

— Добрый вечер, молодые люди, – приветствует всех Норман, поднимая волну аплодисментов. — Тише, тише, понимаю, господа, в первую очень хочу поздравить вас с этим днём, думаю, что вы все ждали его очень долго, и я понимаю ваши эмоции, ведь мой сын разделял с вами одну парту.

Скулы Гарри напрягаются, и он сжимает свои кулаки, собираясь проваливаться сквозь землю. Отец в очередной раз решает указать на место Гарольда, ведь если бы не он, то статуса у сына никакого не было и подавно. Норман считает, что если бы не он, то с младшей копией никто бы и не разговаривал, и сам он ничего не добился. Алекса поворачивается в сторону юноши, замечая как на его лице напрягаются скулы, а по рукам протекают надутые вены, что она, не задумавшись, опускает ладонь на его замок, поддерживая его, но парень особо не реагирует, хоть и чувствует касание, но его взор чётко направлен на отца.

— Помните: не существует лифта, который доставит вас на вершину успеха, к нему вы сами должны подняться по ступеням своего жизненного опыта, – продолжает Озборн старший, а младший выдыхает полной грудью, решая всё-таки никак не реагировать, натягивая на себя улыбку. — Уверены – в своей школе вы получили качественные знания, необходимые для освоения любимой профессии и получения статуса квалифицированных специалистов.

— Поддерживаю все слова, сказанные одним из лучших предпринимателей, но не самым, – Старк подхватывает слова, растягивая губы в фирменной улыбке. — Ребята, жизнь непредсказуемая штука, никогда не знаешь, когда тебя могут подорвать конкуренты, – конечно же это отсылка на его прошлое, а именно на то, после чего мужчина стал Железным человеком. — Поэтому выбирайте свой путь правильно и не влезайте в то, в чём не разбираетесь. Каждый должен находиться на своём месте, и я вам искренне желаю найти его, и жить в радость. Также мы будем просматривать ваши табели успеваемости и возможно, что кому-то выпадет шанс стажироваться в СтаркИн, думаю, что среди вас есть умные головушки, одну из них я очень хорошо знаю, – Тони находит глазами Паркера, подмигивая ему, а после поднимается буря оваций, услышав такую новость.

— Верно подмечено, также такая возможность может выпасть на стажировку в Оскорпе, поэтому всё в ваших руках, – добавляет Озборн, и они со знакомым переглядываются, по взглядам понимая, что никого брать они не будут. — Кстати, несколько слов о конкуренции. Она будет всегда, главное вам знать, что вы находитесь на вершине, а все остальные оказываются под вами.

— Да, а некоторые конкуренты уж больно самоуверенные, именно поэтому их бизнес прогорает через раз, – Энтони загорается улыбкой, озирая взглядом на своего оппонента, пока тот, недовольно, но достаточно изящно растягивает губы. — От нас с Норманом личный подарок, а именно ночь в шикарном доме, который мы для вас сняли, постарайтесь его не взорвать. Спасибо за внимание, ура!

Снова громкие вопли и звонкие хлопки накрывают зал, и ученики в буквальном смысле готовы поклоняться своим кумирам, ведь их имена всегда на слуху и не знать их – просто невозможно. Мужчины остаются на сцене, и они подходят ближе к столу, накрытому красной мантией, где находятся стопки с аттестатами в чёрной обложке.

— Дорогие мои, приступим к самой ответственной части – к выдаче ваших документов, – Смит снова берёт микрофон в руку, берёт первую карточку, читая имя. — На сцену приглашается Оливия Алисон – наша танцующая отличница, которая озаряет этот мир свой прекрасной улыбкой!

Выпускники по очереди выслушивают пару ласковых слов от своего директора, забирая заветные аттестаты с табелями успеваемости, каждый подходит сначала к мистеру Смиту, затем к Старку и к Озборну, пожимая ладони, а следом совершая фотографию на память. Атмосфера живая играет торжественная музыка, которая только поддерживает масштаб всего происшествия. На очереди и наша четвёрка, а когда глава школы читает первое имя, то перед этим обязательно наполняет лёгкие кислородом.

— Алекса Робинсон, девочка, отстаивающая свою позицию на всех уроках, доводя учителей до нервного срыва, – Мэйсон встаёт со своего места, проходя к сцене, пока остальная тройка разрывается в аплодисментах, чуть ли не поднимаясь на ноги.

— Моя звезда, сияй! – кричит Ви, поддерживает подругу.

— Принцесса, походкой от бедра! – комментирует Озборн, вызывая улыбку на лице Ви.

— Сис, ты прекрасна у меня! – добавляет Паркер.

Девушка поднимается на сцену и оглядывается на своих друзей, которые продолжают весь себя слишком возбуждённо, но так как они все одной поле ягоды, то Мэйсон делает реверанс благодаря свою группу поддержки. Подойдя к директору, он протягивает грамоту, а следом пожимает руку. Пройдя вперёд – к отцу своего бывшего молодого человека – мужчина смотрит на неё небрежным взором, выдавливая из себя приветственный кивок, но вот рукопожатие игнорирует, поэтому Алекса аккуратно сдвигает кисть в сторону Старка, который всё же совершает действие. Снимки удаётся сделать только со Тони и мистером Смитом, Гарри в этот момент лишь закатывает глаза, поражаясь тем шоу, которое создаёт его отец.

— Викки Робинсон, – вызывает следующую директор, когда Лекс садится на своё стул, а подружка, наоборот, поднимается. — Если в коридоре слышите конфликт, то, знайте, наша дама на все сто процентов в нём учувствует! – на каждом учащемся звучит своя определённая песня, поэтому девушка идёт пританцовывая, щелкая большим и средним пальцем.

— Ну кто она, если не идеал? – любуясь девушкой, произносит Паркер.

— Моя кошечка лучшая! – выкрикивает Алекса, поднимая руки над головой, начиная хлопать ладошами.

— Робинсон, я жду взбучку на сцене, покажи коготочки, как ты умеешь! – в той же манере подбадривает Гарольд.

Встав посередине, Ви прокручивается вокруг своей оси, а перевернувшись ко всем выпускникам, прикладывает внешние стороны ладоней к подбородку озаряется улыбкой, подмигивая публике. Беря в руки свой документ, брюнетка направляется вперёд. Озборн великодушно протягивает свою ладонь, на что она лишь сужает брови, хмурясь, но всё же сохраняет самообладания, зная, что это не самый приятный человек. Вставая к Тони, чтобы сделать совместное фото, Старк хитро улыбается, приобнимая девочку.

— Мистер Старк, нужно поговорить... – сквозь натянутые губы шепчет Робинсон, пока мужчина держит марку, оставаясь непреклонным.

— Обязательно уделю тебе минутку после этого представления, – Энтони подталкивает Викки к лестнице, чтобы та поскорее покинула площадку.

— Питер Паркер, – вновь объявляет Смит, когда предыдущая ученица проходит мимо парня, а сами аплодисменты не такие шумные, но тройка берёт эту часть на себя, присвистывая своему другу. — Этот молодой человек поставил рекорд по опозданием, а также стал одним из самых частых гостей в моём кабинете.

— Самый лучший парень! – в один голос кричат подруги, вызывая у паучка мелкую улыбку.

— Я хочу от тебя детей! – титул за самый лучший комментарий получает Озборн, потому что Питера после этой фразы прорывает на смех закулисами.

Выйдя на глаза всех присутствующих, Паркер смотрит на друга, стуча кулачком в районе груди, а переведя взгляд на девочек, формирует сердечко из пальцев, а оставшаяся компания посылает ему воздушные поцелуи синхронно. Норман приветственно улыбается, заключая школьника в крепком рукопожатии, а второй рукой похлопывает по плечу. Мужчина хорошо знал паучка, ведь они с его сыном с восьми лет проводили время вместе, а потом он был частным гостем в их доме.

Когда юноша оказывается рядом со своим наставником, то тот, как и положено в начале тянет ладонь, что те одновременно касаются, а следом тянет на себя, обнимая своё протеже. По рядам пробегает перешёптывания, ведь Железный человек ни с кем из виновников торжества так не обнимался, что они наконец-то приходят к выводу – Питер не врал, когда говорил про стажировку и знакомство со Старком. Герои этого города, а то и всего мира разворачиваются, чтобы сделать фотографию, и парень не может удержаться, чтобы не завести руку за спину Энтони, дабы поставить рожки сверху головы.

— А заключительным выпускником становится – Гарольд Озборн! – произносит директор, с гордостью произнося имя и фамилию сына главного спонсора. — Не без изъянов светлый парень, также побивший рекорд по количеству драк, но весь учительский состав считает, что этот молодой человек добьётся высоких целей, – на самом деле, Смит бы мог бесконечно озвучивать все косяки Гарри, но это будет слишком при Озборне старшем, поэтому он вовремя останавливается.

— Гарри, ты ещё не вышел, а мне уже слишком жарко! – Питер машет аттестатом у своего лица, поправляя ворот рубашки, создавая полное погружение в реплику.

— Озборн, покажи кто здесь настоящий король школы! – выкрикивает Ви.

— Доставайте корону – принц на сцене! – подхватывает друзей Алекса, на что Гарольд оборачивается, подмигивая своей принцессе.

Знаете, говорят, что два ¬дебила – это сила, и как же тут можно не согласиться? Но, когда их безумные идеи сопровождают такие же две дуры, готовые поддержать любую затею парней – настоящее золото. Они настолько индивидуальные и разные, каждый из них имеет свою жизненную позицию, мнения и принцы, и в каких-то моментах они часто расходятся, но всё же уважают друг друга.

Удивительная компания: Озборн – наркоман с манией величия, являясь одной большой проблемой и головной болью для всех; Паркер – тот самый парень с последней парты, которого ненавидят одноклассники, а вот за стенами здания существует, как герой города, которым восхищаются окружающие; Мэйсон – принципиальная блондиночка с вечно недовольным лицом, готовая одним взглядом прожечь собеседника; Робинсон – скандалистка, борющаяся за правду любой ценой, умеющая ставить на место всех своих противников. Действительно, легендарная четвёрка.

Гарри в буквально смысле плывёт между рядов, направляясь к сцене вальяжной походкой, пока все остальные проводят его взглядом. Парень даже в мантии выглядит шикарно, из-за чего близко сидящие девочки, на которых он никогда не обратит внимание, пускают слюни, мечтая услышать от него простое «Привет». Озборн поднимается по лестнице, а пройдя возле своей учительницы по английскому, мягко берёт её кисть оставляя на неё упоительный поцелуй.

Играет ли он на камеру? Определённо, но все от него этого и ждут, кроме, конечно же, папочки, но юношу слишком забавляет недовольная физиономия личного надзирателя. Сняв со совей головы квадратный кокошник, парень вращает его над головой под громкую музыку в ритм, а после бросает в публику, только лишь её забавляя, а видя ответную реакцию от его обожателей, и вовсе ухмыляется. Гарольд подходит к главе школы и, потянувшись к микрофону, наклоняет его к своим губам, пока мужчина крепко сжимает рукоятку.

— Уважаемый мой, почти как второй отец, я бы сделал поклон вам и всему учительскому составу, – Озборн прикладывает руку к сердцу, пока руководящий молится всем богам, чтобы это поскорее закончилось. — Но я никому не поклоняюсь, уж извините.

Гарри сверкает улыбкой и проходит к следующему оппоненту, а именно к отцу, на котором уже нет лица – и это не фигура речи. Норман множество раз выступал перед публикой, и чтобы не случилось всегда сохранял самообладание, даже если начинался расстрел в зале – он был непреклонен. Но сейчас ему спокойствию можно только посочувствовать, ведь он на грани того, чтобы не впечатать физиономию сына за то, что он так его позорит своим поведением.

— Какого чёрта ты творишь, Гарольд? – нахмурившись и сжав плечо своего ребёнка, тихо спрашивает Норман, когда тот становится рядом для совершения фотографии. — Решил сделать из себя посмешище, подставляя меня?

— Папуль, расслабься, я надеялся, что тебе понравится, ведь сейчас я был твоей копией, как ты и всегда хотел, а именно – играл на публику, – Гарри ходит по лезвию ножа, когда продолжает вести подобный разговор, но его это мало волнует – у них никогда не будет нормальных отношений, как у отца и сына. — Почему тебя так удивляет поведение? Учусь у лучших, так сказать.

Озборн младший подмигивает своему отцу и, совершив кивок в сторону Старка, отправляется к своим ребятам, которые и без доходивших до них фраз – понимают, что Норман очень недоволен поведением сына, поэтому встречают его на своём ряду мягкими понимающими улыбками. Присаживаясь на своё кресло, Лекс поворачивается в сторону молодого человека и, нежно до коснувшись его ладони, переплетает пальцы, заключая их в крепкий замок, вызывая на лице Гарри победную улыбку.

— Ты молодец, – спокойным баритоном проговаривает Мэйсон, гордясь парнем, который стойко выдержал напор своего отца, сохранив самообладание.

— Спасибо за совет, принцесса, – юноша поднимает их конструкцию из ладошек, оставляя на внешней стороне нежный поцелуй, всеми силами показывая свои лучшие стороны, но не слишком напористо, чтобы снова не отодвинуть их новую ступень отношений на два шага назад.

Торжественная часть уже подходила к логическому завершению, и все ученики понимали, что их директор сменил программу, потому что всем классом они вышли в самом конце, исполняя песню родителем, хотя должны были в самом начале. Они становятся ёлочкой, как и положено, пока мистер Смит дирижирует карандашом снизу, чтобы все стояли так, как надо ему, и всех было видно. Играет мелодия, и те, кто нужно поют, а другие пытаются сдержать громкий смех, потому что всё это выглядит, как дешёвое представление в цирке, а все они ручные обезьянки. Парни встают позади своих девочек, и у них есть возможность скрыться за их спинами, чтобы пропускать из себя порывающиеся смешки, а когда им становится скучно, то они не придумывают ничего лучше, как шептать Ви и Лекс несмешные, но пошлые анекдоты, что подруги смеются не из-за того, что они забавные, а из-за того, что настолько глупые.

В следующую секунду происходит то, чего не ожидал увидеть никто. Главный прожектор тухнет, а с потолка опускается светящийся шар, пускающий лучики света в разные углы, а из больших и мощных колонок включается зажигательная песня с матерными словами, и все выпускники начинают интенсивно прыгать и танцевать на сцене – кто-то даже лёг на пол, подминая вверх-вниз пятую точку, параллельно стуча рукой по деревянному напольному покрытию. Всё идёт явно не по плану, а Смита сейчас схватит кондратий, ведь он так идеально хочет провести этот вечер, поэтому думает: горит сарай – гори и хата. И он поднимается к своим же ученикам, начиная танцевать с ними, ловя в свою сторону восторженные вопли.

****

Выпускники активно фотографируются уже на задней территории здания, одни расплываются в счастливых улыбках, а вторые горько плачут. Многие поедают закуски, находящиеся на столах, покрытых красной скатертью, а также выпивают пунш, в который подливают крепкий алкоголь. Четвёрка искренне счастлива, и каждый обнимается друг с другом, задерживая этот знак внимания, как можно дольше. Их идиллию прерывает старший Озборн, который достаточно бесцеремонно встревает в разговор, застёгивая пуговицу на пиджаке. Ребята застывают, как вкопанные, если честно, то от мужчины так и веет загадочностью, параллельно со страхом, из-за чего долго выдержать его напор не удаётся.

— Дамы и господа, ещё раз приветствую и поздравляю, – вздернув подбородок, безэмоциональна произносит Норман, смотря в упор на сына. — Гарри, пойдём поговорим, – сам парень лишь медленно пропускает углекислый газ через ноздри, также не показывая никаких чувств, но кивает, отходя с отцом на лужайку, где есть меньше всего ушей.

— Я слушаю.

— Во-первых, если ты ещё раз позволишь вести себя, как малолетний безмозговый щенок, то я перестану быть настолько лояльным к твоей персоне. Будь любезен, нет, я настоятельно рекомендую не выводить меня и впредь не позорить перед всеми руководителями, – всё то время, пока мужчина говорит, он делает вид, что поглаживает его белый ворот рубашки, вылезавшего из под мантии, как заботливый родитель, но на самом деле он хочет схватить его за это же место, а следом впечатать в бетонную стену, применив излюбленные методы грубости. — Во-вторых, если к нам в дом ещё раз придут твои дружки и начнут мне втирать какую-то невнятную сказочку, – он говорит слишком завуалированно, чтобы диалог между ними оставался понятен только для обоих. — То я спущу с тебя шкуру, усвоил?

— Не волнуйся, больше не придут, – единственно, что произносит Гарри, замечая, как отец поворачивается, в сторону Алексы, пронизывая её взглядом. — Что, снова скажешь, что она мне не ровня, и чтобы я тебя снова не позорил?

— Нет, не понимаю, что она с тобой забыла, – выдыхает старший, обходя сына с правой стороны, оставляя его в полнейшем недоумении.

Гарри пытается понять правильный смысл высказывания отца, и если всё так, как он думает, то шокирует его новой силой. Парень негодует и не понимает, почему его волнует личная жизнь, а именно женская сторона, которая связывает судьбу именно с ним, ведь Озборну старшему всегда наплевать на то, с кем спит Гарольд и с кем возится. Встряхнув головой, юноша взглядом находит Лекс и начинает прямолинейное движение, пока та делает шаг навстречу, моментально ловя зрительный контакт.

— Всё хорошо? – опережает Мэйсон свои вопросов, всё это время наблюдая за диалогом семьи.

— Да, всё отлично, – Гарри приподнимает уголки губ, а затем обвивает рукой талию девушки и, вызвав волну приятных ощущений у подруги, подталкивает вперёд.

— Кажется, твой папа до сих пор таит на меня обиду, и я по-прежнему не ровня тебе после той ситуации, – немного прищурившись, продолжает Алекса, не убирая кисть юноши со своего тела.

— После какой именно? – улыбается Озборн, прикусывая внутреннюю часть щеки, вспоминая отрывки из прошлого. — Когда ты жила у нас, и я не поставил его в известность? Или тот случай, когда он узнал, что отец моей девушки работает в компании конкурента? – парень загибает пальцы. — Расслабься, принцесса, мнение этого человека – последнее, что должно тебя волновать, поэтому выдыхаем, что больше его не увидим и ищем наших друзей.

— Отважная девчонка, – произносит Норман, всё это время наблюдая за картиной под названием: сын и девочка. Мужчине крайне наплевать на то, с кем его ребёнок проводит будни, но та девчонка, которую он помнит в их доме, выглядела не глупой, да и такой не являлась, но почему-то мозгов у неё хватило связать жизнь с тем, кто её недостоин и с тем, кто сделает её несчастной.

Питер ищет в толпе родителей своего близкого человека, а именно Мэй, которая крутит головой, совершая ту же задумку. Найдя своего племянника взглядом, женщина разводит руками в стороны, завлекая молодого парня, пока с его лица не сходит улыбка. Тепло единственного оставшегося родственника, расплывается по своему телу, что заставляет горький ком подобрать выше по горлу, и он только силнее приживает к себе Мэй.

— Я так горжусь тобой! – тянет женщина, поглаживая спину парнишки. — Ты у меня такой молодец.

— Спасибо, – Паркер отстраняется, заглядывая в глаза тёти, замечая скопившуюся влагу. — Без слёз, иначе сейчас тоже буду плакать!

— Всё, всё, ты просто так вырос, – Мэй проводит пальцами по волосами Питера, приглаживая их, любуясь им. — А с кем ты там стоял?

— В смысле? – парень оглядывается назад, замечая Робинсон, а Мэйсон стоит чуть дальше, разговаривая с Гарри. — Это Ви с Лекс, ты их не узнала?

— Вы снова стали общаться? – женщина хмурит брови, вспоминая первую девушку своего племянника, после расставания с которой он немало страдал. — Или вы сошлись?

— Отвечая на первый вопрос, да, – признаётся паучок, понимая, как же абсурдно смотрятся они с друзьями, когда о факте перемещения знают только четверо. — А вот второй...Нет, но я над этим работаю.

— Осторожней, я не хочу, чтобы тебе снова разбили сердце.

— Не волнуйся за меня.

Питер прощается со своей тётей, крепко обняв её на прощание, ведь ей нужно было бежать в офис по работе. Парень снова составляет компанию Робинсон, которая всё это время пересматривает сделанные фотографии на её телефон со всей четвёркой. Компания улыбается на снимке друг другу, парни придерживают девушек за талии, все счастливые, с детским задором в душах, по которым расплывается тепло. Они действительно рады тому, что разделяют этот момент вместе, и сейчас все проблемы куда-то улетают, и не хочется забивать ими голову, потому что сейчас хочется наслаждаться моментом их воссоединения и ничем больше.

— Мне вот эта нравится, – паучок возвышается позади Ви, кладёт подбородок на её плечо, произнося это рядом с её ухом, на что она немного дёргается.

— А мне кажется, что мы здесь все не очень вышли, – детально осматривает Викки, приближая фокус. — Как ты себя чувствуешь? – девушка весь день хочет поднять эту тему, но нужного момента так и не было.

— Нормально, не без мыслей, конечно, о том, что я придурок, но жить можно, – в целом это правда, парочка ловит зрительный контакт, и Ви склоняет голову в бок, немного не веря ему. — Не хочу об этом сегодня даже думать, я хочу хотя бы сегодняшний день быть в расслабленном состоянии, и в компании моих любимых друзей.

— Хорошо, но если вдруг впадёшь в самобичевание, то мы в любой момент сможем поговорить, – внимание девушки привлекает фигура мужчины, стоящая позади Паркера, и она выглядывает из-под его плеча, намечая свою цель. — Пит, постой тут, а мы пока сходим поболтаем, – брюнетка бегает глазами по одноклассникам в поисках Мэйсон и когда находит, подаёт голос. — Лекс, иди сюда!

Подруги молниеносно объединяются и двигаются к Старку, и только посередине их пути до Питера доходит ход их мыслей, после чего он срывается с места, пытаясь их догнать и остановить, иначе сегодняшний-счастливый день – одним махом превратиться в катастрофу.

— Девочки, я не думаю, что это хорошая идея... – Паркер становится впереди них, преграждая путь, пока те, не задумавшись, обходят его с двух сторон.

— Пит, пожалуйста, давай не сейчас, – грубо вбрасывает Алекса, не понимая такой бурной реакции друга.

— Мистер Старк! – выкрикивает Робинсон, привлекая внимание мужчины, пока тот ведёт беседу с поклонниками. — Вы обещали уделить минутку вашего драгоценного времени!

— Я помню, – Тони прощается с обожателями и делает шаг в сторону оппонентов, пока сердце Питера пропускает несколько ударов. — Чем обязан?

— А вы не догадываетесь? – первая задаёт вопрос Мэйсон, скрещивая руки на груди, ощущая нарастающее волнение. — Мы снова здесь...

— И на бы очень хотелось узнать, когда мы покинем ваш мир, может быть, у вас есть какие-либо намётки об этих грёбанных воронках, которые не дают нам спокойной жизни?! – дополняет Ви, повторяя позу подружки, надеясь услышать благоприятные известия.

Энтони аккуратно переводит взгляд на паучка, который уже весь побелел и, уловив зрительный контакт, видит, что парень машет головой в отрицательные стороны, что мужчина понимает – они ничего не знают.

— Я работаю над этим вопросов, – возвращается в разговор миллиардер, сохраняя самообладание. — Пока ничего не могу вам сказать.

Девушки одновременно выдыхают поток кислорода, понимая свою безысходность. Никто и ничего не может и сказать, а уж тем более сделать. Да, сейчас кажется, что они уже свыкаются и продолжают жить в этой материи, но это не отменяет одной большой проблемы – они хотят домой. Подружки сжимают губы, после чего молча кивают и уходят, оставляя Старка и Паркера наедине.

— Ты что им ещё ничего не сказал? – спрашивает Энтони, когда девочки скрываются из поля зрения.

— А вы думаете, что это так просто? – нервно произносит Питер, вскидывая руками. — Вы на меня взвесили этот рассказ, а мне нужно как-то выкручиваться, а по итогу я всё равно останусь в проигрыше, и они не будут со мной общаться, – выпаливает на одном дыхании Паркер то, что копится в нём всю эту неделю. — Я пытаюсь подобрать нужный момент, я намекаю им и подготавливаю к этому разговору.

— Не затягивай, а то сделаешь ещё хуже.
Мистер Смит объявляет в громкоговоритель новость, что автобус, который довезёт их до место проведения неформального праздника, уже ждёт их. Выпускники прощаются с родителями, после чего грузятся в тонированное транспортное средство, собираясь вернуться домой днём следующего дня.

****

Дорога до места, о котором говорили инвесторы, не занимает много времени и уже через несколько минут выпускники Мидтаунской школы оказываются около забронированного здания. Ребята выходят из автобуса в приподнятом расположении духа – некоторые из учащихся начали отмечать прямиком в салоне автомобиле, передавая бутылку спиртного по рядам – и, поблагодарив водителя автобуса, столпотворение направляется к высокому рельефному забору.

Каждый возбужденно оглядывает двухэтажное сооружение, прислушиваясь к звукам на дворе – кругом было тихо из-за чего многие закатывали глаза, а другие предвкушали то, как будут отмечать окончание школы.

Через несколько секунд после того, как открывается входная дверь, пропускающая часть учеников внутрь забронированного коттеджа, всё здание наполняется громкой музыкой. Кто-то сразу же направляется на танцпол, двигаясь в такт приятной мелодии и принимая новый трек от знаменитого диджея; компания парней сразу же отправляется к бару, заказывая у местного бармена виски, а четверка, восторженно оглядываясь по сторонам, останавливается в прихожей.

Подруги подходят к зеркалу, чтобы осмотреть свой макияж и как можно быстрее скинуть с себя церемониальные мантии чёрного цвета. Аккуратно снимая с себя квадратную академическую шапочку, девушки зарываются руками в волосы, пропуская свои длинные локоны сквозь пальцы и принимаются за выпускное одеяние, оставшись в своих вечерних нарядах.

Парни же, провернув такие же махинации, поправляют пиджаки своих костюмов и переводят взгляд на своих подруг. Чёрный топ с небольшим узлом и v-образным вырезом, прекрасно гармонирует с ассиметрично облегающей юбкой с разрезом, которую предпочла Ви платью, в то время как Лекс сделала выбор в сторону пересобранного молочного корсетного платья выше колена, дополняя свой образ атласными перчатками со сборкой до локтя и небольшой поясной сумкой чёрного цвета.

— Вау! – в унисон восклицают юноши, продолжая рассматривать платья своих подруг, подчеркивающие все достоинства их фигур.

— Вы решили затмить здесь всех? – усмехается Озборн, с трудом переводя взгляд на девушек. — Выглядите шикарно!

— Теперь точно придется отбивать от них парней, – констатирует факт Паркер, толкая своего друга локтем.

— Не отбивать, а бить! – поправляет Гарри, усмехаясь.

Встретившись взглядом со своей подругой и услышав о чём именно, разговаривают друзья, Робинсон закатывает глаза, сделав несколько шагов в её сторону.

— Мы свободные, молодые и красивые девушки, что вас так удивляет? – интересуется Ви, стреляя взглядом в Мэйсон.

— Конечно, нужно развлечься по полной программе, глазки ещё кому-то построить... – подключается Лекс, улыбаясь уголками губ.

— Это мы успеем, а сейчас мы покажем этим Нью-Йоркским ребяткам, как проходят вечеринки в ЛА.

Взявшись за руки, подруги направляются в сторону бара, чтобы придать этому вечеру ещё больше красок. Парни, все это время следуя за девушками, жестом подзывают милого бармена к себе, чтобы тот принял у них заказ.

— Молодой человек, нам, пожалуйста, сет настоек, – произносит Гарольд, наклонившись к парню. — Только так, чтобы хорошо зашло.

— По-другому и быть не может, – ухмыльнувшись, отвечает бармен.

Спустя несколько минут на столе появляются 4 настойки, содержащие как разные вкусы, так и алкоголь. Друзья сразу же тянутся к рюмкам, взяв каждую из них в руки, и поворачиваются друг к другу.

— Ну что, – произносит Гарольд, улыбаясь уголками губ, чтобы начать толкать свой привычный тост, который каждый человек слышал на всех вечеринках. — За нас красивых, но неверных, за нас блядей, но охуенных!

Четверка, дружно чокаясь краями своих сосудов, подносит фужеры к губам, ощущая приятный аромат, исходящий от своих напитков и, запрокинув голову назад, поглощают обжигающую жидкость, а затем чувствуют, как по стенкам горла стекает горьковатый, пылающий поток алкоголя, попадая следом в пищевод, оставляя приятное послевкусие.

Друзья удовлетворенно вздыхает, а девушки подносят руку к губам, чтобы убирать остатки огненной жидкости с губ тыльной стороной ладошки. Парни в это время ставят рюмки на стойку, прося бармена повторить их заказ ещё раз.

Спустя некоторое время на столе появляется второй сет шотов, после которого музыка внезапно останавливается, побуждая выпускников перевести взгляд на стойку диджея.

— Попрошу минуточку внимания, – начинает Джек – капитан школьной команды по регби, привлекая внимание своих одноклассников стуком ножа по стенкам своего бокала. — Вот и настал тот день, который мы все так ждали. Пролетели наши веселые школьные годы – это было прекрасное время, в котором каждый из нас нашел своих друзей, вторых половинок, приятелей по духу, – каждый из присутствующих окидывает взглядом близких их людей, которым адресуют сказанные слова – и четвёрка, переводя взор друг на друга, улыбается уголками губ. — Спасибо за время, которые мы провели вместе!

Выпускники начинают громко верещать и вскрикивать, поднимая свои напитки вверх, чтобы потом поднести свои бокалы к губам.

— Поддерживаю, – произносит Гарри, подняв свой стакан в сторону одноклассника, говорящего тост, а затем поворачивается к своим друзьям и подносит шот в центр. — За нас!

— За нашу дружбу! – дополняет Ви, оглядывая их скромную компанию.

— За новые знакомства в институте, – проговаривает Лекс, улыбаясь уголками губ и поддерживая застольный ритуал.

— За новую главу нашей жизни! – заключает Питер, звонко чокаясь рюмкой о сосуды других, и немного отпив.

Звучно поставив пустые бокалы на стол, друзья кривятся и быстро покачивают головой в разные стороны в то время, как горло начинает неприятно печь, из-за чего они могут сделать вывод, что эти шоты были намного крепче предыдущих. Подруги, услышав знакомого мелодию – а именно их любимую песню одной известной группы – доносящуюся из огромных колонок, расположенных на полу, вскакивают со своих мест, проворачиваясь к парням и, взяв их за руки, тянут на танцпол. Некоторые одноклассники, увидев воодушевленную четверку, уступают им центр, отходя немного назад, другие придерживаются стены и отбивают ритм ногами, а кто-то кружится в танце.

Покачивая бёдрами и извиваясь в такт своей любимой песне – слова которой подруги знают наизусть – они сокращают между собой дистанцию, становясь прямо напротив и, начав приобнимать друг друга за талию, медленно опускаются вниз, а затем поднимаются вверх, заливаясь громким смехом, не разрывая зрительного контакта. Друзья в свою очередь решают забыть о смущении и начинают своеобразно пританцовывать, хлопая друг другу, разводя руки в разные стороны – словно участвуя в номинации «кто кого перетанцует». Сложно сказать в какой из моментов в руках Гарри оказывается бутылка виски, которую он без малейшего колебания подносит к губам, делая несколько глотков обжигающей жидкости, и передаёт её девочкам, которые провернув такую же авантюру, возвращают её к новому владельцу, продолжая изгибаться и приковывать к себе взгляд чуть ли не каждого парня.

Расслабленная атмосфера, громкая музыка и наличие превышенной дозы алкоголя в организме дают о себе знать: многие мысли, на которые четвёрка обращала особое внимание постепенно отходят на второй план, чтобы целиком и полностью отдаться этому моменту и продолжать наслаждаться привычной компанией своих друзей.

Очередная композиция резко прерывается и четвёрка, стараясь привести дыхание, чтобы отдышаться, переводит взгляд в противоположный угол комнаты, наблюдая такую картину: Флэш Томпсон вместе со своей свитой подключили два проводных микрофона к большому телевизору и включили караоке, продолжая горланить своими пьяными голосами, попутно заключая в объятия компанию девушек.

Осознание того, что это то, что им действительно сейчас нужно приходит сразу, и они мигом направляются в ту часть гостиной, чтобы начать подпевать слова знакомой песни, пока компания Юджина отдаёт им микрофоны и удаляется к бару.

Пока Ви и Лекс, кричат в микрофоны слова, появляющиеся на экране телевизора; Питер и Гарри присоединяются к заводному припеву, меняя слова и свои привычные голоса, что вызывает у окружающих их одноклассников звонкий смех, заполняющий всё комнатное пространство. Усталость накатывает новой волной, ноги гудят после многочисленных танцев, а ноющие мышцы требуют передышки, но четверка чувствует себя довольно неплохо – нужно просто немного отдохнуть. Разбежавшись по разным углам комнаты, Викки стоит возле дивана, прислонившись спиной к холодному бетону, исходившем от стены, и окидывает взглядом присутствующих, делая новый глоток заказанного коктейля.

— Привет, – раздаётся знакомый голос справа от неё, и она томно вздыхает. — Пошли потанцуем?

— Нет, – коротко отвечает Робинсон.

— Да что с тобой?! – повышает голос Юджин, вскинув руками. — Мы же с тобой договаривались после расставания остаться в хороших отношениях.

— Бывшие в априори не могут остаться друзьями, понимаешь? – высказывает своё мнение брюнетка, касательно ситуации, в которую её поставила другая Викки из этой вселенной.

— Паркер видимо исключение из правил, да? – Томпсон переводит взгляд на Питера, стоящего в противоположном углу, разговаривающем о чём-то с другими одноклассниками.

— Флэш, подойди ко мне через 3 месяца или я сама подойду к тебе, – выдержав паузу в несколько секунд, отвечает Ви, встречаясь взглядом с парой карих глаз.

Флэш, явно не желавший слышать подобное от своей бывшей девушки, к которой он до сих пор испытывает какие-либо чувства, становится прямо напротив её и наклонившись ближе продолжает. У них была договорённость, которую Робинсон всячески нарушает, ставя его в не очень благоприятное положение, и вот он, набравшись смелости, решает выяснить с ней отношения.

— Почему ты так ко мне относишься? – задаёт интересующий его вопрос Томпсон, сводя брови к основанию. — Все было хорошо, что изменилось? Это жестоко с твоей стороны, зная, что ты мне нравишься по сей день.

— Чем, если не секрет? – незаинтересованно отвечает вопросом на вопрос брюнетка.

— Да всем, чёрт тебя побрал бы! – вспыхивает Юджин, поставив правую руку у стены, рядом с головой оппонентки, тем самым сократив между ними расстояние. — Я не буду говоришь банальные вещи по типу красоты, фигуры, характера, просто всем и точка. Оглянись вокруг, тебя здесь каждый второй парень хочет, какой нахуй Паркер, ты адекватная?

— Да сколько можно жить с этим уставом, Флэш? Повзрослей ты уже наконец и пойми, что не всем так важен статус, о котором ты, в частности, и козыряешь. Что он тебе сделал? Где он тебе дорогу перешёл? – нахмурившись, выдаёт она. — Ты даже с ним никогда не общался, потому что он не такой авторитетный, как ты, ты даже не знаешь, какой он человек, чем живет и чем дышит, о каких, блять, выводах мы можем говорить? – давняя вражда переходила любые границы допустимого, что так или иначе выводило из себя, а осознание, что Ви и Флэш находились в отношениях, чтобы насолить Питеру – не укладывалось в голове. — Какое вам всем вообще дело с кем и где я хожу, занимайтесь своими жизнями. Мне правда жаль, что у нас с тобой так получилось, но, между нами, не будет ничего, может немного позже сможем подружиться заново.

Развернувшись на носках, девушка цепляет его плечом, таким образом отодвигая парня от себя и начинает движение, чтобы отыскать своих друзей.

Паркер, всё это время стоявший в компании своих приятелей, подходит к большому кулеру, чтобы налить в пустой бокал из-под рома воды и утолить образовавшуюся жажду. Поднося стакан к губам, делая несколько глотков освежающей жидкости, он замечает приближающийся к нему силуэт и переводит взгляд в сторону.

— Ты не отвечаешь на мои звонки и сообщения, – начинает Мишель, скрестив руки на груди. — Почему ты игнорируешь меня?

— Чёрт, ЭмДжей, прости, – объясняется юноша, сжимая губы. Ситуация и правда не из приятных. И ему даже немного стыдно. — На меня в последнее время столько всего навалилось, проблем куча.

— Да, я вижу, чем ты занят и какая у тебя проблема, – Джонс переводит взгляд на девушку, которая, по её мнению, является источником данной проблемы. — Что случилось? Может я тебя чем-то обидела?

— Нет, все правда хорошо, и ты здесь не при чем, просто у меня сейчас нет свободного времени, – констатирует факт Питер, не обманывая её, пожимая плечами. — Мысли сейчас совершенно другим заняты.

— Или другой, – чуть тише добавляет ЭмДжей, обиженно дуя пухлые губы.

— Что?

Молодой человек переводит взгляд на Мишель и, заметив, что её взор направлен куда-то перед собой, окидывает глазами комнату. Уловив зрительный контакт с Робинсон, продолжающей прямолинейное движение в их сторону паучка, неосознанно делает шаг вперед.

— Простите, если помешала, но я украду его ненадолго, – говорит Ви, переводя взгляд на Мишель, которая окидывает её своеобразной улыбкой, больше похожей на оскал, а затем смотрит на Питера и нежно берет его за руку. — Ты обещал мне танец.

Оставив в невыгодном положении Джонс, парочка следует между пьяных тел, пробираясь на танцпол. Ви думает, что возможно сейчас она поступает неправильно, вновь влезая бесцеремонно в его жизнь, но после фееричного разговора с Флэшем – ей необходимо отвлечься в компании с тем, кто ей не противен.

Девушка разворачивается на 180 градусов, становясь напротив Паркера, на лице которого играет самодовольная улыбка. Питер перемещает ладони на тонкую талию, притягивая Робинсон ближе к себе, из-за чего они чувствуют обжигающее дыхание друг друга. По телу бегут мурашки, а сковывающий узел внизу живота расплывается по периметру, отдавая приятной болью в ноги, которые то и дело подкашиваются.

— Они мне надоели со своими выяснениями отношений, – поясняет свои действия Викки, наклонившись к уху парня, случайно касаясь кубами хрящика, пока он сглатывает тягучую слюну. — У меня дежавю, когда я снова спасаю тебя от девочек, которые отпускать тебя не хотят, – усмехается она, вспоминая, как паучок слёзно просил её помочь, когда к нему кто-то проявлял интерес в походе.

— Да, – признавать своё поражение он не собирается, потому что сейчас он может мягко и аккуратно сказать, что к нему подходить не нужно. — Снова твоя ревность. Признайся ты уже наконец, что твоя выдуманная дистанция не только на меня не работает, но уже и на тебя.

— Не дождёшься, малыш, – Ви изгибается в ухмылке, нагло перебирая его волосы. Говорить и соглашаться с ним – не имеет никакого смысла, ведь здесь всё и без слов понятно. Они снова погрязают в чувствах, которые с каждым проведённым днём скрывать и отрицать – невозможно. — Музыка красивая, да?

— Наверное, – кивает Пакер, создавая зрительный контакт с зелёно-карими глазами. — Не знаю, что на счёт музыки, но вот ты особенно красива.

Парочка наслаждается моментом сближения, медленно покачиваясь в такт мелодии, забывая о других людях вокруг, делящих с ними пространство. Обвивая руками шею Питера, сгибая локти, кажется, что это уже не медленный танец, а крепкие объятья, наполненные старыми шестнадцатилетними чувствами вперемешку с новыми, которые зарождаются и крепчают каждую секунду. Парень зарывается лицом в изгиб шеи партнёрши, вдыхая сладкий аромат ванили, полностью отдаваясь моменту, когда он может официально касаться её, не вызывая при этом агрессивной реакции, пока его туловище расслабляется из-за присутствия второй половинки, засевшая глубоко в мыслях и сердце.

— Прошу, Озборн, скажи мне, что вы с Паркером подали документы в Мид либо же Массачусетский университет, – продолжает обсуждать будущее поступление со своим товарищем Зак, эмоционально жестикулируя руками. — А то мы с Сэмом подали заявления туда, вот теперь опрашиваем всех, чтобы не ходить в одиночку, как отшельники.

— Наша четвёрка предпочла Мид, так что если вдруг все поступим туда, то будем пересекаться в стенах кампуса, – отвечает Гарри, поднося стакан с виски к губам. — Статус заявления ещё в процессе рассмотрения, поэтому ответ будет не раньше, чем через неделю, а то и две.

Продолжая слушать воодушевленные рассказы своего приятеля по поводу ближайшего поступления, Гарри улавливает тихие нотки медленного танца, которые плывут по пространству, обволакивая весь зал, и в центре постепенно появляются новые пары в том числе и парочка его хороших друзей. Блуждая взглядом от одного угла гостиной к другому, молодой человек ищет блондинку, чтобы пригласить её.

Сделав ещё один глоток спиртного, юноша собирается отставить сосуд в сторону и направиться к бару, однако его затея проваливается, когда в поле его зрения попадает миловидная шатенка, всячески крутясь вокруг него в попытках привлечь внимание.

— Привет, Гарри, – собравшись с мыслями проговаривает одна из подружек Стеф, спрятав руки на спину, покачиваясь в такт приятной мелодии. — Не хочешь потанцевать?

Озборн безразлично переводит взгляд на кончики своих пальцев, которые продолжают сжимать стакан с янтарной жидкостью, незаинтересованно наблюдая за тем, как одинокие капли стекают по стенкам. Услышав предложение, молодой человек вскидывает бровями и направляет взгляд на свою новую собеседницу, лицо которой кажется ему знакомым, но имени её он явно не знает.

— Напомни-ка, как тебя зовут? – интересуется Гарольд, одаривая её взглядом сверху вниз.

— Бруклин, мы с тобой в одном классе, – не теряя былого энтузиазма, продолжает девушка, улыбаясь уголками губ. — Друзья зовут меня Брук.

— Извини, Бруклин, но нет, – заключает брюнет, пожав плечами, наблюдая как быстро меняется выражение её лица. — У меня уже есть пара для танца.

Огибая Брук, которая провожает его взглядом прямиком до барной стойки, Гарри продолжает прямолинейное движение, пока в его поле зрения не попадает Мэйсон, занимающая своё место на высоком стульчике, медленно потягивающая свой любимый апероль из длинной чёрной трубочки.

— Ну вот и что мне теперь делать, Лекс? – интересуется подвыпившая Алисон, присевшая на уши Алексе, решившая посвятить её во все подробности своей личной жизни, чтобы узнать совет. — Как бы ты поступила на моём месте?

— Я бы уж точно не равнялась на соображения других, Лив, – отвечает блондинка, неторопливо попивая свой коктейль, не обращая внимания на окружающих. — Люди слишком много значения придаёт чужому мнению, подстраиваясь под него и лишая себя всех прелестей жизни, поэтому забывают о своих собственных желаниях. Не думай об этом и живи так, как хочешь ты.

Заметив то, что ранее лежавшая на барной стойке Оливия неестественно выпрямляет спину и приподнимает свой подбородок, продолжая смотреть куда-то сквозь свою оппонентку – Мэйсон медленно оборачивается через плечо и встречается с давно изученной парой карих глаз.

— Позволишь пригласить тебя на танец? – произносит Гарольд, ухмыляясь уголками губ и протягивает девушке открытую ладонь вверх.

Переводя взгляд на Оливию, которая едва заметным кивком головы указывает на юношу, Алекса разворачивается на носках и накрывает ладонь брюнета своей, а он в свою очередь легко перекладывает женскую кисть на согнутую в локте руку. Оказавшись в центре танцпола, состоящего в основном из парочек, покачивающихся в ритм медленной музыке, Гарри нежно разворачивает Лекс к себе и притягивать за талию, увлекая в танце, а девушка аккуратно обвивает руками его шею, вздрагивая от каждого прикосновения молодого человека, вызывающее мурашки по её телу.

— Ты только что лишил меня возможности послушать увлекательный рассказ на тему того, как наша Лив сохнет по другу своего парня, – произносит девушка, улыбнувшись уголками губ.

— Не люблю, когда кто-то тратит твое время на разговоры, – невольно переходя на шепот, отвечает брюнет, наклоняясь ближе и вдыхая запах её волос. — Особенно если этот «кто-то» не я.

Приглушенный свет софитов и упоительная, изящная мелодия, доносившаяся из множества колонок, создают совершенно другую атмосферу, как между парой, так и всего комнатного пространства. Продолжая мягкие, плавные и гармоничные движениями на музыкальный ритм, молодые люди словно на миг забывают об окружающем их мире и людях, не отрывая безмолвного, пронзительного взгляда друг от друга. Ранее юношу были несвойственны такие качества как смущение и волнение, но рядом с Алексой, занимающей определенное место в его мыслях, Гарри чувствует себя маленьким мальчишкой, не способным совладать со своими эмоциями и чувствами.

Ловя себя на многочисленных мыслях – быть ближе, ощутить ее тепло её рук, наполнять легкие ароматом её невесомых, карамельных духов, сам того не замечая, Гарри переходит все предписанные правила танца, касаясь носом шеи девушки, отчего та изящно отворачивает голову в противоположную сторону и лёгкий намёк на улыбку трогает идеально очерченные губы.

Бессловесный флирт — вот, что было между ними в этот вечер.

Медленный танец подходит к своему логическому завершению, и приятная мелодия сменяется на более оживлённую, заставляя ребят нехотя отпрянуть друг от друга, не разрывая зрительного контакта.

— Я как раз вас ищу, – проговаривает Сэм, появившейся в центре танцплощадки и привлекающий внимание Лекс и Гарри. — И вы здесь. Отлично, – продолжает блондин, встречаясь взглядом с Ви и Питером. — Пошлите играть, а то ведь вечер не могу вас выцепить.

Четверка переглядывается между собой и пожимает плечами, следуя за своим другом, который ведёт их противоположный конец комнаты.

— Думаю все знают правила, но всё же напомню, – начинает Сэмюель, раскинув руками. — Рассаживаемся в круг и тот, кто крутит бутылочку выбирает что задать тому, на ком она, собственно, останавливается – это либо интересующий его вопрос, либо какое-то действие. Каверзные вопросы и забавные, двусмысленные действия приветствуются.

Компания одноклассников рассаживается в круг – четверка садится рядом друг с другом, закатывая глаза, посмеиваясь с того, что они всё-таки соглашаются играть в эту игру – и блондин кладёт пустую бутылку допитого виски посередине.

— Ну что, кто начнёт? – вновь интересуется Сэм, переводя взгляд с одних одноклассников на других.

— Давайте я, – отвечает Корбин, потянувшись к атрибуту, находящемуся посреди их круга. Парень прокручивает бутыль по часовой стрелке и её горлышко указывает на Зака, сидящего возле Гарри. — Брат, я бы сказал тебе съесть банан без помощи рук или станцевать приватный танец кому-то на свой выбор, но Мелоди меня прищучит... Поэтому просто принеси мне выпить.

— Серьёзно? – усмехаясь, отвечает Зак, закатив глаза. — Так вообще не интересно.

Однако он всё-таки встаёт и направляется к бару, чтобы принести своего товарищу выпивку, когда Флэш тянется к бутылочке, чтобы покрутить её. Сделав несколько оборотов, её горлышко указывает на Питера, который скрестив руки на груди, ожидает услышать вопрос или действие, которое ему необходимо выполнить.

— Начну с простого, – говорит Томпсон, окидывая взглядом своего одноклассника. — Что бы ты предпочёл: иметь кнопку «вернуться назад» или «пауза» в своей жизни?

— У меня обычная жизнь среднестатистического подростка, – лукавит паучок, переводя взгляд в противоположную сторону. — Возвращаться в прошлое нет никакого смысла, если только это не изменит что-то, да и останавливать жизнь не особо хочется, потому что меня всё устраивает.

— Паркер, вопрос в том, чтобы ты предпочёл? – шипит Флэш, неодобрительно покачивая головой из стороны в сторону, ведь узнавать подробности из жизни недруга – не хочется. — Не нужно философствовать.

— Ничего из этого, такой ответ устроит? – нахмурившись и скрестив руки на груди, отвечает Питер. — Только вперёд и в будущее, любое настоящее уже становится в прошлым, так что дебильный вопрос.

Дослушав поток слов одноклассника и удивленно вскинув бровями, Сэмюель придвигается ближе к центру и прокручивает атрибут против часовой стрелке, наблюдая за лицами бывших одноклассников.

— Чувак, ты меня, конечно, извини, но мне правда любопытно, – приложив руку к сердцу, юноша обращается к Гарри, который улыбаясь уголками губ, ожидает вопрос. — Участвовал ли ты в групповом сексе?

— Тупой вопрос, Сэмми, конечно учувствовал, – парирует Озборн, прикусив нижнюю губу, а затем переводит взгляд на Паркера и продолжает. — ЖМЖ, а как иначе! Недавно тоже могла быть, но... не сложилось.

Между ребятами, находившимися позади играющих, проходит едва слышимый шепот, который тут же стихает, когда пальцы рук Райли касаются прохладного стекла. Особа, на которую указывает горлышко бутылки томно вздыхает, предвкушая заданное действие, которое она собирается выполнять без какого-либо энтузиазма или вопрос.

— Так, Джей, из-за того, что ты не частый гость на всех этих тусовочках, а сплетен о твоей скверной репутации ходит много, то ответь на вопрос, – проговаривает девушка, обращая на себя внимание Мишель. — Какой слух о тебе неправда?

— Тот, что я необщительная и со мной не о чем поговорить, – отвечает Джонс, покачивая плечами, ведь частенько слышала подобное высказывание в стенах своей школы. — Скорее наоборот, я считаю себя человеком, который умеет поддержать любую тему для разговора, только другие почему-то считают иначе.

Бруклин, явно вдохновившись идеей спросить о чём-то личном, хрустит пальцами и прокручивает стеклянный атрибут, который быстро крутясь останавливается на брюнете, поднимающем на девушку свой проницательный взгляд. Поняв, кому именно будет адресован вопрос, бывшая подружка Стеффани Томпсон переглядывается с Леей, которая одобрительно кивает, уловив ход мыслей своей приятельницы.

— Когда и с кем ты целовался в последний раз, Гарри? – задаёт интересующий её вопрос, покрутив меж пальцев локон своих тёмных волос.

— Вчера, – коротко отвечает Гарольд, слегка сведя брови к переносице. — С Лекс. Это действительно то, что тебя интересует? Я разочарован.

Услышав ответ своего друга, Питер, сидящий между Мэйсон и Ви, томно вздыхает и переводит взгляд на блондинку, которая, встретившись с его взглядом прикрывает глаза. Буквально два дня назад, паучок проводил воспитательные работы и – в этот раз – был уверен, что они дадут свои плоды, однако этого не последовало и с такой дистанцией, о которой ему недавно говорила Лекс, его в буквальном смысле слова скоро кондратий хватит.

— Я тебе потом всё объясню... – тихо, почти шепотом проговаривает девушка.

— Да уж, зай, постарайся, – суровым тоном голоса отвечает Паркер, неодобрительно покачивая головой.

Следующей на очереди была Бруклин – вторая подружка бывшей старосты школы – которая, недолго думая придвигается к центру, чтобы сделать вращательное движение пустой бутылкой виски. Горлышко указывает на Алексу, которая, встретившись с парой зелёных глаз, ожидает продолжения.

— Скажи, Лекс, – выдержав некую паузу, начинает говорить шатенка, не разрывая зрительный контакт. — Как можно было отхватить такого парня, как Гарри и потом с треском его потерять?

— Что, прости? – отвечает Мэйсон, не до конца улавливая к чему именно клонит девушка.

— Не стоит делать вид, что ты не понимаешь, о чем я говорю, – криво ухмыляясь, продолжает Брук, недовольно сморщив лицо. — Ты же сама его каким-то магическим образом приворожила, охмурила, при этом отбив у самой королевы школы, – поясняет девушка, переводя взгляд со своей оппонентки на парня, а потом и вовсе на свою подругу, которая всеми возможными способами поддерживала её в этом. — Так вот, Робинсон, в чём твой секрет?

— Эта игра называется «влезь в чужую и засунь в неё свой любопытный нос»? – озвучивает свои мысли блондинка, сведя брови к переносице, окинув взглядом двух подружек. Подобные вопросы, звучащие в адрес её друзей, выводят из себя, особенно учитывая тот факт, что данные уточнения и рассуждения людей, входящих в их окружение – максимально некорректны. — Или у вас всех нет своих жизней, что вы все такую хрень спрашиваете? В курсе, что означают отношения? Они между двумя людьми и не более, поэтому я не собираюсь отвечать на этот вопрос – это вас не касается.

— Добавлю одно, Бруклин, – вмешивается в разговор девушек, Озборн, привлекая всё внимание на себя. — Либо твой мозг просто-напросто не придумал более интересной темы для разговора, либо ты просто бестактная, раз задаёшь такой вопрос моей девушке, ещё и в моём присутствии, – одарив её совершенно бесстрастным взглядом, под напором которого девочка молчит и вскоре опускает взгляд в пол, он заключает. — Подумай об этом.

Питер, снова услышав то, что он явно не ожидал, в очередной раз злобно переводит взгляд в сторону подруги, которая предугадывает, что именно ей хочет сказать юноша и запускает руку в накрученные волосы.

— Всё под контролем у тебя, да? – задаёт вопрос молодой человек, скрещивая руки на груди. — Ахуенный такой контроль, подружка, больше нечего сказать.

Викки же на мгновение приходит в замешательство, осознав тот факт, что она явно многого не знает и недоумевает подобному исходу событий, но быстро собирается с мыслями, оставив этот разговор для следующей встречи с подругой. Погрузившись в раздумья, девушка не сразу замечает, как следующим на очереди становится, Корбин, проворачивающий точно такие же махинации с бутылочкой, как и предыдущие игроки.

— Назови имена трёх своих бывших, – данный вопрос звучит от юноши к Флэшу, который тут же расплывается в самодовольной улыбке, стреляя взглядом в некоторых присутствующих. — Нет, давай по-другому: назови имена своих бывших девушек, с которыми у тебя был головокружительный роман.

— Аманда... Эмили, – выделяя имена несчастных девушек специфической интонацией, Юджин переводит взгляд на Гарри, ожидая от него ответной реакции, а когда она всё-таки поступает, то он переводит взгляд на Питера и заключает. — И конечно же Ви.

Парни, продолжая испепелять Томпсона, сжимают кулаки в бессильной злобе, предвкушая с какой силой будут мутузить его худощавое тельце этими самыми кулаками или то, как его вечно самодовольная и надменная рожа встретиться с их коленями. Однако вместо этого, Томпсон тянется к стеклянному атрибуту и прокручивает его по часовой стрелке. Поняв, что горлышко бутылки останавливается на его любимом Паркере, юноша просто не может противостоять желанию самоутвердиться за его счет – в очередной раз опустив его при всех.

— Поцелуй любого человека, находящегося в этой комнате, – спокойно выдаёт Томпсон старший, вскинув руками.

Со всех сторон слышатся сдавленные хихиканья, сопровождающиеся обрывками фраз, которые доносятся до паучка. Конечно, он не собирается подаваться манипуляциям Флэша, который, как всегда, старается выставить его не в благоприятном свете.

— Ну ты и выдал, дружище, – подначивает дружок Томпсона, уловив с ним зрительный контакт.

— Да ладно вам, это же Питти Паркер, он быстрее покраснеет и опустит глаза в пол, чем сделает это, – скрестив руки на груди, парирует Томпсон, проходя взглядом по Питеру сверху вниз. — Вам ли не знать.

Томно выдохнув часть углекислого газа, Паркер аккуратно, почти невесомо касается обеими ладонями щекам Ви, располагающейся слева от него, и сокращает разделяющую их дистанцию, потянувшись к её устам и накрывает их своими губами. Оторопев, Робинсон не понимает, как должна реагировать на подобное действие со стороны паучка и, решив довериться ему – а заодно и утереть нос зазнавшемуся брюнету, не оставляющему ни парня, ни девушку в покое – прикрывает глаза.

Оставшись в таком положении ещё на несколько секунд, бывшая парочка слышит неодобрительные вздыхания со стороны дружков Юджина и неторопливо отдаляется друг от друга, сохраняя зрительный контакт. Наблюдавшие за данным представлением перекидываются парой колких фраз, а одна особа продолжая прожигать Викки взглядом полном ненависти и тянется к бутылочке, с силой прокручивая её.

Предаваясь надеждами и посылая всевозможные сигналы вселенной, чтобы горлышко атрибута остановилось именно на Робинсон и задать ей интересующий вопрос, который волнует голову Джонс уже не первый год. Пустая бутыль – как по иронии судьбы – останавливается на Ви, которая встречается взглядом с ЭмДжей.

— Почему ты всегда всё портишь и из-за этого страдают другие люди? – спрашивает Мишель, повысив привычный тон голоса, таким образом обращая внимание присутствующих на себя.

Часть одноклассников, играющих в эту незамысловатую игру, в недоумении переглядываются между собой – услышанные слова вызывают у них странную реакцию, ведь они нечасто являлись свидетелями ссоры между двумя девушками.

— Что ты имеешь ввиду, Джей? – интересуется Зак, наклонив голову вбок.

— Да то, что если в поле твоего зрения появляется Ви Робинсон, то жди беды – испортит всё, что можно, – поясняет Джонс, заключая руки на груди и, продолжая смотреть прямо на Робинсон с насмешкой – едва ли не с презрением.

— Прямо говори, а не ходи вокруг да около, – Викки прерывает поток слов брюнетки, требуя объяснений.

— Ты у нас с начала с Питером роман крутишь, потом он становится тебе неинтересен, и ты унижаешь его перед всей школой, потом ты встречаешься с Флэшем, пользуешься им, и снова бросаешь, вновь вернувшись к Питеру. Ты не думала, что ты не кукловод, а люди не твои марионетки, чтобы так ими манипулировать? Ты всем всё испортила.

— Ладно, к другим вопросов у меня нет, но ты за что меня так сильно ненавидишь? – спрашивает девушка, улыбнувшись уголком губ. Конечно, по просмотренным фильмам она знала, что ЭмДжей – любовь всей жизни Питера Паркера и это не было для неё открытием, но то, что девушка явно питает к ней чувства ненависти и отвращения, заставляют её сделать вывод, что всему виной их сближение с паучком. Стать участником ссоры, вспыхнувшей из-за какого-то парня – вверх тупизма. — Из-за парня, серьёзно? Так он свободен – забирай и наслаждайся, я его не держу.

— Ненавижу тебя? Слишком много чести, – с ехидной улыбочкой отвечает Джонс, тыкая себя в грудь. Мишель настолько выводит из себя эта ситуация, что она поднимается и делает шаг в сторону Ви, проговаривая громким голосом. — Ты просто-напросто являешься причиной всех бед и моих в том числе!

Слушать подобное высказывание в сторону близкого человека было невыносимо; раздражение и возмущение накатывают с новой силой, заставив Питера до хруста сжать кулаки и подняться со своего места чтобы приложить конец данному спектаклю. Шатен одним быстрым и достаточно резким движением хватает Мишель за запястье, больно сжав его своими пальцами, и направляется к выхожу из комнаты – в большой коридор, в то время как девушка, улыбаясь уголками губ, вызывающе смотрит на Викки, которая провожает их взглядом, пока их силуэты не скрываются за углом комнатного пространства.

— Ну, можно сказать, что на сегодня мы уже явно... наигрались, – прокашлявшись, привлекает внимание окружающих Сэмюель, заключив руки в своеобразный замок. — Тогда предлагаю выпить за хорошую игру, которая в своём завершении обойдется без ссор и своих последствий. Надеюсь.

Оказавшись в более-менее уединенном месте, Паркер нагловато отталкивает её к стене, отчего брюнетка, словно тряпичная кукла легонько бьётся спиной о вертикальное строение и одаривает его надменной усмешкой. Сожалеет ли она? Нет. Если бы у неё был выбор, поступила бы она также? Очевидно, что да. День за днём Джонс винила во всём Ви – сначала, что так быстро привязала парня к себе, а потом в миг отказалась от него.

— Что за концерт ты устроила, ЭмДжей?! – раздражённо прикрикивает паучок, вскинув руками.

— Ты должен сказать мне спасибо за то, что я убираю из твоей жизни людей, причиняющих тебе боль, – отвечает она, упираясь макушкой в стену, и продолжает, сводя брови к переносице. — Ты ведь сам говорил, что ненавидишь её, Пит, а теперь бегаешь и ошиваешься вокруг неё, как ни в чем не бывало, что изменилось? Она? Не смеши меня, – сейчас девушка с трудом сдерживает истерический смех под пристальным взглядом юноши. — Ты слышал, что она вообще сказала: «забирай и наслаждайся» – значит ты ей не нужен, неужели ты этого сам не понимаешь?

— Блять, наши отношения вас никаким боком не касаются! Вы ничего не знаете, чтобы делать такие выводы, – потеряв контроль, выдаёт Паркер, не подбирая выражений. — И весь этот концерт, что ты устроила, не показывает тебя со стороны умного человека, наоборот, выглядишь как маленькая закомплексованная девочка, которая была лишена любви в детстве.

Услышав подобное замечание в свою сторону от объекта её воздыхания, она плотно сжимает губы, отчего те превращаются в тонкую ниточку. ЭмДжей – по своей натуре – никогда не умела уступать, даже то, что ей никогда не принадлежало и продолжает соревноваться с девушкой, отчаянно желая получить внимание от парня, к которому она испытывает невзаимные чувства.

— Вот как ты заговорил, – слегка дрожащим голосом шепчет Джонс, не разрывая с Питером зрительного контакта. — Небось она на тебя так повлияла.

— Я тебе сразу сказал, что отношения мне не нужны, тогда к чему эти предъявы? Мы с тобой все обговаривали на берегу – ты согласилась. Между нами никогда ничего серьёзного не было и не будет, но если ты не перестанешь так унижаться передо мной, то мы вряд ли сможем сохранить какие-либо дружеские отношения. Если ты себе что-то на придумывала – это не мои проблемы, – уловив суть данного конфликта, произносит молодой человек, чувствуя свою вину за то, что не обозначил границы между собой и девушкой. — Настоятельно рекомендую извиниться перед Ви и всегда думать перед тем, как что-то сказать в её сторону, иначе я буду с тобой разговаривать.

Оставив Мишель наедине со своими мыслями, Питер разворачивается и вновь направляется в основную комнату, в которой вновь играет громкая музыка. Пробираясь меж пьяных и обкуренных одноклассников, цепляя каждого из них плечами, Паркер наблюдает, что на то место, где они играли несколькими минутами ранее, заполнилось другими подростками, решившими поиграть в точно такую же игру, а их приятная компания сейчас находится возле барной стойки.

— Где она? – спрашивает паучок, прильнув к сидящей рядом девушке.

— Ты про Ви? – отвечает вопросом на вопрос Райли и, получив в ответ короткий кивок, продолжает, указывая пальцем в противоположную сторону. — Схватила бутылку и ушла куда-то.

...Поднявшийся своего места, блондинка выходит из помещения, чтобы найти изолированную от чужих глаз и ушей комнату, чтобы перевести дух после «занимательной» игры, по окончании которой все её друзья разбрелись по разным углам. Открывая многочисленные двери комнат – одна за другой оказываются занятыми и взятыми под свои планы её одноклассниками, девушка направляется в другую часть коттеджа.

Спустя множество попыток Лекс всё же удаётся отыскать свободное место для своих размышлений. Пройдя в глубь комнаты в направлении дивана она слышит звук, закрывающийся двери и повернувшись, замечает Гарри, подпиравшего дверь своей спиной.

— Спасибо, конечно, но... – проговаривает Алекса, выдержав некоторую паузу. — Фраза «моя девушка» была явно лишней.

Сняв свой пиджак чёрного цвета, Гарольд облокачивается о шкаф и ухмыляется уголками губ, словно только что удачно пошутил, начиная закатывать длинные рукава накрахмаленной рубашки до локтя, продолжая многозначительно смотреть на девушку.

— Это единственная реплика, после которой они бы заткнулись, – поясняет мотив своих действий, Гарри, улыбаясь уголками губ. — Эти дуры и вправду считают, что у их Стеф были какие-то шансы, наивные.

Алекса задумывается. А ведь правда младшая Томпсон обладала всеми теми качествами, которыми присутствовали у девушек, привлекающих внимание Гарри: престиж её отца – от этого и её статус – готовность выполнить любую его просьбу, податливость и умение промолчать там, где надо. «Быть умной – это вовремя прикинуться глупой» – по такому принципу и жила Стеф, однако продолжала тревожиться и «ревновать» юношу к каждой встречной девушке, пока на её пути не появилась новенькая, за которой Озборн ухлестывает и по сей день.

Стеф и Лекс были далеко не друзьями – их даже приятелями нельзя было назвать – какое время они даже были в каком-то роде соперницами, но встретившись бы они при других обстоятельствах, то обязательно бы нашли общий язык. Но так или иначе их объединяло одно – симпатия к Гарри, который сейчас стоит перед Мэйсон и его губы трогает самая что ни на есть нахальная улыбка, как и в первую их встречу.

— Нет, почему же, – произносит Мэйсон, развернувшись на носках, и занимает место на большом кожаном диване – встречаясь взглядом с парой карих глаз – продолжает. — Действительно странно, как же всё-таки так получилось, что твой выбор пал не на главную звезду школы, а на какую-то непримечательную новенькую.

— Чёрт, Лекс, прекрати искать в моих действиях какой-либо подвох, – повысив голос, отвечает парень. — Я понимаю, у тебя есть куча сомнения на мой счет, но я многое переосмыслил за эти два года, и многое понял.

— Люди не меняются, Гарри, – выдержав паузу в несколько секунд, отвечает блондинка, одаривая молодого человека едва заметной улыбкой. Как бы то ни было, всегда хочется верить в лучшее – а именно в то, что человек сможет выбиться из правила и направить свои мысли на продуктивный лад.

— Согласен, не меняются, – разделяет мнение своей оппонентки Озборн, сделав медленный шаг в её сторону. — Но могут повзрослеть и лишиться детского максимализма.

Вновь сокращая дистанцию, Гарольд наблюдает, как губы Алексы трогает очередная улыба, но в этот раз более слабая и малоубедительная. Такую точку зрения девушка явно не разделяет, считая её сплошной выдумкой и несмотря на внутреннюю противоречивость подобных домыслов, она хочет возразить, но не успевает сделать это.

— Нет, подожди, – юноша поспешно перебивает ещё не начавшийся поток мыслей девушки, подходя к ней почти вплотную и побуждая поднять на него взгляд. — Я тысячу раз вел себя как придурок и поплатился за это – сначала потеряв тебя, а потом ещё и своего лучшего друга.

Нервно прикусив нижнюю губу и предаваясь не самыми приятными воспоминаниями, молодой человек томно выдыхает часть углекислого газа и собирается со своими мыслями, чтобы озвучить их.

— Я больше не хочу терять ни одного из вас, поэтому давай попробуем изначально наладить хотя бы дружеский контакт, а там, может быть, у нас что-то и получится, – мягко произносит Озборн бархатным голосом.

Аккуратно усаживаясь рядом с девушкой, продолжая сохранять с ней зрительный контакт, он выдерживает дистанцию, оставив между ними немного места.

— Я тебя ни к чему не принуждаю – это только твоё решение.

После всех объяснений между собеседниками возникает молчаливая пауза – только с первого этажа доносятся отголоски громкой музыки и радостные визги девушек. Не проронив больше ни слова, Гарольд наблюдает за Алексой, предаваясь мыслями о том, что может ему сказать девушка. Однако у неё складывается такое впечатление, что её мысли и переживания сейчас находятся совершенно в другом месте. Сегодня явно тот день, когда она может спокойно проводить время в компании близких её людей, совершенно позабыв о личных проблемах и той ситуации с перемещением.

— Ненавижу каблуки – от них невыносимо болят ноги, а еще они мне натирают, – жалобно тянет блондинка, с наслаждением скидывая с себя в сторону туфли на высоком каблуке, удобно вытягивая ноги вдоль длинного дивана. — Бедные девушки, как они вообще могут ходить в них весь день?

Вновь вздохнув с прежним удовольствием, Мэйсон прикрывает глаза и аккуратно кладет голову на плечо Гарри, полной грудью вдыхая запах его парфюма и прислушиваясь к разговорам за соседней стенкой. Воспользовавшись ситуацией, молодой человек нежно смещает свою руку со спинки дивана на талию девушки, нежно её поглаживая.

— Если они доставляют столько дискомфорта, тогда зачем ты тогда их надела? – Озборн понижает тон своего голоса, однако Алекса отчетливо его слышала.

— К этому платью кеды бы совсем не подошли, – отвечает Лекс, невольно перейдя на шёпот, разглядывая комнату, в которой они находились.

— Не уверен, но точно знаю, что ты бы выглядела в чём угодно шикарно, принцесса, – продолжает Гарри, отчего уголки губ Мэйсон ползут вверх, и он ласково оставляет невесомый поцелуй на макушке блондинки.

Как бы парочке не хотелось просидеть в таком положении ещё несколько минут, молча разглядывая стены тёмной комнаты, но всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Закрывая дверь комнаты с глухим скрипом, открывается, пропуская блондина внутрь, который, замерев в дверях, легонько стучит по дверному проёму.

— Оу, чуваки, – тянет появившийся на пороге Сэм, почесывая затылок. — Айм соу сори, но я думаю вам будет интересно увидеть это, поэтому давайте спускайтесь вниз, пока мы ничего не пропустили.

Воздержавшись от ответа, брюнет быстро кивает, и одноклассник также быстро покидает комнату, как и вошёл в неё. Возвращаясь в прежнее положение, Лекс запускает одну руку в спутавшиеся локоны, а второй помогает себе надеть чёрные туфли.

— Сняла бы их ты и шла босиком, – встав со своего места, проговаривает Гарольд, ухмыляясь уголками губ, и протягивает девушке открытую ладонь. — Могу, конечно, тебя на ручки взять, как настоящую принцессу.

— Спасибо, но ты сегодня уже и так достаточно помог, – очаровательно улыбаясь, заключает Лекс и накрывает ладонь Гарри своей.

...После многочисленных попыток отыскать девушку, Паркер в очередной раз натыкается на закрытую на дверной замок комнату. Мысленно выругавшись и с силой ударив по вертикальной поверхности ладонью, он направляется в противоположную сторону коридора, оставив всю свою надежду именно на последнюю дверь.

Аккуратно надавив на ручку, паучок медленно открывает дверь, наблюдая, как Ви сидит на холодном полу, согнув ноги в коленях и смотря в большое панорамное окно пустым взглядом. Облокотившись на дверной проём, Питер скрещивает руки на груди, в то время как девушка подносит горлышко бутылки с ромом к губам, запрокидывая голову назад, и делает несколько глотков крепкого напитка.

— Не воспринимай её слова всерьез, – проговаривает юноша, привлекая внимание брюнетки на себя.

— А что не так? – интересуется Викки, повернувшись в его сторону. — Она права во всём, я действительно испортила жизни всем: семье Робинсон, тебе, Лекс, ещё и их задела.

— В случае со мной – это делала не ты.

Если раньше её мучило и ранило осознание того, что она является причиной по которой пострадала её подруга, то теперь новые потоки информации, наглухо засевший в её голове, никак не выходят из мыслей, заставляя её каждый раз прокручивать одно и тоже.

Кроме преследующего её горького чувства вины и стыда, девушка – как бы не отрицала этого – сейчас испытывает жалость к себе. Конечно, два года назад она и представить не могла, что будет так мучаться из-за своих собственных ошибок, осознавать и исправлять которые будет куда сложнее.

— Нет, Пит, – тихо отвечает Робинсон, покачивая головой в разные стороны. — Не влезь я в твою жизнь, то конфликта никакого бы и не было, а так всё идет от меня – я виновата.

— Вот ты вроде не глупая, но даёшь вешать людям на себя ярлыки, которые тебе не принадлежат, – сделав несколько шагов вглубь комнаты, паучок останавливается прямо-напротив девушки. — Серьезно, ты всегда говорила и учила не давать это делать людям, а сейчас сама в это загоняешься. Легко найти крайнего и повесить на него всех собак.

— Да, Питер, как же ты не понимаешь?! – голос девушки срывается на крик и она, отставив бутылку в сторону, поднимается со своего места и, развернувшись на носках, поворачивается к юноше, уловив с ним зрительный контакт. — Райан повесился, Ирэн неизвестно где и мы не знаем жива ли вообще она или нет – это моя работа, ты слышишь? Я разрушила их семью!

Детский максимализм бил ключом, а жестокая борьба за правду, о которой так мечтала и говорила девушка в конечном итоге никому не была нужна – особенно такой ценой. «— Каждый останется при своем, а ты в итоге становишься соучастником апокалипсиса.» – к такой мысли пришла Ви – раз за разом, день за днем – прокручивая в голове конфликты, вызванные её участием.

— Это я сделала! То, что происходило тогда с Лекс – тоже только моя вина, поэтому не нужно меня оправдывать и успокаивать. Все, что она сказала правда и точка!

Лучше бы она прислушивалась к друзьям, твердившим ей следить за своими слова и действиями, чем потом так мучиться угрызениями совести. Неужели за совершенную ошибку человек должен утопать в навязчивых мыслях и расплачиваться всю свою жизнь?

— Давай просто закроем эту тему и присоединимся к остальным. Я не хочу снова ворошить прошлое и винить себя во всех смертных грехах, я справлюсь с этим, – выдержав паузу, девушка старается свести данный бесполезный разговор на «нет».

— Иди сюда.

Паркер, выслушав рассказ девушки, разводит руки в разные стороны, завлекая её в объятия. Викки же, продолжив стоять на своем месте, думая, чем их сближение с ней может обернуться для паучка в этот раз, старается гнать от себя подальше подобные мысли и сокращает дистанцию, крепко прижимаясь к груди юноши, обняв его за торс. Нежно поглаживая девушку по спине, Питер хочет вложить в это действие всю поддержку и заботу, которую только может предложить.

— Мишель просто пыталась так самоутвердиться за твой счёт, ведь она давно питает ко мне чувства. И знаешь, что самое удивительное – у неё удалось, если смотреть на то, как ты сейчас переживаешь, – едва ли не шепотом проговаривает паучок, уперев свой подбородок в её макушку. — Я предполагаю, что у меня не получится достучаться до тебя, но ты ни в чём не виновата, слышишь?! Винить можно кого угодно во всех смертных грехах, как ты выразилась, но только не тебя, Ви. Райан был полным придурком и причинил не только своим детям, но и вам много боли, за что и поплатился. Вы не видели тех девочек, так что послушай меня – он догадался о подмене не из-за тебя. Ирэн мы обязательно найдем, можешь не переживать из-за этого, я помогу тебе. А Лекс – это просто наша Лекс, с которой вы прошли, как огонь, так и воду и сейчас в ваших отношениях все налаживается... Не позволяй людям играть на своих эмоциях и будет тебе счастье, – дополняет свои слова Питер, медленно и очень нежно поглаживая спину Ви. — Они знают куда надавить, а ты то и делаешь, что подставляешь свои больные места. Ты же знаешь, как никто другой, как это работает, зачем же наступаешь на те же грабли.

— Я устала быть сильной, – признаётся Робинсон, горестно прикрывая глаза. — Спасибо тебе, Пит, – выдержав некоторую паузу, произносит Ви, слегка отпрянув от юноши, чтобы взглянуть в его глаза. — Просто спасибо, что ты рядом.

Вновь прильнув к Паркеру, девушка лишь крепче прижимает его к себе, вдыхая запах его одеколона, пока тот улыбаясь уголками губ, осторожно поглаживает тёмные волосы, вновь прильнувшей к нему девушке. Ей нравится, как его пальцы ласкают шею – едва касаясь кожи, но заставляя всё тело покрыться россыпью мурашек.

— И больше не нужно проворачивать такую махинацию с поцелуем на глазах у других.

— Прости, малышка, но я бы не смог поцеловать другую, зная, что ты сидишь рядом со мной, – чуть усмехнувшись, произносит парень, не отпуская её от себя. — Я бы с огромным удовольствием остался таком положении до конца вечера, но мне просто необходимо тебе сказать кое-что...

Комок, образовавшийся в горле паучка, откатывается куда-то глубже, из-за чего ему буквально становиться трудно дышать. Разговор им предстоит нелегкий, а реакция, которую он ожидает получить от девушки – непредсказуемая, но обратного пути не было. Он должен, нет, он просто обязан сказать ей правду – здесь и сейчас.

Отстранившись от молодого человека, Робинсон улавливает с ним зрительный контакт и наблюдая за тем, как его зрачки носятся по глазницам, она делает вывод, что это что-то важное. Важное в первую очередь для неё.

— Помнишь ваш разговор с мистером Старком? – задаёт вопрос паучок, прикусив внутреннюю часть щеки.

— Да, – коротко отвечает девушка, чувствуя, как сердце начинает колотиться о рёбра, набирая обороты – словно ощутив беду. — Ты что-то узнал?

— Можно сказать и так, прости меня, что не говорил раньше, но дело в том, что вы не...

— Кхм, ребят, мне, конечно, очень не хочется вас отвлекать, но... – знакомый голос, доносившийся из приоткрытой двери, принадлежит Заку, который натянуто улыбнувшись, продолжает. — Думаю вам стоит присоединиться к нам, там срочный выпуск новостей объявили.

Выйдя из комнаты и оставив бывшую парочку наедине, Питер прикрывает глаза и томно выдыхает часть углекислого газа из легких. Сделать это оказывается намного сложнее, чем ему казалось на первый взгляд.

— Поговорим позже, хорошо? – выдержав паузу в несколько секунд, спрашивает Ви и, получив в ответ утвердительный кивок, направляется к выводу из комнаты, взявшись за руки.

Вернувшись в основную комнату, в которой ранее играла громкая музыка и танцевали одноклассники, Ви и Питер наблюдают такую картину: абсолютно весь их класс стоит перед большим телевизором, на котором с секунды на секунду появятся эксклюзивный выпуск новостей.

Ребята проходят вглубь комнатного подпространства, становясь немного левее от толпы пере возбудившихся ребят, и придерживаются двери, в то время как некоторые одноклассники места себе не находят от волнения, начав нервно грызть свои ногти и смотреть в одну точку – на плазменный телевизор в ожидании срочного включения. На циферблате уже пробило 8 часов утра.

— Ужасающие подробности недавней атаки на Нью-Йорк, – доносится закадровый голос, а на телевизоре появляются кадры Нью-Йоркского моста. — Анонимный источник предоставил нам видео, на котором Квентином Беком, также известный как Мистерио, буквально за секунды до его гибели. Внимание: кадры не для слабонервных.

Картинка сразу же сменяется на Мистерио – кровь из рассечённой брови продолжает стекать по лицу, окропляя его плащ красными крапинками, а зеленый костюм, в который был одет мужчина, всё больше и больше пропускает багровые пятна. Дышит Квентин очень тяжело и хрипло, а его лицо обильно покрывается испариной.

— Я отправил элементалов сквозь пространственный разлом, но вряд ли сойду живым с этого моста, – слова Беку даются с большим трудом, а его физиономию искажает гримаса боли. — Мне не выстоять против паука и его армия боевых дронов – творений Старка! Человек паук считает лишь себя приемником Железного человека...

Паучок напрягается, внимательно смотря на экран, уже осознавая, что всё, что происходит очередная ложь, и всё было иначе, из-за чего по телу пробегает ощутимый мороз.

— Питер, может отменить атаку дронов? – задаёт вопрос своему хозяину робот-помощник – Эдит. — Будут значительные жертвы среди гражданских!

— Мне плевать! – доносится уже давно знакомый – с плохо скрываемой ненавистью – голос Человека паука, срывавшийся на крик. — Всех уничтожить!

— Эта скандальная видеозапись появилась сегодня на провокационно-новостном сайте Дейли-Бьюгл.нет, – вторит закадровый голос, сменяя чёрный экран на события, в данный момент происходящие в новостной студии.

— Друзья, вот оно доказательство, – монотонным голосом произносит Джей Джона Джеймсон, эмоционально жестикулируя, но продолжая сохранять спокойное выражение лица. — Доказательство того, что Человек-паук убил Мистерио, пришедшего с другой планеты воина, отдавшего жизнь за нашу землю. Того, кто безусловно войдет в историю как величайший супергерой всех времен, – ведущий шоу выдерживает паузу в несколько секунд, а затем добавляет. — Но это ещё не всё! Как вам такой поворот? Кто стоит, вы лучше присядьте.

Послушавшись Джей Джона, некоторые одноклассники плюхаются на большой диван, приложив руку к подбородку и внимательно наблюдая за тем, как картинка из студии вновь сменяется последними кадрами жизни Квентина. Сглатывая тягучую слюну, мужчина занимает полулежащее положение, а его пухлые пересохшие от сухости губы дрожат.

— Человек паук – это... Настоящее его имя... – очередные помехи заставляют присутствующих сделать несколько шагов в сторону экрана и с замиранием сердца ждать продолжения. — Настоящее имя человека паука – Питер Паркер!

Услышав своё имя, молодой человек сразу же теряет дар речи, а заодно и добрую половину воздуха в своих легких, в то время как на его лбу выступают мелкие капли пота. В настоящий момент его пробирает настоящий ужас и паника, спровоцировавшая волну неприятных мурашке по спине, а крупная дрожь пробирает до самых костей. Пульс уже учащенно стучит в ушах, а к горлу подкатывает отвратительный ком липкой тошноты, ощутив все прелести бездны, в которую он попадает. Многочисленные мысли путаются, сплетаясь с другими и в конечном итоге образовывают единый комок, заставив ноги подкоситься.

Жизнь и тайна, которую он хранил все эти годы в прямом смысле рушится, из-за чего все внутренности словно отрываются, и он не чувствует ничего, кроме горящей боли. Он держал в тайне своё альтер эго не просто так, он хотел уберечь близких от давления, которое смогли бы отыскать его противники, столько пота и кровь он пролил – а теперь всё это зря?

— ...Это правда? Ты Человек-паук? – спрашивает кто-то из присутствующих, первым перебивая гложущую тишину. — Ты убил мистерио?

— Или ты помог его убить? – поддерживает напор своего одноклассника какая-то девушка, пробираясь меж толпы.

Время будто останавливается и окружающий мир с грохотом обваливается на Питера – абсолютно тихо и неподвижно стоявшего на своём месте. Парень весь белый, как полотно, и с трудом улавливает смысл слов, сказанных в его адрес, а горло с новой силой сжимают невидимые тиски, не давая испустить ни то, что бы простого предложения – даже малейшего звука. Хотелось развернуться и как можно быстрее покинуть это место, но тело паука впадает в оцепенение, и предательская слабость сковывает мышцы, не дав ему возможности даже пошевелиться. Между подростками проходит новая порция негодования и каждый направляет свои взгляды на Паркера, однако он всего этого не чувствует и лишь продолжает глядеть остекленевшим взглядом прямо перед собой – на большой плазменный телевизор с играющей видеодорожкой, на которой он стоит в костюме Человека паука без маски, а рядом большими буквами красуется надпись «убийца».

— Да, это он – Питер Паркер, – словно отвечает на вопрос голос Джей Джона Джеймсона. — 18-летний учащийся Мидтаунской школы с маниакальными наклонностями убийцы и сверхъестественными способностями Человека паука. Все восхищаются этим героем, но никакой он ни герой, а враг общества номер 1.

— Мы делили школьные столы и находились с самым настоящим убийцей!

Сердца тройки, которые были единственными людьми, знающими секрет Питера – за исключением тёти и протеже – бьются гораздо чаще обычного; в горло жутко сухо – от волнения и жара, пронёсшегося по телу – что из него даже не выдавить звук. Гарольд и Алекса, всё это время стоящие возле лестницы, медленно пробираются между учениками к своим друзьям, которые продолжают стоять на своих местах, окидывая взглядом ребят.

— Все это время сидел тише воды ниже травы, а на самом деле летал по городу и людей убивал?! – выкрикивает кто-то из публики, побуждая за собой громкие возгласы одобрения со стороны людей.

Разъяренная толпа одноклассников окружает четверку, не давая им пройти, сжимая вокруг них кольцо. Викки, поняв, что ситуация выходит из-под контроля, без малейших колебаний пробирается вперед и становится перед Питером, чтобы развести руки в сторону, таким образом создав хоть какую-то защиту своему другу. Лекс же, пропуская Гарри к Паркеру, улавливает ход мыслей подруги и проворачивает точно такую же авантюру, только с другой стороны, прикрывая спину товарища, стараясь предотвратить нападки озверевших учеников в сторону своего друга.

— Мразь! – нападет и восклицает одноклассник, наваливаясь всем своим весом на Робинсон, которая с силой отталкивает его от себя. — Я сразу говорил, что за Мистерио – будущее!

Сложно было сказать, что именно вызывает такой полный спектр эмоций – начиная от всеобщего страха и паники до гнева и отвращения – у подавляющего большинства людей, то, что герой, которым они восхищались оказался главным неудачником их школы или то, что полюбившийся им Мистерио пал от рук их же кумира. Подловив общую волну негодования и поддавшись стадному чувству и коллективному сознанию почти все накидываются на виновника инцидента с отборной матерной руганью и кулаками, начав сужать свой круг и четвёрку вместе с ним.

— Не смейте трогать его! – произносит Ви, с силой ударив по рукам, тянущихся к паучку, продолжающему пребывать в настоящем трансе.

— Блять, Робинсон! – пробирается ближе один из её одноклассников и цедит сквозь зубы, привлекая внимание окружающих на себя. — Ты всё это время встречалась с убийцей, активно защищая его! Небось ты сама садистка-мародерша, помогающая убийце.

— Мистерию появился как месяц назад, а человек паук с нами уже в течении нескольких лет! – прикрикивает Мишель, оказавшись рядом с Викки и сдерживая нападки обезумевшей толпы, не без труда отталкивает несколько людей от Питера. — Неужели вы настолько глупы, что верите в эту чушь?!

Кольцо сужается всё больше, заставляя друзей, отстаивающих честь Паркера прильнуть к спинам парней, стоящих в центре этого конфликта, не в силах остановить натиск наступающих. Множество рук тянется к Питеру и некоторым ученикам удаётся схватить его за ворот рубашки, линию борта чёрного пиджака или вовсе ухватиться за его руку, начав с силой сжимать её, в попытках вытянуть его из окружения его друзей. Тройка, примкнувшая к ним ЭмДжэй и несколько человек, входящих в круг общения Сэма, с открытой неприязнью смотрят в их лица, горя только одним желанием – чтобы они все застыли на своих местах и не могли больше двигаться.

— Вы ведёте себя как животные! – скандирует Сэм, примкнув к своим друзьям и встав справа от Лекс, грубо отшвыривает от паучка несколько человек, которые отлетают назад, еле удерживая равновесие. — Неужто вы всегда верите в то, что говориться в новостях?! Сначала слюни пускаете на Человека-паука, а сейчас все, блять, против одного ополчились, хотя так даже самые настоящие крысы не поступают!

— Отойдите! – проговаривает Алекса, повысив свой привычный тон голоса, и предпринимает попытку оттолкнуть от себя вопящих студентов, но те не поддаются, продолжая надвигаться.

Озборн, всё это время старающийся предпринять любые попытки, чтобы привести в чувство своего друга, начинает настойчиво тормошить отяжелевшее тело юноши за плечи. Толкая, пихая и щелкая перед его лицом пальцами – брюнет пробудет все методы, что только может, отставив радикальные меры на потом – но его попытки не увенчиваются никаким успехом.

— Питер, дружок, не самое удачное ты выбрал время, чтобы впадать в ступор! – повышает голос Гарри, пытаясь всеми силами перевести внимание паучка с телевизора на себя. — Паркер, блять, нам нужно уходить и срочно! Приди в себя!

Холод окатывает по телу Питера новой волной, а руки и ноги нес слушаются, словно вросли к тому месту, на котором он продолжает стоять. Казалось, что его лицо, лишённое всяких чувства, не выражает ни одной эмоции, даже шока.

— Слышишь, Сэм, продолжишь защищать убийцу, вылетишь нахуй из нашей компании! – вскрикивает капитан футбольной команды, тыкая в грудь блондина, выставившего две ладони перед собой, удерживая напор молодого человека.

— Лучше примкнуть к нормальным и адекватным людям, чем к такому стаду, как вы!

Рука главаря тянется к Паркеру, но Сэмюель перехватывает его запястье и резко дёргает на себя, одновременно перенося весь центр тяжести вбок, ударив парня согнутой в колено ногой в живот. Парень, сгибаясь от удара под дых, хватая ртом воздух, переводит дыхание и возвращается в вертикальное положение, одарив своего уже бывшего приятеля коварной усмешкой. Быстро ударив локтем правой руки по челюсти Сэма, он дёргается в сторону, наблюдая за тем, как первый, быстро приходя в себя, в мгновение ока валит своего противника на пол лицом вниз.

Продолжая лицезреть своё выражение лица на плазменном телевизоре, просто недоуменно хлопая ресницами, паучок всё также находится в прострации, не понимая, как именно могло это произойти. Вокруг творится невообразимое – каждый кидается друг на друга, аналогично обмениваясь едкими колкостями, девушки пытаются отбиться от окружающих, которые ещё больше усиливают натиск.

Оставшиеся попытки привести юношу в сознание снова терпят поражение и Гарри, поняв, что ситуация приобретает совершенно другие обороты, больше не в силах сдерживаться поднимает правую руку и отводит её назад – чтобы взять как можно больше диапазона для разгона – и со всего маху проходится по щеке юноши, отчего его голова оказывается повернутой в противоположную сторону. Кровь звенит в ушах паучка, а хлёсткая и меткая пощёчина обжигает кожу, заставив Питера немножко отшатнуться назад.

Преодолев секундное замешательство, Питеру всё-таки удаётся совладать со своими эмоциями и, больше не ощущая неприятного жара в груди, он перевести взгляд со стены на своего друга, схватившего его за плечи.

— А? – немного придя в себя, выдаёт Паркер, бегая зрачками из стороны в сторону.

— Питер, нам надо съебывать! – строго прикрикивает Гарри, легонько похлопав своего друга по щеке. — Надо валить отсюда. Бегом!

Окидывая взглядом комнатное подпространство, паучок созерцает картину всеобщей вакханалии, неминуемых ссор и настоящего хауса, ведущих к дракам из-за расхождения во мнениях про его личность. Некоторые девушки и парни стоят позади от предполагаемого эпицентра катастрофы – записывая видео и отшучиваясь, чтобы выложить их в сеть с надписью «в самом центре событий» – а добротная часть парней участвовала в массовой драке, готовясь снова нанести удар по своим «противникам».

— Какого хрена вы стоите?! – привлекает внимание Питера Сэм, нависая сверху над одним парнем и указывает левой рукой в сторону выхода из коттеджа. — Валите отсюда, сейчас же!

— Мы задержим их, – поддерживает своего товарища Зак, отталкивая от себя очередного футболиста.

Подруги – всё это время старавшиеся огородить паучка от части учеников, не участвующих в драке, но и не решивших воздержаться от того, чтобы сказать Паркеру пару ласковых слов, грубо отталкивают в противоположные от себя стороны наступающих и, кое-как удержавшись на каблуках, поворачиваются в сторону своих друзей. Услышав слова Сэма, Ви и Лекс легонько, но энергично похлопывают спины Питера и Гарри, подталкивая их к большой входной двери.

Встретившись взглядом с Сэмюелем и кивнув ему в знак благодарности, Гарри пробирается к выходу, цепляя и расчищая путь своему другу, идущему между парнем и девушками. Оказавшись возле двери, какая-то девушка грубо касается запястья Паркера, чтобы хоть как-то задержать их, побуждая его остановиться и обернуться в её сторону.

Питер, не рассчитав своей силы, грубо отталкивает блондинку в сторону, отчего та, словно тряпичная кукла в руках кукловода с силой бьётся о стену, но удерживает равновесие. Часть учеников, видевшая это, бросается вперед, а другая часть – к девушке, помогая ей прийти в себя.

— Человек паук меня ударил! – вопит «потерпевшая», прикладывая к затылку ладонь. — Вы слышите?! Человек паук меня ударил!

— Держите их! – восклицает парень, находящийся в дверном проёме, и державший в своих руках сотовый телефон с набранным номером «911». — Мы вызвали полицию!

Отшвыривая в сторону одноклассников, четверке всё-таки удаётся покинуть злосчастный коттедж и, завернув за угол кованного забора, ребята замечают выбегающую из здания часть учеников, не готовых так быстро отпустить паучка. Девочки, на ходу снимая свои каблуки, продолжают бег, раз в несколько метров кидая туфли в следующих за ними одноклассников.

Друзья бегут сломя голову, стараясь как можно быстрее унести ноги, пока у них ещё есть какая-то надежда на спасение – и не обращая внимания на производимый ими шум – они в скором времени приближаются к центральной площади Нью-Йорка, чтобы как можно быстрее добраться до дома Паркера.

Главная улица, полностью увешанная плакатами и баннерами, выполненными в виде коллажей, где с одной стороны располагается половина лица Человека паука, а на второй – лицо Питера с надписью «убийца» и дьявольскими рожками. Если несколькими часами ранее на многочисленных экранах и билбордах располагалась реклама всяких подручных средств и премьер фильмов, то сейчас раз за разом там крутят кадры последних минут жизни Мистерио, лицо Паркера без маски и новости, спровоцировавшие всю эту шумиху – а люди, вероятней всего решившие, что они бессмертные, стоят прямиком на дороге, анализируя увиденное и не воздерживаясь от своего мнения, озвучивают свои мысли.

Сбавив скорость, молодой человек замедляет свой темп и в итоге замирает на месте, пока его взгляд блуждает с одного многочисленного экрана на другой. Подняв глаза на окружающих, он в смятении видит, что все взгляды – внезапно полные страха – устремляются прямо на него, а люди спешат как можно быстрее отойти на безопасное расстояние от представленного им «врага народа», прижимая ближе к себе свои вещи и детей. Кто-то открывает в изумлении рот, а потом прикрывает его тыльной стороной ладони, другая часть шарахается от него с перекошенными от страха лицами, а третьи что-то громко вскрикивая достают свои телефоны, чтобы запечатлеть этот момент на камеру.

— Держите его! – кричит какой-то мужчина, указывая в сторону паучка, который переводит на него свой потерянный взгляд.

— Успокойтесь, он ещё ребенок! – восклицает миловидная женщина, сделав несколько шагов в сторону толпы людей, располагающейся на тротуаре. — Зачем вы ему жизнь ломаете?!

— Вяжите его! – вновь доносится крик молодого человека, прятавшего свой смартфон в задний карман штанов. — Полиция уже едет сюда.

Услышав обрывки колких фраз, трока, которую разделяют с другом несколько метров, останавливается, окидывая взглядом окружающих их людей. Ребята делают пару медленных шагов в сторону Питера, глаза которого бегают из стороны в сторону, и он хочет ответить, возразить, объяснить, как действительно развивалась ситуация, в которой его обвинили врагом народа, но в самый последний момент слова буквально застревают в горле, прилипнув к языку.

— Кто это с ним? – задаёт вопрос мужчина, тыкая пальцем на тройку, приближающуюся к паучку. — Его друзья? Соратники? Отряд убийц?!

— Вот оно потерянное поколение – заодно с убийцами! – восклицает бабушка немного хриплым голосом и, прижав к себе огромную авоську, до краёв набитую овощами и одной бутылкой молока, продолжает. — Куда катится мир? Куда катится мир?!

— Женщина, акститесь, телевизор в вашем возрасте смотреть уже вредно, – грубо кидает Гарри, прожигая взглядом растерянную старушку.

— Нахалы!

Стоя один среди разъяренной толпы, под их тяжёлыми взглядами, доверху наполненными осуждением, Паркер стыдливо опускает глаза, сглатывая горький ком, застрявший в его горле, не давая выговорить ни единого слова. Да и что тут скажешь? – ничего, здесь просто-напросто нечего сказать. Наполняя легкие кислородом, паучок замечает слева от себя небольшое движение и переводит туда свой взор.

В переднем ряду стоит мальчик лет шести, который, встретившись взглядом со своим любимым героем, на которого стремился и желал быть похожим, сильно зажмуривает свои глазки, стараясь упорядочить мысли, а его маленькая ручка – ранее крепко сжимающая в ладони фигурку Человека паука – раскрывается и игрушка с характерным звуком оказывается на холодном асфальте. Мальчик же, открыв глаза и жадно хватая ртом воздух, хватается за руку стоящей рядом мамы, стараясь спрятать наполненные ужасом глаза в подоле её объемной юбки.

Робинсон, лицезря всю эту картину, при виде которой её сердце пропускает несколько ударов, подходит почти вплотную к Питеру и накрывает его покрасневшие щеки своими ладонями, побуждая перевести взгляд с мальчика на неё.

— Пит... – тихо говорит Ви, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Нам правда нужно идти.

Паркер едва заметно кивает, мысленно соглашаясь с девушкой, и в последний раз окинув взглядом лица окружающих, берёт брюнетку за руку и они, срываясь на бег, начинают прямолинейное движение в сторону его дома.

****

Перешагнув заветный порог квартиры, четвёрка проходит вглубь комнаты, желая как можно быстрее закрыться от внешнего мира за большой деревянной дверью. Однако как бы страшно не было, сейчас было явно лучше переждать бурю, отсидевшись за закрытыми дверьми – хоть и безопасность она даёт весьма обманчивую.

Друзья, совершенно запыхавшись от быстрого бега, оказываются в гостиной, с трудом переводя сбившееся дыхание и, занимают свои места: девочки усаживаются на диван, подперев подбородок согнутой в локоть рукой, а парни на пол – облокачиваясь и мягкую спину дивана шеей. Закашлявшись, они то и дело, что подаются вперед корпусом, до предела наполняя лёгкие кислородом.

Комната была лишена любых звуков – кроме судорожного и прерывистого дыхания четверки, никто не решается первым нарушить тяготящую тишину. Подперев голову правой рукой, Паркер без всякого интереса смотрит прямо перед собой, анализируя случившееся. Его предали. Подло и нагло подставили, обвинив во всех смертных грехах человечества, которые он не совершал. Издав нервный смешок, юноша улыбается уголками губ, только сейчас осознавая всю безысходность своего положения, в которое он попал. И эта безнадёжность действует на него удручающе.

— Питер, что там было? – первым прерывает молчание Гарри и задаёт вопрос, интересующий всех присутствующих в комнате. — Что произошло?

— Я не понимаю... – Питер держится за голову, пытаясь расставить мысли по полочкам, чтобы они собрать их в доходчивый поток слов. — ...Ребят, клянусь, я никого не убивал!

Подрываясь со своего места, паучок принимает вертикальное положение и начинает наматывать круги по комнате, запуская пальцы в спутанные волосы и начинает оттягивать их у корней. Мысли путаются, сплетаются с другими и создают в голове юноши бессвязный поток, который давит на него с новой силой.

— Дроны...это всё было иллюзией, которой он управлял. Все боты были направленны на меня, блять, а я защищался, уворачивался от них...чтобы...чтобы самому, сука, не сдохнуть! Просто раскидывал эти гребанные дроны, но куда именно они отлетали – я не видел и не контролировал, вы понимаете? – на одном издыхании тараторит молодой человек и сглатывает тягучую слюну. В горле першит, глаза щиплет до слёз, а голос дрожит вместе с телом. — Там было настоящее месиво...дым, огонь...один дрон развернулся и попал в него, расстрелял его, потом снова иллюзия и он... целится в меня пистолетом, стоя на ногах, слышите? А потом он упал и всё... Ничего, я ничего не делал! Я его не убивал! Понимаете? Я бы никогда не убил человека! Я бы не смог потом жить с этой мыслью, что забрал чью-то жизнь!

Озвучивая сложенные в цельную картину мысли и последовательность своих действий того рокового дня, Питер останавливается прямо напротив дивана, на котором располагаются его друзья.

— Я не убийца, – тихо проговаривает Питер, нервно кусая нижнюю губу, и переводит взгляд на друзей. — Пожалуйста... Хоть вы... Верите мне?

Что говорит в такой ситуации – никто не знает, да и вообще нужны были эти слова, если они не смогут ничем помочь? Решив сдержаться от ответа, тройка поднимается со своих мест и подходит к юноше, чтобы заключить его в объятия, полностью наполненные поддержкой и пониманием. Мягко и аккуратно поглаживая парня по спине и плечам, друзья крепко прижимают тело парня к себе, в то время как он томно вздыхает в попытке совладать со своими эмоциями.

Рингтон, доносившийся из кармана, в котором находится телефон шатена, побуждает Гарри, Ви и Лекс высвободить его из объятий и сделать шаг назад. На дисплее высвечивается имя тётушки и Паркер, немедля ни секунды, принимает вызов и подносит телефон к уху.

— Питер! – с другого конца трубки доносится взволнованный голос Мэй, которая, услышав последние новости места себе не находила и никак не могла дозвониться до своего племянника. — Скажи, где ты находишься, я приеду и заберу тебя!

— Не надо ни за кем ехать, я уже дома, – холодно отвечает паучок, массируя пульсирующие виски свободной рукой.

— Никуда не уходи и никому не открывай двери, слышишь?! – восклицает женщина, наказывая паучка. — Я буду через несколько минут.

Положив трубку, Паркер кладёт его в задний карман штанов – на своё привычное место и переводит взгляд на друзей: Гарри, который смотрится крайне забавно в помятой рубашке, рукава которой были всё-также небрежно закатаны выше локтя и его измотанное лицо выглядит помятым, Ви и Лекс, которые сидят на диване с грязными ногами и порванные капроновые колготки – отходят на второй план – открывают вид на их свежие ссадины, полученные в результате долгого километража по асфальту и сухой земле. Глаза тройки потихоньку слипаются, но они стараются отчаянно не проигрывать сонливости, вызванной сильным стрессом и тонной выпитого алкоголя. Да и сам он выглядит не лучше – измотанный проблемами и прессингом со стороны отгружающих его людей, он представляет жалкое зрелище.

Громкий и отчётливый стук в дверь вырывает парня из своих мыслей, а друзей, активно подсыпавших на диване – заставляет перевести взгляд в сторону источника звука. Совладав с собой и со своим учащённым сердцебиением, парень утешает себя мысли о том, что приехала его тётя и сейчас они все вместе будут искать решения его проблемы.

Быстро пересекая небольшое расстояние, отделяющего его от входной двери, парень без малейшего колебания надавливает на дверную ручку и распахивает её. На пороге его квартиры появляются два вооружённых коренастых мужчины – один в штатском, второй в полицейской форме с погонами на плечах – а позади них располагаются детектив-следователь, пару тройку сержантов и двое понятых.

— Отдел ликвидации нарушений, – угрожающе хриплым баритоном произносит смуглый мужчина, держа при себе удостоверение личности с места его работы. — Офицер Стайлс и шериф МакКолл.

Питер, прибывая в приятном удивлении как никогда с быстрой работы органов власти, сводит брови к переносице, рассматривая показанные им удостоверения – сначала у одного мужчины, а затем и у второго – взгляд его тут же твердеет, а на скулах появляются желваки.

— У нас ордер на арест Питера Паркера, – говорит шериф, сканируя лицо юноши и, посмотрев через плечо на своих коллег, располагающихся позади него, жестом указывает в сторону квартиры. — За работу. Осмотреть всю площадь.

Оперуполномоченные, исполняя приказ, входят в квартиру, заставляя паучка сделать несколько шагов назад, таким образом пропуская их внутрь. Мужчины, которые ведут с ним беседу, мигом убирают свои удостоверения, и офицер делает несколько шагов в сторону молодого человека, оказываясь прямо-напротив него.

— Питер Паркер, вы арестованы за убийство, – заключает мужчина, а юноша ощущает, как холодный метал наручников защёлкивается на его запястьях.