Синигами
Вот она. Виновница всех его несчастий. Бессмертный ёкай в образе человека. Они стоят у озера. Она смотрит на него своими тёмными глазами и ждёт, что он ей что-то скажет. А что он может ей сказать? Попросить освободить от проклятия? Так он и так знает, каким будет ответ. Спросить, почему она его калечит? Не вариант. Не заметно, чтобы она очень сильно хотела отвечать на его вопросы. Но он всё-таки решился на вопрос:
- Дзасики-онна, ты действительно существуешь? – Всё тело наполнил страх. Страх перед этим существом, ведь неизвестно, что ещё она может сделать с таким как он. – Мы читали легенду о тебе и о твоём даре. Честно говоря, мне жаль тебя, что тебе пришлось такое испытать.
Дзасики-онна, продолжала стоять. Из глаз её изредка капали слёзы. Наверное, она такая одинокая. Она посмотрела на руки Орландо и начала подходить. Орландо тоже не стал стоять на месте, а попятился назад. Ёкай слегка удивилась, но идти не перестала. В конце-концов она загнала его в тупик, взяла его руки в свои и несколько слезинок упали на порезы. Раны стали затягиваться, а страх понемногу уходить.
- Я просто дух, который привязан к этому озеру. Почему меня все бояться? Я же не причиняю вред, я играю. Да, я существую. И мне плохо от этого, тяжко. – Заговорила Дзасики-онна.
- Тебя держит озеро? Поэтому ты не можешь уйти?
- Всё верно. Освободи меня, и я спокойно покину этот мир, уйду в то место, где мне и должно быть.
- Но как? Как тебя освободить? – спросил Орландо, но ёкай начала таять в воздухе, и уже через секунду он почувствовал, как его кто-то трясёт за ногу. Это была Изабель. Выглядела она напугано.
- Орландо, блин! Ты чего так пугаешь?! Я тебя бужу, а ты даже не дышишь! Дурак совсем!
- Мне опять снилась Дзасики-онна. Она мои порезы исцелила – и он начал снимать повязки. Там действительно не было никаких ран, кожа была чистой, как будто никто никому вены не резал.
- Ого! А что она тебе сказала?
- Сказала, что связь с озером не даёт ей спокойно уйти в мир ёкаев, где им всем положено быть. Попросила порвать связь, а как это сделать не сказала.
- Эти ёкаи такие странные! Просят о помощи, а как помочь не говорят! Прям бесит!
- Не бесись. Она, возможно, потом мне всё расскажет, а сейчас занимается своими делами. Зато мы знаем, что её слёзы могут исцелять.
- Ага, как и убивать. – Буркнула девушка.
Желания с ней препираться не было вообще, поэтому Орландо поцеловал Изабель и отправился в душ. На удивление Матиса, Никита ещё не проснулся. Значит, вчерашние рысканья по уголкам интернета в поисках информации вымотали его сильнее всех.
У ног тёрся Аден. Выглядел он голодным, но в миске еда была.
- Аден, ты почему не ешь? Что случилось? – Орландо взял котёнка на руки и чуть прижал к себе. Тот лишь мурлыкнул и задумчиво уставился на дверь комнаты хозяина. Оттуда не было слышно ни единого звука, только тишина и больше ничего. В какой-то момент показалось, что в той комнате никого нет. Матис тихонько приоткрыл дверь в комнату друга и увидел, что Никита сидит на подоконнике и смотрит в окно.
- Никита? Доброе утро! А ты что из комнаты не выходишь? Мы думали, ты спишь ещё! Так тихо ещё сидишь тут! Прям как котяра твой! – начал Орландо.
- Да, я проснулся довольно давно. Вы ещё спали. Где Изабель? – отрешённо ответил Никита
- Она на кухне, кофе пьёт. А почему ты спросил?
- Да так. Забудь. Снилась тебе Дзасики-онна? Смотрю, бинты снял, порезов нет. Излечила.
Орландо не узнавал своего друга. Он был каким-то странным. Он ни разу не посмотрел в сторону Матиса, но откуда-то знал, что порезов на руках больше нет, и про сон откуда-то в курсе.
- Никит, что происходит? Ты какой-то странный, даже пугающий немного. – Сказал Орландо.
Никита повернулся к другу, и тот увидел, что вместо правого глаза у друга теперь была пустота. Внутри кольнуло предчувствие, что перед ним не хозяин этой квартиры, а кто-то другой. – Немного? Тогда, что ты скажешь на вот это? – и он указал на глаз.
- Кто ты? – ужаснулся Орландо. – Где мой друг? Что ты с ним сделал?
- Матис, я и есть твой друг. Просто меня слегка потрепало в трансе. Я чувствую себя так, как будто меня КамАЗом переехали! Я не смог ничего сделать. Ко мне ночью пришёл какой-то странный парень. Глаз у него не было, лицо в шрамах, а на руках порезы. Я сначала подумал, ну сон и сон, пройдёт. Но когда этот тип подошёл ко мне и буквально выдавил мне глаз, я понял, что всё это реальность.
- В смысле выдавил глаз? А почему ты не кричал?! Он тебе хоть что-нибудь говорил?!
- Да, сказал, что скоро он придёт снова, и тогда я точно пойду с ним. Сказал, что я не доживу до конца. Что всё снова будет не правильно, и что от судьбы не убежишь. Я не выходил из комнаты, потому что боялся вашей реакции. А про Дзасики-онну и исцеление я просто слышал. Стены тонкие.
«Вот оно как! Значит, Никите суждено умереть раньше времени, а Орландо?»
- А этот тип представился хоть?
- Синигами. Японский бог смерти. Поэтому я ему поверил сразу. Тем более...
- Тем более что?! – взбесился Орландо – Умереть надумал?! А как же я?! Как же будущее твоё?!
- Я чувствую, что каждый транс убивает во мне частицу меня. Я уже не тот Никита, что был раньше. Я стал пессимистичнее относиться ко всему, сижу дома, никуда не выхожу, слушаю музыку пессимистичную...
- Ты просто идиот, Никит! Ты можешь изменить свою жизнь к лучшему! Но ты не хочешь этого!
- В том то и дело, что я не хочу уже ничего! Я просто хочу плыть по течению!
На крик прибежала Изабель. Когда она увидела Никиту и провал, вместо глаза, она начала терять сознание. Орландо успел подхватить её и понёс на кровать. Никита пошёл с ним. Сейчас было не важно, кому плохо, а кому хорошо. Он должен объясниться перед единственным другом, которого в скором времени может больше не увидеть.
- Никит, мы с тобой здесь не для того, чтобы дать тебе умереть вот так вот просто! Мы здесь, чтобы поддержать тебя и сделать всё возможное для твоего спасения! Сейчас ты вдвойне нуждаешься в нас и нашей поддержке, поэтому мы будем с тобой до победного.
- Спасибо. Я ценю то, что вы для меня делаете. Но моё состояние не исправить. Пусть всё останется так, как оно есть сейчас.
- В тебе говорит отчаяние, ты просто не знаешь, что тебе делать! А если подумать над решением проблемы, то можно что-то придумать.
- Хорошо. Мы подумаем. Обещаю. Но пока прими мою тактику, потому что другой у нас пока нет.
Орландо кивнул, но в душе не согласился с другом. Изабель сделала повязку на глаз для Никиты, и теперь он ходил с ней. Было тяжело, но терпимо. Никита и сам не представлял, как он теперь будет с одним глазом. А может, всего этого можно было избежать? Наверное, правильно тогда сказал Орландо, надо было бросить то дело с веществом, остаться в стороне, и жить спокойно. Но, увы! Они в это дело вмешались, они это дело и будут разгребать.