Глава седьмая
После того собрания студентов отпустили и слава богу домой, ведь если бы они пошли на пары, то точно бы были никакие. Хисын быстро схватил друзей и постарался как можно скорее покинуть зал, а после и само учебное заведение, дабы не наткнуться на ту, что ранее была наилучшей подругой детства парня.
Но всё же на следующий день пришлось прийти. Конечно, Ван Ирон сумасшедшая, но это же не скажешь преподавателям, они лишь усомнятся в адекватности самих этих парней, что с таким ужасом смотрят на обычную девушку, даже очень милую. Осторожно оглядываясь, Хисын, Сонхун и Чонсон шли по коридору к нужному им кабинету, но блондин вдруг в кого-то врезался.
— О, привет!— женский голос и Сонхун даже вскрикнул от страха, но увидев, что это просто доставучая Дживон, выдохнул облегчённо,— что такое, вы кого-то избегаете?
— Меня?— сзади к ним подошёл Шим, схватив Хисына за плечо и оттолкнув от девушки,— опять вы?
Взгляд шатена перешёл на Чонсона, а тот, в свою очередь, кокетливо подмигнул, тем самым напугав старшего и заставив чуть напрячься. Дживон же обняла Джеюна и поцеловала в щёку, заставляя трёх второкурсников попридержать рвотный рефлекс.
— Хисын, ты тоже тут учишься?— послышалось вдали коридора и Ли, взглотнув, повернулся на звук. Там стояла та, кого и боялись встретить парни, если бы не эта идиотская парочка, то возможно они бы благополучно дошли бы до аудитории, но теперь придётся терпеть эту китаянку,— ого, вы все тут? Вот же круто, будем веселиться вместе! О, а вы...?
— Здравствуйте!— тут же поклонилась Пак, в знак уважения, ведь денег у этой брюнетки больше, чем волос на голове у первокурсницы, а ей будет очень не выгодно, если Ван будет её недолюбливать,— я студентка первого курса Пак Дживон, а это мой парень Шим Джеюн.
Блондинка ударила парня и приказала также поклониться, но тот наотрез отказался, недовольно осматривая сначала парней, затем Ирон.
— Ой, да не стоит, ты чего,— хихикнула девушка,— я Ирон, второй курс. Ну ладно, мне пора, надеюсь ещё встретимся. Кстати, как тебе бассейн в тот раз?— обратилась к Сонхуну, что тот встал в ступор, а перед глазами та картина, заставляющая впасть в дикую дрожь.
На этот раз парни провели все пары и перерывы в аудиториях, стараясь выходить из них лишь на минуту и эту минуту тратили лишь для того, чтобы перебежать с одного помещения в другое. И слава всем богам девушку не встретили, ни блондинки, ни брюнетки, ни Шима. Только второй год учёбы, а уже нажили себе назойливую прилипалу, ненавистника и чокнутую богачку с поехавшей крышей.
Дома у Хисына они почувствовали уже полную безопасность. Чонвона не было, поскольку он наконец нашёл работу, хоть и не самую престижную, но деньги получал. Сонхун тоже решил направиться на работу, именно в то кафе, чтобы заработать немного денег, да и с Сону встретиться. Ли хотел подбросить друга до кафе, но тот отказался, решив, что лучше покатается на автобусе. Те деньги, которые ему дал почти что неделю назад Хисын всё ещё были в его кармане и он старался их никуда не тратить, пытаясь накопить хотя бы на таблетки от кашля, который начинает открываться. После той вечеринки Пак никак не мог поправиться, даже наоборот, становилось хуже. Но на ногах стоять мог, так что ходил на учёбу и сегодня решил навестить Сону.
— О, Сонхун, как ты?— улыбнулся блондин, поприветствовав коллегу,— больше не пропадаешь и не убегаешь от друзей?
— Нет, надо бы немного поработать,— громко шмыгнул носом,— а так всё нормально, сам как?
Ким показал большой палец и продолжил мастерить кофе с красивым сердечком на пенке, а позже передал девушке. Та смутилась и улыбнулась, а парень лишь подмигнул и отвернулся, наводя порядок на столе сзади. Через пять минут присоединился и Пак, принимая посетителей с тёплой улыбкой. Было трудно натянуть что-то похожее на улыбку, ведь состояние словно каждую секунду ухудшалось и Пак мог вот-вот просто свалиться и потерять сознание. Но он держался, храбро, смело, ведь ему нужны были деньги для того, чтобы как-то помочь своему здоровью. Парадокс, но так оно и есть.
В это время Хисын укрыл уснувшего Джея, а сам пошёл на кухню, желая выпить кофе. Стук в дверь, видимо, пришёл либо Сонхун, либо Чонвон. Открыв дверь, увидел, что на улице опять дождь, а Сонхун не взял верхнюю одежду, так ещё будучи простуженным. А лишь после этого парень перевёл взгляд на неё. Девушка стояла и улыбалась, очень наигранно, натянуто, что пугало в сотни раз сильнее. Пройдя внутрь, Ирон осмотрелась и начала снимать обувь, при этом ничего не смея сказать, словно тянет интригу.
— Что ты тут делаешь?— парень не стал спрашивать, как она узнала о его расположении, ведь это явно папочка проговорился,— и зачем пришла?
— Подруга детства уже не может зайти на чай в хмурую погоду?— обиженно произнесла, а затем прошла чуть дальше, улыбаясь и заглядывая туда, куда не красиво заглядывать гостю. Вообще поведение этой дамы в целом не очень красивое, но Хисын прекрасно помнил, что и в детстве она была не божьим одуванчиком.
— После случая с Сонхуном мне трудно назвать тебя даже знакомой,— недовольно произнёс, идя следом за девушкой,— Туда не заходи, там Чонсон спит.
Брюнетка хитро улыбнулась, резко открыв дверь, и с разбегу напрыгнула на спокойно спящего Пака, который от испуга почувствовал, что сердце сбилось с ритма. Схватившись за область сердца, парень нервно глотал воздух и осматривался, а позже перевёл взгляд прямо на причину его испуга. Агрессия — то, что поглощало блондина и он еле держался, чтобы не придушить эту идиотку. А Ван лишь встала с дивана и помахала, задорно улыбаясь.
— Сука...— прорычал Чонсон,скидывая одеяло.
— Доброе утро,— подмигнула и начала бесцельно шагать по комнате, метая взглядом из одного угла в другой,в целях найти что-то интересное,— вы вместе живёте, что ли?
— Пожалуйста покинь этот дом,— умоляюще ныл Ли, потянув девушку в сторону двери,— ты тут нежеланный гость, понимаешь?
— Но зато ты для меня очень даже желанный,— произнесла девушка, повергнув в шок обоих парней.
Вишенкой на торте стал поцелуй, сплетённый губами Ирон и Хисына. Второй вовсе не хотел подобной близости с девушкой, поэтому резко оттолкнул и, пока та была в замешательстве, отвёл к входной двери. Только дождавшись, когда брюнетка обула ботинки, Хи открыл дверь, чтобы выпроводить китаянку из дома, как перед ним встал высокий брюнет, чьё тело дрожало от холода, а одежда вся промокла под проливным дождём. Красная помада, что осталась на губах шатена, давала понять Сонхуну, что что-то здесь не так. А эта дама вообще заставила построить ужасающую, но вполне логичную цепочку в сонхуновой голове.
Толкнув Ирон под дождь, а Пака затащив внутрь дома, Ли запер дверь и на настойчивые удары не реагировал. Всё ещё будучи в шоке от того, что с Хисыном сделала Ирон, хозяин дома пошёл на кухню, чтобы заварить чай и этим разбавить отвратительную обстановку, которую испортила эта глупая девушка. Как она вообще могла так бестактно прикасаться к Хисыну, когда тот прямым текстом сказал, что она для него никто? Разве у неё настолько нет гордости, что готова даже на такое? Точно дура, не иначе.
В это же время старший собирал вещи, которых было мало, и направился к выходу, по пути столкнувшись с Джеем, но удачно игнорируя все его вопросы. Накинув на себя ещё одну толстовку с капюшоном, Пак обул кроссовки и вышел из дома, как можно тише закрыв дверь. Проводивший взглядом и недоумением его Чонсон, пытался догнать друга, но понимал, что тот сейчас вообще не в настроении и в таком состоянии его лучше не трогать.
Было ужасно на душе, словно ему изменили, словно его предали, бросили. И подобное не впервые. И почему каждый раз он так резко и слишком агрессивно на это реагирует? Он бы не хотел поддаваться эмоциям, но это не в его силах. А сказать всё напрямую, дабы обсудить проблему и решить её — слишком смело для тихого Пака. Сонхуну казалось, что если он всё расскажет и объяснит, то его просто назовут нытиком и попросят не накручивать ни себя, ни других. Поэтому держать в себе — единственное, что тот может сделать.
Холодно, очень холодно, тело пробивает в дрожь. Стуча зубами и сжимая пальцами рукава жёлтого худи, парень сжимается сильнее. Он сейчас дойдёт до остановки и там сядет на автобус, осталось совсем немного. Горло першило и брюнет начал кашлять, сухой кашель, дела плохи, но ему надо потерпеть немного и он будет дома. Хотя дома не лучше, можно подумать, у него там есть отопление. Лишь на кухне, где он, видимо, и проведёт этот вечер, чтобы хоть немного согреться. Тело словно стало отдельным организмом и не поддавалось желаниям Пака прекратить дрожать так сильно.
— Сонхун!— крикнули где-то сзади, где к старшему бежал Ли с курткой в руках, а сам был одет в домашнюю футболку и серые треники. Догнав друга, протянул свою куртку, которую Пак когда-то не мог передать хозяину вещи,— пожалуйста оденься и возвращайся, у тебя дома прохладно, а я приготовил панкейки с чаем,— тяжело дыша произносил Ли.
— Хисын, спасибо...— со слезами на глазах прохрипел парень, после чего закрыл глаза и упал на мокрую землю, потеряв сознание.
Шатен испуганно поднял Сонхуна и потащил к себе, приняв помощь от подоспевшего Чонсона. Оба уложили Пака в кровать Хисына, укрыли тремя тёплыми одеялами и выключили свет в комнате, чтобы не мешал Сонхуну. Ему нужен отдых, он перенагрузил себя и довёл своё здоровье до ужасного состояния.