Ночной ветер
Ясина шла по тротуару с лёгкой усталостью после насыщенного учебного дня. Сумка с учебниками слегка тянула плечо, но в груди уже жила другая лёгкая тяжесть — ожидание свободы.
Добравшись до одного из гаражей на окраине города, она обернулась, убедившись, что никто не следит. Код на электронном замке был старым, привычным. Как и всё внутри.
Мотоцикл стоял в полумраке, будто дожидался её. Чёрный Kawasaki, отполированный до блеска, был её тайным убежищем, её свободой, её другим «я». Ясина аккуратно провела рукой по сиденью, будто здороваясь со старым другом.
Переодевшись в свой лёгкий, но защитный костюм и надев удобный платок, который надёжно скрывался под шлемом, она наконец села на мотоцикл.
Завела. Рёв двигателя пробежался током по телу.
— Поехали, дружище, — прошептала она, и выехала на ночную дорогу.
Ветер бил в корпус, огни города пролетали мимо, как вспышки чужих жизней. На мотоцикле она чувствовала себя сильной. Непойманной. За шлемом она могла быть кем угодно — и быть собой одновременно.
Она не планировала участвовать в гонке сегодня — просто прокатиться. Но где-то внутри уже зарождалось то знакомое чувство. Присутствие в городе Карима, его слова о мотогонках, его взгляд — всё это немного тревожило. Но всё ещё держалось в рамках «случайности».
Она проехала через пустые улицы, вдоль берега, где шумел ветер и было почти безлюдно. Потом свернула на одну из трасс, известных гонщикам, и дала мотоциклу разогнаться.
— Не узнаешь меня, Карим, — тихо прошептала она сквозь рев мотора. — Пока рано.
Когда вернулась в гараж, небо уже темнело. Ясина сняла шлем, вздохнула, глядя на звёзды. Где-то там — её свобода. А тут — жизнь, где нужно быть осторожной.
Она улыбнулась и, переодевшись, пошла домой. Завтра — обычный день. Но внутри всё ещё гудел мотор.