The name of love [H.S.]

Бейсбол традиционно начинался в начале апреле, но в это раз решили начать в конце марта, 29 числа. Погода благоволила, обещали облачность, люди были свободны. Всё обещало пройти хорошо.

— Будь аккуратна, — говорит мама, подавая термос, — Телефон с тобой?

— Да, мам, всё взяла.

— Хорошо, ну, всё, иди, передавай ребятам привет от меня.

— Хорошо.

Кевин Саломон близкий друг семьи Фильморт, ему чуть больше 26, он увлекается большим теннисом и бейсболом на профессиональном уровне. Эмма тоже как-то хотела попробовать теннис, но предпочла пойти на фехтование. Но в итоге так никуда и не пошла. Кевин для своих лет выглядел хорошо, подтянуто. Он всегда выделялся белоснежными кудрявыми волосами и чёрными бездонными глазами.

Эмма выходит из дома, на противоположной стороне от её дома стоит чёрный вольво, купленный около года назад и постоянно раздражающий своего владельца. Опираясь на бампер задницей, стоял тот самый владелец. Он был одет в костюм от Nike, сверху было расстёгнутое пальто. У Кевина всегда была дурная привычка курить, облизывать губы и пить кофе с апельсином. Сейчас он совмещал две первых  Это был тот же Кевин, что и год назад. Парень бросает сигарету и тушит её, расскрывая руки для объятий.

— Эмма, малышка, кажется ты подросла. Или нет? Всё такая же. Я скучал.

— Я тоже скучала, Кевин.

— По мне или по бейсболу?

— По всему.

— Зачёт. Погода обещает быть сказочной, — глядя на пасмурное небо, говорит Кевин, — Садись, мне есть что послушать.

— Тебе нечего слушать, — говорит Эмма, присев в машину.

— Да как же. Выпускной класс, детка, — девушка вздыхает. Кевин был, пожалуй, одним из немногим, кто знает всю правду от корки до корки, — Ты всё также в намеренья...

— В намереньях поступить туда, куда и планировала. Так что ничего не поменялось.

— Не думаю, вижу странный блеск в твоих глазах, — конечно, посмотрела бы я на тебя, если тебе бы снилось, как тебя трахает руками дядя твоего лучшего друга, — Ты витаешь в облаках, — Саломон заводит машину.

— Есть такое, — бессмысленно отрицать.

— И кто он?

— Не поняла.

— Детка, ты витаешь в облаках из-за парня. Я хочу знать кто он, — приподнимая брови, спрашивает Кевин и отъезжает.

— Нет, я не витаю из-за парня.

— Твоя первая серьёзная влюблённость, я понимаю.

— Нет...

— Кажется, я думал, ты закрыла вопрос о Нике. Тебе лишь казалось, что ты влюблена в него. Такое бывает в твоём возрасте.

— Нет, я не об этом.... и, да, я закрыла вопрос, но тут речь про то, что я не влюблена сейчас.

— Ты это поймёшь скоро. Возможно, ты реально сейчас не понимаешь, что происходит с тобой.

— Я правда не чувствую ничего, — скорее не понимаю.

— Так значит этот парень есть, — парень отпивает третью привычку, кофе с апельсином.

— Я этого не сказала.

— Но и не отвергла. Не смотри на меня так. Да, я по-прежнему пью кофе. Мне необходимо это.

— Я уже смирилась, — кивает Эмма, — Как дела у тебя?

— Всё также завидный холостяк, вернулся пару недель назад из Лондона.

— Что ты там делал?

— Играл в теннис с друзьями и отдыхал. Хотя это больше было похоже на пытку самого себя, — кивает парень в подтверждение своих слов.

— Неужели всё так плохо? Ты же умеешь отдыхать.

— Иногда я промахиваюсь.

— Отдохнёшь хорошо летом.

— Летом я буду работать. Оторвусь зимой судя по всему, больше мне тупо некогда. Готова к экзаменам?

— Да, думаю, что на 90 процентов.

— А где же ещё 10?

— Даю шанс, что я могла что-то упустить или не уделить этому должное внимание.

— Ясно. Как дела у Ричарда?

— Да вроде ничего.

— Ещё не влюбился в тебя? — шутит парень.

— Дружба между парнем и девушкой существует.

— За столько лет она уже переросла с одной стороны в большее.

— С тобой без толку спорить. Останемся при своих мнениях.

— Ладно. Как там Мия?

— Кое-что я всё же упустила, сказав, что ничего не произошло. Я с ней больше не общаюсь.

— Вот как. С чего так?

— Скажем так... она повела себя как овца. Её бортанул парень, поспорил на неё и тот, кто ей сказал это, приплёл к этому меня, что я всё знала. И она им верит.

— Но ты же не учавствовала?

— Нет, конечно! Я вообще об этом не знала. Буквально днём мы с ней выступали вместе, а к вечеру она полила меня отборным матом. Сучка.

— Забей на неё, вот и всё. Кто она и кто ты. Явно разница есть.

— Ты полностью прав, — также как и он...

***

— Всем привет!

— Эмма, я уж думал тебя не ждать после того дня... — Рональд улыбается во все свои белоснежные зубы и обнимает Эмму, слегка её тормоша.

— Нет, это был всего лишь гвоздь... Вы же проверили поле? — Кевин смеётся, доставая из багадника сумку.

— Детка, расслабься.

— Реально расслабься, — блокируя телефон, говорит Джейк, — Ты похожа на комок нервов на ножках.

В этой компании Эмма была самой юной. Рональду было 19, Джейк был чуть младше Кевина, ему 24 года.

— Проколол всё-таки своё ушко, Рон?

— Да-а-а. И я кайфую, Эмма.

— Не сомневаюсь. Когда начнём играть?

— Дождёмся Валериана и Алекса и начнём.

— Где их, кстати, носит?

— Они в пробке. Эмма, не хочешь закинуться? — протягивая пакетик, спрашивает Саломон.

— С чем это?

— Эм-м... — парень читает этикетку, — покрыты хрустящей корочкой из слабо острого соуса.

— Смеёшься? Не с моим желудком.

— А я схаваю, — Рональд выхватывает маленький пакетик.

— Ты всё схаваешь. А вон и эти черти подъезжают.

— Смотри при них это не ляпни.

— Ой, да мне посрать на них, и в особенности на Алекса, — надо признаться, Эмма испытывала влечение в прошлом году к Алексу, всему виной подростковые период в жизни Эммы и мир соблазнов вокруг. Алекс был довольно приятным юношей 21 года, а Эмма чересчур была помешена на порно в этот период.

— Эмма, — Кевин щелкает у девушки перед глазами.

— А, да?

— Чего задумалась? Держи биту, будешь первой.

— Но... ещё же не было жребия.

— Держи биту.

— Ладно, — пожимая плечами, Фильморт берёт биту. Наконец машина останавливается и из неё выходят двоё парней.

— Кевин.

— Алекс! Валериан! — Рональд явно сегодня в приподнятом настроении. Очередь доходит до Эммы. Алекс причудливо улыбается, смотря на неё.

— Привет.

— Привет.

— Как твоя пятка?

— Оу, всё отлично, рана зажила.

— Это хорошо, — оба смотрят на Кевина, который начинает говорить.

— Первая Эмма, дальше жребий или договор.

— Конечно же, жребий иначе мы хлебала начнём друг другу бить, — говорит Алекс и смотрит на Джейка, тот лишь закатывает глаза при виде этого зрелища, — Начинай.

— Начинаем, — говорит Джейм.

— Ничего не бойся, — шепчет Кевин Эмме.

— Я на тот конец. Let's go!

— Следи за мячом, выгрызем победу у этих сопляков.

— Сто процентов.

— Отлично.

***

— Не успел, — говорит Саломон разъярёному Алексу. Тот бьет кулаком о землю и встаёт.

— Перерыв? — в надежде спрашивает Рональд.

— Успел? — спрашивает Джейк, прибежав вслед за Роном. Кевин отрицаьельно машет головой, — Сюда! — они обнимаются с Роном.

— Не радуйся, мы всё равно с Эммой впереди.

— Это ненадолго, Эмма, прости, ничего личного.

— Ещё посмотрим, — говорит Фильморт, вытирая грязь с ладони.

— Моя школа. Перерыв, перерыв, Рональд. Ты порезалась? — Кевин подходит ближе, взяв руку Эммы в свои.

— Видимо, когда падала в последний раз напоролась на стекло. Но ничего страшного. Ранка небольшая.

— Идём я обработаю. У нас есть время.

— Да не стоит.

— Иди тогда просто побрызгай её антисектиком. Он лежит в бардачке. Бегом. Чтобы не было заражения.

— Ладно.

Эмма берет в руки телефон из сумочки, проверяя уведомления, когда наконец-то пшикает на ранку антисептиком. Два пропущенных от Ричарда, первый час назад и второй семь минут назад, Фильморт набирает его, оглядываясь на поле.

— Да, Рич, ты звонил?

— Ты на бейсболе?

— Да. Но у нас сейчас короткий перерыв, так что говори.

— Да мне уже стало полегче. Порез резко начало жечь, до мамы не мог дозвониться, Гарри шляется не пойми где, оставалась только ты и твоя мама. Ты не взяла трубку, хотя я знал, что так и будет. Так что я позвонил твоей маме. Она моя спасительница. Мне уже не так сильно жжёт.

— Я рада, что моя мама помогла тебя.

— Ты как там, нормально?

— Да, получила лишь небольшой порез на ладони, но это мелочи, скорее что-то случится между парнями, когда мы закончим играть. Язвительные шуточки Джейка и вспыльчивый характер Алекса не могут находится на одном поле. Они расжигают этот конфликт.

— Намечается драка вообщем. Главное, что ты почти цела.

— Да, я тоже этому рада. Ну, всё, мне пора возвращаться. Передавай привет мистеру Стайлсу.

— Ого, как официально. Ладно, давай. Жду звонка, когда ты освободишься.

— Хорошо.

***

Фильморт сталкивается с Джейком и оба падают, уступая этот мяч Алексу.

— Ты в порядке? — подавая руку, спросил тёмноволосый.

— Кажется, я ушибла область лопатки. Так болит.

— Давай, вставай, сейчас посмотрим.

— Спасибо.

— Блять, Эмма, у тебя там торчит стекло. Ты укала на огромный осколок.

— Чёрт!

— Идём скорее к Кевину. Нужно срочно в больничку.

— Нет, нет, нет! —  Эмма хочет присесть на корточки и обхватить себя руками, но спина раскалывается от малейшего движения.

— Что у вас тут случилось?

— Стекло вошло Эмме в правую часть спины... нужно срочно в больницу, чтобы не пошло раздражение.

— Эмма, не плачь. Так больно?

— Я не знаю! — рявкает Эмма и утирает слёзы рукавом кофты.

— Это шоковое состояние. Давай я её отвезу.

— Нет, я её отвезу, хотите доиграйте. Идём, Эмма.

— Эмма, прости. В какую больничку вы едете? — идя прямо за ними, спрашивает Джейк.

— Не знаю, какая будет ближайшая.

— Шерлок, вези её, которая возле твоей квартиры. Она подходит.

— Садись.

— Эмма, прости, я не хотел.

— Ничего страшного...

***

Они заходят в отделение травматологии. Там сидят пару бедолаг, которые уступают Эмме в очереди.

— Где Вы так?

— На бейсболе, — доктор вздыхает и ещё раз протирает место спиртом. Эмма только сильнее плачет от боли.

— Нужно сходить сделать рентгенографию, чтобы проверить не осталось ли там стекла. То, что было видно, я удалила. Сделаем рентген и если всё хорошо, я наложу швы. Её можно сделать прямо на этаже в конце коридора. Идите, как только получаете её, идёте ко мне. Мужчина, держите девушке со спины ткань, она хоть и прилипла, но может упасть. Во время рентгена убрать, потом снова приложить. Это обычный обеззараживающий раствор на ткани, жечь должно и будет.

— Хорошо. Идём, Эмма, — в больнице было довольно тепло, так что Эмма не чувствовала холода, когда с неё сняли верх и оставили в лифчике. Они присаживаются напротив кабинета, — Мы следующие, скоро всё пройдёт.

— Ничего не пройдёт.

— Успокаивайся, успокаивайся, детка, всё будет хорошо, — он вытирает свободной рукой её щёки.

***

— Рентген ничего не показал. Всё хорошо. Местную анестезию хоть раз делали? — девушка кивает, — Отлично. Тогда приступим.

***

— Как только, так сразу обратно ко мне. Не ждём, не пережидаем, не молчим. Позовите там следующего.

Эмма никак не ожидала увидеть Ричарда там же.

— Эмма. Что у вас произошло? Ты в порядке?

— Она напоролась на стекло. Вошло 5 сантиметров, при протяжённости в 6 сантиметров, всё, слава тебе, Господи, вытащили. Ждём, когда подействует анестезия и ей наложат швы.

— Какой кошмар. Эмма, ты в порядке? — девушка кивает.

— Что ты тут делаешь?

— А рана опять начала жечь, припёрся Гарри и спросил, тогда какого хрена я ещё не у травматолога, и отвёз меня сюда, он ждёт меня внизу в машине.

— Она просила позвать следующего, парень, так что иди.

— Я вернусь. Добрый вечер... — дверь за Ричардом захлопывается.

— Это Ричард? — снова кивок.

— Красивый, совсем как в жизни. Кто такой Гарри? Кажется, ты воодушевилась слегка, когда услышала, что он тут.

— Кажется. Это его дядя, я просто его знаю.

— Ладно...

— Ты звонил моей маме?

— Нет.

— И не звони, нет необходимости беспокоить хирурга.

— Хорошо, как скажешь. Ты взрослая девочка и скажешь всё сама. Ты у меня умничка, — он целует её в висок.

***

— Вот и всё. Час мучений позади, — закрыв за собой дверь, сказал Кевин.

— Я не чувствую полспины, потом она отойдёт и боль продолжится, — к ним подходит Уильямс.

— Постарайся приехать домой и сразу лечь поспать. Успокоительные вроде подействовали.

— Да... наверно...

— Сэр, вы можете езжать домой, Гарри довезёт её до дома, выбросив меня около дома.

— Эмма?

— Всё хорошо, едь домой, я в надёжных руках. Я напишу, как приеду домой.

— Хорошо. Спасибо тебе.

— Мне не трудно, сэр.

— Просто Кевин.

— Тогда Ричард, но Вы наверно знаете....

— Да, приятно познакомиться. Ладно, Эмма, я побежал, люблю тебя.

— Люблю тебя.

— И это дружба? — Эмма смотрит на него бесжизненным взглядом, — Я тебя понял, не сейчас. Идём, иначе Гарри меня разорвёт, если я прямо сейчас не появлюсь у него в машине. Наденешь худи? — отрицательно машет головой, — Может мою? Замёрзнешь же.

— Нет, спасибо.

— Как знаешь. Гарри закинет быстро меня домой и отвезёт тебя.

— А он об этом знает?

— М-м, думаю, он не откажет. Ладно, я сказал, что ты здесь.

— Одно без другого не может быть.

— Конечно. Вы также можете заехать по пути в аптеку, если это необходимо, — презик купить и трахнуть твоего дядю в машине?

— Нет, мама что-нибудь с этим придумает, когда вернётся с работы.

— Хорошо. Гарри стоит там, — дуёт лёгкий ветер, но Эмме жарко.

— Я сяду вперёд?

— Как пожелаешь.

— Ладно, — Эмма открывает дверь высокой машины и залазиет внутрь.

— Гарри выбрось меня у дома и довези Эмму до дома.

— Здравствуй, — Гарри полностью игнорирует Ричарда, он смотрит на Фильморт. Когда его мозг всё-таки доносит, что лучше отвернуться и не пялиться, он отворачивается.

— Добрый вечер.

***

— Кажется, мы приехали. Эмма? — парень слегка трогает её за плечо пару раз и девушка просыпается.

— М?

— Ты заснула пока мы ехали. Мы уже возле твоего дома.

— Да? — Эмма потирает глаза и внимательней взглядывает в окно машины. Действительно, Эмма узнаёт свой дом. Машины рядом с домом нет, значит родителей тоже нет.

— Твоя грудь смотрится шикарно в этом лифчике, именно такой я себе её и представлял, — выпаливает Стайлс, но только потом думает о том, что сказал, и о последствиях сказанного. Блондинка поворачивается корпусом к Гарри. Она ещё слегка сонная.

— Повторите?

— О чём ты?

— Не делайте из меня дуры, я слышала, что Вы сказали, — Гарри лишь неопределённо жмёт плечами, но сдержанно улыбается, отводя взгляд в окно, — Вы нарываетесь, чтобы я Вас изнасиловала прямо в этой машине.

На этих словах парень резко поворачивается на девушку.

— Что?

— Вы слышали и не ослышались.

— Эмма, — кажется, член был заодно с планом Эммы, — Твою мать, — шепчет Гарри.

— Расслабьтесь, мистер Стайлс.

— Как я могу быть расслаблен, когда я реагирую на твоё полуголое тело и на тебя всю саму? — он задирает голову вверх, прислонив её к подголовнику, и прикрывает глаза. Эмма смотрит вниз.

— Чёрт возьми, это из-за меня? — Стайлс сейчас разорвётся. Эмма решайся, сейчас или никогда. Девушка старательно перелазиет на колени Гарри. Последний распахивает глаза.

— Что ты делаешь?

— Не задавайте лишних вопросов. Они бесполезны, — Эмма расстегивает ширинку.

— Иногда я поражаюсь твоей решимости.

— Да заткнись уже.

— С радостью, — губы соприкосаются с губами напротив. Он хотел этого с того самого фальшивого поцелуя. Гарри обхватывает её лицо руками, Эмма неумело отвечает ему, вызывая лёгкую улыбку у парня. Стайлс помогает приснять джинсы и рука Эммы лезет ему под лёгкую ткань боксёр.

Нужно было бы остановиться, но никто не хотел этого делать. Руки медленно сползают с лица на грудь и сжимают её, а после одна из рук исчезает под резинкой спортивных штанов.

Они отрываются друг от друга, рот Эммы приоткрывается от умелых пальцев Гарри.

— Господи, — изумрудные глаза с интересом наблюдают за Фильморт. Тем временем девушка продолжает наглаживать член. Только сейчас можно понять всю абсурдность ситуации: Эмма сидит на коленях дяди Ричарда, они сидит полуголые в машине, окна запотели, губы искусаны. Гарри вытаскивает свою руку из штанов.

— Мы должны отстановиться, прямо сейчас, — проводя руками по лицу и дальше по волосам, говорит Гарри, — Иначе мы совершим ошибку, — Фильморт хочет что-то сказать, но её рот лишь то отрывается, то закрывается в попытке сказать хоть слово.

— Да, наверно, Вы правы, — Эмма пытается найти выход, но потом соображает и перелазиет обратно.

— Спасибо, — говорит парень, когда Эмма выходит.

— Э, эм, не благодарите, — ставя перед ним руку и махая головой вправо-влево, говорит Эмма, — Не стоит, — и дверь захлопывается. Гарри издаёт смешок.

***

— Господи, Эмма, Эмма, что это было? Ты.... о, Господи.... — Фильморт судорожно собирает вещи, которые хотела закинуть в стирку. Она вздрагивает от мелодии звонка, — Да, Господи!

— Эмма, я не вовремя?

— Нет, нет, прости, говори, я слушаю.

— Ты уже дома?

— Да, передай своему дяде спасибо, а... впрочем не старайся, я сама, да, я сама передам ему спасибо. Не утруждайся. Ты дома? Точно! Это же очевидно, что ты дома.

— Ты спала, когда я выходил. Я рад, что Гарри доставил тебя до дома. Я сказал ему твой адрес, — он итак его знал.

— Я.... я поняла. Твой дядя уже дома?

— Да, он разувался внизу. Долго Вы ехали.

— Да... так пришлось видимо... впрочем я не знаю, я же спала.

— Эмма! Детка, ты дома!?

— Всё, мне пора, Ричи, мама пришла. Спи спокойно.

— Спокойной ночи.

— Да, я дома! — Эмма спускается вниз, — Мам, ты только не переживай, уже всё хорошо, но... вот, — Эмма разворачивается к маме спиной.

— Боже, детка, как так? Почему ты мне не позвонила?

— Кевин обо всём позаботился, не переживай. Не вини его, это я попросила его не звонить. Правда, не было необходимости. Стекло вытащили, рентген сделали, швы наложили.

— Стекло?

— Да, до этого я поранила ладонь стеклом. Видимо я слишком везучая.

— Рану обработали?

— Побрызгала антисептиком, там не было необходимости делать что-либо ещё.

— Вот я ненавижу твоё халатное отношение к этому. Сейчас же идёшь в душ, отдраиваешь своё тело мочалкой и возвращаешься сюда. Я посмотрю твои раны. Почему Вы ко мне не приехали? — спрашивает уже сама себя Филисия, направляясь на кухню. Эмма слишком хорошо её знала, чтобы сказать, что она сейчас будет звонить Кевину и всё расспрашивать.

***

— Всё хорошо, я обработала всё замечательно, теперь моя душа спокойна. Тебе выдали справку о том, что ты можешь не заниматься спортом в школе?

— Нет, мне дали только этот список мазей и лекарств.

— Сожги его, я уже отослала папе мой список, он купит всё неоходимое, когда будет ехать с ночного дежурства. Ничего, я выпишу его тебе, какая халатность со стороны врача. Как там, кстати, Ричард? Он звонил мне спрашивал о руке.

— Он тоже был в больнице, у него вернулось жжение. Странно, что Кевин тебе этого не рассказал, — Филисия смотрит на дочь, слегка улыбаясь.

— Там определенно легкое заражение или же раздражение. Ничего, жив будет. Кстати, кто этот таинственный Гарри? Я что-то не помню, чтобы Элис мне говорила про какого-то брата Гарри или же сам Ричард упоминал его.

— Ричард не любит говорить кто его дядя. Я сама об этом не знала. Видимо, они очень хорошо его скрывают.

— Ладно, детка, я очень устала. Даже есть не буду, пойду приляжу. Если хочешь поешь одна.

— Я не хочу, тоже пойду к себе.

— Кстати, что-то Ванессы не слышно.

— Странно.

— Не дай Бог, опять у своих недоподруг. Пойду проверю.

***

Гарри Стайлс
Ты забыла кольцо у меня в машине. Я передам его Ричарду и он вернёт тебе его при встрече.

Такое сообщение приходит Эмме в 11 вечера. Девушка смотрит на свою руку и дейсвительно не видит там кольца.

Эмма
Да, спасибо, это будет хорошо.

Ты записала мой номер.

Нет, я его выбросила.
Просто догадалась, что это Вы.
Меня не часто развозят на машинах.

Тебе не идёт ложь, Эмма...

Не ставьте эти многоточия, мне и без того дурно.

От чего тебе дурно?

Гребанный мудак! Знает, о чем я, и всё равно требует, чтобы я сказала это. Он играет со мной!

Вы оставили меня неудовлетворённой и мне пришлось завершить дело самой в ванной. Поэтому не возбуждайте меня снова, не пытайтесь, иначе при встрече я вмажу вам между ног.

Гарри смеётся на всю комнату.

Завершить дело самой?
Спокойной ночи, Эмма, спокойной ночи.

Гребанный мудак в квадрате! Эмма даже ничего не отвечает и блокирует телефон, агрессивно кладя его на пустое место рядом с собой.