Глава 1. Как же тут устоять?
Не слишком раннее утро. Я иду по пожелтевшей аллее. Прохладный ветер треплет мои волосы. Мимо пролетают машины, все спешат на работу, я же спешу в университет. С трудом верится, что сегодня моя первая пара. Это лето пролетело слишком быстро. Сначала были экзамены и выпускной, потом подача документов и ожидание результатов, а после подготовка к переезду в другой город. Неудивительно, что я совсем не отдохнула после 11 класса. А ведь теперь учиться будет ещё сложнее. Но я справлюсь, не зря же я закончила школу с золотой медалью.
Я захожу в университет, прохожу через турникеты и направляюсь на нужный мне этаж. Хорошо, что в моём университете есть онлайн-карта кампуса, я ещё вчера вечером нашла нужную аудиторию и теперь точно знаю, куда мне нужно идти. Когда я дохожу до кабинета, здесь почти никого нет. Только один одногруппник стоит напротив двери.
– Привет! – здороваюсь я. Блин, как же его зовут? Он точно был на встрече группы в конце августа, на лица у меня хорошая память, жаль, что на имена не очень...
– П-привет! – он поднимает на меня глаза. И, как бы заканчивая свою фразу, добавляет, – Женя...
Блин, теперь вообще не очень себя чувствую, до этого я думала, что спрошу, как его зовут, надеясь, что мало кто кого запомнил после одной встречи, но теперь точно придётся выяснять его имя как-то самостоятельно. Хотя, может у него просто очень хорошая память, а не как моя. Хорошо хоть, что он обратно уткнулся в телефон, и не смотрит на меня.
Через пару минут в конце коридора появляются ещё двое одногруппников. Они что-то весело обсуждают по дороге. Интересно, когда они успели так сдружиться? Я всматриваюсь в них, пытаясь вспомнить имена, но в голове просто пустыня, по которой ветер носит перекати-поле. Оба парня довольно высокие и симпатичные, один светло русый, а второй, чуть пониже, – шатен.
– Привет! – говорит тот, что повыше, когда они подходят ближе.
– Здорова! – добавляет второй.
– Привет! – здороваюсь я в ответ, в надежде, что хоть они не запомнили моё имя. Одногруппник, стоящий напротив двери, ничего не отвечает, а по-прежнему смотрит в свой телефон. Но кроме меня этого как будто никто не замечает.
– А напомни, пожалуйста, как тебя зовут? – спрашивает шатен. Эх, мне бы такую уверенность.
– Женя, – отвечаю я, улыбаясь. И немного поколебавшись, добавляю, – а вас?
– Меня Егор, – отвечает шатен. – А его, – указывает он пальцем на друга, – Коля.
– А что ты за меня-то говоришь? – тут же возмущается Коля. – Ты что, думаешь, я сам не знаю своего имени? И вообще, может я хотел представиться Николаем? Может мне не нравится, когда меня Колей называют?
– А тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов, Колян? – парирует Егор.
– Нет не кажется. А тебе не кажется...
Тут я не выдерживаю этой клоунады и начинаю тихонько посмеиваться. Оба друга поворачивают свой взгляд на меня:
– Что ты ржёшь? – спрашивают они хором.
– Да просто вы очень смешно спорите. Как Вупсень и Пупсень. – Тут я немного замираю, наверное, не стоило такое говорить малознакомым людям. Чтобы это как-то сгладить, я решаю быстро сменить тему, – И когда вы только успели так подружиться? Мы же группой только один раз виделись.
– А, да мы же в общаге живём вместе. – отвечает Коля. – Вот за неделю как-то скорефанились. Да, Пупсень? – обращается он уже к Егору, обнимая того за плечо. Чёрт, а я-то надеялась, что это сравнение никто не заметил.
– А почему это я Пупсень? Может я хочу быть Вупсенем?
– Ну, пожалуйста, будь Вупсенем. Мне вообще без разницы, я их не отличаю.
– Да я тоже, на самом-то деле... – тут уже мы все втроём начинаем угорать.
Коля и Егор оказались очень весёлыми. Они рассказывали разные смешные ситуации, которые успели произойти с ними за эту неделю пребывания в городе. Пока я от души смеялась, к нашей маленькой компании подтягивались остальные одногруппники. Имён мне, конечно же, запомнить не удалось. Ну ладно, двоих уже запомнила и на том спасибо. За несколько минут до звонка пришёл преподаватель и запустил нас в кабинет. Тут все начали занимать места, и я решила подсесть к одногруппнице за второй партой.
– Не занято? – Спросила я.
– Нет, садись, – улыбнулась она мне и освободила стул. – Женя, верно?
– Да, а напомни, пожалуйста, как тебя зовут?
– Лика.
– Точно, сокращённо от Анжелики, да? – я стала припоминать нашу встречу-знакомство в конце августа.
– Да, всё верно!
– Ну отлично, значит у меня не совсем уж никчёмная память. А то я почти никого не запомнила, – тихонько прошептала я Лике, усевшись за парту.
– Я тоже, если честно, – с усмешкой ответила она, и сразу же после этого прозвенел звонок на пару.
Преподаватель встал и представился:
– Здравствуйте, меня зовут Анатолий Иосифович Штольц. Я буду вести у вас семинары по высшей алгебре, – параллельно с представлением преподаватель записал всё это на доске.
– Интересное сочетание, не находишь? – спросила я тихонько свою соседку.
– Ты о чём? – удивилась она.
– Ну, фамилия у него немецкая, а отчество вон какое.
– Какое? – Лика, всё ещё не понимала, в чём дело.
– Ну как имя у Сталина. У его отца тогда вообще была гремучая смесь, интересно, как так получилось.
– А-а-а, – протянула Лика, – и что?
– Ладно, забей, – отмахнулась я от неё, потому что Штольц уже записал на доске свою почту для связи, и надо было не отставать.
– Ну что-ж, давайте теперь познакомимся с вами, – Анатолий Иосифович пододвинул к себе небольшой блокнот. – Авраменко.
– Я! – я подняла руку. Преподаватель кивнул и продолжил перекличку. На каждую фамилию кто-то поднимал руку. Так я узнала, что у Лики фамилия Белякова, у Егора – Виноградов, а у Коли – Шаров. Понятно, что это я могла посмотреть и в списке группы, но всё равно почему-то записала себе на последней странице тетради. Заодно пометила, что у молчаливого одногруппника фамилия Туров. Отлично, теперь узнать имя будет несложно. Тем временем Штольц дошёл до конца списка:
– Янковский, – в этот раз в кабинете повисла тишина. Преподаватель спросил ещё раз, – Янковского нет?
– Видимо нет, – ответил кто-то с задних парт.
– Эх, только подумал, что вся группа в сборе, видимо сглазил, – вздохнул Анатолий Иосифович и уже собрался что-то отметить у себя в блокноте, как в класс кто-то заглянул.
– Здравствуйте, извините, можно войти? – раздалось из-за двери.
– Здравствуйте, а Вы кто? – ответил Штольц.
– Янковский. Я учусь в этой группе, – парень осмелел и зашёл в кабинет. Все взгляды, конечно же были обращены к нему. И там было на что посмотреть. Высокий: его волосы почти касались верха дверного проёма. Конечно, этому ещё способствовала его причёска: русые, с лёгкой примесью рыжего волосы лежали лёгкими волнами с каким-то нереальным объёмом. Было заметно, что он правда спешил на пару: щёки раскраснелись, дыхание было сбито, а одна прядка выбилась и спадала на лоб, а может так причёска изначально была задумана, я не знаю, но шла она ему просто потрясающе.
– Что же Вы опаздываете на свою первую пару, Янковский?
– Ну вот так получилось, извините.
– Ладно, заходите, но впредь прошу Вас не опаздывать.
– Хорошо, я постараюсь, – ответил опоздавший и прошёл на свободное место за третьей партой. Я силой заставила себя отвернуться.
В это время преподаватель что-то пометил в своём блокноте и начал:
– Ну что ж, раз все в сборе, давайте начнём. Лекции у вас ещё не было, поэтому вот вам задачка. Представьте, что у вас в аудитории бесконечное число стульев и все они пронумерованы натуральными числами по порядку, а за дверью стоит бесконечная, но опять же пронумерованная натуральными числами группа студентов. Вопрос: сможете ли вы рассадить всех студентов?
Из аудитории донеслось уверенное "Да".
– А как вы это сделаете? – тут же спросил Анатолий Иосифович.
– Посадим первого студента на первый стул, второго на второй и так далее, – ответил Коля.
– Хорошо, а теперь у вас пришли две таких группы со студентами, их можно рассадить на стулья?
– Можно, – мы снова ответили почти хором.
– В этот раз мы будем садить студентов по очереди, сначала первого из первой группы, потом первого из второй, затем посадим вторых, третьих, ну и так далее... – в этот раз объяснял Егор.
– Хорошо, а вы сможете выписать номер стула, на котором при такой рассадке будет сидеть энный студент из первой группы? – спросил преподаватель у Егора.
– Ну, я попробую, – Егор вышел к доске и записал формулу.
– Минус, а не плюс, – начал шёпотом подсказывать ему Коля.
– А, точно. – Егор исправил свою неточность, а затем сказал, обращаясь к преподавателю – Вот, вроде так.
Анатолий Иосифович посмотрел на доску и кивнул:
– А для энного студента второй группы какой будет номер?
– А ну тут совсем просто, – заявил Егор и записал новую формулу на доске.
– Хорошо, садитесь, – Анатолий Иосифович снова одобрительно кивнул Егору и продолжил, обращаясь ко всей группе, – Я, думаю, понятно, что если у нас будет 3, 5, 10 или ещё какое-то число групп, то ситуация сильно не поменяется, сначала мы посадим всех первых, потом всех вторых и так далее. Но вот что делать если у нас бесконечное число групп? Сможем ли мы усадить студентов в таком случае?
Тут уже все задумались. Видя наше замешательство, преподаватель предложил:
– Раз вы не знаете, давайте голосование. Кто думает, что можно? – бо′льшая часть группы подняла руки. – Так, значит остальные думают, что нельзя. Ну что ж, большинство правы, это действительно возможно. Теперь осталось это показать. Никто ещё не додумался, как рассадить студентов?
На несколько секунд в аудитории повисает полная тишина, а затем Туров поднимает руку. "Ну точно, этот парень гений, поэтому и запомнил моё имя, – проносится у меня в голове". Туров тем временем выходит к доске и чертит таблицу, после чего заполняет её цифрами, а затем отходит, показывая, своё решение.
– Что-ж, расскажите нам, что это вы изобразили, – произносит Анатолий Иосифович.
– Ну здесь у нас группы, а тут студенты, а вот это стулья, – Туров невнятно показывает рукой на разные части таблицы. Тут я замечаю, что в самой таблице записаны натуральные числа, причём упорядочены они по диагоналям, у который длина с каждым разом возрастает.
– Да, не такого объяснения я ждал от студента, но и это сойдёт, раз других вариантов нет. К тому же, несмотря на сумбурность объяснения, доказательство верное. А формулу для студента эм энной группы вы сможете записать? – вопрос обращён к стоящему у доски.
Туров мнётся и говорит что-то невнятное:
– Эээм, ... ну... я не помню формулу...
– Всё ясно, садитесь, – Анатолий Иосифович направляется к доске, чтобы самому записать формулу, но тут опаздун-красавчик поднимает руку и произносит:
– Я могу записать формулу, – преподаватель жестом приглашает его к доске.
Янковский выходит и записывает формулу.
– Что-ж, давайте проверим. Чему будет равна ваша формула для пятого студента второй группы?
Отвечающий подставляет нужные значения в формулу и получает число 23.
– Неверно, по схеме должно получится число 17, где-то вы ошиблись, – замечает преподаватель.
– Да, я уже вижу, – Янковский, наклоняя голову чуть вбок (отчего его прядка снова грациозно спадает на лоб), внимательно смотрит на доску в поисках ошибки. – А, точно, и забыл отнять единицы здесь и здесь, – он исправляет свои записи, заново пересчитывает значение и получает 17.
– Да, так уже лучше, спасибо, садитесь.
Но вместо того, чтобы пройти на место, студент выдаёт:
– А можно предложить другое решение? – после этой фразы преподаватель немного удивляется и кивает.
Янковский чертит новую таблицу, при этом говоря:
– Пусть у нас так же по вертикали стоят номера групп, а по горизонтали – номера студентов, тогда мы можем заполнить клетки этой таблицы натуральными числами, которые будут обозначать номер стула, на который мы посадим конкретного студента конкретной группы, – после этого я понимаю, о чём говорил Туров во время своих странных взмахов руками у доски. Тем временем красавчик начинает заполнять таблицу числами, начиная с левого верхнего угла. – Сначала посадим первого студента первой группы, потом студентов из второго, скажем так, квадрата, затем третьего... – он продолжает писать числа на доске, а я понимаю, что не столько слушаю его объяснение, сколько слежу за его движениями и удивляюсь навыкам выступления у доски: парень не закрывает записи, а стоит чуть сбоку, лицом развернувшись в сторону аудитории, почти как преподаватель.
Опоминаюсь я только когда Анатолий Иосифович произносит:
– Замечательно, всё верно, можете садиться! – Янковский проходит на своё место, а я прилагаю все старания, чтобы не провожать этого красавчика взглядом, а смотреть на доску и наспех переписывать решение, которое, почти полностью прослушала. Преподаватель тем временем продолжает, – впервые на моей памяти кто-то предложил нешаблонное и, я надеюсь, своё решение этой задачи. Конечно, эта формула не такая элегантная, как в предыдущем доказательстве, потому что распадается на случаи, но такой подход тоже имеет место быть.
Он продолжает что-то говорить дальше, а в моей голове проносится мысль: "Высокий, красивый, да ещё и умный. Как же тут устоять?"