[13 Карт] Среди незнакомых лиц

«Карточный мир основан Жаклином Грингоннером в 1392 году от рождества Христова при создании колоды для французского короля Карла VI Безумного и является параллельной вселенной миру человеческому, делящейся на Пустоту и Купола. Единственной связью меж реальностями служат 54 магические игральные карты, разбросанные по различным уголкам Земли. Большая часть из них принадлежит Фёдору Константиновичу Нечитайло».

В ночь нависла нещадная гроза. Беспроглядная кучная темень клубилась меж изнурённо склонившихся арок стволов и ветвей. Ливень вымораживал получше холодного душа. Небо было не разглядеть.
Среди прогнутых древесных столбов замелькал долговязый силуэт, нечаянно задевая головой листву. По лицу постоянно текла вода, как бы тот не отворачивался. Пробивал озноб.
Из-под замызганной, но добротной пенулы высовывались бледные аккуратные, без старых рубцов и мозолей руки, сжимая выломанную рогатую ветвь для альпенштока.
Тёплый электрический свет проскальзывал на грани леса. Городок был тих, как воздух в ожидании перед казнью.
Пожилая хозяйка сидела в кресле-качалке и напряжëнно думала: ей с самого утра казалось, что произойдёт что-нибудь неожиданное. Нужно было быть наготове. За окном сверкнула молния и разбудила молодую девушку, лежащую, подложив запястья под голову. Она встрепенулась, кривовато села, оперевшись на ладонь щекой, и что-то недовольно заворчала, нахмурив брови.
- Люсь, моя чуйка меня ни разу не подводила, - хозяйка постаралась подбодрить девушку.
- Ой-ой-ой! Рас-с не подводила, то отпус-стили бы меня с-спать... рас-сбудили за три минуты до этого Васего... Да даз-зе не знаю тего! - огрызнулась та, мучительно для слуха шепелявя, - и меня с-совут Люс-си́!
Старушка прощала злостный тон своей работницы. Вопрос заключён не в воспитании, когда на улицах может случится то, что случилось уже или ещё могло произойти. Разразилась очередная молния. Раскат грома сильно ударил по ушам, что последующая тишина гудела в течение минуты. Ливень рванул по окнам с бóльшим напором, чем раньше.
В холле послышался стук. Старушка обернулась и выскользнула, что чуть не уронила круглые очки с цепочкой на грудь. Открылась дверь.
На крытом крыльце у порога в пенуле, снимая капюшон, стоял рослый мужчина. В уставшие глаза лезли мятно-зелёные кудри длиною до лопаток, сбившиеся в витые прутья, неловко поправляемые раз за разом.
- Простите, пожалуйста, что пришлось Вас беспокоить в столь поздний час... - голос был мягким и высоким, можно сказать, лирическим, - верно понимаю, что это трактир?
Старушка, настороженно осматривая молодого человека, в ответ кивнула.
- Кхм. Можно занять номер на ночь?... - он пошарил по карманам и достал три небольших монетки, - надеюсь, хватит... Если что, доплачу, где-то завалялись ещё.
Хозяйка перебросила взгляд по монетам, взяла их в ладони, повернулась к свету и застыла в недоумении. На словах одно, на деле что-то не так.
- Шутите? Три грата¹ за один день? Да тут целую ораву поселить удастся за такое... -- она посмотрела на него со странным подозрением в лице. Уж настолько он не замечал, что держит по карманам?
- Что?
Парень зашëл в дом. С непривычки прищурившись от света лампы, он заметил монеты из пистольного золота. Лишь слегка удивлённо вскинув брови, незнакомец процедил сквозь полусжатые от смятения и холода губы, стараясь скрыть собственную рассеянность:
- Ах, вот как... тогда... м-м... позвольте, - он забрал два грата из рук хозяйки, что успели нагреться от помещения и человеческого прикосновения, - тогда на подольше... думаю, пару недель.
Женщина ещё раз оценила деньги. Не фальшивые ли? Но никаких признаков не было: ребра качественно выгравированы, что, проведя пальцем, чувствовалась вибрация; металл отливал красным из-за примеси меди; по весу вполне приличны. Хозяйка неуклюже, но решительно двинулась к столу "регистрации", сняла с запястья ключи и открыла ящичек. Отсчитанная сдача - 18 квинтов, 1 курбет и 7 фоль. Ровно 91.7 брисса.
В журнале рядом она нацарапала карандашом что-то.
- Можно Ваши документы?
- А?!.. Ах... Да-да, сейчас.
Помявшись на месте, путник снял со спины громоздкий походный рюкзак. Во внутреннем кармане он на ощупь вытащил паспортную книжку и протянул хозяйке, машинально придерживая большим пальцем за нижний край.
Фотография чуточку отличалась от реальности: короче волосы, вид опрятнее, - но черты угадывались. То же худое, вытянутое, бледное лицо; заострённые, торчащие уши, хорошо заметные в мокрых прядях; голубые как меланхоличное безоблачное небо июльским днём глаза; под правым, почти у переносицы, тёмная отметинка; задранный, вздёрнутый нос и лёгкая небрежная бородка.
- Вы, получается... Игна-.. Игнави...? - с натугой щурясь, старалась прочитать мелкий шрифт старушка.
- Иг-на-ви-ли-ан-де́-рий, - проскандировал путник для внятности, - можно... мг.. просто Алан. Осознаю, что имя... сложное, но Вы же знаете. Традиции не щадят.
- Ничего, и не такие встречали.
Хозяйка уверенным движением протягивая, по его просьбе, ключ от комнаты, что поменьше. Парень послушно потянулся за ним, будто мотылёк к фонарику. Дзинь-дзинь. Ключ стукался о брелоку и звякал.
Рассеянно путник топтался на месте. Он немного шмыгнул носом, но, учитывая сонное и изнемождённое состояние, держался достойно.
- Можете проходить, не стесняйтесь.
- ...Ох, сейчас, конечно. Прошу глубоко извинить, - парень хотел говорить дальше, но замолк, посчитав то лишним, и хвостиком поплёлся за хозяйкой.
Люси всё так же сидела у окошка в полудрёме, но, как только показался незнакомец, навострилась и отпрянула. Кто это? Почему его впустили? Почему посчитали, что он не опасен? Поджатые бледные губы и насупленный вид говорили сами за себя: «этот человек мне не нравится, уберите его отсюда, даже если я с ним не разговаривала».
Парню хватило её взгляда, поэтому он поёжился на этот раз не только от прохлады, садясь на край скамьи у стола.
Кухня и по совместительству столовая явно были перепланированы - слишком по-домашнему выглядели для общественного места. Хозяйка, намекая, что парень не обязан тут сидеть, сказала, где находится его девятая комната - на третьем этаже, справа от лестницы. Но он, мысленно отходя от неблагоприятной погоды или чего-то ещё и медленно приходя в себя, оставался, будто ожидая чего-то.
- Ну так откуда Вас занесло в нашу глубинку? - мягко проколола молчание старушка.
- ...Откуда? Мф!... Ну-у... - от многозначительного и укоряющего в нерешительности взора Люси парень поторопился затараторить хоть что-то, - Можно... можно считать, что из Центральной школы-интерната.
- Школа-интернат - это та самая, что у королевской резиденции? - Аная заставила помощницу отвернуться одним лишь тоном голоса. Это окончательно выдернуло Алана из транса, да так неожиданно, что тот поморщился, но говорил как раньше.
- Вы абсолютно правы, другой и нет в целом.
Но женщины переглянулись вновь: Аная с вопросом и лёгким, едва заметным напряжением, а Люси с упрямым недовольством. Потому что по путнику нельзя было сказать, что он похож на школьника. Внешне ему можно дать лет так двадцать пять, если не больше. Так и зачем уходить прямо в начале учебного года, если его внешность всё-таки обманывает разум?
Хозяйка остановила кресло-качалку.
- Для чего же Вы приехали сюда? Ах, это случаем не связано ли с недавними событиями из-за ОВИ? - в ответ на эту фразу Люси зашипела, сползая ближе к стене.
- М-м... предпочитаю не распространяться, но Вы снова правы. По большей части из-за них, - процедил Алан сквозь зубы от неприязни и лёгкой мелькающей в глазах паники, бегая взглядом по всему окружающему, но, несмотря на всё, держа спину так, будто в ней находился металлический стержень.
Аная не посмела поднять тему ещё раз, видя отторжение даже при упоминании отрядов. Старушка предположила, что и парень пострадал от их действий, а на больное давить неправильно, хоть разъяснить подробнее хотелось.
- С-снатяла доказ-зы, тьто ты не спион или не ис-с них, а то мало ли что з-затеваес. Выдас, где мы, и всем открутят головы, - гаркнула Люси, не принимая ни одного его слова за правду.
- ... - Алан не находил подходящих слов первое время, но, - мгх... ну, наверное, у ОВИ не было принято спокойно заходить, а...
- Люся! Ну ты же видишь, - человек слишком устал с дороги, чтоб с такими мудрёными просьбами лезть в позднюю ночь в такой ужасно грохочущий ливень. Не стоит впиваться как в последний кусок сахара, - перебила хозяйка путника, - ОВИ ушли отсюда неделю как.
- Это не ис-склютяет вос-смозность быть лазуттиком Эдуарда и то, тьто отряды вернутся! Я НЕ ХОТЮ З-ЗАКОНТИТЬ КАК ТВОЯ НЕВЕС-СТКА: С НОЗ-ЗОМ В С-СПИНЕ!
Аная вздохнула, покачав головой со сострадательным выражением лица. Опять какой-то чувствительный вопрос.
- Кхм... я понимаю... Ваше напряжение, мисс. Но, глядя со стороны, было бы крайне подло доносить на невиновных буквально... - слова мягкие, без корысти и лести, в то же время неуверенные, - ни в чём. Даже если бы мне пришлось быть членом отрядов внутреннего инспектирования, такую несправедливость совершать не дозволено никому. Даже обожаемым королям. Мне жаль, что я... приношу неудобства своим присутствием, но прошу лишь понять, что не у всех всё сладко в жизни.
Девушка всплеснула руками, недоумённо уставившись. «Вот как заговорил, гад образованный!» - потому что в народе никто не называл ОВИ такими словами. «Отряд внутреннего инспектирования», - мягко сказано!
- Да вс-сем вам с-справедливос-сть подавай, а с-сами ненавидите кого ни попадя, вот и косите работаюсий народ!
- Ну хватит! - встряла хозяйка, встав с места, - хватит. Люси, дорогая, неужели ты считаешь, что все вокруг - лживые бессовестные предатели? Не похож этот сентиментальный молодой человек на жестокого солдата-наёмника!
- Да ты их глаз-зами видела, с-старуха?! Они ис скуры вон полез-зут, тьтобы каздого достать!... - девушка начала язвить после оскорбления, - ах, конесно, ты зе при налёте этих ис-стребителей прячес-сся в свой "потайной" с-сырой подвал, пока они рас-сносят всё!
Путник ещё при первом крике заткнул уши. Слишком громко, от того и больно. Аная набрала полную, хоть - в силу роста - небольшую грудь воздуха, чтобы успокоиться. Это просто упёртость, сейчас не время для бесполезных нравоучений. Женщина обернулась к парню:
- Простите за шум, мы Вас не держим здесь, можете идти отдыхать. Постараемся не тревожить больше.
В ответ Алан кивнул, с неуклюжей прытью вылез из-за стола и чуть не ударился головой о дверной проём, шепча под нос: «спокойной ночи». Остался лишь навязчивый ритм живой природы.

***

Двадцать минут двенадцатого. Звонок с третьего урока разнёсся по школе. На втором этаже, где учился девятый класс, загудели голоса, поднялось неумолимое завывание. Староста открыла окна в кабинете и сказала выходить. Парни как обычно сопротивлялись, но, погрозив рассказать классному руководителю, девушка выставила их за дверь.
Удостоверившись, что в помещении никого не осталось, она попросила подругу последить за временем и маленькой командой бедламонаводчиков.
Староста как угорелая метнулась мимо кабинета гендиректора по лестнице. Перескакивая через ступеньку, мысленно она поздоровалась со своей фотографией на доске почёта - и, мельком глянув в сторону долговязого дежурного одиннадцатиклассника, отдёрнула руку. Убедилась, что он смотрит в другую сторону, показала средний палец. Девушка резво тряхнула русой карешкой с соломенно-рыжими прядями и сиганула за угол от вахты при главном входе в сторону спортзала.
Шедшая навстречу учительница второй группы английского языка чуть не встретилась с девятиклассницей лбом, но отделалась лишь разбросанными тетрадями. Не поднимая взгляда, девушка собрала всё в ровную стопочку и пропала за дверью раздевалки.
Каморка вмещала в себя два шкафа по бокам, низкий диван напротив входа и окно за ним. Тесно, но в середине учебного дня никого из старшего и среднего звеньев и духу не было.
Толкнув наполовину сломанную дверцу-купе, старшеклассница чуть ли не с головой нырнула в гардероб, перегребая всё, что попадалось под руки: обувь, кофты, мешки со спортивной одеждой. После разгрома из вещей получилось чёрти что и сбоку бантик из чьих-то выдернутых шнурков. Но это был не результат действия, а только последствия.
- Ёк-макарёк, Аква, что тут происходит?!
Ровно за спину девушки бесшумно скользнул Горошек - её одноклассник, небольшого роста смугловатый паренёк с каштановыми непривычно заглаженными волосами. Наверное, он сбежал вслед за старостой, потому что в коридорном столпотворении в мобильные игры спокойно не поиграть.
- Ой, Господи ты боже мой! - девушка инстинктивно отскочила в сторону, оборонительно вскинув руки и прикрывая ими лицо, - не пугай так! Я... телефон где-то посеяла. Вот, ищу. Пока неудачно, - и снова сунулась в шкаф ворошить что ни попадя.
- А-а... понятненько, - коротко хмыкнул Горох, не будучи поражённым трагичностью.
- Рада, что Вы умеете понимать, это полезный навык, - протяжно произнесла Аква на автомате, но тон скачком задорно переменился, - опаньки, потеряшка, вот ты где!
Мобильник завалился в щёлку между стенкой и плохо закреплённой полкой. Староста, пыхтя, надменно сквернословя с самой собой, всё-таки вытащила трофей, усердно потёрла экран о подол тёмно-синего платья и, выполнив дело, ради которого пришла, почти вышнырнула из раздевалки.
- Куда это ты? А последствия убрать? - Горошек патетично ткнул пальцем в развороченные вещи, будто заодно держал череп Йорика.
- Да сами после уроков разгребём! - Аква пыталась отмахнуться. Никто не догадается, кто натворил кавардак - впереди четыре урока. Если, конечно, Горох не разболтает. А он может.
Парень фыркнул ей в спину и нагнулся, стараясь не задеть то, что ещё висело в шкафу.
- Аргумент, конечно, аргументистый, но девочки... девочки однозначно из-за этого вот всего пойдут искать виноватых, - Горох с досадной горечью насупился, не высовывая носа из-за дверцы-купе, - не знаю, как ты, но я не горю желанием под горячую руку правосудия попасть!
Горох жутко нехотя махнул рукой и сам стал распутывать клубок самостоятельно.
Аква обернулась с двояким выражением лица: ей не хотелось это делать, но одноклассник всё-таки задел гадкую химеру-совесть. Может, кто сделал, не заметят, но чудо-юдо-винегрет останется в поле зрения находящегося в гардеробе. А единственно видимая возможность сбежать без упрёков растворялась в тумане с каждым новым словом.
- Ладно, давай я тоже...
- Поздно, - ответил он, - вскрытие показало, что пациент умер. От вскрытия.
- Кхм... о чём спорим?
В дверях появилась Юка́ - девушка едва с Горошка ростом, со светлой косой, аккуратным личиком и, как обычно, слегка неуверенным тоном, но с лёгким оттенком родного ей сарказма.
Все трое переглянулись, поочерёдно бликуя друг другу в глаза стёклами очков.
- О сложных морально-нравственных дилеммах, - отшутилась Аква, припоминая недочитанные «Три товарища» Ремарка, - Патриция Хольман решила не рассказывать Робби о туберкулёзе.
- Чего? - Горох озадаченно похлопал ресницами, разгибаясь в полный рост. Юка решила тактично промолчать, одобрительно кивая.
Но, не дослушав ответ Аквы, краем глаза парень зацепился за что-то в нижнем ящике.
- Минуточку, а это и должно здесь лежать...?
- Что там? - Аква вытянулась вперёд, приглядываясь к насыщенной темноте и согнув колени для удобства. Юка примостилась рядом с подругой.
- Пыль есть, это точно, - вставила та, - была, есть и будет.
Парень извернулся между девочками, встал на колени и на ощупь что-то искал, так как чтобы глянуть в какую сторону двигаться, надо было лечь на пол, а он не самый чистый. Но Аква всё равно включила фонарик на телефоне, стараясь направить Гороха: «Левее. Теперь правее. Чуть-чуть. Ну не так же сильно!».
Десяток секунд манипуляций, и перед глазами оказались... три игральные карты. Оформление было непривычное: вычурные цифры и значки мастей, заломы, пёстрая рубашка. И, видимо, их часто брали в руки, судя по пятнам от пальцев, царапинам и одному оторванному уголку.
Но какой гений додумался принести в школу это, зная, что за азартные игры могут к директору отправить, а там и до вылета недалеко?
- Опа, какие новости... может убрать их? Тогда на нас опять подумают... Или там выбросить? В ведро. Ещё перспективнее для вылета. Не надо нам такого счастья, лучше сразу сжечь, - Аква урвала себе одну, четыре бубен без угла, - или... или найти хозяина и отдать. Но, если искать, то где? А может это наших? Да́ми носила карты, мы с ней даже в дурака умудрялись играть на переменах...
Горошек, без слов почёсывая затылок, схватил себе тоже - шесть червей.
Юка подняла с пола находку, по текстуре и цвету напоминающую средневековый пергамент, чтобы разглядеть получше. У неё в руках - пять треф.
- Такие карты выпускали давно, а, возможно, рисовали вручную. Может быть, если взять по одной, никто и не подумает, что мы играть собрались?
- Хм... А это мысль.
Горох хотел что-то вставить, но...

Разнёсся светозвуковой «БАБАХ!»
Будто оглушительно взорвался воздушный шарик.
Не лопнул, а именно рванул.
И свет яркий.
Как от прожектора.
Vita difficilior fiet cum tempore.²

***

Что ни говори, а тишина бывает разная: гудящая, колючая, спокойная, даже душащая, если очень постараться над контекстом. Хотя, долго разглагольствуя, словить её не получится. Да и совершенное молчание разве встретишь? Даже дыхание - какой-никакой звук.
Окно запотело от горячего выдоха, но вернуло свою прозрачность сразу, как манжета белой блузки пару раз скользнула с характерным скрипом. И что-то всё равно нечисто.
С коротким недовольным рычанием Люси уткнулась носом в стол: дома подозрительный элемент, ливень грохотал полночи, выспаться не удалось. Лицо укрыли длинные голубые рассыпчатые волосы, ещё не собранные в косу.
Аная неторопливо копошилась у плиты. Теперь надо готовить на троих, значит, всё имеющееся пересчитать... Хватить запасов должно было на месяц. Или больше. Или меньше. Насколько? Ой, у неё всегда проблемы с рассчётами времени.
- Анаенька! Аная! Тута ЧП!
Бамс! С грохотом распахнув дверь, в помещение метнулся мужчина средних лет. Тёмно-изумрудные волосы всклокочены - видимо, он только что встал, - землянистого оттенка ветровка, небрежно накинутая на одно плечо, болталась в воздухе, не выполняя своей прямой задачи и оголяя обгоревшие широкие плечи. После пробежки слегка задралась его рыжая майка.
Не успела хозяйка обернуться, а Люси уже зашипела:
- Три́ро, ес-сли это опять твои пьяные галлютсынатсыи, то я тебя лит'но помелом выдворю!
- Да... Да я... - его глаза вспыхнули негодованием, - клянусь величием Жаклина Первопроходца, я ж трезвее стёклышка! Шкеты, - он обернулся ко входной двери, - подь сюды!
И кто же перед нами? Ой, здравствуйте! Первой показалась Аква, держащая руки в защитной позе и пытливо глядевшая на всё вокруг. С непонятки и беготни аритмично колотилось сердце, отдавая пульсом в шею и голову. Хвостиком высунулась растрёпанная Юка, заглаживая повылезавшие пряди. Ещё чуть позже показался Горошек, крепко держащийся за поясную сумку, будто намереваясь швырнуть что-то из неё. Или её саму в крайнем случае.
- Вот... не тутошние, насколько смекнул из их стрекотни, - мужчина опёрся на дверной косяк, неглядя расправляя грубыми движениями одежду, - потому что откровенную пургу несут! А я жежь с тремя такими-сякими здоровенными лбами не управлюся, мне-то одного Ролана хватает... - Триро примолк и поник, печально опустив обычно хитро прищуренные глаза, - ... была бы тута Белла, жёнушка моя, как раньше. Без неё-то-...
- Давайте-ка не будем о грустном, - перебила Аная, не позволяя мужчине уйти в рассуждения, - раз ты пришёл по делу, то будем его решать, - женщина обратилась к подросткам, - проходите, мы не кусаемся.
Люси подняла голову и, дунув, чтобы убрать чёлку и посмотреть на беспорядочно мечущихся детей, зашептала себе под нос:
- Могла бы пос-спорить... - она отвернулась, завязывая волосы в низкий хвост.
Горох взвыл:
- Так где мы?!
Юка, выглянув из-за плеча парня, но не приближаясь сильно, потому что рядом с Триро пахло перегаром, невинно выдала:
- Мы всё ещё в своих телах. А вот где они - это другой вопрос.
- Юк, без шуток, пожалуйста, не до этого сейчас, - отозвалась одноклассница, потирая встревоженно дрожащие ладони.
Стоило бы им обернуться, как из холла сзади повиднелось уже знакомое нам, но не им лицо. Слегка сонное, но светящиеся глаза точно фокусировались на ещё одних новоприбывших.
- Вы... вы находитесь на северо-западе Первого центрального купола, - нерасторопно, сонно протянул парень, высунувшись на свет, - мгх...
Легко взметнувшийся жест рукой явно намекал на то, чтобы продолжили вместо него. Подростки как один испуганно отпрянули от высоченной фигуры - больше самой Аквы в половину головы минимум. Триро охнул от удивления, но спохватился.
- ...город Ломасфренкодэ́! А Вы-то, извиняюсь...?
- Я? Алан... колоды Нечитайло. М-м, прибыл вчера... - парень сунулся в угол, вероятно, чтобы не напрягать присутствием, - не ставил себе в цели вас пугать. Кажется, слишком тихо подкрался. Прошу простить за вторжение, - он смущённо выдавил улыбку.
«Лома-... Что? Какой купол? Ничего не понимаю! Говорят по-русски, значит, находимся где-то в СНГ. Но видок конечно у них...» - Аква мысленно перечислила: волосы одного мужика, парня, младшей хозяйки, одежда у всех повседневная, едва ли не домашняя, судя по заношенности.
- Полушарие, может быть, Вы имеете ввиду? - девушка сунулась чуть-чуть вперёд, мигая чёрными глазами, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение словам.
- Купол есть купол, - настаивала Аная, положив руки на стол и начиная выводить пальцами схемку, - Первый, самый просторный, посередине. Вокруг, вот, другие восемь...
- Что?! - Горох схватился за голову. У него было туго с географией, но не настолько, чтобы верить, - кто тут ещё пургу несёт?! Да это!... - паренёк замахал руками, пытаясь подобрать слова, но ничего путного он выдавить из себя не смог, только возмущённое беспорядочное вскрикивание.
- Ну-ну, хороший розыгрыш, - Юка махнула головой в сторону хозяйки, будто вновь отшучиваясь.
Аная, растерявшись, посмотрела на соседа, неловко закатывая рукава белой блузки. Триро недоумённо метался глазами между подростками и хозяйкой. Туда-сюда, туда-сюда.
Алан удивлённо наблюдал из своего угла, выпрямив спину, будто опять воткнули штык, и постукивая пальцами по собственному плечу, скрестив руки. Что-то здесь нечисто. Нет, такого не бывает.
- Вы из Пустоты что ли? - женщина уже не знала, что предположить, раз её не понимали.
- Эм... Да нет вроде, - Аква пожала плечами, стараясь держать и лицо, и паникующего Горошка, - жили у себя в городе, никого не трогали, а тут бац! И вот. Здравствуйте.
- ... Неловко прерывать, но... м-м... есть вопрос, - Алан отвёл глаза и, не позволяя себе смотреть на девятиклассников, но наклонившись чуть ближе, зашептал, - вы вообще знаете, что такое «Карточный мир»? Или «человеческий»?
Аква покосилась на Юку с досадой и короткой мыслью «нифига не СНГ, ясно», Юка на Акву, Горох на потолок, потом на всех остальных, на пол, ну и в целом везде, ища хоть маленькую зацепочку для ответа, но наклянчивалось только простое «нет». Он даже сумку ощупал - пусто. Трое помотали головой. А, ещё Триро глядел без какого-либо намёка на понимание всех этих слов.
- Вот, м-м... а если бы они были оттуда, то знали и о Карточном мире, и... и о том, - Алан очень сдержанно, но абстрактно махнул куда-то вверх, - потому что в Пустоте оказываются те, кто... кто ещё будет выходить к своему создателю туда.
- Но тогда кто же они? - протянула Аная, заправляя жемчужно-жёлтые волосы за ухо, - если были просто создались, вот, как мы, то явились бы крохотными младенцами по такой логике.
- Люди, - предположила Юка.
- Сыз-зофреники, больные на голову или с-солдаты ОВИ! - взъелась сидящая рядом Люси и подскочила из-за стола, - не бывает такого, тьтобы ис-с ниоткуда тьто-то бралос-сь без ус-силий! Тьто, было «не было», а с-стало «ес-сть»? Да они из с-себя з-зертв кортят! - девушка стучала кулаком каждый раз, как вскрикивала. Ей хватило одного человека ночью, так вот, ещё троица. Чего от них ожидать?
- Ну раз мы солдаты, то вы будете все поголовно депутатами там всякими! - предложила Аква, поджав губы и уставившись на Люси.
- Сейчас не время для ругани! Единственное ясно, что это что-то сверхъестественное... - Алан понял, что сказал это слишком громко для нынешней обстановки и слегка замялся, снова уперевшись спиной в стену, - возможно, м-м... аномалии, связанные с нестабильным состоянием правителя.
- Таки всякая паранормальщина происходит, ежели правитель это ж... копыта откидывает, не? - настороженно бросил Триро, не будучи уверенным в словах.
- Да, да, и в таких случаях тоже... но всё ещё зависит от обстоятельств. Да и в целом, это сложно объяснить без учебника, увы, - другой тараторил, будто оправдываясь.
Подростки медленно расступились. Потенциально опасности больше не ощущалось.
Алан решил напрашивающуюся на ум проблему, высунулся из угла и, барабаня нервный ритм, заговорил:
- ...Я заплачу́ за всех них. Пока не разберёмся, особенно в такие времена, как сейчас, но, - он обратился к троице, - вы должны... мне кое-что пообещать. Ради вашей же безопасности.
Аква с Горошком переглянулись, мысленно обсуждая то, стоит ли доверять незнакомцу. С чего такая честь? Хотя, несмотря на нестандартный внешний вид, Алан и вправду внушал доверие. Что зажатый человек может сделать?
Юка, тихонечко вздохнув, закивала головой, но жест обозначал не слепое согласие, а то, что его условия услышат.
- Послушайте... здесь опасно говорить, откуда вы. Местный народ... может не понять, - Алан кивнул в сторону Люси, без слов приводя её в пример, - если кто-то ещё узнает - вас начнут кошмарно бояться, а стоящие у... власти, - парень, поморщившись, заставил себя это говорить, - могут решить, что вы... м-м. Угроза. Я попробую помочь, но пока, - душевно прошу, не упоминайте, что вы не отсюда. Из того мира. Хотя бы до тех пор, как найдётся даже... даже минимальная информация о произошедшем. Вот... это только между нами семью, - он указал на всех присутствующих.
- Ладно, сидим, не рыпаемся... - с лязгом растерянности проговорил Горошек, выбравшись из захвата одноклассницы.
- Очаровательно. Трое могут хранить тайну только если двое из них мертвы, - процитировала Аква, виновато отвернувшись и считая, за сколько времени она проболтается.
- Вот-вот. И ещё хорошо, что не восьмью, а то чётное число - к смерти.
На Юку косо посмотрели все: Аная с неодобрением, Триро и Горох просто удивлённо, Алан слегка нахмурившись, не оценив, Аква постаралась припомнить, откуда одноклассница могла это взять. Хотя Люси идея зашла, она даже довольно хмыкнула.
- Что? Есть же традиция на могилы чётное количество цветов приносить. Ну, вот тут логика такая же, кхм, - девушка натянуто ухмыльнулась, поправила сползшие очки и скрестила руки на груди для вида неприступности.

В скором времени подростков расселили: девочки вместе поделили комнату номер 12 на мансарде, Горох же занял этажом ниже номер 10 - самую большую, рассчитанную на четырёх-пятерых человек. Не без споров, конечно. Парень предлагал Акве жить вместе, но та отказалась, повторяя «девочки с девочками, мальчики с мальчиками» и довольно лыбясь, когда получила поддержку от старших. К тому же с Юкой было спокойнее.

＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊
Прим. 1. Гратьесель (грат) - монета номиналом 100 брисс [местная валюта], равен ~100.000 рублей.

Прим. 2. «Со временем жизнь станет еще сложнее», - перевод первой строчки стихотворения «Жизнь становится труднее каждый час» из «Фёдор на 9»

[Отчёт - 4070 слов; последняя редакция 21.02.2026]