В РУКАХ ДЕМОНА|+18

«Я готов принять пулю за тебя.
Но не от тебя»

Middle of the night - автора песни не знаю.

Внезапно телефон Эдмунда зазвонил. Эдмунд, неохотно отстранившись от Дианы, поднялся с места и, достал телефон из кармана, принял звонок.

Эдмунд закончил разговор и, положив телефон в карман, повернулся к Диане. Его лицо было серьёзным. На мгновение он задержал на ней взгляд, а затем отвёл его, словно что-то решая. После этого Эдмунд начал спокойно осматривать спальню Дианы, его взгляд плавно скользил по комнате

Его взгляд зацепился за гитару, стоящую в углу комнаты. Он на мгновение замер, словно удивлённый своим открытием. Затем, повернувшись к Диане, он спросил, его голос звучал удивлённо и немного растерянно: — Ангел, ты играешь на гитаре?

— Нет, — ответила Диана, её взгляд тоже остановился на красивой чёрной гитаре, стоящей в углу. Она немного подумала, скрестив руки на груди. — Это гитара Данте. Он оставил её здесь на время, скоро должен забрать.

Эдмунд кивнул. Он подошёл к гитаре, его движения были плавными и неторопливыми. — Могу я посмотреть? — он ещё раз взглянул на Диану, получив её одобрительный кивок. Взяв гитару в руки, он с осторожностью и уважением проверил её строй. Затем, усевшись в мягкое кресло, он начал легко перебирать струны, извлекая из инструмента тихие, мелодичные звуки.

— Я не знала, что ты играешь... — Диана сказала это тихо, её голос был полн удивления. Она была приятно удивлена этим неожиданным открытием.

— Да, я ведь тебе этого никогда не рассказывал, — Эдмунд улыбнулся, его улыбка была тёплой и искренней. — Я никогда не играл никому... Ты первая. — Его слова звучали искренне и трогательно.

Он начал играть медленную мелодию, его пальцы легко скользили по струнам, извлекая из гитары мягкие, плавные звуки. Его голос, тихий и мелодичный, присоединился к музыке, создавая гармоничное и красивое звучание. На удивление Дианы, у Эдмунда был очень приятный тембр голоса, он петь действительно красиво. Заворожённая этим моментом, Диана задержала дыхание, не в силах оторвать взгляд от него и не в силах пошевелиться, настолько это было красиво.

Через пару секунд он остановился, его пальцы замерли на струнах. Тишина наполнила воздух, прежде чем Диана тихо сказала:

— Это превосходно, — её голос был полн искреннего восхищения.

Эдмунд улыбнулся, его глаза сверкнули. — Рад, что тебе понравилось, мой ангел, — он аккуратно положил гитару на прежнее место.

— Почему ты никогда не говорил об этом? — спросила Диана, её голос звучал задумчиво.

— Потому что отец был против музыки, — Эдмунд вздохнул, его улыбка исчезла. — Он говорил, что музыка и пение — для слабаков.

— Ты губишь такой талант... тем что скрываешь его от всех— Диана сказала это тихо, в её голосе слышалось сожаление.

— Нет, музыка и впрямь не по мне, — Эдмунд пожал плечами, его взгляд был серьёзным. — Куда мне? Глава мафии — музыкант... Это ведь позорище. — Его слова были твёрдыми, в них не было сомнения.

— Зря ты так... — Диана сказала это тихо, её голос выражал несогласие.

— Но это не мешает мне играть только для тебя. Разве этого мало? — Эдмунд спросил это мягко, его взгляд был наполнен теплом и нежностью. Он смотрел на Диану так, что она не могла усомниться в его искренности.

— Этого вполне достаточно, — Диана смиренно выдохнула, её улыбка была теплой и довольной. Она была счастлива от того, что Эдмунд поделился с ней своим талантом.

— Кто тебе звонил? — Диана спросила это спокойно, но в её голосе слышалось легкое любопытство.

Эдмунд поднял глаза, его взгляд был серьёзным. — Не важно, — ответил он, сразу сменив тему. — Ложись спать, уже довольно поздно. Тебе ведь ещё на работу утром.

После слова «работа» лицо Дианы померкло, и Эдмунд сразу заметил это изменение в её выражении. — Что такое? Что-то случилось в больнице?

— Нет, там всё нормально. Просто я хочу уйти оттуда, — Диана сказала это тихо, её голос был спокойным, но в нём слышалась некоторая грусть.

— Но... почему? — Эдмунд спросил с нескрываемым интересом.

— После того случая... что-то сломалось во мне, — Диана замолчала, словно не в силах найти нужные слова, чтобы выразить свои чувства.

Лицо Эдмунда посерьезнело, его черты застыли в маске невозмутимости, но в его глазах мелькнуло что-то глубокое и болезненное. Он вспомнил звонок, сообщение о гибели своего брата. Эта новость была ещё свежа в его памяти, а боль от потери была ещё острой. Сердце его предательски кольнуло. Боль растекалась по всему телу , словно яд змеи текущий по венам. Но он держался камнем, словно он уже переборол эту боль. Но нет. Раны были все такие же свежие и открытые. И эта ее фраза была жестоко посыпана солью ему на рану.

Диана опустилась на край кровати, её плечи опустились, и она тихо прошептала: — Прости... прости меня... — Слезы потекли по её лицу, словно прорывая плотину сдерживаемых эмоций.

Он не сдвинулся с места , как сидел на этом кресле , так и сидел. Эдмунд уже давно простил ей это, он знал что она как врач делала все что бы Фаб выжил, и возможно его смерть была предначертанной Богом. Но это не успокаивало сердце. Все это время он пытался смириться со смертью , пытался отпустить , и думал что отпустил , думал что может жить дальше. Но как только она напомнила ему о том роковом дне. Эдмунд ушел в себя. Он смотрел в одну точку , слушая как девушка закрывшись ладонями в лицо , тихо плачет. Но он не мог позволить себе подняться с этого чертового кресла , он словно стал статуей не умеющий двигаться , и говорить.

— Ты думаешь, что я отпустил его? — Эдмунд спросил это тихо, его голос был спокойным, но в нём слышалась глубокая боль. В этой простой фразе скрывалось много невысказанного.

Диана подняла голову, её взгляд был направлен на Эдмунда, она ждала продолжения.

Он отрицательно покачал головой, его взгляд был устремлён в одну точку, словно он видел что-то далёкое и болезненное. — Нет. Чёрт возьми. Я не отпустил. Не отпустил Фабио. И не отпустил тот гребаный день. — Его слова были твёрдыми, но в них слышалась невыносимая боль потери.

— Моя боль такая же большая, как и в тот день, — Эдмунд сказал это спокойно, но в его голосе слышалась такая глубокая боль, что у Дианы сжалось сердце. Его слова были простыми, но в них скрывалась целая пропасть невыразимого горя.

— Я правда делала всё, что могла... — Диана прошептала, её голос был едва слышен, слова вырывались с трудом.

— Я знаю, Диана, — Эдмунд ответил спокойно, но его голос был глубок — Но это его не вернуло. Его простые слова были полны горькой правды.

— Это так... — Диана кивнула, её взгляд был опущен, она чувствовала себя беспомощной. Она не знала, как ему помочь, как его поддержать, и её мучила тяжёлая вина за то, что она вообще затронула эту болезненную тему, напомнив ему о его невыносимой боли. Она чувствовала себя паршиво, и ей было искренне жаль, что она вообще что-то сказала.

Эдмунд поднялся с кресла, его движения были плавными и спокойными, но в них чувствовалась определённая решимость. Диана тоже поднялась, слегка пошатываясь. Он подошёл к ней, и она подняла на него взгляд, ожидая его слов.

— Диана, ложись спать, — Эдмунд сказал это мягко. — Я буду в гостиной. Чтобы тебе было не страшно.

Диана коротко кивнула.

Эдмунд направился к двери, его фигура была стройной и силуэтной в полумраке комнаты. Диана проводила его взглядом, её сердце было наполнено сложной смесью чувств — тревогой, сочувствием и нежностью.

Слезы продолжали течь по её лицу, оставляя блестящие дорожки на щеках. Но Диана сделала усилие над собой, вытерла их, стараясь сдержать свою боль. Однако чувство подавлености осталось, тяжёлым грузом легло на её душу. С тяжелым вздохом она улеглась в постель, но сон не шёл, мысли беспорядочно кружились в её голове.

Но, приложив большие усилия, Диана, наконец, уснула, её дыхание стало ровным и спокойным. Сон пришёл к ней как долгожданное успокоение.

Двадцать минут прошло в тишине, лишь изредка нарушаемой тихим тиканьем часов. Эдмунд сидел на диване, его фигура была неподвижной, взгляд устремлён в одну точку, а мысли бушевали в его голове, словно шторм в открытом море.

Внезапно, словно очнувшись от своих мыслей, Эдмунд поднялся с дивана. Его движения были медленными и неторопливыми. Он направился к комнате Дианы и, аккуратно отворив дверь, заглянул внутрь. В полумраке комнаты он увидел Диану, спокойно спящую в своей кровати, её дыхание было ровным и глубоким. Тихое сопение было единственным звуком в комнате.

Он медленно подошёл к её кровати, наклонившись, чтобы увидеть её лучше. Аккуратно подоткнув одеяло, чтобы укрыть её от холода, он нежно поцеловал Диану в лоб, ощущая тепло её кожи. Этот простой жест был полон заботы и любви, и, сделав его, Эдмунд почувствовал, как 20 минут его сердце которое билось болью , внезапно стало наполнятся спокойствием.

— Прости меня, ангел, я такой идиот... — прошептал Эдмунд, его голос был полн раскаяния. — Обещаю, что всегда буду рядом с тобой, малышка... И не сделаю тебе больно... — Он нежно провёл рукой по её длинным волосам, ощущая их мягкость. Ещё раз коснувшись губами её виска, он на мгновение замер, словно боясь нарушить хрупкую тишину и спокойствие, которое наконец наступило.

как вам глава, дорогие читатели?📖

тгканал: Ваш светлый писатель🤍📖

и жду вас в своем instagram:sevinchzeynalova06