89 глава. Ночной жор.
Всю ночь квартира Валенсии была окутана тишиной, но спустя несколько часов ночи, её нарушил едва заметный шум. Валенсия проснулась от лёгкого голода. Она медленно открыла глаза и увидела, что Нолан мирно спит рядом, его дыхание ровное и спокойное. Он был так близко, и она не хотела его будить, но тут живот предательски заурчал.
Валенсия осторожно вытащила свою руку из-под одеяла и посмотрела на часы — было почти два ночи. «Ну вот, неужели я опять», — подумала она с лёгким смехом, вспоминая прошлые ночи, когда её неугомонный аппетит просыпался в самых неожиданных моментах.
Она встала с кровати, стараясь не разбудить Нолана, и тихо направилась на кухню. Тёмный коридор был слегка освещён светом ночника, и Валенсия почти не издавала звуков, стараясь не привлекать внимание. Она подошла к холодильнику, открыла его и заглянула внутрь.
"Что же я могу съесть?" — размышляла она, перебирая продукты. Увидев остатки пиццы, она не могла устоять и взяла пару кусочков. В голове мелькала мысль, что Нолан будет смеяться, если узнает, что она встала в два ночи, чтобы съесть пиццу, но сейчас ей было не до смеха.
Съев несколько кусочков, Валенсия почувствовала, как её живот успокаивается, но все ещё хотела что-то сладкое. Она достала шоколадку, задумавшись о том, что к такому времени, кажется, уже никто не может устоять перед сладким.
В этот момент из спальни раздался звук шагов. Валенсия обернулась и увидела Нолана, который стоял в дверях кухни, ещё с закрытыми глазами.
— Ты что, опять ночью в холодильник зашла? — его голос был сонным, но с лёгкой улыбкой.
— Могу ли я попросить у тебя немного сочувствия? — ответила Валенсия, пытаясь скрыть смех. — Я голодная.
Нолан подошёл к ней, зевнул и, не сказав ни слова, взял себе кусочек пиццы.
— Ты тоже не устоял? — спросила Валенсия, подавая ему шоколадку.
— Ладно, не могу спорить, — ответил он с улыбкой и открыл шоколадку. — Ты ведь знаешь, что с тобой невозможно устоять, когда ты так мило выглядишь, с этой пиццей и шоколадом в руках.
Они оба рассмеялись. Валенсия села на стул, а Нолан подошёл и присел рядом. Поглощая остатки еды, они не могли не заметить, как у них теперь всё иначе. Раньше такие моменты приносили лишь лёгкие раздражения, а теперь они стали частью их совместной жизни — моментами, когда можно быть настоящими.
— Ты понимаешь, что я не могу быть рядом с тобой, когда ты ешь в два ночи? — поддразнил Нолан.
— Почему? — удивилась Валенсия, надув губы. — Мы же просто наслаждаемся моментом.
— Я не спорю, но нам всё-таки, наверное, стоит быть чуть более... дисциплинированными, — усмехнулся Нолан, обнимая её.
Она покачала головой и вздохнула.
— Ты — это я, если я тебе не расскажу об этих ночных «походах», — с улыбкой сказала Валенсия.
Нолан снова засмеялся, не переставая смотреть на неё с теплотой в глазах.
— Я думаю, ты — единственная, кто может себе позволить такие выходки.
В этот момент они остались в молчании, наслаждаясь обществом друг друга. Валенсия понимала, что такие маленькие моменты — они и есть настоящая жизнь.