Рутинная тяжесть

Проснувшись, первым делом посмотрел в окно. Сейчас явно было очень рано: обычно, как только Гю открывает глаза, за окном уже светло, а сейчас там красовался рассвет. Словно в тех самых снах, о существовании которых парень только недавно забыл. В голову тут же взбрела мысль идеального совпадения: вместе с до боли знакомой природой в квартире ведь появился и главный герой этих фантазий — Танос. Интересно, спит он сейчас? Давно ли лёг? Ещё очень уж сильно захотелось попить, так что идея проверить нового сожителя получила очередную причину «за». Как же у него всё просто работает.
И вот, открыв дверь, увидел, что на кухне от окна отражается очень уж красивый цвет. Вся комната была озарена фиолетовыми, красными и жёлтыми пятнами. Какая-то уютная атмосфера смогла создаться от одного только освещения.
Взял в руки стакан и наполнил водой. Опустошил буквально за мгновение, обрадовавшись, что одного хватило, чтобы уменьшить жажду до минимума. Отлично.
Прежде чем вернулся, взглянул на спальню. Там, казалось бы, со слегка приоткрытой дверью спал Танос, повернувшись к стене лицом. Только вот почему-то Гю немного напрягло дыхание парня, которое вместо обычного однородного, как и у всех при сне, было каким-то прерывистым.
— Субон? — сказал шёпотом, который обычно невозможно услышать спящему, только вот человек быстро принял сидячее положение, услышав своё имя, — Ты чего не спишь?
Было видно, что неожиданный «ночной обход» Намгю явно его напугал, но ответа так никакого и не прозвучало.
— А ты? — хотя голос был очень даже сонным. Ещё ниже, чем и так обычно звенящий басс.
— Пить пиздец как захотелось, — даже не спрашивая разрешения, Намгю зашёл в комнату и подсел к товарищу, — Чёт не так?
— Да не, — наверное, машинально он придвинулся к темноволосому, — Я же всегда так сплю прерывисто и мало. Не знаю, говорил тебе в бреду или нет, честно говоря, — усмехнулся. Почему-то показалось, что именно сейчас рэперу хотелось, чтобы кто-то посидел рядом. Подобное уже было когда-то на играх, когда оба были совершенно не в адеквате. Дежавю.
— Если хочешь, можешь со мной пойти в гостиной поспать, — почему-то невозможность здраво оценивать ситуации в полусонном состоянии странно влияют на его решения.
Ему ничего не ответили, кроме едва заметного качания головой. Согласен. Наверное, опять бессонница или кошмары мучают. На играх такое было каждую ночь, а после пары пьяных разговоров там Намгю примерно понял, что к чему.
Да и вообще, их взаимоотношения на играх были какими-то очень уж и странными. Тогда, под наркотой, это казалось обычной дружбой двух нариков, но сейчас, когда перед ним сидит этот парень и одним только взглядом просит ни в коем случае не оставлять его наедине со своими мыслями, что-то в голове темноволосого резко переворачивается. Возможно, дружба не выглядит и не ощущается такой близкой, как у них. А, может, это просто его воображение рисует подобное из-за каких-то чувств, что заставляют сердце бешено колотиться.
— Красивый рассвет, — сейчас было ещё сильнее слышно, что физически рэперу очень не хватает хорошего сна. Наверное, если бы не их бесконечные «ночёвки» друг у друга на том острове, сейчас Гю ни при каких условиях даже не допускал бы и мысли об этом.
— Согласен, — послушав товарища, тоже быстро взглянул в окно справа.
Эта картина почему-то заставляла глаза машинально закрываться. Ну, по крайней мере, с темноволосым эта тема очень уж легко прокатывала.
— Пойдём. Уверен, ты тоже спать хочешь, — встал и протянул руку Таносу. Тот ответил на этот, казалось бы, очень глупый жест положительно: как будто держа стекло или хрусталь, босиком Субон пошагал за хозяином квартиры.

«Спальня» Гю сейчас выглядела так же красиво, как тогда кухня — из окна в комнату вливались все цвета от жёлтого, до тёмно-фиолетового, а на самом диване красовались красные лучи. Даже со стороны это место одним своим существованием весло теплотой и уютом, коим, кстати, раньше не особо-то и обладало. Белое постельное бельё, до этого казавшееся для парня обычной мелочью, сейчас только сильнее подчёркивало искусственную «святость» этого места.
— Я могу ближе к окну лечь, если ты к свету тоже восприимчивый, — Намгю уже зевал, садясь на диван и уточняя, казалось бы, совершенно бесполезный момент.
— Если тебе так удобно, я буду только рад, — вновь даже в полутьме заметил эту улыбку. Почему-то от неё, прямо как от освещения здесь, веяло теплом.
— Только чур одеяло не всё забирать, — уже уместился на подушку, но не смел закрыть глаза, пока не убедился в проделывании этого действия соседом.
— Спасибо, Намми.
Новое прозвище заставило ухмыльнуться. Оно звучало явно приятнее, чем до боли приевшееся «Намсу». Субон лежал лицом в потолок, очень уж напоминая того самого парнишку с игр, который всегда был только рад в обнимку ночью пообсуждать кого-либо из игроков вместо сна.
Почему-то эта мысль сейчас прозвучала чуть ли не самой гениальной в голове у Гю. Наверное, именно поэтому он, сдвинувшись, сумел положить свою голову на чужую грудь.
— Без проблем.
Не будет говорить, как ему стало приятно до мурашек от ощущения объятий и чужой руки на своём плече. Всё-таки он не мелкая школьница.
— Спокойной ночи, — ему был неважен ответ, поэтому, под звук чужого пульса, Намгю очень даже быстро заснул. Кажется, само ощущение присутствия Таноса рядом в целом успокаивало, а какой-либо физический контакт убирал всю тревожность напрочь.
— Goodnight.

Чужое тепло действительно расслабляло как в физическом, так и в моральном плане, но он прекрасно чувствовал, что по итогу закрыл глаза один. Сосед явно бодрствовал даже спустя двадцать минут, пока Гю боролся со сном со всей силы. Хотел убедиться, что Танос тоже заснул, но всё оказалось тщетно.
— Ты хочешь о чём-то поговорить? — всё ещё не сумев открыть глаза, кое-как пробормотал темноволосый. Конечно, шанс резкого отруба у него близился к ста процентам, если они начнут хоть какой-то несильно активный диалог, но хотелось верить в лучшее.
— Честно, я не знаю, — рэпер тяжело вздохнул, — Извини, что спать не даю. Это может подождать утра, — легонько пальцем стал гладить плечо Гю, отчего сонливость усилилась. Как будто мать укачивает маленького ребёнка, заставляя его быстрее окунуться во сны.
— Если что-то не даёт тебе спать, нужно это, — зевнул, прежде чем закончить мысль, — Обсудить. Ну, либо забить и страдать дальше.
— Я прозвучу как придурок сейчас, — чужой смешок, отразившийся странным звуком в груди, заставил голову чуть затрястись.
— Никто не виноват, что ты таким родился, — чуть передвинулся, когда действия Субона стали вызывать щекотку.
— С тобой даже по душам не попиздишь, — специально цокнул в начале.
— Я считаю, что все проблемы решает хороший сон, — вновь зевнул.
— Скажи, почему ты так просто впустил меня к себе?
Опять вопрос, при ответе на который нельзя никак увернуться. Вот же уёбок, а.
— Потому что доверяю. Так всегда делают близкие люди, разве нет? — даже пришлось чуть поднять голову, чтобы хоть с какого-то ракурса посмотреть в чужие глаза.
— Я не знаю, — он смотрел куда-то вбок, в сторону окна, откуда уже начинали проскакивать первые солнечные лучи, — Ты для меня первый, кто так относится ко мне.
Забавно звучит от человека, у которого была и, наверное, до сих пор есть какая-никакая фанбаза.
— Су, я думаю, тебе не стоит так сильно переживать об этом, — за последнее время очень уж часто выступает в роли психолога. Все какие-то слишком депрессивные вокруг. Мысленно пожалел Сэми, которой приходилось слушать подобное нытьё от него самого.
— Просто скажи, что ты ожидаешь взамен? Я же не тупой и прекрасно знаю, что за каждую доброту, особенно во взрослой жизни, нужно чем-то заплатить, — ой, лишь бы не вот блять эти моральные ценности. Только этого Гю перед сном не хватало, — Это всё, что я хочу знать.
— Ничего мне не нужно от тебя, — говорил с интонацией, как будто с работником, — Мне одного твоего присутствия достаточно. Я так-то тебя, считай, полгода фактически ждал, если ты вдруг забыл, — почему-то начинало закипать. Хотя он прекрасно знает, что такие диалоги как раз в духе Таноса, но от участия в них начинала болеть бошка, особенно в сонном состоянии, — И ещё я напомню, что обычных людей презираю ничуть не меньше букашек всяких и подобной хуйни. Выводы делай сам, — опять закрыл глаза и устроился поудобнее, — Только уже с утра, пожалуйста. А то у меня мозг закипает от бесконечных дебатов.
— Я могу расценивать это так, как мне вздумается? — кажется, подозревает, к чему он ведёт. Но, во-первых, отрицать очевидное не станет, а во-вторых - хер его знает, чё он щас выдаст.
— Мне без разницы.
— Я тоже дорожу тем, что ты у меня есть, — неожиданно чужая ладонь переместилась прямо на макушку и уже аккуратно поглаживала её вместо плеча, — Спокойной ночи ещё раз.
Ничего не ответил. Зачем и так говорить очевидное?

Во второй раз проснулся уже просто по зову сердца. В комнату пробивались яркие лучи солнца, один из которых падал прямо Гю на лицо, отчего пришлось сдвинуться немного вверх. Рука Субона так и осталась лежать на голове темноволосого, а пальцы чуть запутались в волосах. Так вот, почему было так тепло башке. Судя по позе, Танос всё ещё дрыхнет и, если парню не изменяет память, рэпера очень уж легко разбудить. Удивительно, что он не подскочил от перемещения соседа.
Прикрыл глаза, чтобы погрузиться в мысли. Хотелось дать Субону ещё немного поспать — наверняка он вырубился совсем недавно, максимум часа два назад. Для Гю, обычно спящего часов по двенадцать, число меньше одиннадцати уже вызывало полный шок, что тут об однозначных говорить.
Интересно, о чём реально этот придурок так часто задумывается? Да, конечно, всякие философские вопросы к нему и под наркотой приходили, так что в их существовании парень не сомневается, но ведь причиной такого состояния было названо совершенно не это. К чему в целом были те вопросы? Неужели Таносу и вправду это всё просто интересно?
Навряд ли, если говорить честно. Да, безусловно, знакомы они не особо много, но, между прочим, именно из-за этого объёбыша Гю поверил в судьбу и.. ну, вот в этих. Которых она сводит и все дела.
Действительно, сидя «ночами» вместе и болтая обо всём, что может только выдать мозг под наркотой, действительно было круто. Особенно забавно было, когда таблеточка у рэпера переставала действовать, и он несколько секунд пытался понять, где вообще находится, прежде чем закинет следующую.
Да, пожалуй, употреблять в таком количестве — не лучшая идея, но тогда обоим казалось это смешным.
Спокойное дыхание и стук сердца и вправду очень успокаивали. Наверное, именно благодаря ним сознание Намгю было уверенно в реальности этого человека. Правда тело уже начинает потихоньку затекать. Интересно, сразу же проснётся, если на него ногу закинуть? Ответ оказался отрицательным, что было крайне удивительно. Может, слишком устал вчера, чтобы реагировать?
Нет, какой-то ответ от Субона поступил. Например, он слегка передвинулся, положил руку уже на щёку Гю, а сам теперь дышал в его макушку. Ну ахуеть, теперь у темноволосого прогрев мозга.
К слову, последнее ощущалось как-то странно. Совершенно не уверен, что Таносу реально было удобно так лежать, поэтому переполз чуть выше. Не хватало ещё потом, чтобы этому идиоту с утра в шее что-то защемило. Судя во вздоху, услышанному откуда-то сверху, так реально было лучше. Только вот вновь задремать совершенно не получалось. Тёплый воздух в макушке заставлял каждый раз по телу пробегать волну мурашек, а осознание, что это ещё и Субон, лишь добивало. Оставалось молиться, чтобы он быстрее проснулся.
Каков же был его ахуй, когда во сне рэпер начал что-то напевать. Ощущение, будто его из обычной больницы тогда в психиатрию перевели, и теперь парню приходится жить с шизоидом.
Сегодня придётся ехать на работу. И, судя по всему, вместе с «певцом». День ожидается интересный. Даже, пожалуй, очень.
Аж вздрогнул, когда тело под ним сделало глубокий вдох и потянулось. Видимо, настал конец его роли мягкой игрушки. Чужая рука больше не препятствовала никаким движениям, поэтому за секунду Гю переместился и просто лёг на соседнюю от Таноса подушку. Рэпер же резко принял сидячее положение и несколько секунд смотрел куда-то вдаль, словно пытаясь осознать происходящее. Его глаза всё ещё были наполовину закрыты, а на голове творился сущий ад. Кажется, тут только сбривать налысо, потому что попытки расчесать, по крайней мере со стороны, уже ощущаются как бесполезная трата времени.
— Доброе утро, — наконец Намгю смог дотянуться до телефона и быстро проверил все входящие. Как ни странно, среди них была только Джи, спрашивающая, будет ли он сегодня в клубе.
В ответ парень получил лишь басовое «угу». Субон даже не шелохнулся, видимо, всё ещё пытаясь справиться с сонливостью.
— Я на работу скоро. Если хочешь, можешь со мной поехать, — как ни странно, именно сегодня темноволосый очень даже выспался, поэтому аж речь была бодрой и чёткой.
— Кого? — собеседник медленно повернул к нему голову. Такой он ещё более забавный, чем обычно.
— Может, ты ещё вздремнёшь? А то ты даже обычные вопросы не воспринимаешь, — тоже приняв вертикальное положение, потянулся. В особенности затекла шея от отсутствия свободы движения ночью.
— У тебя кофе есть? — тяжело вздохнув и потерев глаза, рэпер стал выглядеть чуть лучше, чем пару минут назад.
— Наверное, — пытался вспомнить содержимое ящиков кухни, — Пошли посмотрим.
Вновь в ответ это сонное «угу». Интересно, он такой замученный, потому что спал слишком мало или, наоборот, непривычно много для его организма?
Выйдя из комнаты, рэпер даже попытался пройти сквозь стену от расфокусировки внимания. Слышать смех Гю от этого нужно было вживую.
Кое-как доковыляв до кухни, плюхнулся на стул. Затем, видимо, вспомнив про изначальную цель, резко встал и стал рыскать по всем ящикам. Хозяин квартиры тоже пытался вспомнить, куда мог деть этот ёбаный кофе. И вот, подняв глаза на самый крайний шкаф, поймал озарение.
— Во, — действительно, в руках он держал закрытую стеклянную банку, — Держи.
— Ты будешь? — достаточно медленно он поставил одну чашку на столешницу.
— Нет. Воды попью.
Поставив чайник, Гю уселся за стол. Специально выбрал место, откуда видны действия Субона. Заторможенные, иногда с небольшими паузами. Забавно наблюдать.
— Так и не смог заснуть? — согнул руку и опёрся о кулак, ожидая ответа.
— Наоборот, — музыкант пялился на чайник, формируя связный ответ, — Видимо, мой организм воспринимает либо два часа сна, либо десять. Среднего не дано.
Действительно, если прикинуть примерное время с последнего пробуждения Намгю, проходит около шести-семи. Ну, в целом, если этот придурок будет храпеть по десять и темноволосому придётся жертвовать двумя часами, чтобы активничать в одно время — мир не особо схлопнется. А вот терять десять драгоценных часов...
Выключая чайник, Танос налил в ту самую кружку холодной воды и поставил перед Гю. Что интересно — вторую, под кофе, он не взял. Хотя парень подумал, что рэпер просто привык экономить, поэтому планировал попить из опустевшей. При этом торопиться он не планировал — он чё губка за секунду чашку опустошать.
Параллельно смотрел, как «кулинар» взял чайную ложку, открыл банку и.. зачем-то насыпал туда сахара.
А потом залил кипяток. Прямо туда. И стал пить эту ядерную смесь.
— Ты больной что ли? — Гю аж вскрикнул, когда его сосед действительно сделал несколько глотков. И тут дело даже не во вкусе. Он пьёт кофе. Буквально всю банку. Пол-литровую.
И остановить его, кстати, не получилось, потому что всё это месиво оказалось у него в желудке буквально через несколько секунд.
Потянувшись и зевнув Субон улыбнулся, обернувшись на сидящего в полном шоке Намгю.
— Вот теперь можно и на работу собираться, — выглядел точно так же, как и на играх. Только тогда оправданию такого вида служили таблетки. А теперь, видимо, ебучая заправка для атомного реактора.
— Больной нахуй, — почти шёпотом сделал вывод темноволосый, всё ещё не сумевший оправиться от увиденного.
— Так, — действительно, энергии в этом существе явно прибавилось, — А чё из одежды я могу у тебя забрать? — чужая речь стала уже очень даже яркой и чёткой. Эффект настолько удивителен, что пришлось подумать над вопросом несколько секунд, просто чтобы его понять.
— Что хочешь, — решил, что просто примет произошедшее за обыденную вещь.
— С тобой приятно иметь дело! — даже подпрыгнул, видимо, от радости, и попёрся в ванную. Вышел, кстати, спустя секунд тридцать. Стоит ли говорить о том, что для Гю это утро оказалось не добрым, а.. даже и не знает, какое слово подобрать. В ахуе он, короче говоря.
Дохлебав воду, понял, что нужно собираться. Всё-таки на работу-то едет он, а не Субон.
В очередной раз стоит у раковины. По-домашнему взъерошенный, выглядел лет на пятнадцать. Забавное отражение. Даже улыбнулся, осознав, что это — заслуга нового сожителя.
Чистя зубы вдруг осознал, что для рэпера нет даже щётки. Интересно, а как он умывался сейчас? Ладно, вечером купит. Точно нет смысла об этом спрашивать, потому что в ответ получит полный рандом.
Вновь знакомая последовательность уходовой косметики. Делает на автомате, поэтому может себе позволить думать о чём-то другом. Почему-то стало интересно, какие вещи заберёт себе рэпер. Вроде как стиль у них совершенно разный, так что даже интересно увидеть его сегодняшний «лук». К тому же, на нём, наверное, огроменные вещи Гю будут смотреться адекватно, так ещё и нахаляву. Одни плюсы у придурка короче. Ну, если не учитывать совершенно разные стили в одежде.
Признаться честно, парню сейчас не особо-то работа и сдалась. Если бы уже не наобещал Джи, без проблем остался бы дома. Но, к сожалению, его вновь ждёт стол, комп и женские голоса вокруг.
С другой стороны, теперь с ними будет сидеть и Танос. Значит, хоть какая-то часть мужского населения, помимо него, в этой комнате.
В противовес этому становятся чувства Гю. Как бы то ни было, всё равно ёбаную влюблённость невозможно убрать самостоятельно. Особенно, когда объект симпатии только подогревает твоё воображение. Это даже звучит по-идиотски, ёбаный рот. Влюблён в того, у кого мозгов, наверное, как у хорька или другого грызуна.
Нет. Именно как у хорька. На остальных зверушек рэпер не похож. Совсем.
Наконец освободив ванную, заметил, что сожитель валяется на кровати в форме звезды. Он даже сумел добыть, видимо, единственную цветную футболку среди всего гардероба. И, как и предполагалось, огромнейшие голубые джинсы. Видимо, почувствовав чужой взгляд на себе, он повернул голову:
— Ахуенный у тебя диван всё-таки, — тупая улыбка только прибавила иронии в эту ситуацию. Гю даже усмехнулся.
— Если хочешь, можем поменяться местами. Ты - тут, я, — показал пальцем куда-то вбок, — В комнате.
— Эй, — нахмурил брови, — То есть совместная ночёвка разовой акцией была?
Наверное, он даже не подозревает, как морально уничтожает темноволосого парой фраз. Хотя, судя по этой ехидной улыбке и тщательным наблюдением за реакцией — ещё как подозревает.
— Если ты продолжишь меня как какую-то подушку или игрушку использовать во сне, то больше на эту авантюру я не пойду, — конечно пойдёт. Просто захотелось повыёбываться.
— А я и не знал, что ты от своих же действий страдаешь, — закатил глаза, — Как-никак это не я твою башку на себя положил.
— Тебе напомнить, как ты на играх обычно умолял с тобой полежать? — уже не понимает смысл их «спора», но накидывает всё подряд, что только может вспомнить.
— Я так и не понял, а мы пытаемся понять, кто из нас сильнее пидор? — он даже сел, выдав это, — Если да, то я согласен честно забрать победу, — поднял руки, словно сдаётся.

Сперва Гю хотел заорать, что это нечестно и всё подстроено, а потом смысл сказанного дошёл в прямой своей идее.

— Это чё, каминг-аут что ли, — казалось, примерно такое же лицо у него было около двадцати минут назад на кухне.
— А ты разве тоже не это подразумевал?
Какая-то неловкая пауза зависла в воздухе. Оба лишь хлопали глазами, видимо, совершенно неправильно изначально растолковав смысл диалога.
— Так это чё, невзаимно что ли получается? — рэпер даже как-то расстроился. Одним вопросом он вновь сумел поставить владельца клуба в тупик. Это признак явного таланта.
— Ты чё, по мне сохнешь?

Вновь молчание пару минут.

— Ну да,— делает вид, словно это всем известно, — А ты, получается, нет.
— Так я, — даже сглотнул, перед тем, как это выпалить, — Так я-то тоже.

Продолжали как вкопанные пялить друг на друга. Как будто две обезьяны пытаются что-то понять.

— И давно? — у темноволосого что-то не укладывалось сейчас в голове.
— Ну.. с игр, наверное, — пожал плечами, — А ты?
— Примерно там же... — уже становилось несмешно. Совершенно.
— А чё не сказал?
— Ты чё тупой что ли,— уже начал орать. Да если бы он, сука, только знал заранее об этой хуйне, — По твоей логике, между прочим, мыслю: ты вообще ни слова об этом не пиздел!
— Так я и не отрицал никогда, — это ебучее выражение лица начинало бесить. И вся ситуация в целом.
— И как мне нужно было по твоему «неотрицанию» понять?! — активно размахивает руками, отражая недовольство.
— Так ты же не спрашивал.
— Ты тоже! — руками Гю показал на собеседника.
— А я откуда мог знать, что ты тоже пидором стал? — на удивление Танос оставался крайне спокойным, — Я думал, ты меня пошлёшь нахуй и дело кончено.

Вздохнув и попытавшись остыть, темноволосый продолжал находиться в откровенном ахуе. Иначе это состояние даже назвать нельзя было.
— Так, получается, мы оба друг к другу неровно дышим в итоге? — рэпер, видимо, тоже только сопоставил пазлы.
— Завались хоть на минуту, — проведя ладонью по лицу, всё ещё пытался что-то осознать.
Наконец, не сумев устоять перед этим жалобным лицом со стороны, молча кивнул:
— На работе ни слова, понял?
— Без проблем, — теперь этот придурок лыбился во весь рот. Видимо, добившись желаемого ответа.

Честно говоря, он представлял этот момент немного иначе. Ну, даже не немного, если откровенничать. А что в итоге? Чел под смертельной дозой кофеина просто без проблем признал то, что Намгю отрицал в себе фактически полгода.
Так ещё и на работу с ним ехать нужно. И сидеть несколько часов. А потом ещё и дома выживать.
Пульс, наверное, у обоих поравнялся сейчас.
— Предлагаю со всем вечером разобраться просто и не париться сейчас, — впервые адекватное предложение поступило от собеседника, на которое Гю лишь молча кивнул, — Но я в голове зафиксировал твой ответ.
— Ты один день тут живёшь, а уже успел всё расхуярить, — единственное, что смог из себя вытащить.