Сказочный конфуз.
POW Sally Fisher.
Проснулись мы с ребятами из-за того, что на нас кто-то либо прыгал, либо пинал. Трудно было вот так, во сне, это определить. Но факт остаётся фактом – нас пытались разбудить. Первым не выдержал я.
– А? Кто? – начал поворачивать голову в разные стороны я, пытаясь понять, кто за этим стоит. – Мари? Это ты?
Девочка лишь слабо кивнула, сминая в маленьких ладошках подол красного платьица.
– У-ух.. Мариша, а сколько мы спали? – протирая сонный глаз и поправляя съехавший протез, ответил на этот кивок я.
– Вы со сталшими лебятами уснули плямо над листотьком! – прикрикнула носительница чёрного ободка с бантиком, не догадываясь, что тем самым может разбудить Кэмпбелл и Моррисона.
– Потише, Мари, прошу. – прошептал я на ухо темноволосой, аккуратно взяв её за маленькие ручки. – Давай, не будем мешать старшим ребятам спать, хорошо? А то запомни, без хорошего сна – старшие ребята не будут с тобой играть днём!
– Не будуть иглать?! – удивлённо прикрикнула Мари, на что я ей лишь приставил палец ко "рту" протеза. – Тогда холосо, но мы же будем иглать тихо, дя?
– Да-да, тихо... – отводя Мари в сторону от ребят, всё так же шёпотом ответил на заявление Мари я. – Давай-ка лучше разбудим вот этого старшего мальчика?
– Того, у котолого кофтотька класненькая? – тыкая в плечо спящему Ларри сказала Мари. – Он вчела плишёл поздно, что даже забыль повесить свою кофтотьку!
– Его зовут Ларри, помнишь же? – напоминая о существовании у кареглазого имени, сказал я, на чьё заявление Мари лишь широко распахнула глаза, хотя от Стива не раз должна была слышать это имя. – Ну, Ларри? Он тебе его называл. Ларри Джонсон, вспомнила?
– Джонси? – мягко и мило сформулировала фамилию Ларри маленькая Мариша.
Мы так и продолжали спокойно и тихо беседовать, пытаясь уже вдвоём разбудить этого чёртова тупицу Джонсона! Серьёзно. Сколько раз у него на ночёвках был – он всегда от любого шороха просыпался и потом ещё часа два ворочился на одном месте, в попытках снова заснуть. А тут-то что? Что за энергетика питает квартиру Гэбри, раз она так на него влияет? Не знаю.
Ларри, ну или как мы уже его начали называть с Мари, "Джонси" просто лежал на месте и периодически вертелся.
Наконец, мы с Мари настолько много занятий перепробовали, чтобы занять себя, что совсем забыли про время! На часах уже было не мало, стрелка приближалась к двенадцати дня, а наши ребята ещё и не думали просыпаться.
Мы приняли единогласно решение – пойти на местную детскую площадку, прихватив с собой уже проснувшегося от какого-то кошмара во сне, которому я сейчас искренне благодарен, Ларри.
– Хей, Лар, – обратился я к Джонсону, который оборачивается по сторонам просто от испуга. – как спалось? Buenos días, maldito idiota Johnson (вбейте в переводчик с испанского это, для Вас же старалась)!
– А? Сал, мать моя уборщица, который сейчас час? – сонно выругался Ларри, привстав на локтях.
– Сейчас? А, сейчас скажу... – я глянул на экран своего телефона-раскладушки, проверяя время. – сейчас 11:57.
– Серьёзно?! Я что, так долго спал?
– Типа того. – хитро сказал я, намекая, что первая половина нашего нянчества с Мари уже закончилась. – Ну, давай, иди переодевайся в уличную одежду, и вперёд на улицу.
– Какая ещё, блин, улица? Я только проснулся. Я в душ хотел пойти, кофейку себе налить, расчесаться...
– Не сегодня, Лар. – перебил я мечтающего о своём прекрасном утре Ларри, который уже брал полотенце для, видимо, похода в душ. – Сегодня идём на детскую площадку с Мари, понял?
Джонси опомнился и начал слушать мои слова только после того, как я отобрал у него из рук полотенце и откинул прямо на спящего по середине комнаты, Моррисона. Шатен лишь как-то себе под нос выругался, направившись в ванну, хоть и без обожаемого Джонсоном душа, но выполнять все утренние процедуры там.
– Мари, иди, разбуди остальных старших ребят, хорошо? – подозвал я к себе малышку, на что та лишь опять робко кивнула и пошла к спящим подросткам.
POW Ashley Campbell.
Ночь мы провели над ватманом с каким-то питанием, чтобы потом все дружно уснуть на нём. Мне настолько сильно вьелось в подсознание это питание и варианты к нему, что мне и во сне снилось, как мы с Тоддом пролистываем десяток статей по этой теме, что, собственно, происходило и вечером.
Я благодарна тому маленькому человечку, что разбудил меня своими худенькими ручонками, хило подёргивающие мои волосы.
– Уа-а? – привстала на локтях я, с трудом открывая из-за солнечного света в окне, глаза. – Мариша? Всё хорошо. Мы с Тодди уже просыпаемся..
Я начала пихать Моррисона в плечо, аккуратно убирая лежащие на полу очки, чтобы никто случайно не наступил на них. Я шептала Тодду на ухо, что-то вроде "Тодд, уже утро", "Пора вставать." И т.п., пока рыжий наконец не начал сам вставать.
– Эш? Ч-что вчера было? – сказал кучерявый, протирая свои очки своей же голубой кофтой. – Приёмы пищи составлены? Расписание переписали?
– Э-э, да вроде как... – начала вспоминать предыдущий вечер я. Всё таки да, припоминаю, что мы списали на ватман информацию со всех возможных сайтов. – Да, точно да! Спасибо огромное, Тодди.
Зная ориентацию Моррисона, я подумала, что в коротеньком поцелуе в щёчку – ничего не будет. Так, в знак благодарности. Он и вправду сделал многое, а это, так скажем, небольшой подарочек.
Только я уже отстранилась от Тодда, и пошла за этой фигнёй с аллергической реакцией, как на моей талии оказались чьи-то худенькие и маленькие ручонки. Обернувшись на крошку Мари, я лишь на руках покружила её вокруг себя. Ну всё же, какая она миленькая и крошечная!
– Как к тебе мозьно обласяться? – устремила свой золотисто-карий взгляд на меня снизу вверх Мэр, как её начал звать наш Ларри.
– Ха-ха, Эшли, конечно же! Хотя, думаю, для тебя проще будет "Эш".
– Ясненько, – отвела свой невероятно красивый взор Мариша, оглядываясь на внезапно захлопнувшуюся дверь. – а твои длузья узе усли?
И действительно, ушли Тодд с Салом. Почему она это раньше меня заметила?! То ли я старею, что дальше золотисто-карих глаз не вижу, то ли они слишком бесшумно ушли. Скорее, второй вариант.
– Маришенька, а пойдём поиграем? – предложила я маленькой крошке Мари такой вариант. Может быть, стоит и Лизе позвонить ради показа столь милого чуда? Почему-то я уверена, что маленьких детей она больше своего семнадцати летнего сына любит... – Я тебе представлю самую добрую тётю, которой ты наверняка понравишься!
Мэр положительно закивала головкой и мы направились на поиски моего телефона.
Впрочем, всё прошло без происшествий. Лиза была очень счастлива была поговорить с такой очаровашкой, как наша Мэр, потому она, кажется, удочерить себе её захотела... Лиза и Мариша явно нашли общий язык, что просидели за диалогом весь день, пока я, тихо хихикая в сторонке, готовила блюда для Мурки (ещё одно прозвище, но уже от Гарсии) из материалов, которые подходили по аллергическим реакциям и по ингредиентам, пока Сал и Тодд не вернуться из магазина.
По их приходу домой, Мари мне коротко пересказывала все темы, которые они обсудили с не менее милой уборщицей, в то время как наши мальчики разбирали все вещи и прикрикивали друг на друга из-за того, что меняли время расписания Мурки.
После пункта "Сказка на ночь" – мы с ребятами конкретно так запаниковали. Сал предложил рассказывать ей легенды из Нью-Джерси, когда он там жил. Ларри отрицал версию Фишера, и принялся мечтательно пересказывать услышанные им в детстве рассказы от матери про жизнь в Испании и про саму эту страну, что, как подметил Тодд, было очень познавательным. Моррисон поддерживал версию Ларри, чем Сала, ведь сам он посчитал, что у Мурки недостаточно повышенные умственные способности для его повествований. А я только потом вставила свои пять копеек в диалог, начав рассказывать, как нормальный человек, сказку для ребёнка. Пародия на Рапунцель, только с уже более хорошо известным Мурке персонажем, чью футболку она очень любила дёргать...
Спустя полчаса сказки о
Ларунцель...
– И знаешь? Я забыла упомянуть, – лениво потягиваясь на кровати, где рядом со мной лежали ещё уже спящие парни, сказала я. – Башню, в которой жила Ларунцель, остерегала от глаз людских ведьма. Правда, сначала, ведьма родила Ларунцель.
– Ведьма лодила Лалунцель?
– Прикинь, да!
Следующее утро.
Квартира Стива Гэбри.
Мы бы так и сидели с Маришей ещё и этот день, если бы не внезапно приехавшие в обед родители Мари – Ханс и Изабелла, которые приехали к нам явно не с целью черничного пирога с нами поесть...
Да, нашу милую Мурку забрали, оставив нас в пустующей без звонкого смеха этой девочки, квартире. И мы сами удивились вопросу Стива о том, "Почему мы такие грустные?". Повезло ему, что он не успел привязаться за день к этой крошке.