Глава 3. "...Служить Актавиону!".
Вечерело, послушники в едином темпе словно муравьи разгружали походные повозки. Расставлялись платки, весь груз складировался в расчищенный фундамент недогоревшего дома, предварительно накрытого тентом.
Как прислуга в отряде числилось сорок послушников, занимающиеся стиркой, готовкой и слежкой за качеством обмундирования солдат. Жизнь послушников мало ценилась ведь они еще вчера бывшие рабы заслужившие право на служение королеве и возможность стать кем-то большим. За плохо приготовленную еду "Верный" имел полное право убить послушника, а за некоторые успехи наградить рекомендацией в воинские рекруты. Увы сколько бы послушник ни пытался, но "Верным" ему никогда не стать, ведь те учатся воинскому делу с самого раннего возраста и доказывают верность Королеве всю свою жизнь. Обычно послушники получают место в регулярной армии ордена "Меча", который и воспитывает в них солдат.
Ярес вышел из командирской палатки, разбитой почти в центре сожжённой деревни. У капитана были короткие рыжие волосы и карие глаза, он, не найдя время починить застежку развернувшись метнул свой шлем в палатку. Неловко коснувшись командорского шлема что, был привязан к поясу, заколебавшись так и оставил его висеть.
Капитан гордо выпрямился и пошел в сторону самодельного склада.
Рон Тероин Ви Веренарт, стар но для своего положения весьма упитанный послушник. Был он так же негласным логистом управляющим всеми послушниками и припасами.
Сидя за своим столом, собранным из ящика, он вдумчиво что-то записывал в свиток, перо то и дело окуналось в маленькую чернильницу.
Лишь когда Ярес подошел достаточно близко он поднял голову и тут же встал, почтительно поклонившись и инстинктивно вытянув руки. – Командор Ярес, какими судьбами? – Вытянутые руки ладонями вверх был уважительным жестом аристократии Фальтесии, одной из захваченных королевой стран. Вообще Рон был раза в три старше капитана, но социальный статус брал верх.
Ярес кивнул на протянутые руки, а потом поднял взгляд на Рона – Не заблуждайся до звания командора мне еще далеко.
Рон убрал руки за спину и то опуская взгляд на подвязанный шлем на поясе, то смотря Яресу в глаза, он открывал и закрывал рот пытаясь что-то сказать. Через несколько неудачных попыток ему удалось выдавить из себя несколько слов – Э~э, мои извинения, но разве вы не достойны этого звания сейчас?
– Не мне решать это, и к тому же наш нынешний командор жив, и я лишь временно выполняю его обязанности.
– Ох, вы правы, да абсолютно правы. Простите если посмел оскорбить.
Пропуская мимо ушей последнюю фразу, он посмотрел на послушников достающими из подвала разрушенного дома глиняные горшки.
– Рон, я пришел спросить о том сколько у нас запасов, но теперь понимаю, что у вас есть дела по важнее. – в этих словах читалось некоторое осуждение, не сулившее ничего хорошего.
Старик проследил за взглядом капитана тут же выскочив между послушниками и капитаном – Ох, прошу вас, прошу. Я не меньше вашего презираю мародеров и грабителей. Но услышьте меня, если их не достать, то при первом же дожде соления сгинут в погребах. А учитывая, что вы собираетесь задержаться, я посчитал что лишние припасы будут, кстати.
Капитану было достаточно этого объяснения и вдумчиво кивнув сказал – Так сколько у нас запасов?
Рон, понимая, что ему удалось спасти деликатесы и получить возможность прибрать несколько банок с вяленой свининой для себя, слегка улыбнулся. Немного помолчав и посмаковав несуществующее мясо, он, опомнившись растянулся в вежливой улыбке и торопливо подобрался к "столу" с несколькими грамотами.
– Сейчас осень мы попали под самый конец урожая. Сельский склад полон зерна, а той скотиной что была убита вашими солдатами занимаются послушники...
– Сколько у нас припасов? – настойчивее повторил капитан.
– Учитывая вышесказанное, нам хватит чтобы прожить, та~ак секунду... – Он прочитал бумаги и что-то наспех сложив в уме вдумчиво сказал – проблема с чистой водой, ее у нас просто нет, но если учитывать ту реку что мы минули днём ранее, то провизии нам хватит на год, хоть я и не думаю, что мы задержимся настолько...
– Рон, скажи мне, что ты видишь? – сказал капитан, указывая пальцем в только что прорезавшимся сквозь облака замок, окруженный ареалом света.
Послушник посмотрел на капитана, потом огляделся пытаясь найти помощь, но так ее не найдя, немного неуверенно сказал – Замок? ...Прошу прощения, летящий замок...
Ярес тут же двинулся на него от чего тот отшатнулся – Командор... Капитан, я извиняюсь, я не знал...
На плечо логиста легла тяжелая латная рука.
– Я не виню тебя в незнании. Ты воспитан вдали от тени королевы и тебе не понять смысла важности самой "высшей цели". Знай Рон, что все что "Верные" делали в своей жизни, было ради этого. – Он снова указал рукой на замок.
"Смею предположить, что от сюда мы уйдем не скоро." – Он не стал провоцировать капитана, проглотив эти слова.
Еще немного постояв любуясь величием замка, капитан смутился и отпустив плечо побледневшего Рона сказал – Продолжай работать, во имя Королевы и "Высшей цели".
Смотря в спину уходящего капитана, Рон ощутил так знакомый ему привкус сильных перемен.
...
Капитан подходил к окраине деревни, туда, где священники ордена "Весов" проводили свою мольбу "Первому Богу", направляющему длань королевы.
Единственное что при налёте на деревню не было тронуто, так это маленький алтарь "Первому богу". Алтарь представлял из себя выложенный из каменного кирпича пьедестал для стального символа десятиконечной звезды.
Священники, образовав несколько кругов на внешней стороне которого находились самые низкоранговые адепты, чем ближе к середине, тем выше ранг священников.
Ярес не мог не восхититься тому, как стоя на коленях в грязи монахи, качаясь из стороны в сторону читали мантру. Они казались единым организмом, каждый отдельный человек продолжение следующего.
Мантра фактически была одной фразой – "Служить первому. Служить королеве. Служить предсказанным. Служить цели." – Однако после произнесения фразы менялся язык на один из множества языков. Простая мантра, предназначенная лишь для того, чтобы ее понял каждый живущий в мире.
Ярес не мог не поразиться тому какую силу из себя представляли столь слабые на вид люди.
Всего в отряде Роденса было тридцать два отборных рыцаря ордена "Верных" каждый был опытным ветераном и настоящим примером идеального воина королевы. Один такой солдат мог использовать три базовых заклинания первого уровня [низший щит], [легкое исцеление], [магическая стрела], что было весьма впечатляюще для того, кто развивался в первую очередь по стезе воина тренируя и ряд боевых техник так же известных как "магия воинов".
От имени церкви к отряду Роденса было приставлено пятнадцать перворанговых адептов для обучения. Каждый из них мог использовать едва ли больше заклинаний чем обычный "Верный", от того они выполняли работу послушников, с той лишь разницей что делали ее для более высокоранговых священников. Следом шли семеро рядовых монахов, стоящих на второй ступени, они уже уверенно использовали более сложные заклинания, но время от времени все так же пользуются мечами и копьями как обычные солдаты. Наконец шло три священника третьего ранга способные использовать заклинания первого и второго уровня, а руководил ими Епископ Сигнай что знал несколько заклинаний третьего уровня.
Третий уровень являлся пределом, который переступают те немногие что имеют ранг архиепископ. Выше был только Тигвин и лидер ордена "Весов" что по слухам может использовать магию непостижимого пятого ранга.
Сейчас Сигнай стоял в центре круга, то вскидывая руки к небу, то резко падая на колени. Его немалый рост и острые черты лица напоминали командора, но подтянутся к верху губа и хитрый прищур развеивали ауру благородства что окружали ныне вознесшегося Роденса. Несмотря на царившую по всюду грязь и пыль его белая мантия была на удивление чиста, оставалось только догадываться о том пользуется епископ специальным заклинанием или сама мантия была зачарована. Подле алтаря лежал посох из белого дерева, украшенный россыпью зачарованных сапфиров.
Ярес дожидался окончание ритуала с глубоким почтением к богам, но отнюдь не с уважением к Сигнаю который этот ритуал и проводил.
Молитва резко оборвалась, зависнув в тишине. – Командир Ярес, вы пришли на вечерние воздаяние хвалы Королеве... – Сигнай махнул тощей рукой, и все священнослужители в скором темпе разошлись по лагерю. – Я рад что вы знаете цену вере.
– Я пришел воздать благодарность "предсказанным богам", обитающим в небесной обители.
– Если в том дворце действительно те самые боги о которых говорилось в пророчестве...
– Начинать разговор с сомнений в вере "Верных"... Не будь вы епископом церкви "Весов", то вас ждала бы немедленная кара.
– Сомнения в вашей вере? Что вы, я сам видел посла божьего облаченного в ареал света, но я говорил не о существовании богов в целом, а о том "те" ли это боги о которых говорил Первобог ... –
– "Те", в этом нет сомнений.
– Конечно, пусть будет по-вашему... Так зачем вы пришли?
– Хотел узнать о ваших приготовлениях и готовности священников, к возможной засаде мятежников.
Сигнай ухмыльнулся, покосившись на шлем на поясе Яреса – Ах да, вы же теперь выполняете роль командора. Вы просто обязаны быть осведомлены о том, что происходит в лагере, быть может вам нужен тот, кто в этом поможет? – Ярес четко понимал, что Сигнай уже знает ответ на этот вопрос. Понимая, что конфликта ему не избежать капитан вздохнул.
– Вы сами понимаете, что я не смею заменять собой командора, я займу свой прежний пост сразу после его возвращения в качестве "божественного посла".
– Конечно, если это было "Вознесение", а не суд над его деяниями в смертном мире.
Несмотря на то, что оба говорили размеренным и уважительным тоном, Ярес чувствовал, как от каждого слова епископа, у него закипает кровь – Я знаю, что у вас с командором были некоторые разногласия в прошлом, но это не значит, что боги разделяют ваши взгляды.
В этот миг Сигнай взорвался яростной тирадой. – Командор разрушил церковь "Финелон" и убил Святого Кария пятисотлетнего святого пусть и эльфа, но избранного самим "первым богом". Королева может и поверила в его россказни об армии под куполом святилища. Но мне крайне забавна ваша вера в то, что те, кто призвал его к небесам, будут так благосклонны. – Броском поправив свой плащ епископ шагнул к Яресу – Теперь скажите, похоже ли "это" на простые "разногласия".
Капитан лишь промолчал понимая, что ответить ему просто нечем. Сигнай же продолжал высказывать все что думал и если со стороны его речь могла показаться бездумной яростью, то на деле каждое слово было выверено.
– Мне стоит напомнить вам, что если бы не этот глупый поступок, то он давно получил бы повышение до звания генерала, члена совета ордена или даже до самого "рыцаря королевы". А вы бы получили звание командора намного раньше. Этот бессмысленный акт святотатства не был выгоден никому, но он все равно его совершил.
Капитан, немного промолчав сказал – В этом и отличие командора от вас епископ Сигнай, он делал это из-за того, что верил в то, что делает благое дело, он без страха рискнул всем понимая, что будет осужден церковью и делалось это в первую очередь для королевы, а не ради какой-то выгоды. Но увы, для вас вера это кажется нечто чуждое.
Сигнай впился ненавистным взглядом в капитана – Ах ты мальчишка! Да как ты посмел!
Ярес ответил тем же задрав голову и хмурясь – Для правды много смелости не нужно!
Казалось, вот-вот разразится драка.
– Ты задерживаешь отправление отряда не из-за командора или "высшей цели", хочешь как можно дольше командовать отрядом лучших солдат королевы, ведь стоит нам оказаться в Ротен-Коре как с вас снимут все Командорские привилегии и просто вернут на прежнее место.
Ярес сжал кулак, ещё одно слово или голословное обвинение, и он точно сыграет священнику на руку вдавив его нос ему в лицо.
– Капитан!
– Чего тебе! – Ярес резко обернулся, заставив молодого "верного" подпрыгнуть на месте.
– Там... Там девочка, она как бы...
Потушив в себе злобу Ярес выпрямился, подойдя к рядовому уже четко спросил – Что за девочка, о чем ты?
– Та, которую порубил командор, она очнулась.
На лице капитана возникла гримаса удивления – Так скоро? Этого не может быть! Веди.
Довольно быстро они оба исчезли где-то между палатками.
Сигнаю оставалось только смотреть им в спины. – Эй ты – указал он Адепту, аккуратно счищающему грязь с алтаря.
– Да ваше первосвященство?
– Снаряди посыльного, мне нужно кое-что передать на "Святую землю".
***
Тишина, в ней скрывалось могущество и почтение что неспособно выразить ни одно слово. Отражаясь от мраморных стен суда это молчание накрывало "Высшего судью" известного как Сано.
– Поднимитесь с колен! – Его голос эхом разошелся по Суду. Каждое слово было отражением правосудия.
Стражи, Управители и низшие слуги, сидящие на трибуне в едином порыве, встали, обращая свой взор, на того единственного творца ради которого жили.
Окруженный ареалом власти, бог среди богов. Не было края во всём Актавионе где не ощущалось его подавляющее присутствие.
Облаченный в доспех со стальными лицами, искажаемыми агонией и отражающий тяжесть собственных решений. Его лицо закрывал шлем-маска, застывшая вечной мудростью. На плечи был закинут белый плащ без рукавов и высоким воротом. На спине серебром был вышит символ великой гильдии Зейрен.
Рядом с ним стояли боги что вмести с Сано построили Актавион и дали шанс вечному правосудию. Низкая эльфийка в изящном белом доспехе и не менее белыми длинными прямыми волосами. На носу находились круглые очки на белым пересветом кристальной люстры прячущие ее бирюзовые глаза. Она была той, кто вдохнула жизнь в Актавион сотворив большую часть его слуг. Рядом стоял великий и мудрейший Редрет, его песчаный плащ скрывала его истинное жучиное тело. Неподалеку пересыпался Манибой.
Властитель вскинул руки и властно произнес – Слуги мои, я ценю вашу верность, нет предела моей благодарности. Каждый из вас был создан нами и каждый оправдывал свое предназначение... – Он сделал паузу в несколько мгновений –... Но нет нам покоя, ибо мы, нет, весь Актавион был втянут в явление неподдающееся даже нашему объяснению, но только пока... Мы были перенесены как в другой мир, так и другой план реальности, уверен вы должны были это ощутить... – Новая пауза была мучением, она терзала и затягивала в пучину догадок и представлений следующих слов. – Имя мое Сано я владыка и "Высший судья" Актавиона, я покровитель правосудия как средь небес, так и на земле, вместе с вашей создательницей Сериз, с управителем всей гильдии, Редретом и Манибоем он... – Новая пауза, в которой даже самому Сано приходилось подбирать слова для описания всего величия Манибоя – ...Он тот, кто был первым из величайших основателей Актавиона. Мы вчетвером просим, нет молим вас о помощи. В это непростое время необходимо спасти наследие тех, кого с нами нет и решить дальнейшую судьбу Актавиона в этом новом и неизведанном мире! Помогите нам понять произошедшее и впредь служите, отдавая все чем мы наделили вас! – С последними словами Сано развел руками словно обнимая каждого своего слугу, от меньшего до самого возвышенного.
Когда судья смолк тишина вновь зазвенела в ушах каждого. Тирания молчания прервалась внезапно.
– АХ!!! – Раздался возглас со стороны Анретты камнем упавшей на пол. Ее иллюзия, скрывающая истинное лицо полностью развеялась. Черные волосы упали, а из-под пряди выпячивал набор острых как шипы зубов. Ее "рот" был открыт и слегка покачиваясь выпускал облачка пара. Черное платье разошлось на полу. Ее голос, наполненный трепетом, огласил здание суда – "Я, я сделаю все что вы попросите!!!"
Вместе с этим раздались разрозненные крики со стороны амфитеатра – "Создатель мы готовы!", "Моя жизнь принадлежит вам", "Мессир!"...
В возрастающем гуле Парамеций и Хельда переглянулись, надев свои шлема синхронно встали с колен. Ангел взял в руку свою глефу, а воительница выхватила из-за спины копье. Замахнувшись, они вместе ударили тыловыми сторонами по полу. После каждого удара они гордо и со всей отдачи произносили одну и ту же фразу.
– "Служить Актавиону! "
(Удар)
– "Служить Актавиону!"
Бессвязные выкрики растворились в новом гимне. Те, кто не имел копья, отбивали ритм ногой или тем отростком, на котором перемещались.
– "Служить Актавиону!"
Кричал каждый, и каждое произнесенное слово было наполнено верностью и чувственностью.
...
Сано самодовольно сел в свой трон слыша, как по залу суда расходилось эхо слов, наполненных верностью.
На удивление это чувство "Всевластия" было очень приятным. Сано помнил каким он был в прошлой жизни... Никто и никогда не смотрел на него так как смотрят ОНИ. Это чувство было даже не властью, скорее четкое ощущения того, что он кому-то нужен и этот кто-то не видит своей жизни без него.
– Ты чертов демон. – Сказал Редрет выглядывая из-за судебного стола.
– Не будь это Сано, то я бы в это охотно поверила – Ответила Черешня – Не могу поверить, что это всего лишь импровизация.
– Я ...давно... давно знал, что Сано-сан хороший оратор... Но... Но это другой уровень.
Сано немного отдышавшись ответил – Если бы не их безграничная вера в меня как в бога, эта речь не произнесла и толики того эффекта, спасибо Черешне.
– Вот такая я вот!
Редрет поправил шляпу и повторил неудачную попытку сесть на стул.
– Не лопни от гордости.
Ропот не прекращался и, казалось, только набирает силу. Через несколько минут он начал приедаться и Сано понял, что нужно брать дело в свои руки.
Он встал, поднимая руку призывая всех к тишине. Следуя велению своего повелителя, суд начал смолкать.
– Спасибо вам. А теперь... – Сано указал на Пармеция от чего тот стоя на земле выпрямился, расправив плечи, а его четыре крыла распрямились по всей своей длине. – Парамеций, ты был тем единственным кто посетил "Новую землю", скажи мне что же ты там увидел и что ты нам принёс.
***
Роденс стоял в широкой галерее, вдоль которой шли высокие двадцатиметровые колонны. Капитан казался карликом по сравнению с эти местом. На стенах и витринах между колоннами находились артефакты имеющие виды прекраснейших мечей и доспехов, а также реликвий что не поддавались описанию. За каждым из них таилась невероятна история, которую он никак не мог прочесть.
Эта галерея поражала все его скудное познание в архитектуре не позволяя забыть о том, где он находился. Даже пол, казалось, был сделан из драгоценного камня, идеально наполированного и вычищенного. Увы все это великолепие портили грязь и кровь медленно стёкшие с его доспеха образовав мутно коричневую лужу, в которой он стыдливо стоял.
У изящной двухстворчатой двери, рядом с которой командор сделал лужу, стояло двое четырехруких колоссов трехметровой высоты. В каждой руке был зажат скимитар, а огромное тело было заковано в сталь. Можно было подумать, что каждый из них простая статуя, опыленная серебром или более дешёвым металлом, но Роденс чувствовал, как они наблюдают за каждым его движением.
Одного взгляда Роденсу хватало чтобы осознать, что вряд ли в армии Королевы найдется хоть кто-то, кто сможет одолеть это чудище. Именно поэтому его не удивляло, то, что ему оставили его доспехи и меч. Будь он хоть трижды лучше и сильнее себя прежнего он бы и помыслить и не смел бросать вызов такому воину.
Он усмехнулся ведь ставил под сомнения даже шестерку "Королевских рыцарей" каждый заслуживший свое звание пролив реки крови.
Тут же стояла девушка в черной мантии на подобии той, что носили монашки, на ее голове надет капюшон с белой вуалью что дугой закрывала глаза, ее на вид тонкие руки спрятаны в широких рукавах. По всей мантии тянулись тонкие золотые цепочки, звенья которых перемежались драгоценными камнями и амулетами. Командор сразу видел, что лишь за фрагмент этой цепи можно было купить целый замок, а сама мантия была достойна Королевы.
Лишь по очертаниям высокого и стройного тела Роденс осознавал ее непревзойдённую красоту. Ему лишь оставалось гадать что именно находилось под вуалью. Но нежной кожи без единой родинки, изящным губам украшенными тонкой улыбкой Роденсу хватало чтобы, чувствовать, как тлеет его сердце.
Он никогда не разбирался в женщинах, не обращая особого внимания на красоту или что-то столь же "несущественное". Ему было важно то насколько сильное потомство даст ему та или иная наложница. Но лишь в этот момент он понимал, как ошибался всё это время.
Одной из боевых техник что Роденс развил самостоятельно являлась [Зрение мастера] оно позволяло увидеть очертание "внутреннего духа человека", по нему же определить его силу и профессию. Так у мага этот "дух" был похож на водянистую полусферу окружающую его, а у воина это было угловатое очертание его тела, сила варьировалась от размера "духа".
Стоило применить технику на эту девушку как у него подкосились ноги. Ее сила в несколько превосходила размеры тела. "Энергия" что обступала ее была больше похожа на неопределенную шевелящуюся массу. Она была настоящим монстром сравнительно со всеми теми, кого он когда-то видел.
Его дыхание участилось, и он отшатнулся, инстинктивно схватившись за меч. Даже у воинов, стоящих рядом очертание едва ли, совпадало с краями их тел.
Девушка слегка улыбнулась и ее нежный мелодичный голос огласил зал – Что-то случилось?
– Я... кто вы? – Несмотря на боевую позу голос командора дрожал так словно говорил он с самой королевой.
Девушка слегка приподняла голову и изящное лицо приобрело ноты гордости – Меня зову Фраус, я секретарь созданная госпожой Сериз, одной из "Великих творцов" на услужении самого "Высшего Судьи" Сано.
– "Великие творцы"? "Высший судья"? Скажите леди Фраус, где я?
Дева оголила кисти рук величественно вскидывая их. В этот самый момент можно было увидеть, что ее пальцы отличаются от человеческих, ведь все суставы держались на округлых шарнирах, как и часть запястья. Она официально провозгласила – Вы были "приглашены" стражем "Неба" Парамецием как почтенный гость в парящем суде Актавион. И прямо сейчас находитесь перед священным залом суда.
Все это частично отличалось от того, что он видел в священных книгах и писаниях. В них не было ничего связанного с именем "Актавионом", а все существа, обитающие в "Божественной обители", были прекрасными ангелами. Конечно, девушка, стоящая перед ним, была прекрасна, но была кем угодно, но точно не ангелом. Он немного осмелевший проговорил
– И для чего я здесь?
– Мне тоже любопытно, зачем кто-то... Подобный вам, был вызван в "Парящий суд" Актавион. Но вас поручили мне, а потому я постараюсь сделать всё что в моих силах чтобы не допустить эксцессов.
Роденс все еще пребывая в недоумении хотел задать вопрос – А кто...
Но Фраус перебила его – Вопросы позже, а пока я должна обучить вас некоторому этикету.
Роденс смиренно кивнул, слишком много произошло за последний час чтобы пытаться понять произошедшее ежесекундно – Как прикажете госпожа Фраус, я в вашем распоряжении.
– Во-первых, когда окажетесь в суде, пройдите до середины и встаньте на колени. Далее лишь когда вам позволят, вы должны поднять голову и четко сообщить о том, как вас именуют и какое ваше жизненное призвание. Во-вторых, то, что вы сделали с мечом, когда посмотрели на меня... –
Командор повторил это действие схватившись за рукоять зачарованного меча, выкованного на заказ. Он дал ему наименование "Разящий".
– ... Да, именно попробуете провернуть подобное в присутствии "Верховного судьи" и "Высших творцов", вы и глазом не моргнете как будете мертвы... –
Командор нахмурился – Неужели "судья" смертен?
– "Высший судья"... – Настойчиво поправила его секретарша – ... И нет, не думайте, что можете хотя бы коснуться его самого, вы лишь нанесете оскорбление хватаясь за оружие в его присутствии.
Роденс убрал руку со своего клинка.
– Говорите вежливо и уважительно иначе...
– Смерть, мне ясно, я сам не раз видел глупцов решивших ставить себя вровень с Королевой, их жизнь была коротка.
Девушка лишь кивнула, не став вдаваться в подробности. – Что же, вам пора идти.
– Можно мне задать последний вопрос? – Роденса он интересовал еще с самого начала.
– И какой же?
– Могу ли я по собственной воле покинуть, Актавион?
– "Небесный суд" Актавион – вновь его поправили – И да, вас никто не держит, но желанием покинуть его вы оскорбите самого "Верховного судью", а результат оскорбления вам и так ясен.
Она отступила и указала рукой в сторону двери – Вы слышите? Кажется, время пришло...
Из-за стальной двери слышалась приглушенная фраза отдаленно знакомая ему "служить Актавиону!". Словно та мантра что воспевается священниками на вечерних службах, только немного измененная.
Стражники у двери двинулись, помогая открыть массивные двери и Роденс вместе с секретаршей двинулся внутрь.
...
Тишина была настолько беззвучной что мысли становились достаточно громкими и казалось, что вот-вот их кто-то услышит.
Сано слегка удивился, когда из беззвучно открывшейся двери вышло какое-то неясно ему существо. Он понимал, что оно чуждое Актавиону и потому было ему интересно.
Оно в сопровождении секретарши незнакомой ему прошло до края коридора, после чего было оставлено на краю центральной сцены. Там его встретил Парамеций и видимо узнав его, оно медленно пошло к центру.
Лишь когда это создание приблизилось к кафедре в центре сцены он распознал в нем неприятного вида человека в доспехах. Несмотря на грозный внешний вид, он казался слабым и, мягко говоря, ничтожным.
– Это человек? Я думала он притащит камень или ветку. – Разочарованно сказала Черешня.
Ред повернул голову в ее сторону– Зачем тебе ветка?
– Ну прикинь как было бы смешно если бы во всей этой торжественной обстановке Парамеций гордо продемонстрировал ветку.
– Смешнее и не придумать. – вздохнул ред закуривая сигару.
По росту он не отличался от стражей или управителей, но почему-то Сано было крайне тяжело его разглядеть. Секундное размышление и судья пришел к четкому осознанию того, что перед ним стоит самый обычный человек. И дело было вовсе не в его слабости, а в неистовой силе самого Сано и всех НИПов вокруг, от чего рыцарь просто мерк на их фоне.
Наконец человек добрался до центра сцены и упал на пол.
– Упал – подтвердила следящая за каждым его движением Черешня.
– Да, нет, поднимается – и словно следуя словам Редрета человек начал подниматься на ноги, но снова свалился и в этот раз его ноги разъехались.
– Не, точно упал – хмыкнула Черешня – Ну и чё это такое? – обратилась она к Сано.
Властитель Актавиона поднес палец к сомкнутому рту маски испытывая некоторое восхищение перед созданием подле него.
Щепотка эмпатии и человек перед ним несмотря на свою глупую неряшливость вызывал уважение. Представь Сано прежнего себя, обычного грузчика и социофоба на его месте, окруженный созданиями аура которых душит твой дух. Несмотря на ужас и подавляющую силу, он, сражаясь с собственным телом и чувствами продолжал вставать на ноги. Словно муравей, вставший против бури.
Сано удивился собственному мышлению, когда сравнил его с муравьем. Конечно, Киоши никогда в жизни не касался подобных размышлений, но его тело и таящаяся в нем сила явно что-то изменила.
Роденс был почти ослеплен –"Да, так и должны выглядеть боги" – это мысль заела в его голове. Он был раздавлен, унижен, уничтожен. От той гордости и могущества что пульсировала в его крови прежде не осталось и следа. "Длань самой королевы", "кровавый генерал" теперь эти возвышенные слова звучали как писк без связи и смысла.
Он, дрожа поднялся на ноги и наконец, как положено встал на колени. И тут в туманном взгляде что-то переменилось. Возможно осознание того, что он первый человек оказавшийся на божественном суде, а может и что-то большее. Он напрочь забыл о том, что говорила та девушка на входи и вскинув руки громко проговорив – О всевышний, я Командор Роденс и по совместительству владелец крепости "Тэк-И-Рат", я верный слуга Королевы стою перед тобой таким каким меня сотворила твоя воля. Моя плоть есть сталь, моя вера непоколебима, я готов к исповеданию, прошу укажите мне верный путь, укажите мне свет!
Фраус приложила руку к виску пытаясь скрыть желание выпотрошить идиота, стоящего перед самим "Высшим судьей". Она четко понимала, что за такое поведение она будет одной из первых кто пострадает.
Сано совсем ничего не знал о том мире, в котором оказался и как удобно что ему попался человек столь верный и набожный что готов рассказать абсолютно все что знал. Он мысленно отметил как-нибудь отблагодарить Парамеция за такую услугу.
Сано облокотился на свою руку – Я вижу твою веру в силу Актавиона, но готов ли ты поделится со мной некоторой информацией чтобы подтвердить эту веру?
Роденс громко и чувственно крикнул – что, я должен рассказать?
– Всё, я хочу знать абсолютно всё...
...
И Роденс направляемый уточняющими вопросами судьи, действительно рассказал всё что знает и даже больше.
Быт местных жителей был преимущественно средневековый. Качество стали оставляло желать лучшего, многие болезни списывали на влияние злых духов, а смертность была без удивление высокой. Однако разница была в том, что местные жители четко понимали природу магии, знали и встречали разных монстров, а также некоторые из них были представителями фэнтезийных рас. Более того разделение рас было ровно таким же как в Игдрасиле.
Были как человеческие расы, к которым относились люди, эльфы, дворфы и все, кто от человека почти ничем не отличается (Несмотря на то что оценка была внешней и не учитывала, то что дворфы имели другое внутренние различие, а эльфы имели больше общего с магическими духами чем с людьми). К представителям этой расы можно было отнести Черешню.
Так же были получеловеческие расы, гоблины, ящеролюди, и все те, кто при хорошем прищуре полуслепого мог быть схож с человеком.
И наконец гетероморфы из которых состояло немалая часть Актавиона. К ним относились откровенные чудовища такие как драконы, големы и конечно же ангелы. Единственный способ таких существ нормально существовать в мире людей это специальные артефакты. Тот же самый Парамеций при своей Истиной форме вряд ли бы поместился в зал суда. К ним же относился Редрет, Манибой и Сано.
Религия была общей для всех, все люди поклонялись, людскому покровителю какому-то "Первому богу" что после ухода прошлых идолов появившись в час нужды одолел злобного демона. История за четыреста лет ее существования была сильно искажена, но сомнений в то, что тот самый первый бог был игроком у Сано даже не возникло, тоже, самое он думал и о демоне, с которым сражался тот самый бог. Так же были некие "Предсказанные боги", о которых упоминалось в какой-то священной книге, видимо именно с ними командор их и перепутал.
Весь мир известный Роденсу делился на три материка, северный, южный и восточный, их разделял Голодный океан. Являлись они пристанищем разных народов и национальностей. Но подробно он знал только о северном материке, на котором находилась его родина. Подпираемый горной грядой с севера находилось "Объединенное королевство" Кильдван. Ранее оно было небольшой пригорной страной помимо столицы имеющее от силы три города и пару деревень, соседствовало оно с шестью другими странами небольшого размера. На границах этих стран часто возникали стычки буквально за клочки территории, что в итоге привело страну к полураспаду и кризису. И тогда пятьдесят лет назад к власти пришла Королева, под ее руководством за десять лет активной экспансии все другие страны пали и в итоге вся западная часть материка начали принадлежать Королеве.
Как понял Сано, добилась она такого эффекта лишь благодаря активной пропаганде, которая буквально обожествляла ее. Имело место быть вербовке и переобучению детей превращением их в армию послушных элитных подразделений, а также очень хитрой манипуляцией знатными домами. Удивляло Сано больше не метод ее захвата, а план что был построен с расчетом на воспитание из детей солдат, а это как минимум пятнадцать лет. Она точно не была человеком если так легко разбрасывалась своим временем. Сам Роденс косвенно подтвердил его догадку и уточнил тот момент что королева была благословлена на правление самим "Первым богом".
На западной более крупной части материка, за скальным массивом находилось великое королевство Грандел, чуть дальше от него находилась империя Териам, Северные княжества, принадлежащие дикарям с севера и торговая федерацию Кайнам находящуюся далеко на западе. Так же он упоминал горную империю дворфов и королевство эльфов в западном лесу.
Так называема "Королева" хотела захватить и Грандел и продолжить экспансию на запад, но последние оставшиеся четыре страны объединились в альянс. Это бы не стало такой преградой если бы не вышеуказанная горная гряда и единственный проход через которую, лежал сквозь "город-стену" Вагнирам построенная еще во времена войны с зеленокожими. А весь многочисленный флот был разбит еще на подходах к границам таинственными магически баллистами Грандельского королевского флота.
Уже внешне и со слов Роденса смотря на этот конфликт Сано понимал, что затянутся он может на долгие годы, если не века. Королева не могла продвинуть свое влияние дальше, а договор об альянсе сильно сковывал страны. Из-за неравномерной логистики и внутренних конфликтов, а из-за решений властей с абсолютно разной структурой власти они не могли пойти в контрнаступление.
Конечно, Королева не была дурой, иначе бы ей не удалось захватить пол материка, а потому она ищет обходные пути, идиотами небыли и участники альянса, что продолжают укреплять свои территории и торговать с южанами.
Из всего этого рассказа Сано вычленил то, что так называемый Роденс был буквально одержимым верой в "Королеву". Таинственная правительница, скрывающаяся за золотой маской. Человеком или же скорее столетним созданием провозгласившей себя посланницей богов.
В прошлом, которое помнил Киоши, люди часто брали на себя роль боговидящих и богослышаших и даже нарекали себя их потомками, но к несчастью, не египтяне, не Ватикан со своими крестоносцами далеко не ушли. И всё же в мире, в котором была магия, такой обман было бы очень трудно развеять.
Единственный способ избавиться от общих заблуждений если сам бог спустится с неба четко и ясно произнесет: "Королева, никакая не богоизбранная, а самозванка, жаждущая власти."
– Что?!
Этот возглас вырвал Сано из размышлений. Первое что он увидел это лицо Роденса наполненное шоком. Он повернулся в сторону Редрета.
– Что с ним?
– Ты же сам сказал, что так "Королева", о котором он говорил самозванка.
И тут уже на Сано, накатила волна осознания, и он шепотом уточнил – Я что, сказал это в слух?!
Ред почесал свою голову и сказал – Мне казалось у тебя есть какой-то план. Думал ты знаешь, что крайне нецелесообразно говорить фанатику о том, что его бог это, ложь.
– Нет! Этого не может быть... В книге же написано... Нет это какая-то ошибка. – как в бреду лепетал Роденс.
– Высший судья Сано никогда не ошибается, ведь каждое его слово чистейшая истина! – громогласно отчеканил Парамеций и все НИПы вокруг согласно закивали.
Выражение лица Роденса было мало передаваемо, сложно было сказать, что он думает, но говорить он больше не был способен.
Сано понимал, что его маленькая ошибка стоила серьезных последствий ведь, помимо самого Роденса, зал суда был наполнен НИПами, что четко и ясно запомнили каждое его слово. Он не мог просто взять и сказать, что он пошутил или ошибся иначе любое действительное серьезное заявление не будет воспринято в серьез. По глупой ошибке он сделал Королеву врагом всего Актавиона. Помассировав переносицу своей маски, он решил импровизировать.
– Что же Роденс, ты верой и правдой служил знакомому мне "Первому богу" – Вряд ли он его знал но нужно было как-то завоевать доверие этого человека и дать ему новую цель в замен той что он уничтожил – А потому ты был избран и к счастью для тебя ты будешь тем кто станет послом в земном мире, ты понесешь истину открытую сегодня, всему миру.
Если ранее эмоции на лицо Роденса были неопределёнными, то теперь все смешалось в общую кашу. Он явно прибывал в шоке, что ж Сано не мог его винить и все что оставалось сделать это закончить с этим фарсом и поскорее уйти из этой неловкой ситуации.
– И чтобы ты мог свершить свою миссию я дам тебе высший дар Актавиона. – В этот миг Сано замер на месте.
Он же еще не разобрался с тем, как открывать консоль инвентаря или пользоваться магией и навыками. В поисках помощи он огляделся и явно понявший в чем дело Редрет подсказал ему.
– Если хочешь открыть инвентарь, то представь словно засовываешь руку в невидимы карман, а если захочешь достать какой-то конкретный предмет, то тянись именно за ним.
Да, было бы действительно неловко если после обещаний о высшей награде оказалось, что Сано не обладает так таковой. Он засунул руку в образовавшееся в воздухе окно и с удовлетворением обнаружил что его инвентарь просто забит хламом. Если бы Редрет об этом знал, то скорее всего бы разозлился ведь именно он отвечал за логистику и лут, а потому следил за тем, чтобы у игроков в инвентарях всегда было место для очередной загрузки предметами.
Наконец Сано нащупал то самое за чем тянулся, он достал это и поставил на стол перед собой – Я как высший судья дарую тебе "Алхимическое зелье" – маленькая склянка высотой с указательный палец была наполнена полупрозрачной красной жидкостью. С точки зрения Игдрасиля это было действительно сокровище который не каждый стоуровневый игрок мог себе позволить. Все дело в сложности крафта, что включал в себя строчку из семидесяти редчайших реагентов, в число которых входила пыль философского камня, чешуйка великого змея, эликсир бессмертия, и еще много разных редких ингредиентов. Такой редчайший набор был необходим для получения крайне полезного эффекта, а именно единоразового и значительного усиления всех характеристик и очков здоровья, включающим в себя как защиту от самого разного типа урона так, увеличением магического и физического урона.
Сано было в большей степени интересно протестировать как сильно оно повлияет на столь ничтожного Роденса.
– Я... – Роденс подавился словами, глупо отвесив нижнюю челюсть.
– О-о, я тоже хочу кое-что дать! – Крикнула черешня, засовывая руку в инвентарь. Она ладонь, сжатую в кулак и раскрыв ее продемонстрировала небольшое кольцо с тремя магическими камнями синего цвета.
Редрет тут же заинтересованно повернул голову – Ты хочешь отдать ему предмет наследия? "Слезы Скади", это разве не та штука, которую ты с трудом выбила из "Зимней правительницы"? Помнится оно было наполнено спектром ледяных заклинания с первого по седьмой, а с твоей расой снежной эльфийки это просто превосходный артефакт.
Черешня жалостливо посмотрела на кольцо – Но у меня уже заполнен лимит на кольца, а, а Сано вообще отдал "алхимическое зелье", а из всех нас оно только у Айзека пропито.
– Сано в отличии от тебя знает, что делает. – Редрет развел лапами
– Пф – Ответила Черешня, положив кольцо рядом с зельем. – А сам что можешь дать?
– С учетом того, что я вижу уровень этого Роденса вряд ли превышает двадцатый, а потому могу дать ему, хм – Редрет активировал одно из своих колец, что создано было специально для него. А именно "Кольцо инвентариума" позволяющее дотянуться до любого предмета в пределах гильдии. Но так как оно было зачарованно на "распад", то даже если бы он был сражён в бою, оно просто исчезло. Так что пользоваться кольцом мог только Редрет. – Я дам ему доспех шестидесятого уровня, сделанного из ультраниума доспех "Тирана". С удивительной легкостью Редрет вытянул целый манекен в изящном черном доспехе с пульсирующем золотыми прожилками. Черный плащ с меховой подкладкой украшен угловатым символом давно исчезнувшей гильдии. Черный армет* имел прорезь в виде буквы "т" и был украшен красным пером края, которого словно опалялись пламенем.
(Армет – классический рыцарский шлем с забралом)
– Тю, дешевка. – усмехнулась черешня.
– И все же не забывай, что в этом мире вряд ли у кого-то кроме него есть подобный доспех.
– Е... Если в этом мире... Нет других игроков – Внезапно ожил Манибой.
Сано бы не хотелось встретить представителей других гильдий. Может у Актавиона и была добрая слава торговцев, но встречались и те, кто находился в черном списке.
Когда очередь подошла к Манибою он нерешительно протянул цепь камней в инвентарь – Я ... Я думаю... Что, наверное, отдам ему... алебарду "Небесной ярости".
Никто не был против. Это была самая обычная алебарда реликтового уровня, имеющая целый ряд параметров против нежити, и сама по себе не была сверхредким оружием, но и простым лутом оно не было.
Обдумывая слова Мани о других игроках, Сано сказал. – Мы еще толком ничего не знаем о том, как и что устроено в этом мире, не торопимся ли мы...?
Редрет поставил манекен рядом с троном. – Что ты имеешь в виду?
– Наше появление в этом мире спонтанно, мне кажется, что слишком рано мы пытаемся на него повлиять.
Черешня поправила свои очки – Ну, да, в этом и суть исекаев. Главный герой с имба способностями, появляется в другом мире и меняет привычных ход вещей.
– Нет, Сано прав, мы не можем просто так взять и скинуть на людей с земли артефакты из Игдрасиля. Нужно собрать информацию, мы еще незнаем наше соотношение силы и как сказал Мани о присутствии других игроков. Если будет битва и кто-то из нас умрет, то мы не будем на все сто процентов уверены, что возрождение сработает.
– А я думаю, что вы сильно перестраховываетесь, вы посмотрите на этого Командора. Ну он же просто маленькая козявочка сравнительно с нами...
Начавшаяся активная дискуссия между богами что вот-вот хотели передать ему божественные дары смутила Роденса. Он посмотрел на Парамеция, а затем повернул голову на стоящую рядом девушку в золотистом доспехе. Командор пошатнулся осознав, что довольно долгое время она смотрит на него.
– Ты верный воин, я чувствую это... – Ее голос был острее любого копья – ...Но ты лишний в Актавионе, тебе никогда не стать его частью или стать достойным его.
Роденс был удостоен чести говорить с богами и теперь, собрав всю храбрость на что был способен он решил ответить ей – О творение божеств... Я жил только с одной целью... чтобы умереть во имя богов что сотворили мое бренное тело и только им решать, чего я буду достоин после своей смерти.
– Это... – Хельду на секунду тронула улыбка, но в следующую секунду она отвернулась.
Парамеций не показал виду что услышал данный диалог.
Сано хлопнул в ладоши обрывая спор между Черешней и Редом – Господа заткнитесь пожалуйста, давайте мы составим подробный план, но позже. Сейчас нужно решить, что будем делать с фактически похищенным нами обитателем "нижнего мира".
– Артефакты пока останутся в Актавионе, это точно – подтвердил Редрет.
– Эй, вы чего, мы же ему пообещали, уверена вам бы было обидно если бы у вас перед носом покрутили имба пушкой, а в итоге сказали фигушки.
Сано оценивающе посмотрел на Роденса – Ред, а у нас есть что-нибудь в пределах пятнадцатого уровня.
– Сано, это Небесный Суд "Актавион", здесь есть всё. – с этими словами он протянул Сано шестопер на длинном черенке.
Приняв его из рук и осмотрев Сано, вдумчиво проговорил – Не думаю, что случится что-то плохое если мы дадим ему эту штуковину. В конце концов пятнадцатый уровень — это ранг новичков.
Черешня потеряла всякий интерес к диалогу и с большим любопытством рассматривала НИПов в амфитеатре о чем-то активно спорящих.
Сано величественно развел руки – Мы позволяем побыть в Актавионе несколько дней Командор Роденс, а затем ты спустишься, но лишь с одним нашим даром чтобы получить все остальное, ты должен будешь доказать свою полезность.
Когда подлетевший Парамеций передал шестопер Роднесу среди НИПов началось волнение. Многие из них и помыслить не могли о том, чтобы получить дар от самих богов и с крайней завистью смотрели на чужака что сам не верил в происходящее.
– Есть что сказать?
Роденс встал на колено и опираясь на стальное древко шестопера одной рукой и прикладывая к груди другую сжатую в кулак он гордо и громко проговорил – "Служить Актавиону!"
Все НИПы ежесекундно повторили –"Служить Актавиону! "
...
Когда НИПы начали расходиться, а также секретарша в мантии увела Роденса. Черешня, зевнув потянулась – Вуа-а-ах, чёто я устала... – расположившись поперек трона и свесив голову в сторону Сано она сказала – Ну, я еще немного погуляю по замку, а потом пойду посплю, а вы что будете делать?
Ред потянулся к стулу, но так и не осмелившись попытаться сесть выкинул недокуренную сигару куда-то вниз вдумчиво сказал – Пойду поищу бар, переосмыслю жизнь, может поплачу... – обреченно осмотрев свои лапки помотала головой –...Если это тело способно на такое, а потом буду разбираться в том, как работает Актавион.
Манибой отозвался грохотом своих каменных элементов – Эм... Я с тобой... Если можно.
– Дерзай. А ты Сано чем будешь заниматься?
Сано поскрежетал стальным пальцем своей перчатки о свою маску. – Думаю, что мне стоит немного отдохнуть, с завтрашнего дня буду пытаться освоиться, не знаю, еще много нерешённый дел. Боты, Роденс, как устроена магия и артефакты, а еще...
– Айзек... – закончила Черешня, на что Сано кивнул – Когда нас перенесло сюда этот идиот был за пределами Актавиона.
– Если ему повезло, то он сейчас сидит дома и кушает консервированное желе – Усмехнулся Редрет.
– А если нет, то нам нужно как можно скорее его найти – Сказал Сано вставая с трона. Что ж без нас он точно не пропадет, он же топ четыре. – Сано хлопнул в ладоши – отложим все дела на завтра, давайте немного отдохнем.
...
Сано уже проходя через одну из дверей что была создана специально для судьи был остановлен Черешней. Она воровато оглянулась и убедившись, что в округе никого нет жестом показала Сано наклонится.
– Что случилось? – в пол голоса и по привычке дружелюбно, как с ребенок сказал Сано.
– Еще раз услышу этот слащавый тон, и я тебя вместе с твоим троном скину с Актавиона.
– Ладно... – согласно кивнул Сано – Чего тебе, и поторапливайся – властно и высокородно ответил Сано.
Черешня изобразила улыбку – Вау, просто умора.
– Что тебе надо наконец?
Лицо Черешни резко стало серьёзным что бывало крайне редко. – Учитывая, что все боты резко ожили, я решила выпустить всех "Узников".
– Всех? А разве лор "темницы" не строился вокруг них, их там сколько, пятеро?
– Это да, лор, темница, ну знаешь, они как бы теперь "живые" и было бы нечестно по отношению к ним быть заключёнными только из-за того, что их такими сделали.
Сано поднял бровь – Довольно сентиментально, в твоём духе. А от меня что надо?
Черешня потопталась на месте – Ну ты разрешаешь?
– Конечно, хоть в кой-то веки ты говоришь правильные вещи. – С этими словами Сано хотел уйти, но Черешня ловко схватила его за затылок шлема.
– Ч-черт! Чего ещё!?
Ее голос был намного более холоден, наверное, даже злым – Я это все говорю не просто так. Напомню, что среди "Узников" находится Призма Обреченности и я бы хотела узнать, когда ты расскажешь о ней нашим товарищам.
По спине Сано прошел холод, но голос его был ровен и тверд – Ее не выпускай, Мани и Реду не слова. Я... Я разберусь с этим позже.
– Когда?
– Чего?
– Когда ты с ней разберёшься? С одной стороны мне интересно что из этого получится, а с другой... Эта штука может угробить нас, и ты это понимаешь. Так что, когда это будет? – Сано не мог и представить, что в руке такой маленькой девочки может быть столько силы.
Поняв, что отвертеться не получится он обречённо вздохнул – Неделя, мне нужна неделя...
Она резко отпустила его, и он выпрямился как пружина.
– Вот и славненько, если что я у себя в комнате... – Уходя она задорно добавила –
по-любому "прошлая я" припасла для меня пару томиков какой-нибудь ранобки.
Сано помассировал свою шею и когда рука коснулась затылка, то он с удивлением для себя обнаружил на нем маленький отпечаток руки.
Выпрямившись и еще раз оглянувшись, он исчез в одном из коридоров гигантского замка.