часть 1
- Блять, Хенджин, - вновь проныл Минхо, - нас здесь грохнут из-за тебя.
- Или изнасилуют, - подхватил Сынмин, поежившись.
Хенджин закатил глаза. Он знал, что не стоит брать этих маменькиных сынков с собой. Но нет, ему надо было выпендриться. Надо было рассказать, что он наконец-то решился проколоть соски. И конечно же, эти двое увязались за ним. Потому что не верили, что он не зассыт. Потому что им тупо было интересно, как вообще прокалывают соски. И потому что они были друзьями уже много лет, а у друзей принято поддерживать друг друга даже в самых ебанутых начинаниях.
Вообще-то Хенджин сам не был в восторге от района, где находилась студия. Но ему только 17 - кто школьнику сделает пирсинг? Правильно. Тот, кто на все готов ради денег. И конечно, в центре такие мастера не работают.
Он понимал, почему парням так стремно. Они только что прошли мимо машины, которая, должно быть, стоила дешевле, чем в совокупности их кроссовки. Таких, как они, здесь могут не просто раздеть, а реально на органы растащить. Во всяком случае, ощущение было именно такое.
Но если Минхо с Сынмином сюда пришли по приколу, Хван Хенджин шел сюда с конкретной целью. И он не собирался сдаваться только потому, что... О, господи, это крыса?!
- Мне кажется, я чем-то заразился, - не переставал ныть Минхо. - Пожалуйста, давай вернемся?
- Тебе всего-то полгода осталось. И проколешь все, что захочешь, - вторил ему Сынмин.
С каждым поворотом игнорировать их было все тяжелее. Ладно Минхо - тот вообще ныл по любому поводу и без. Типичный избалованный мальчик. Но Сынмин был совсем другим. Сынмин был спокойным, рассудительным, ни разу не кичился деньгами. Поэтому то единство, с которым они отговаривали Хвана от его затеи, не могло не напрягать.
Но Хван пообещал себе. Он проколет эти чертовы соски. Если не здесь - то в ванной. Обычной иголкой. И поскольку дома пирсинг-салон устраивать не хотелось, он должен был быть решительным до конца.
- Мы почти на месте, расслабьтесь, - Хенджин как ни старался не отсвечивать телефоном, все равно иногда был вынужден посматривать на карту.
- Пацаны, - раздалось из-за спины, - сигарет не найдется?
- Господи блять боже, - зашипел Минхо, сжимая рубашку на груди, - нам пиздец. Нам пиздец.
Они остановились и повернулись на голос.
- Конечно, - отозвался Хенджин, доставая пачку из кармана школьного пиджака. Он очень старался не показывать страха, но, глядя на лысых парней в спортивных костюмах, просто не мог оставаться спокойным. Сердце стучало так сильно, что, кажется, это было видно. Но вдруг они и правда просто хотят сигарет?
- Дорогая марка, - присвистнул тот, что был крупнее всех. Ну а кто же еще? - Я таких еще не курил.
- Забирайте все, - пожал плечами Хенджин, - мне не жалко.
Будто бы никогда фильмов про бандитов не смотрел, честное слово.
- Я те тут кто? Ты думаешь, я себе сиги позволить не могу, сопляк? - сплюнул крупный.
- Нет, я...
- Чооо?
- Я просто проявил вежливость к старшему, - заливать у Хенджина получалось хорошо.
Он был рекордсменом в школе по количеству прогулянных уроков и несданных домашек. А итог? А никакого. Он всегда мастерски отмазывался, ссылаясь на такие странные причины, что никто почему-то не подвергал сомнению их правдивость.
- Может, тогда проявишь его получше? - спросил второй, гоготнув. - Кошелек гони. Все, - он по очереди указал толстым грязным пальцем на Минхо и Сынмина.
Те на удивление выглядели неплохо. Такие невозмутимые лица сделали, будто бы их здесь не грабить собрались, а на ужин приглашали. Ну, хотя бы гордость свою они унесут с собой.
Хенджин протянул бумажник первым. Ну а сколько у него там? Тысяч двадцать? Ерунда, можно даже не говорить родителям. С карточками они ничего не сделают. Семейную фотку жалко, но эту потерю он как-нибудь восполнит.
Сынмин и Минхо, переглянувшись, тоже полезли в рюкзаки за кошельками. Они никогда не разговаривали о том, кто из них самый богатый, но Хенджин знал точно - для них потеря кошелька тоже пройдет безболезненно. Ну, может будет немного стыдно, но на этом все.
- Уже лучше, малые, - хохотнул крупный. - Я почти чувствую, что меня уважают. Давайте-ка, покрутитесь немного.
- Это еще зачем? - пискнул Минхо.
- Шмотки ваши заценить хочу. Вдруг понравится что. Вы же поделитесь?
О, вот уж нет. Хенджин свои кроссовки месяц ждал. Ждал открытия продаж полночи. А потом еще доставка эта из Штатов... Отдать их какому-то гопнику? Ну уж нет. Только вместе с его ногами!
- Я не стану, - твердо сказал он, но голос его потонул в чьем-то свисте. Бандиты как по команде обернулись на звук. Минхо вылупился, пытаясь просигнализировать друзьям, что пора бы им дать деру. Но ни Сынмин, ни Хенджин знаков его не заметили.
- Я что-то не понял, - послышался незнакомый голос, - я разве непонятно в тот раз сказал? Это мой район, петухи сраные.
- Господи блять боже, - одними губами произнес Минхо. Выглядел он так, будто вот-вот хлопнется в обморок. Хенджин очень надеялся, что этого не произойдет.
- Твоя территория закончилась на соседней улице, - возразил крупный, - тут земля нашего босса.
- Ты тупой или нет? Мы с твоим боссом уже все порешали. Это моя территория еще с той недели. Ты со мной спорить решил, говна кусок?
Закатное солнце, в лучах которого незнакомцы и, очевидно, другая банда подходили к ним, било Хенджину в глаза. Поэтому разглядеть, как все-таки выглядит оратор, не удавалось. Но голос у него был приятнее, чем у этих двоих. Наверно, он моложе. И курит поменьше.
- Ладно-ладно, - крупный попятился, - ты же опять шефу мозги все вынесешь.
- Сначала он тебе коленные чашечки раздробит, если не заткнешься, - этот голос звучал гораздо ниже. И абсолютно потрясающе. У Хенджина даже мурашки по спине побежали.
Бандиты хмыкнули, но перепалку продолжать не стали.
- Стоять, - это снова тот первый, - это наше, - он указал битой на кошельки парней, которые второй громила пытался спрятать в карманах. Господи, это правда бита? Он ходит по улицам с битой, и ему никто ничего за это не делает?
Кажется, громилы были не согласны с этой позицией, но спорить не стали - бросили кошельки на землю.
- Подавитесь.
- Съебывайте, пока я добрый.
-Пидрилы вы, а не банда.
- Мы банда пидрил, - невозмутимо ответил парень. Очевидно, он был лидером. - А вы чего стоите? Валите, пока мне ваши кроссы не приглянулись.
Сынмин с Минхо отмерли и попятились. Они пытались взять Хенджина под руки, но тот вырвался.
Он сделал шаг вперед, наклоняясь к своему бумажнику.
- Ты чо творишь? - его толкнули. Он поднял взгляд и наконец разглядел владельца того прекрасного низкого голоса. - Тебе же сказали - это теперь наше.
Хенджин был весьма озадачен, увидев не грозного раскаченного парня, а тощего паренька с ангельским личиком. Волосы его некогда были белыми, а сейчас сильно отдавали в желтый. И выглядели весьма убитыми. Хенджин в этом разбирался - он сам красился в блонд уже несколько месяцев.
- Хочу забрать фотографию. Она мне дорога. Мне не нужен кошелек, просто... Фотку отдайте.
- И с чего бы? - усмехнулся блондин.
- Ну так вы вроде... Нормальные, - не слишком уверенно произнес Хван.
Нет, ну правда. По сравнению с теми мужиками, эти пятеро парней выглядели очень даже неплохо. Даже стильно. Тот, который сейчас спорил с Хваном, - вообще красоты неземной. И, кажется, был рожден для одежды из кожи. Даже его дешевая замшевая куртка, усеянная шипами и цепями, выглядела на нем дорого. Куртка, наверно, весила столько же, сколько сам парень. Хенджин был уверен, что, когда выпрямится, окажется минимум на голову выше него. А то и на две.
Все парни выглядели молодо. Наверно, никому нет больше двадцати. Хотя тот, что сейчас крутил в руках биту, выглядел все же чуть-чуть постарше. А тот, что стоял с самого края, наоборот - сильно младше. И, кажется, мелкому этому школьники не нравились гораздо сильнее, чем остальным. Очень уж странно он их рассматривал.
- А я бы на твою мамку взглянул, - заржал другой парень, - может, я себе ее фотку оставлю?
- Фу, - не выдержал Минхо, - его маме за сорок, чувак.
Была у него эта феноменальная способность - влезать в не лучший момент. Вроде бы адекватный человек, но варежку разевал всегда не вовремя. Сколько у него выговоров за это в школе было - не сосчитать. А отец его за это даже лупить пытался, но манеру эту его так и не отбил.
- Вообще-то, тридцать девять, - возмутился Хенджин.
- В том году на торте было написано сорок один, не звезди, - огрызнулся Ли.
- Мы вам не мешаем? - почти ласково уточнил парень с битой. - И да, Хан, это было мерзко.
- Да похуй, - пожал плечами Хан, - мне интересно, чо ты за фотку эту нам предложишь.
Вообще никто из присутствующих, кроме Хвана, не выглядел так, будто им была интересна эта фотография. Хван даже успел подумать, что ему и правда ее так легко отдадут, но, кажется, не судьба.
- Мне вот часы твои понравились, принцесса, - Хан подскочил к Минхо, схватив его за запястье, - подаришь?
Минхо ощетинился. Взгляд его стал ледяным, а губы злобно задрожали.
- Чел, не надо, - тихо произнес Сынмин, кладя руку ему на плечо, - он тебя провоцирует.
Хан мерзко заржал.
- Отдайте ему фотку, - скомандовал парень с битой, - все равно выкинем. А вы, - он по очереди указал на каждого из школьников, - нас не видели. Пойдете в полицию - мы вас найдем и переломаем ноги, ясно?
- Ясно, - ответил за всех Сынмин, - нам проблемы не нужны.
- А чо вы тогда к нам на район приперлись? - спросил Хан. Он то ли был самый общительный, то ли его вся эта ситуация очень забавляла.
- Не ваше... - начал Хенджин, но пересекся взглядом с блондином и решил не заканчивать.
- Пирсинг у вас тут где-то делают, - ответил за него Минхо, - даже школьникам, говорят.
Парни почему-то заржали.
- Чего смешного? - уточнил Хенджин.
- Я делаю пирсинг, - ответил парень, который до этого молчал. Он был самым невысоким из всех, но выглядел куда более грозным, чем остальные. - Мы как раз шли на сеанс. Я все гадал, чо за утырки припрутся. А это вы.
- А это мы, - вздохнул Сынмин.
Повисла пауза.
- Ну так чего? - уточнил наконец парень с битой. - Делать будем? Он карты принимает.
Три месяца спустя.
Сбор банды был назначен на четыре. Все пришли вовремя, кроме, разумеется, Хана. Тот со временем вообще не дружил никогда, так что никто и не удивился, когда он вихрем влетел в забегаловку, на ходу салютуя знакомой официантке.
- Наконец-то, - скорее для порядка произнес Бан Чан.
- Пацаны, - Хан подтащил к их столу стул и плюхнулся на него так резко, что тот жалостливо скрипнул, - я теперь знаю, зачем геи трахаются.
Все замерли на секунду. А затем медленно перевели взгляд на Хана.
Чанбин демонстративно кинул на поднос картофелину, которую собирался съесть. Феликс удивленно приподнял брови. Чонин, кажется, смутился, но старательно делал вид, что ему все равно. С реакцией медлил только Бан Чан.
- Я, конечно, не за этим вас собрал, - он сцепил руки в замок и положил их на стол, - но давай, жги. Раз уж начал и испортил всем аппетит.
- Это охуенно, парни, - Хан словно бы только ждал, когда все обратят на него внимание и разрешат продолжить, - отвечаю. Это лучше, чем с девчонками.
- Правда? - кисло спросил Чанбин.
- Я ж говорю - отвечаю, - Джисон будто бы и не заметил, что в голосе старшего не было и грамма заинтересованности. - Короче, в заднице есть такая точка...
- Ты хочешь нам что-то сказать? - Бан Чан перевел взгляд на руки, покачав головой. У Чонина покраснели уши. Феликс и вовсе закрыл лицо руками. Чанбин пробурчал что-то вроде «я точно его ебну».
- А? - не понял Хан. - А... - он прочистил горло, - да. Я встречаюсь кое с кем.
- С парнем, очевидно? - спросил Крис.
- Ага, - Джисон закивал, - ну вы его знаете. Тот, богатенький. Мы на районе у них тогда кошельки отжали. С тем, который самый красивый.
- Который... самый высокий? - уточнил Феликс. Они с Чаном как-то странно переглянулись.
- Чего? - усмехнулся Джисон. - Нафига он мне сдался? Минхо! Я про него.
- А можно было рассказать после того, как мы поедим? - едко уточнил Чанбин. - Я же просил тебя вообще не говорить, пока я ем. Ты всегда хрень какую-то несешь.
- Это не хрень! Это полезный опыт, который вам, лопушарам, никогда не светит! - почти гордо парировал Джисон.
- Будто бы нам очень хотелось, - ответил Чанбин. - Я не понял, вам всем правда интересно что ли? Чан, сделай с ним что-нибудь уже.
- На самом деле, - подал голос Феликс, - мне тоже есть, что рассказать.
Теперь удивленным выглядел даже Хан.
- Ну пиздец, - Чанбин закрыл лицо руками.