Когда она улыбнулась

ВИКТОР

Ну и дубак... Вроде в машине сижу, а ощущение, что крыши над головой нет.
Поворачиваю в указанный в навигаторе двор и замедляюсь в поисках свободного парковочного места, которое находится в паре метров от нужного подъезда.
Беру свою небольшую сумку и бодро шагаю к ней.
- Добрый вечер, соседка! - улыбаюсь я ей, но не встречаю в ее взгляде ничего даже близко напоминающего радость.
- Ну наконец-то, - выдыхает она мне пар прямо в лицо. - Уже задубела тебя ждать, мог бы сказать, что пробки.
- Не бурчи, приехал же, и на том скажи спасибо.
- Ну спасибо, - Лена прикладывает чип к двери, и я перехватываю ее, пропуская сначала девушку, а после уже захожу и сам.
- Нам на шестнадцатый, - нажав на кнопку лифта, она оборачивается на меня, встречаясь с моим взглядом.
- Откуда деньги? - этот вопрос интересует меня еще с момента, как я посмотрел расположение дома и цены на квартиры в этой застройке, хотя нет. Не так. Я знаю, откуда деньги, мне интересно, как она будет это объяснять.
- Сдает в аренду знакомая родителей, по дружбе цену скинула, вошла в положение... - с ответом она находится быстро, даже слишком, что выдало бы ее с потрохами, если бы я уже не знал, кем она является.
- Вот оно как... - тяну я, глядя на циферблат этажей и скрывая усмешку.
Вскоре она уже открывает дверь ключом и кладет его на верхнюю полку для обуви.
- Поздравляю с заселением - твой дом на ближайший месяц.
- Не хилая хата, сколько стоит?
- Немного, скидку сделали большую... - она начинает мяться, так что я давлю еще больше, чувствуя, что правда скоро вылезет на поверхность.
- Ну сколько? Пятьдесят? Сто?
- Не волнуйся о деньгах, всё за мой счет, - о-о-о-о, не-е-е-ет, мы еще вернемся к этой теме!
- Значит... Это вот твоя комната, - она кивает на одну из дверей. - Это - моя, комнаты напротив, а там дальше, - она дождалась, пока я сниму куртку и повешу ее на крючок. - Там дальше гостиная, по сути зал и кухня, ну, сам видишь. Этот диван раскладывается, если тебе вдруг будет удобнее смотреть телевизор или еще что-то лёжа.
- Еще что-то? - я с усмешкой приподнимаю бровь, а она пожимает плечами, отворачиваясь.
Я киваю и, больше ничего не говоря, продолжаю осматривать квартиру самостоятельно.
Надо признать, квартира достойная: современная отделка, большое помещение, отличный вид из окон, и находится не абы где, а в центре города.
Комната, выделенная мне, ничуть не меньше, чем в родительском доме. Выполнена в стиле минимализма, кой я и люблю: ничего лишнего, всё строго. Большая двуспальная кровать, идеально заправленная, без единой складки. Встроенный шкаф, длинный стеллаж и рабочий стол у окна с полками, на которые, пожалуй, влезло бы всё.
В комнате также имеется и балкон, правда застеклённый и длинный, что являлся уже скорее застеклённой террасой.
Удовлетворённый своей комнатой, я возвращаюсь на кухню, где и нахожу Лену.
- Давай обсудим просто правила, которые будут всё уравновешивать.
- Господи! - она вздрагивает и отшатывается к барной стойке, разделяющей зал с кухней. - Ходи... Ходи громче! Вот - первое правило! Господи... Так и инфаркт схватить недолго...!
Я смеюсь, облокачиваясь спиной на столешницу и скрещивая руки на груди.
- Это самая необычная претензия, которую я когда-либо слышал, а, надо сказать, слышал я много.
- Иди ты, - она махнула на меня рукой. - Что ты там хотел еще написать? - она достает листок из одного из ящиков, а после и ручку и, прислонившись спиной к столешнице, кивает на листок, мол: «Чего встал? Пиши».
- Во сколько ты ложишься спать? - беру ручку и поворачиваюсь к белоснежному листу.
- Ну... Как сказать... Стараюсь до двенадцати, но в лучшем случае в два, - она усмехается, разглядывая меня, но я делаю вид, что не замечаю, и послушно смотрю на столешницу.
- Я ложусь в час, так что условимся, что после двенадцати без шума, которого можно избежать, - непредвиденные ситуации не в счет.
- Хорошо, - она кивает, а я поворачиваю голову к ней, подражая ее внимательному взгляду.
- Понравился?
- Да, - я усмехаюсь, а она краснеет. - В смысле да, личико у тебя красивое, но в том смысле, что понравился как особь мужского пола, потому что я не...
- У тебя есть на что-то аллергия?
- Спасибо... - она смущенно опускает голову. - Мммм... Цитрус и полынь, больше нет... А! Мелисса еще. У тебя?
- У меня нет, - я делаю пометку на счет ее аллергии. - Сейчас к расписанию. Распечатаем его завтра и прикрепим его на холодильник, чтобы знать, кто и когда возвращается. Что еще?
- Друзей можно приводить только после предупреждения... Ванная комната, в плане душа. Всегда закрывать дверь на замок, дабы избежать неловких ситуаций, но это больше просто просьба. И касаемо ее же. Использовать будем по расписанию или по надобности?
- Днем по надобности, вечером - твое время до десяти, мое после, лады?
- Хорошо, запиши, - она кивает на листик и следит за тем, как я записываю. - И еще, касаемо покупки продуктов, в счет идет то, что будет стоять в холодильнике и может быть использовано обеими сторонами, батончик, который ты съел на улице, в счет не идет. Просто крепишь чек на холодильник и всё, потом закину деньги. Договор?
- Ладно. В общем, без стука, надеюсь, ты заходить не будешь, - я усмехаюсь, припоминая ей ее ответ.
- Да кому ты нужен. - фыркнув, она разворачивается и покидает кухню.
Провожаю ее взглядом, закрепляю листок с правилами на магнитик на холодильник и иду в свою комнату, намереваясь разобрать вещи.
Их у меня с собой немного, так что расправиться с ними удается за час с копейками. Большинство пространства так и остается незадействованным, хотя не думаю, что оно долго будет пустовать - устраивать творческий беспорядок моё призвание. Пока я работаю, совершенно не замечаю, как по комнате начинаю раскладывать различные бумаги, писать заметки и клеить на то, что под рукой, лишь бы перед глазами. Но хочу сказать в своё оправдание, что в конце концов я сам всё прибираю, пусть не сразу, не на следующий день, но обязательно в пятницу.
Окинув довольным взглядом комнату, я удовлетворенно киваю себе и двигаюсь к рабочему месту, всё также оставаясь в одежде, в которой пришёл, - сначала забыл, теперь неохота, перед душем уже сразу переоденусь.
Стоило сесть за стол и включить ноут, как с кухни потянуло чем-то аппетитным.
Питание и готовка полностью на ней? Так ведь она говорила, да?
Улыбка предвкушения растягивается на моем лице, и я, состроив недовольное лицо ноутбуку, мол, я пытался - не судьба, захлопываю крышку и иду на кухню.
Выглянув из-за арки, я полностью захожу на кухню. Моему взгляду открывается самая уютная, наверное, картина: Лена в домашней одежде, представляющей из себя свободные штаны и худи, рукава которой закатаны до локтей, одинакового серого цвета. Короткие чёрные волосы, собранные в маленький хвост на затылке, и розовые тапочки.
Давненько я не видел чего-то столь домашнего. В нашем доме все одеваются в нечто наподобие формы: мама всегда в каком-то строгом платье, даже её сорочка была такой, что хоть сейчас на красную дорожку. Папа... Он вообще буквально врос в свой костюм - очень редко можно обнаружить его в чём-то помимо брюк и рубашки, бывало изредка в шортах. В общем, в его одежде меняется буквально лишь цвет.
- Что готовишь? - я наклоняюсь над печкой, перегибаясь через ее плечо. Она снова вздрагивает. Нет, серьёзно? Не настолько уж тихо я хожу вообще-то! Мама вообще вечно жалуется, что я топаю, как слон.
- Боже...! Нет, правда! Меня ударит инсульт быстрее, чем закончится наш договор! - Она легонько хлопает меня по плечу, выказывая этим жестом свое недовольство и одновременно с этим прося подвинуться. Я отодвигаюсь в сторону, и она достает какие-то специи. - А вообще, ничего особенного я не готовлю - мясо с картошкой в томатной пасте. Сойдёт же на ужин?
- Да... Пожалуй. Значит... Ты у меня хозяюшка, да?
- Во-первых: не у тебя. Во-вторых: по настроению, но, если обязанности того требуют - да.
- Ладно, через сколько будет готово? - она посмотрела на часы за моей спиной.
- Полчаса.
- Супер, - я улыбнулся. - Не помешаю, если включу телек?
- Нет.
- Здорово, а то я бы все равно включил.
- При первой встрече я думала, ты спокойный, собранный и молчаливый малый. Я ошиблась?
- Немного, - я усмехнулся.
От отца мне досталась любовь к разговорам по делу, болтать о птице, которая чуть не врезалась в машину, мне не особо нравится, хотя порой бывает настроение выдохнуть и поговорить от души обо всём, что стоит или движется.
Раздвигаю диван, делая его широким, словно двуспальная кровать. Завалившись на него и положив подушку под голову, включаю телевизор, делая вид, что увлечен просмотром последних новостей, а взгляд... Предатель. Всё время возвращается к маленькой фигурке, маячащей у плиты.
Всё же... Это куда уютнее, чем дома... Там никогда не пахнет готовкой, не слышно шипения чего-то в жире или шума вытяжки. Всегда абсолютная идиллия - мягкая музыка время от времени, а основное время - тишина, нарушаемая лишь шагами и редкими разговорами сотрудников.
- Острое любишь? - она в упор смотрит на меня, вновь скрестив руки на груди; на её губах играет усмешка. Она меня спалила. В чём? Я уже битые десять минут разглядываю её.
- Не слишком, - в ответ мне следует лишь кивок, сопровождаемый наглым взглядом: «Признай. Ты пялился», - гласил он. Ну а что я? Спорить толку ноль - меня поймали с поличным, остается только отвернуться и контролировать свой взгляд. Ладно, пытаться контролировать.
Вскоре Лена пригласила за стол, предварительно сервировав его. Нет, ну что ни говори, а это её очень выдаёт. Сколько я ни ходил к друзьям со средним достатком - стол они сервировали без заморочек - максимум красиво оформленными бумажными салфетками, сложенными в салфетницу, если они и вовсе те не лежали просто на столе.
- Ты где таким манерам научилась, Несмеяна?
- Дома, - фыркнула та, накладывая лопаточкой для готовки мою порцию в идеально вымытую белую тарелку. - И какая ещё Несмеяна? - словно опомнившись, спрашивает она, поднимая на меня сердитый взгляд, за которым прячется веселье.
- А что мне остаётся? Мне только ухмыляешься, а другим улыбаешься во все тридцать два. Скажи честно. Не мучай меня. Мы с тобой были раньше знакомы, я тебя чем-то обидел, и теперь я в твоём ЧС и на меня у тебя нет улыбок?
Она снова фыркает, отворачиваясь:
- Будь мы знакомы, я бы не готовила тебе сейчас.
Это пришлось проигнорировать - такой внимательный взгляд на меня бросила Лена, но удержаться не смог:
- Да и вообще...! Леной её звать нельзя, Еленой зовите! - я улыбнулся, глядя в её глаза, когда она тоже села за стол. - А мне не нравится, как звучит. Будто пришёл на сделку, а не домой. Уж если не Лена, то лучше Несмеяна, или у тебя другие варианты есть?
- Ду-рак, - бурчит та и, кажется, даже у виска покрутить собирается. - Ешь давай - остынет.
- Приятного аппетита, - улыбаюсь я и накалываю кусочек на вилку. Она внимательно наблюдает за мной, ожидая реакции. И это... восхитительно! Мясо во рту просто тает, а томат добавляет приятной кислинки.
- Вкусно, - вместо всех восхищений говорю я. Ну да, а что? Самое сокровенное таят в себе.
- И это всё? Слушай, чем ты питался в общаге? Твоя мама передачки тебе приносила или кто-то из девочек готовил как мишленовские повара?
- Можешь об этом не волноваться, твою стряпню я тоже с радостью покушаю.
- Ах, стряпню, значит? - она хмыкает. - Ну-ну. Вот хочешь, я тебе завтра реально стряпню забахаю?
- Да ну что ты, меня более чем устраивает нынешняя еда, - слащавая улыбочка растекается на моём лице, а Лена лишь качает головой.
- Во сколько у тебя завтра пары?
- С восьми, - улыбка моментально исчезает, уступая место страдальческой гримасе.
- Подвезешь тогда? Меня обычно Даник подвозит, но сейчас ему не по пути стало, - Даник? Серьёзно? Ну что за... Боже... Я даже слова придумать не могу! Розовые сопли. Вот что это.
Через пару минут телефон Лены звонит, и она удаляется ответить, правда, так и не возвращается, так что доедаю я в одиночестве. Убрав за собой со стола и вымыв посуду, я уговариваю себя сесть за работу, которая занимает меня до часу ночи.
Глаза насыпаны песком, спина и шея затекли, а об онемевшей заднице и говорить не стоит, но я всё же заставляю себя принять душ. И вот в полвторого ночи я только выхожу из ванной и вижу слабый свет, доносящийся из кухни.
Хмурюсь и направляюсь туда. Обычно я работаю в наушниках, но громкость в них невелика, так что если бы Лена ходила по квартире, я бы слышал, но я не слышал, поэтому думал, что она уже спит без задних ног.
Первое, что вижу - силуэт у окна, второе, что различаю, это вид из окна. Снег падает настолько крупными хлопьями, что я различаю их даже стоя у входа на кухню.
- Лен? - шепчу и надеюсь, что не напугаю ее. - Чего не спишь?
- С тебя пример беру, - она фыркает и оборачивается. - Заснуть не могу, решила вот молока с медом выпить, а тут, - она кивает на окно, - красота такая.
- Да... Красота... - почему-то я растерялся, словно ребенок, впервые увидевший подарки под елкой. - Ну... Спокойной ночи тогда? - я слежу за тем, как она подходит к раковине и моет кружку, как вытирает руки о полотенце и как выключает свет над вытяжкой, погружая всю квартиру в полную темноту.
- Спокойной ночи, - она легкой походкой проплывает мимо меня и неслышно скрывается в моей комнате.
Я, словно в каком-то тумане, дохожу до своей комнаты, ложусь на мягкую постель и привычно быстро отрубаюсь.