Глава 3. Моя маленькая Незнакомка.
Итан
Темнота. Полная темнота. Я лежал на кровати и смотрел в потолок. Но не в него. В её лицо. Лицо, которое ещё не знаю. Ещё не знаю имени.
Как тебя зовут, моя Незнакомка? - шептал я.
Заклинание. Мантра. Что угодно. Сердце бешено стучит,дыхание прерывистое, руки сжимают одеяло. Я уже не дышу нормально.Мысли о ней - словно тьма, которая ест меня изнутри.
Пэгги тихо зашла. Она чувствовала меня, как всегда. Я её люблю. Как мать.
— Итан... ты проспал весь день! - голос мягкий, заботливый.
— Ммм... - я притворился сонным.
Я тренировался... в искусстве лежания. Высший уровень.
— Чаю? Или просто поговорим? - она села на край кровати, осторожно, чтобы не тревожить меня.
— Хотя, может, подушка для тебя лучше - сказала она,с ноткой обиды.
Я замялся. Подушка - лучший слушатель. Но сегодня она не поможет.
— Я... - начал я, не зная, как объяснить одержимость, которая пожирала меня изнутри.
— Я должен убедиться, что с ней всё в порядке.
— С кем? - Пэгги наклонилась, словно заглядывая в душу.
— Девушка... Та, которую я сбил вчера вечером.
Я проглотил ком в горле.
— В больнице. Я хочу знать, как она.
Пэгги тяжело вздохнула.
— Итан... будь осторожен. Не делай ничего необдуманного.
Я кивнул. Стук сердца заглушает всё. Она ушла. Тьма. И я не могу сидеть сложа руки.
Я взял в руки телефон и решил задать цветы. Самые белые,как напоминание о ее чистоте и моей одержимости. Попросил добавить записку : «Моей маленькой Незнакомке». Имя указывать не стал - пусть будет маленькой тайной. Мне нужно хоть что-то, что напомнит ей о том, что я рядом и никуда не исчез.
Время тянулось медленно. Я взял ключи от машины и на автопилоте поехал к больнице. Зачем? Я не знаю. Я просто хотел побыть рядом с ней хотя-бы так.
Я ехал,думая о каждом ее вздохе,о каждом дне,который она провела без меня. Если с ней что-то случится - убью судя сам. Закон ведь разрешает?
Я подъехал. Ветер гудел в ушах,но мысли в моей голове были громче. Она там. Одна. Совсем одна. И я даже не могу зайти к ней. Или могу? Никому же не обязательно об этом знать. Я одернул себя от этой мысли. Ещё не время.
Я проверял свой телефон каждые 10 секунд. Как будто у нее должен появиться мой номер волшебным образом. Паника ,одержимость и страх - все переплелось в клубок. Я должен уехать ,пока не натворил глупостей.
— Я больше не смогу ее отпустить. Никогда ... - прошептал я сам себе.
Я возвращаюсь к машине. Не могу завести двигатель. Внутри бушует шторм: вина, желание, страх, одержимость. Всё тянет обратно к её палате, в её мир, где мне не разрешено быть.
Сажусь, закрываю глаза. Представляю, как она видит цветы и улыбается. Хотя её улыбка может быть не для меня. Я часть этого - её и моего собственного безумия.
И да, я, возможно, выгляжу как сумасшедший. Но кто считает, когда на кону сердце?
Ава
Я открыла глаза и снова почувствовала резкий запах больницы. Холодный, стерильный, почти режущий - он заставил меня напрячься, хотя движение давалось с трудом. Каждый вдох отзывался в груди, боль отдавалась в ребрах, и я осторожно дышала, стараясь не вызвать новую волну боли. Правой ногой почти невозможно было пошевелить, и я поняла, что любая попытка сесть или повернуться - бессмысленна.
Мир вокруг был размытым: белый потолок, лампа над кроватью, прикроватная тумбочка... и на ней - букет белых роз. Я медленно подняла взгляд и заметила записку: «Моей маленькой Незнакомке». Сердце дрогнуло. Странно, но тепло разлилось в груди. Маленькая Незнакомка? Кто... кто это?
— Ну, привет, незнакомка, - пробормотала я себе, потому что явно нужно шутить, чтобы не сойти с ума.
— И кто ты такой, чтобы так меня озадачивать?
Воспоминания об аварии приходили обрывками: свет фар, удар, металлический скрежет и голос мужчины - глубокий, мягкий, спокойный. Голос, который казался безопасным, хотя я едва понимала, что происходит. Теперь, лежа здесь, в чужой палате, я ощущала тревогу и одновременно странное доверие к этому незнакомцу.
— Мисс, вы проснулись? - голос врача прорезал мои мысли.
— Да... хмм... живу, вроде, - пробормотала я с сарказмом, хотя лицо горело от боли.
— Хорошо. Вы хотите, чтобы я что-то принес?
— Могу попросить мороженое? Или ещё слишком рано для десерта?
Он слегка улыбнулся, покачал головой.
—Давайте начнём с воды, мисс. Мороженое оставим на потом.
Четыре недели. Четыре долгие недели восстановления. Четыре недели без возможности встать, без телефона, который остался на месте аварии. Я пыталась двигаться, но боль в ребрах и ноге напоминала: "Не мечтай о подвигах, даже если захочешь показать себя героем."
Я осторожно дотянулась до цветов. Лепестки мягкие, почти бархатные, с едва уловимым ароматом. Мне захотелось улыбнуться, но губы были сухие, тело слишком уязвимо. И всё же эти цветы говорили что-то важное - кто-то заботится обо мне, кто-то наблюдает, хотя я не знаю его.
— Ну что, маленькая Незнакомка, - пробормотала я снова, — пора бы уже сказать спасибо, а? Но кому? Кто ты? Мистер «Я сбил девушку, но оставил розы»?
Мысли возвращались к нему. К голосу, который был рядом в хаосе аварии. Почему я помню его голос так ясно? Почему запись «Моей маленькой Незнакомке» вызывает одновременно тревогу и любопытство?
Я закрыла глаза, стараясь глубоко вдохнуть, но дыхание отзывалось болью. И всё же ощущение странного тепла оставалось. Как будто кто-то наблюдает, заботится, но остаётся невидимкой.
— Мисс, как вы себя чувствуете? - голос медсестры был тихим и осторожным.
— Как будто меня катапультировали через Нью-Йорк... и я проиграла, - ответила я с лёгкой усмешкой, хотя внутри дрожал страх.
— Ага, звучит тяжело. Постарайтесь просто дышать и не делать героических попыток встать.
Я позволила себе улыбнуться, едва заметно, но сердце всё равно сжалось. Четыре недели впереди, медленный, чужой мир, но кто-то оставил знак заботы. И я знала, что мои мысли будут возвращаться к нему снова и снова.
Кто он? Почему оставил розы? Почему я не могу перестать думать о его голосе?
Я снова закрыла глаза, чувствуя тяжесть тела и боль в ребрах. И в то же время - странное тепло в груди. Мир медленный и чужой, но кто-то, хоть и невидимый, оставил здесь знак заботы. И это делало каждый вдох чуть легче, хоть и не переставало быть тревожным.