Кровавые выходные

Звук остановившейся машины

База встретила их неестественной, натянутой тишиной. Не птиц, не стрекоз — только скрип сосен на ветру, словно старые половицы. Даже озеро лежало неподвижным свинцовым зеркалом, отражая тяжелеющее небо.

— Ну что, ребята, приехали, — сказал Олег, распахивая дверцу. — И так, девочки, вы идите в дом, мы с пацанами пока костёр и шашлыки подготовим.

— Щас из багажа достану мясо, — отозвался Алмаз. — Соф, можешь взять вот эти два балона с пивом? — Он показал на пакет.

— Окей, — кивнула София. — Я потом на озеро схожу, уж больно интересно, как там всё обстоит. Говорят, в это место давно никто не заезжал.

— Тогда я с тобой, Соф! — тут же встрял Данил. — Поплескаемся заодно, да?

— Иди к черту, Данил. Я хочу одна. Иди Алмазу лучше помоги, идиот.

— Ладно, ребят, давайте уже, — вздохнула Даша. — Остальные девочки уже в дом зашли. Парни, мы с девочками тогда подготовим стол и позовём вас, как всё готово будет.

— Окей, — бросил Женя. — Пошли.

Все разошлись. Парни раскладывали костёр, девушки — готовили салаты, накрывали на стол, стелили кровати. Данил с Олегом спорили о степени прожарки мяса, и их смех нёсся далеко в лес, возвращаясь приглушённым эхом. Женя на секунду замер, прислушиваясь к этому эху, и почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Показалось.

Из открытого окна дома доносился смех девушек и звон посуды. Амира, моя руки, смотрела в чёрный квадрат окна, ведущего в сторону леса, и никак не могла отвести взгляд. Там было слишком темно для такого времени суток.

— Девочки, а... — застенчиво начала Аня. — Может, я слепая, но... Где София?

Амира, не отрываясь от помидоров, пожала плечами:

— Да, может, с пацанами она? Ну, как обычно. Она ведь любит поболтать с ними.

— Ой, не слушай её, Аня, она та ещё злая собака, когда голодная, — улыбнулась Амиля. — Щас схожу, проверю. И, Ань, можешь, пожалуйста, пока налить нам по пивку? Щас приду с ней, и все выпьем.

Сказав это, она вышла на улицу. Аня вздохнула, взяла баллон с пивом и шесть кружек.

Тем временем на улице дверь домика скрипнула.

—Хей, парни, Софа с вами? — спросила Амиля. — Я не видела, чтоб она заходила в дом. Думала, может, у вас.

Парни переглянулись.

—Я не видел её, — сказал Женя. — Нет, я, точнее, видел, как она уходила к озеру. Но чтоб она сюда приходила... нет. Может, у озера купается ещё? Хотя холодает. Странно это.

Он пожа́л плечами и, подойдя к Амиле, накинул ей на плечи свою куртку.

— Странно, — повторила Амиля. — Алмаз, ты не видел её? Может, она уходила из озера?

Алмаз лишь отрицательно покачал головой, не отрываясь от шампуров.

— Жень, пошли поищем её. Холодает, и темно уже. Надо бы домой ей, а то замёрзнет и болеть будет. Опять её потом месяц в колледже не увидим.

Женя и Амиля пошли к озеру. Подойдя, они увидели на песке лишь лифчик Софии. Её самой не было.

Они разделились и пошли искать, выкрикивая её имя. Не найдя Софу, Амиля включила фонарик. Время потеряло смысл. Может, прошло полчаса, а может, два. Её луч выхватывал из тьмы коряги, принимавшие на секунду формы человеческих тел. Каждый шорох под ногами казался криком. Они звали Софию, и их голоса глухо глотала мокрая темнота, словно берег не хотел отдавать свою добычу.

Женя наткнулся на её сандалию, валявшуюся на мокром песке. Он поднял её, и ледяная вода капнула ему на руку. Он почему-то подумал, что это на ощупь похоже на кровь.

А на крыльце дома, укутавшись в палантин, молча стояла Мария. Она смотрела в ту сторону, куда ушли Амиля с Женей. Её лицо в сумерках было похоже на маску из бледного воска.

Амиля насторожилась.

—Я пойду, позову остальных. Мы никак найти её не можем. Нужна помощь. Щас парней позову. А ты пока постой тут.

Она сунула Жене в руки свой телефон и бросилась прочь. Казалось, прошла целая вечность, но когда она, запыхавшись, привела парней с фонарями, на часах прошло всего два часа. Они снова разбрелись по лесу.

И уже через полчаса Амиля почувствовала запах — сладковатый, тяжёлый, врезающийся в горло. Медовая падь и ржавое железо. Фонарик дрогнул в её руке. Луч скользнул по чему-то белому... Ноготь? Потом полоска ткани. Мозг отказывался складывать картинку, пока луч не упёрся в глаз — открытый, остекленевший, отражающий крошечное искажённое небо. И только тогда всё собралось воедино.

София. Но не София. То, что от неё осталось.

Раздался её собственный крик, переходящий в вой. На крик прибежали другие.

— Что случилось? Что, жук на тебя упа... — начал Данил и застыл.

В глазах у него поплыли красные круги. Не тело, а кадры из прошлого наложились на реальность. Не София, а сестра. Тот же неестественный изгиб руки, та же лужа, чернеющая на земле. Он услышал, как сдавленно хрипит его собственное горло, но не мог издать ни звука.

Он схватил оцепеневшую Амилю за руку и потащил прочь, крича имена парней. Они бежали, и тени от их фонарей плясали на стволах деревьев, будто что-то большое и быстрое двигалось параллельно им, чуть в глубине леса.

Парни столпились вокруг них, не понимая.

—Там... т-там... — пытался выговорить Данил.

—Софа... она... — всхлипнула Амиля.

— Да что с Софай? — фыркнул Олег. — Что, без нас баллон пива перепила и теперь спит без задних ног?

— Мы... точнее, Амиля... она нашла её, но...

— Да что?! — взорвался Алмаз. — Говорите уже!

— Софа мертва!! — выкрикнула Амиля, и слёзы хлынули у неё из глаз. — Я видела её! Она... она мёртвая! Её кто-то убил!

Все парни стояли в тишине, слыша, как Амиля рыдает.

—Это... шутка такая? — тихо спросил Олег. — Если да, то не смешная...

— Какую вы хуйню мелите!? — не поверил Алмаз. — В смысле, мертва? Как такое возможно!?

Данил, бледный как полотно, отправил Женю с Амилей в домик, а сам повёл остальных к телу. Алмаз и Олег, увидев его, онемели.

— Господи... Боже мой, — прошептал Алмаз.

— Тут небезопасно, — сказал Олег, и в его голосе впервые прозвучала настоящая тревога. — Нужно уходить и вызывать полицию.

— Как мы это объясним девочкам? Как? — пробормотал Данил.

— Просто! — резко оборвал его Алмаз. — Блять, ты ведь понимаешь, что обычный человек или зверь не стал бы этого делать! Тут явно кто-то есть! И сейчас девочки с одним парнем Женей в небезопасности! Мы сами сейчас в небезопасности! Мы должны уходить отсюда как можно быстрее!

Парни переглянулись и молча двинулись к дому. В этот момент где-то на крыше громко упала шишка, заставив всех вздрогнуть.

Или это была не шишка?

В доме их встретила Даша.

—Что случилось?! Почему Амиля плачет? Что произошло? Где Софа?!

— Даша, девочки, — начал Алмаз, стараясь говорить спокойно. — Сейчас нам всем нужно собраться и уходить отсюда. Здесь небезопасно.

— В смысле?! — глаза Даши округлились от непонимания. — Ты щас ряльно? Угараешь? Мы здесь три часа возились со всем этим, и ты щас предлагаешь это всё бросить и уехать?! Что я родителям скажу?! Я еле как отпросилась!

— Что случилось? Почему здесь крики? — вышла из комнаты Амира.

— Ничего! — рявкнула на неё Даша. — Отвали!

Она сердито развернулась и ушла в спальню к Амиле.

Амира и Алмаз остались вдвоём.

—Господи, какая же она тупая сучка! — сквозь зубы выругался Алмаз.

— Может, стоит вызвать полицию? — тихо предложила Амира. — Надо дождаться их приезда и тогда уедем. Мы ведь не можем просто взять и уехать сейчас.

— Хорошо, — согласился Алмаз. — Но лучше оставаться в доме. Заприте все двери и окна. Я попробую позвонить.

Он ушёл в соседнюю комнату, а Амира пошла к остальным, велев закрыть всё наглухо.

В спальне Данил, застыв в ужасе и видя перед глазами картинки воспоминаний о мёртвой сестре, сжимал край кровати так, что ко́стяшки побелели. По его щекам текли слёзы.

Рядом, укутанная в одеяло, дрожала Амиля.

—Я... я не могу поверить, что это всё правда... Кто это? Почему он это сделал...

Данил молча обнял её, прижал к себе и, рыдая, уткнулся лицом в её плечо. Не только из-за смерти Софии. Из-за того, что кошмар повторился. И на этот раз он снова был бессилен.