Глава 15 . Тёплый зимний день
За окном снег постепенно ложился мягким белым ковром, и свет фонарей отражался на мокрых тротуарах, придавая городу нереальную, почти сказочную мягкость. В квартире было тепло — и это тепло исходило не от батарей.
Ханна сидела на диване, держа кружку чая в руках. Руки всё ещё дрожали, но на губах появилась легкая улыбка. Ференс сидел рядом, слегка наклонившись к ней, и тихо читал что-то на планшете, проверяя факты по их вчерашнему плану действий.
— Ты почти не спал, — сказала Ханна, мягко глядя на него.
— Ты тоже, — ответил он, не отрывая взгляда. — Да и некогда мне. Я здесь, чтобы помочь.
Он протянул руку, осторожно коснувшись её пальцев. Ханна почувствовала тепло и уверенность — впервые за долгое время. Это касание было без давления, без страха, просто поддержка и забота.
— Ференс... — её голос дрожал, но не от страха. — Спасибо, что остался.
Он улыбнулся, улыбка была мягкой, почти детской. Ханна почувствовала, как что-то внутри неё открылось. Она наклонилась ближе, и он сам подхватил движение, их лбы коснулись.
— Ты можешь доверять мне, Ханна, — сказал он тихо. — Всё будет хорошо.
Она кивнула, позволив себе расслабиться. Сердце билось быстрее, но не от страха — от ощущения близости, от того, что рядом человек, которому можно открыть душу и быть собой.
Он обнял её, обхватив плечи и притянув к себе. Ханна оперлась головой на его грудь, чувствуя ритм сердца. Тепло, забота, безопасность — это было ощущение, которое не знала долгое время.
— Я боюсь... — прошептала она. — Но с тобой мне легче.
Ференс сжал её чуть крепче:
— Страх есть, и это нормально. Но я не уйду. Ты не одна.
Ханна закрыла глаза и впервые позволила себе не думать о Хартманне, о ночных визитах, о сломанных нервах. Здесь и сейчас была только его забота, этот взгляд, этот голос.
Он осторожно склонился и поцеловал её в висок, потом в лоб. Ханна дернулась, потом улыбнулась, прижимаясь ближе. Это был первый искренний момент, когда страх и тревога уступили место доверию и теплу.
— Я не знаю, как это получится... — тихо сказала она.
— Мы разберёмся вместе, — уверенно сказал Ференс. — И не важно, что впереди. Главное, что мы вдвоём.
Они сидели так долго, пока снег за окном не стал казаться мягким покрывалом, укрывающим мир от всего жестокого. Тепло, объятия, искренность, первые поцелуи — это стало их маленькой победой, маленьким островком нормальности в хаосе, который устроил Хартманн.
Ханна впервые за долгое время почувствовала, что может дышать без страха. А Ференс почувствовал, что готов на всё, чтобы эта девушка, с её смелостью и внутренней силой, была в безопасности — и чтобы между ними была не только борьба за контроль, но и настоящее чувство.
И пока они держались друг за друга, за окнами уже сгущалась тьма — и Хартманн наблюдал, готовя следующий ход.