The name of love [H.S.]

Вторник.

— ...Если вы со мной согласны, то давайте прямо сейчас спасём планету. Акция "Спасём мир" начинается сегодня, она начинается с тебя.

— Получилось отлично. В субботу ты будешь лучше всех, даже лучше Мии.

— Спасибо, но не слишком ли?

— Получилось действительно хорошо. У тебя есть талант, — Эмма вздрагивает.

— Вы снова неожиданно, сэр. Спасибо.

— Держи ушки востро. На кого ты планируешь учиться?

— Дело дрянь, Гарри, она никому не говорит.

— Вот как.

— Да. Всё просто.

— Эмма слишком секретничает у нас. Но по секрету у неё где-то есть план на пятилетку. Я не теряю надежды найти его.

— Вот поэтому я не говорю ничего, особенно тебе, Ричард-сарафанное-радио.

— Одно время я действительно был записан так у неё. А всё из-за одного слуха, который пошёл не от меня, Эмма.

— Да знаю я, — Эмма улыбается.

Среда, 10 вечера.

— Мия! — Фильморт смеётся, — Это невероятно!

— Не смейся! — Спаровски сама смеётся, — Ты заразила меня! Зараза!

— Мия! Иди пей свою газировку. Со сливками!— Эмму снова пробивает. На кухню заходит Гарри. Его волосы случайно попадают в кадр.

— Кто это? Эмма! Я жду подробностей! Это тот самый парень!?

— Это Ричард.

— Я знаю его бестыжие волосы. Не дури меня, Эмма. Колись. Кто эти красивые, безупречные волосы? — Эмма смотрит нс Стайлса, который тоже смотрит на неё и улыбается, пожимая плечами, — Эмма!

— Это... Сильвер!

— Не дури меня. Я также знаю эти дурные волосы. Это семейство обладает шикарными волосами. Что за несправедливость? — выдыхает Мия.

— Миаральда, иди пей свой напиток из сливок. Я с удовольствием на это посмотрю.

— Я с удовольствием посмотрю на человека, который сейчас рядом с тобой.

— Ладно, это Эдвард, довольна? Довольна? — девушка опирает голову на руку. Мия пищит.

— Я знала! Аааа!

— Не радуйся. Вильгельм наверняка тебя ждёт с напитком смерти.

— Фу, не напоминай мне. Подожди. Будильник, — во всю заиграла песня Гарри "Golden", — Да завали ты, Гарри! — кричит девушка, явно пытаясь перекричать мелодию.

— Какое облегчение.

— Не драматизируй, детка. Это всего лишь Гарри. Кстати, завтра я тебе расскажу новую главу того увлекательного в кавычках фанфика.

— Это где он...

— Да, прямо в первой главе делает ей куни. Секунду. Мне всё же нужно это выпить. Он сейчас уже вернётся.

— Я буду ждать видео твоих пыток.

— Ха-ха-ха. Как смешно. Это вообще возможно выпить? Я не умру?

— Это невероятно, но от этого ещё никто не умирал. Моя сестра в прошлом году выпила что-то подобное на спор и как видишь жива. Её ничего не берёт впрочем.

— Что она пила?

— Весьма любопытный напиток: шпинат, жидкие сливки, спрайт и лёд.

— Лучше не становится. Меня тошнит от вида этого чуда. Ладно, я напишу позже. Вильгельм вернулся.

— Давай, удачи. И, Мия, со мной не Эдвард.

— Ах, ты, засра... — связь обрывается.

— Любопытно, разве бывает имя Миаральда?

— Нет. Только я так иногда её называю. Я совместила два её имени: Мия и Эсмиральда.

— Мия Эсмиральда...

— Спаровски.

— Спаровски, — Гарри кивнул, снова утыкаясь в ноутбук, — А ты...

— Эмма Элизабет Фильморт.

— Держи, Эмма Элизабет Фильморт, — он подал ей конверт, — Там обещанный автограф и деньги.

— Спасибо, сэр.

— Пожалуйста. Кто пишет тот увлекательный... фанфик?

— Одна из моих одноклассниц.

— На сколько там всё правдиво? — Эмма молча уставилась на стол. Гарри поднял голову на молчание девушки, — Эмма? — спустя минуту спросил он. Она смотрит на него.

— Я не знаю, сэр. Я не читала.

— Даже несколько слов?

— Да. Я знаю об этом только со слов Мии.

— Что она думает?

— Она думает, что Вы безнадёжны в этом деле, как и в фанфиках, и не занимаетесь этим, — Эмма улыбается, но тут же прячет лицо в руки.

— Ты можешь это опровергнуть, — Гарри мягко улыбается.

— Боже мой, — говорит Фильморт, садясь ровно.

— Ты снова покраснела.

— Простите, — она трёт свои щёки, будто это поможет.

— Ричард тоже раньше краснел и этим он меня крайне бесил.

— От чего же он краснел?

— Когда мы говорили о девушках. Это было несколько лет назад.

— Вот как. Не знала.

— Сейчас он уже не краснеет, как я вижу. Всё обошлось. Стеснение ушло в жопу. Думаю, у тебя оно тоже уйдёт когда-нибудь.

— Возможно. Но я не стесняюсь других. Зачем мне стесняться? Они сами хотят смотреть.

— Я также смотрел в ту пятницу. И ты не краснела. Но почему сейчас? Ты даже не голая.

— От воспоминаний, вероятно, — "И ощущений, Эмма, и ощущений. Не забывай этого."

— Логично предположить, что я делал это первым.

— Да.

— Первый опыт, как правило, остаётся самым важным, именно он прокладывает путь к сексуальной жизни. У тебя все ешё впереди, Эмма, — девушка опять задумалась, — Только не делай глупостей.

— Лучше лишиться девственности с опытным человеком?

— Я думаю, да. Он поможет тебе расслабиться. Парень-девственник может явно не думать о твоём комфорте, — Гарри заметил сбившееся дыхание Эммы, её раскрасневшиеся щёки. "Она хочет близости. Весьма обосновано. Её тело хочет этого." Парень и сам бы не прочь заняться сексом, но он не может просто взять и сломать ей жизнь своим желанием, — Эмма, я могу тебе помочь расслабиться.

— Не стоит, сэр. Мне не нужна помощь, — Фильморт прекрасно понимала о чём он. Будь на её месте любая фанатка Гарри или же сама Мия, она бы давно уже раздвинула перед ним ноги. Стайлс ценил это в Эмме, хотя знает её совсем немного.

— Мне не составит труда это сделать снова, — девушка вздрогнула от слова "снова", — Эмма, не надо сопротивляться своим желаниям. Ложись на стол.

Эмма не смотрела на него, она лишь смотрела вперёд, а после последних слов она устремила взгляд на стол. Гарри закрыл ноутбук, встал возле девушки, подавая свою руку.

— Дашь мне руку? — тихо шепчет парень.

— Я не думаю, что это хорошая идея, — говоря это, Фильморт, встав, резко развернулась к нему лицом, отчего она заволновалась ещё сильнее. Она была ниже его на пятнадцать сантиметров. Эмма тяжело дышала в его шею, подняв голову. Он отодвинул стул, блондинка отошла на шаг назад к столу.

— Просто расслабься, — Эмма присела на тот злополучный стол. Гарри встал между её ног, — Доверься мне. Если ты не хочешь, я всегда могу отступить, — он отошёл на шаг назад, поднимая руки.

— Я хочу, но это чертовски неправильно, сэр. Я Вас не знаю...

— Я Гарри, певец, актёр, — Эмма смеётся.

— Нет, я не об этом.

— Мы же не трахаться будем, правильно? Это всего лишь... дружеская помощь, — Эмма улыбается, опустив голову, — Улыбайся чаще.

— Давайте сделаем это, — девушка ложится на стол, всё также улыбаясь. Гарри снял её шорты, отбросив их в сторону. Он присел на корточки, склонив голову. Его волосы упали прямо ей на бёдра, приятно щекотя ей бёдра.

Эмма почувствовала долгожданное прикосновения. Он мягко раздвигал языком её нежные складки.

— Боже мой, — Гарри улыбнулчя.

Он покусывал и облизывал её, доводя до сладкой истомы. Она никогда не испытывала ничего подобного, даже с помощью своих пальцев. Она хотела, чтобы это никогда не заканчивалось, но он всё ближе подталкивал её к концу. Мучительное томление внизу живота было слишком сильным. Его рот прильнул к клитору, и она растворилась в ощущениях. Издалека она слышала свои собственные стоны.

Облизав её половые губы после нескольких особо сильных сокращений влагалища, он выпримился и стал смотреть на Эмму, ожидая, когда её дыхание нормализуется. Фильморт присела спустя минуту.

— Я могу отблагодарить Вас тем же? — Гарри никак не ожидал этого. Он посмотрел вниз и увидел, что он возбуждён, хотя даже не заметил этого.

— Не стоит.

— Это всего лишь дружеская помощь, — Эмма мило улыбается, вспоминая слова Стайлса.

Гарри сел на стул, на котором сидел ранее и выдвинулся чуть вперёд, он нервничал, хоть и не подавал вида. Фильморт спустилась на колени между ног парня. Она знала что нужно делать, но немного волновалась. "Ну вот, Эмма, просмотр порно и тебе пригодился." Он помог ей спустить его спортивки. Она видела, как его руки побледнели. "Он также волнуется. Правильно ли это всё?" Когда она стянула боксёры, он более-менее почувствовал облегчение и даже смог нормально дышать. Эмма протянула руку и провела пальцем по головке. Член дёрнулся в ответ.

— Дай мне руку, — прошептал он. Она медленно подала ему свою руку, Гарри положил её ладонь на пенис. Сжав её пальцы вокруг члена, он накрыл их сверху своей ладонью. Теперь она отчётливо чувствовала его пульсацию внутри кулака. Эмма судорожно дышала, ей снова показалось, что у неё лихорадка или даже паническая атака. Стайлс медленно убрал свою руку и позволил ей действовать самой. Её пальцы исследовали каждую вену. Она медленно проводила вверх-вниз. Эмма, иногда всё же бывающей очень внимательной, каждый раз отмечала, когда его дыхание становилось прерывистым, или он резко втягивал носом воздух.

Наклонившись вперёд, она лизнула головку. Лаская его языком по всей длине, она пыталась прикоснуться к каждому сантиметру, от чего его член приятно вздрагивал. Эмма взяла его в рот, закружив языком по солоноватой головке. Его пальцы погрузились в её блондинистые волосы, поглаживая. Рукой она поглаживала ту длину, которая не помещалась у неё во рту. Её губы уже болели, но она продолжала. Гарри сопротивлялся возврастающему возбуждению, старался продержаться как можно дольше. Его сопротивления рухнили, когда член коснулся её горла.
Стайлс оттолкнул её от себя через пару минут и схватился за основание члена.
Эмма смотрела на то, как выстрелила первая тёплая струя спермы. Брюнет издал протяжный стон, оставляя несколько струек на её лице.

Когда часть семени попала на губы, блондинка высунула язык и облизнула их, пробуя на вкус. "Солоновато...однако" Протянув руку к её лицу, он провёл большим пальцем по брызгам, собирая семя. Гарри хотел убрать руку, но блондинка перехватила его руку и слизала сперму с его пальца и ладони. Стайлс, затаив дыхание, наблюдал за этим.

— Эмма! — Фильморт быстро встала, попутно надевая шорты.

— Я на кухне! — Ричард стремительно влетел на кухню, чуть не сбив Эмму.

— Гарри, не оставишь нас?

— Да пожалуйста.

— Что случилось? Ты прям светишься от счастья, — Эмма взяла его за предплечия.

— Меня повысили! Я теперь старший гитарист в группе! Тони ушёл.

— Поздравляю, Ричи! — они обнимаются, — Но почему ты не скажешь своему дядя?

— Не хочу. Он и так слишком много знает о моём творчестве.

— Как знаешь. Но я очень рада. Ещё раз поздравляю, — они ещё раз крепко обнимаются.

— Спасибо. Ты не представляешь, как меня это мотивирует.

Пятница, 5:30 вечера.

— Итак, начинаем?

— Ммм, да, — Эдвард откладывает телефон в сторону.

— Сегодня ты решишь мне один вариантик, после проверим.

— Давай.

— Держи. Постарайся решать подробно, чтобы потом объяснить мне, как ты это решал.

— Ок. Писать на листе?

— Как удобно. Можешь в самом листе.

— Всё хорошо. Ты делаешь успехи. Всего три неправильных и два полуправильных. Молодец. У нас ещё полчаса. Что хочешь порешать? Логарифмы?

— О, нет. Не произноси это слово. Может... тригонометрию?

— Логарифмы тебе явно не понравились, — в дверь постучались.

— Входи!— крикнул рыжеволосый.

— Вы хотите есть? У испекла фирменный пирог на десерт. Эмма?

— Не стоит.

— Эдвард.

— Не надо меня пытать. Как я её заставлю что-то съесть?

— Мне правда неудобно. Не стоит.

— Идём. Никто тебя не съест.

— Ну, хорошо, но за это ты будешь должен мне логарифмы, Эдвард.

— Хорошо, даже проведу беспоатную тренировку, если ты боишься за каллорийность пирога.

— Иногда можно и схитрить, да?

— Да.

— Эдвард, ты не один? Ещё и с девчонкой?

— Завали, а. Эмма, это мой худший близнец, Валериан. Валериан, это Эмма, она помогает мне готовиться к экзамену.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно, — Фильморт улыбается и садится на предложенное место.

— А я Амалия Адоль.

— Где отец?

— На работе. Нужно доделать что-то. Сказал ужинать без него.

— Эмма, на кого ты планируешь учиться? — спросил Валериан.

— Экономическое направление.

— Финансист? — девушка отрицательно машет головой, — Экономист? Аналитик? Ну кто тогда?

— Этого уже не скажу.

— Как дела у Эдварда? — интересуется Амалия.

— О, всё хорошо, он очень упорный, уверена, он сдаст на отлично.

— Спасибо.

— Попробуй пирог. Он с творогом и шпинатом.

— Очень вкусно. Спасибо.

— У тебя очень милая семья.

— Да, в особенности брат. Спасибо, за хорошую компанию за ужином.

— Это вас всем спасибо, что накормили. Если честно, я хотела есть.

— Я отвезу тебя домой.

— Не стоит, я вызову такси.

— Не нужно, я отвезу. Пошли. Лови халяву.

— Сегодня прям день халявы.

— Может быть.

Суббота, 2 часа дня.

— Эмма, ты выступила потрясающе. Все в восторге. Мия, ты тоже блестящая, но могла лучше.

— Простите, что-то я сегодня не собрана.

— Ничего, главное, что хорошо выступили. Молодцы. Всё можете идти.

— До свидания.

— До встречи.

— Мия, всё хорошо?

— Да, иди без меня, ладно? Я загляну к тебе в кафе сегодня.

— Точно всё хорошо?

— Да, мне нужно поговорить с Вильгельмом.

— Хорошо.

— Что это значит!?

— Я не понимаю, о чём ты, Мия!

— Ты всё это время врал! Как я повелась на тебя! Мне рассказали твои друзья про тот спор на меня! Ты урод!

— Постой, Мия, стой! — он схватил её за влажное от слёз лицо. Она опустила глаза, не желая смотреть на него, — Посмотри на меня. Я сделал это случайно. Ещё два месяца назад! Поверь мне. Мия.

— Я не хочу с тобой разговаривать. Отпусти меня, — он медленно убрал руки.

— Прошу, просто поверь мне.

— Уйди от меня! — кричит Мия, садясь около машины, — Уйди! — снова кричит Спаровски спустя несколько минут.

— Алло, это Эмма?

— Да, это кто?

— Я Вильгельм. Мия не хочет со мной разговаривать, она сидит, плачет. Можешь забрать её? Она не захочет ехать со мной, а я не хочу принуждать.

— Да, где Вы? Я сейчас приеду.