79 глава. Первая встреча.
Первая встреча между Даниэлем и Ноланом была странной. Они оказались на одном из тех разговорных моментов, когда слова казались лишними, но всё же важными. Нолан, который только что вернулся домой после нескольких месяцев, проведённых в заложниках, с трудом держал себя в руках. Вся его душа была разорвана, и на нём явно сказался этот тяжёлый опыт.
Когда они встретились в одной из кафешек, где Нолан зашёл с намерением поговорить с Даниэлем, сразу стало понятно, что многое из того, что происходило, оставило незаживающие раны. Они сели друг напротив друга, и Нолан молчал несколько секунд, прежде чем заговорить.
— Ты вытащил меня. Я знаю, что ты помог мне, Даниэль, — его голос был тихим, но серьёзным. Он смотрел прямо в глаза Даниэлю, и в этих глазах читалась не просто благодарность, но и многое другое. Страх. Тоска. И невыносимое осознание того, что всё было слишком близко.
Даниэль лишь слегка кивнул, вздохнув и откинувшись назад в кресле. Он был в своём типичном спокойствии, даже несмотря на всю тяжесть ситуации.
— Я просто сделал то, что должен был. Ты мой друг, Нолан, — Даниэль поднял взгляд, его глаза встретились с глазами Нолана. — Ты не один. И никогда не будешь.
Нолан слегка усмехнулся, но в его улыбке не было лёгкости. Он знал, что Даниэль прав, но вся эта ситуация была слишком сложной, чтобы легко отпустить. Нолан вздохнул и посмотрел на своего друга.
— Я не знаю, как теперь жить, Даниэль. Когда ты так долго находишься в этом аду, ты теряешь всё. Ты теряешь себя. Ты теряешь понимание того, что такое свобода. И теперь, когда я снова здесь, я понимаю, что всё изменилось. Даже я изменился.
— Нолан, ты не тот человек, которого они пытались сломать, — Даниэль говорил, как всегда уверенно, но его слова не звучали холодно, а наоборот — как напоминание. — Ты всё равно остался самим собой, несмотря на всё.
Нолан молчал ещё пару секунд, пытаясь найти нужные слова. Он понимал, что Даниэль прав. Он не был сломлен. Но его жизнь всё равно изменилась. Изменилась по-настоящему.
— Я хочу, чтобы Валенсия не узнала. Не хочу, чтобы она страдала из-за меня. — Его голос вдруг стал более мягким, как будто воспоминания о той, кого он любил, снова начали ранить его.
Даниэль слегка покачал головой.
— Ты не можешь скрывать всё от неё, Нолан. Она любит тебя. А ты, сам того не осознавая, её тоже любишь. Не стоит строить барьеры, иначе ты потеряешь её. Тебе нужно быть честным, а не прятаться.
Нолан закрыл глаза, откидываясь на спинку кресла, и вздохнул. Он знал, что Даниэль был прав. Но решение сказать Валенсии правду было страшным. Она страдала так долго, а теперь, когда он вернулся, он не знал, как сделать её счастливой. Всё казалось таким запутанным.
— Я просто хочу, чтобы всё было как раньше, — прошептал он, едва слышно.
Даниэль не ответил. Он знал, что Нолан должен пройти этот путь самостоятельно. И, несмотря на всё, он был готов поддержать его в любом решении. Потому что дружба и верность — это то, что они могли предложить друг другу в этой сложной жизни.
(Валенсия не знала все в точности)