Пролог.
— Вилсон, если ты ещё раз оставишь оборудование в таком состоянии, клянусь, я... — голос Нолана Харбора дрожал от ярости, но он не договорил.
Валенсия скрестила руки на груди и закатила глаза:
— Что, Харбор? Вколешь мне смертельную дозу раздражения?
Он сжал челюсти, стараясь сдержать злость. Почему именно она стала его напарницей на практике? Почему из всех студентов курса ему досталась эта заносчивая, упрямая, самоуверенная девушка, которая, кажется, существовала лишь для того, чтобы выводить его из себя?
— Ты не умеешь признавать ошибки, Вилсон. Это опасно для будущего врача. — Его голос стал холоднее.
— А ты не умеешь расслабляться, Харбор. Это опасно для твоей нервной системы, — с усмешкой ответила она, поправляя прядь каштановых волос за ухо.
Они стояли в лаборатории, где готовили препараты для практических занятий. Вокруг были другие студенты, но казалось, что никто не осмеливается вмешаться в их очередную перепалку. Все уже привыкли к вечным стычкам Валенсии и Нолана.
— Серьёзно, Харбор, ты бы хоть раз перестал вести себя так, будто ты идеален, — Валенсия подошла ближе, с вызовом глядя ему в глаза.
— А ты бы хоть раз взяла на себя ответственность, — ответил он, не отводя взгляда.
Между ними повисло напряжение, в котором смешались раздражение, вызов... и что-то ещё.
Только тогда они ещё не знали, что вскоре это напряжение перерастёт в нечто совсем иное.