Подающая надежды

Нью-Йорк ждал Есению, а она ждала Нью-Йорк. Ей не терпелось покинуть свое захолустье и окунуться в суматоху, то есть, жизнь. Единственное, что пока еще сдерживало, так это мама. Наверняка она воспримет новость об отъезде дочери не нормально, возможно даже не адекватно. Потому как пару раз с ее уст срывались угрозы покончить с собой и бесконечное "Господи, да когда же это кончится! Сколько я буду мучиться?!"
Каждый день одно и то же, постоянные жалобы, нытье и рутина. А Есения по своей натуре совсем не такая, теперь девушка это точно поняла. Ей не нравится то, что вокруг происходит, слишком все безветренно, полный штиль. В силу своего молодого возраста, а также взбалмошной натуры, Есении катастрофически не хватало новых впечатлений или попросту - приключений на задницу.
Где-то далеко ее ждал огромный мир шоу-бизнеса и сцена. Сил томиться в предвкушении чуда уже не было. Хотелось зажечь свою звезду, чтобы ярко и навечно.
Координатор Патриция охотно согласилась встретиться с Есенией и поговорить о ее матери. Всё-таки психология далеко продвинулась, возможно и не таким помогают.
- Конечно, - подтвердила догадки посетительницы координатор. - Хочу сразу вас обрадовать, случай вашей матери не безнадежный. Очень хорошо, что вы пришли и осознали масштаб проблемы. На этом этапе важно принять факт существования болезни. К сожалению, сама мисс Иса далека от этого. Наверно, вы единственная, кто сможет ей помочь. Для начала попытайтесь вспомнить, когда начались первые проявления? Я имею ввиду, когда она в себе замкнулась?
- О, - задумчиво протянула Есения. - Даже не знаю. Давно.
Она затруднялась ответить на поставленный вопрос: когда же всё началось? Да наверное, когда отец десять лет назад скоропостижно скончался. Вот так просто в разгар рабочего дня на стройке замертво свалился в опилки. Он всегда много работал, сердце не выдержало и как сказали позже врачи "такое бывает".
После его смерти мать кардинально изменилась. Если до трагедии Дженнифер Иса была образцовой домохозяйкой, то после превратилась в равнодушную ко всему холодную женщину. Повезло, что рядом оказалась бабушка Эсперанса, она тащила всю семью, заботилась днем и ночью о внучке. Хотя ее горе было не меньше, она родного сына похоронила.
Есения всё рассказала Патриции, каждое воспоминание колом стояло внутри. Выговорив все обиды, ей стало значительно легче.
- Думаю, я знаю как можно помочь вашей матери, - в итоге поделилась прекрасной новостью координатор.
Это был отчаянный шаг, но возможно единственно верный.

- Куда вы меня везете? - допытывалась Дженнифер.
- Потерпи, скоро узнаешь, - Есения и Патриция переглядывались как заговорщики, сохраняя секрет.
Вскоре они прибыли в пункт назначения. Женщина вышла из такси, размяла затекшие телеса после длительной поездки и скривилась прочитав железную табличку на ограде "Кладбище округа Вашингтон, штат Вермонт, Барр".
- Что всё это значит? - спросила она с нарастающим раздражением.
В ее взгляде четко читался укор: да как вы посмели больную женщину привезти на кладбище?! Дженнифер тяжело дышала, возмущенная поступком дочери до глубины души.
- Всё хорошо, мисс Иса, - пыталась ее успокоить Патриция. - Здесь похоронен ваш муж Энрике. Вы ведь давно его не навещали, верно? Почему бы сегодня не проведать его?
Есения видела, что ее мать бесится от злобы. Она десять лет не приходила на могилу к мужу, каждый раз изобретая новые отговорки, а затем и вовсе после смерти Эсперансы даже ни разу не заикнулась о поездке на кладбище.
- Вы издеваетесь надо мной! - истерила женщина. - Никуда я не пойду!
Дженнифер резко развернулась и пошла резвым шагом. Есения было ринулась за ней, но Патриция остановила ее:
- Всё нормально, - координатор явно знала что делает. - Ваша мама сейчас вернется.
Обиженная женщина прошлась вдоль улицы, покрутилась и поняла, что без помощи дочери не сможет вернуться домой, она не умела вызывать такси.
Патриция и Есения скрыли довольную улыбку, когда она подошла к ним и заявила требовательно:
- Отвезите меня домой! - Что значило: раз вы меня привезли, вы и отвозите обратно.
- Такси приедет через сорок минут, - успокоила ее координатор. - Не желаете составить компанию своей дочери и почтить память ее отца вашего усопшего мужа?
- Нет! - тут же ответила Дженнифер и отвернулась.
Патриция подала знак Есении и они оставили ее, отправившись к могиле Энрике.
"Всё хорошо", - по дороге сказала знающая свое дело Патриция, излучая уверенность. Она действительно ни секунды в своей методике не сомневалась.
И правда, спустя пару минут к ним присоединилась вдова, как побитая собака, шла, клонясь к земле и скрывая растерянность напускным равнодушием.
- Мисс Иса, я могу представить как вам сейчас тяжело..
- Ничего вы не можете! - ей так не хотелось отпускать свое горе.
- Ваш муж не виноват. Простите его и отпустите обиду. Думаю, он бы вами гордился - вы воспитали замечательную дочь.
- Прекратите! - Дженнифер боролась с желанием расплакаться, но не сбегала, а это уже хорошо.
Патриция поняла, что сказала достаточно, в этой ситуации слова излишни. Она помогла Есении зажечь лампадку и отошла в сторону.
Есения же взглянула на свою мать, с той происходило что-то странное, ее будто выворачивало наизнанку, трясло и коробило. Девушка бросилась к ней, координатор дала понять, что не стоит, лучше оставить несчастную наедине с горем, пусть выпустит всю накопившуюся обиду и выльет ее слезами.
Они ушли, слышали душераздирающие стенания, похоже процесс процесс излечения запущен.

Билеты уже были куплены, до вылета оставалось сорок семь часов.
Есения пришла проститься со своей матерью в рехаб-центр "Держимся вместе".
После того как Дженнифер спустя десять лет взглянула на могилу своего мужа, с ней произошли удивительные изменения. К примеру, она признала наличие психологических проблем и добровольно согласилась пройти реабилитационный курс.
"Вы избавитесь от заученного чувства беспомощности, научитесь решать проблемы самостоятельно и радоваться жизни", - обещала ей Патриция.
Это звучало обнадеживающе. Дженнифер действительно хотела начать жизнь с чистого листа совершенно другим человеком.
Есения отыскала ее в саду и отвлекла от чтения.
- Привет, доченька! - искренне обрадовалась она.
Они обнялись, дела у обеих шли хорошо. Дженнифер что-то рассказывала, а ее дочь собрала всю волю в кулак и наконец-то призналась:
- Я послезавтра улетаю в Нью-Йорк, продюсер мне предложил вернуться в шоу.
Женщина опешила, не ожидая того, что дочь скоро уедет в другой город. По правде говоря, она боялась этого момента но знала, что он обязательно наступит.
- Вот как! Ты уверена в своем решении?
- Да, мама! На все сто! - Есения никогда и ни в чем не была еще так уверена.
Дженнифер согласно кивнула, понимая - ничего не поделаешь, ее дочь взрослая, самостоятельная и вообще, совершенно не похожа на нее.
- Ясно, - задумчиво произнесла она, продолжая принимать мысль об отъезде как данность. - Подожди здесь!
Мать быстро направилась в свою комнату. Есения понятия не имела зачем, она смотрела вдаль на красивый вид озера обрамленного высокими соснами. Всё-таки красивая у них природа в штате! Девушка невольно задумалась, а будет ли скучать по этим густым таинственным лесам? Нет, не будет.
Дженнифер вскоре вернулась, держа в руках банковский чек.
- Вот держи, - вручила его дочери.
- Что это? - удивилась Есения, но увидев сумму на нем совсем обалдела.
Десять тысяч долларов - звучало неплохо, да и выглядело не хуже.
- Я не могу их взять! Это твои деньги!
На самом деле обе знали, кому принадлежали эти деньги.
- Эти деньги мне не принесут радость, а вот тебе пойдут на пользу, - объяснила ей мать. - Возьми их и используй с умом. Поверь мне, в Нью-Йорке они тебе нужнее.
Сущая правда и Есения это понимала.
- А ты?
- Не переживая за меня. Страховка покроет все расходы на лечение. Тебе эти деньги пригодятся, если ты хочешь стать певицей.
- Ты серьезно? - Есения уже и не надеялась услышать такое от матери. - Значит, ты уже не против?
Дженнифер ласково погладила дочь по голове.
- Я хочу, чтобы ты была счастлива. Только ты знаешь, что для тебя счастье.
Это был один из самых лучших дней в жизни семьи Исса. Есения чувствовала себя как никогда сильной, получив долгожданную поддержку от матери.