Здоровых людей нет! Есть - недообследованные!
А, утро нас встречает не с прохладой. Угу, скорее зажатой между стенкой, и чьим-то горячим телом.
«Тс, Джуго... Опять!»
Цыкнув, я недовольно уставилась осоловелым взглядом, на тихо сопящее лицо брюнета, когда расстояние наших лиц разделяло каких-то жалких пару сантиметров.
«И когда он только успевает, а?!»
Первые три дня я, при пробуждении находила в своей постели спящего пятнадцатого, а после, сразу же, в негодовании и раздражении, выгоняла того пинком под зад из своей комнаты, и он летел до самой камеры. Но, этот поганец, продолжал каждое утро, появляться в моей постели, и поэтому я, поняла, что это гиблое дело, и уже просто не обращала на парня внимание. Устала уже каждый раз вышвыривать этого наглеца за порог моей обители, потому и плюнула, пусть делает что хочет. Главное, что б надзиратель Хаджиме у меня его не искал, а то сеструха мне голову оторвет за укрывательство сбежавшего заключенного, и приплетет еще сдуру, попытку совращение малолетних. Не, ну, правда, чего Джуго добивается, проникая ко мне в кровать каждую ночь?!
Вот прошла уже первая неделя, после начала практики. После того случая с медосмотром, где мои волосы превратились в бараньи завитушки тянувшиеся шлейфом по полу, выпученные от охреневания глаза людей, что тогда видели мои лохмы, надо было видеть, благо на следующий день, зараза выветрилась, и длинна волос вернулась в форму. И теперь деньки потянулись в спокойном ритме, не считая частых побегов пятнадцатого, которого я, постоянно находила, либо дремавшего на моем кресле в медсанчасти, притом всегда, когда отсутствовал Отоги-сан, прям удивительное стечение обстоятельств, чуйка у парня неимоверная, или в своей комнате лежавшего на кровати. А, ведь замки на своей двери, я уже меняла пару тройку раз, уже заколебала бедных рабочих, которые уже прятались от меня, только завидев. И всё равно, продолжаю находить наглого заключенного в своей комнате. А, главное, у него ещё и отговорка на это имеется.
— Джуго, у тебя совесть есть, или ты её по пути сюда потерял?! — возмущенно уставилась я, на спящего парня рядом со мной. — Какого черта ты делаешь в моей кровати?!
— Сплю. — будничным тоном ответили мне, и отвернулись от меня к стенке, накрывшись с головой одеялом. Не, ну, это нормально?!
— Джуго! Немедленно убирайся из моей комнаты! — вскричала я, потянув на себя одеяло, и выталкивая ногами, бессовестливого парня с постели. — Что за наглость?! Ты хоть подумал головой, когда сбегал из камеры?! Тебя ж будут искать, и не дай бог найдут здесь!
— И-те-те. Больно же. — схватился за ушибленную об пол макушку он, когда всё-таки сверзился с кровати.
— Ой, прости меня. — моё возмущение быстро испарилось и я, взволнованно подскочила к пятнадцатому. — Сильно ушибся? Дай взгляну.
— Странная ты. — проворчал брюнет, позволив взглянуть на ушиб. Как я, и думала. Джуго заработал себе приличный шишак на макушке. — Только что ведь, злилась на меня.
— Я и до сих пор зла. Если бы ты не ушибся, я продолжила бы на тебя ругаться. — фыркнула я, доставая из тумбочки мазь, предназначенную для подобных случаев. — Сиди смирно, лапушка, немного будет неприятно.
— Что ты...?! «Х-холодно.» — недоумевал брюнет, чувствуя, как голову ему смазывают, чем-то холодным и склизким. — Почему ты становишься такой ласковой, когда собираешься кого-то лечить?
— Это мой обычный, рабочий режим. Многие люди бояться врачей, я стараюсь сделать приём более комфортным для боязливого пациента. — ответила я, заканчивая смазывать шишку парня. Закрыв крышку тюбика, я вернула мазь на прежнее место. — К каждому больному нужен свой персональный подход. Если я, буду разговаривать с пациентом холодно, и отстранено, он посчитает, что я им пренебрегаю, и не захочет у меня лечиться. Вот и всё. А, теперь я, требую объяснений молодой человек!
— Эй?! Я не ребенок! — взвился тот, обиженно, отвернувшись. Не ребенок, ага. — И не могу я, спокойно спать в своей камере.
— В смысле? У тебя бессонница? — участливо посмотрела я на того, усевшись рядом с ним на колени. — Или тебя мучают кошмары?
— Нет. Просто: Рок храпит, как сраный паровоз, Уно зубами отдает чечетку, — перечислял он, скрестив руки на груди, нахмурившись. — А, Нико ржёт во сне, как конь педальный. Как тут уснешь?!
— Ну, до этого, ты ж как-то терпел! — развела я руками, стараясь не рассмеяться.
— Я просто отправлялся спать в комнату отдыха для персонала. Спал, сколько мог, обычно это от трех до пяти часов, пока меня не находил Хаджиме, и не отправлял обратно в камеру.
— А, теперь ты решил, перекочевать ко мне. — вздохнула я, констатируя факт.
— Ну, а почему нет? — пожал он плечами. Он, что правда не понимает?! — Что такого страшного-то. Я же просто сплю, и ничего с тобой не делаю!
— Послушай, — вздохнула я, помассировав пальцами свою переносицу. — Как ты думаешь, сколько мне лет?
— Мм?
— Джуго, мне двадцать.
— Что? — кажется, до него не совсем дошло к чему я веду.
— Двадцать. Мне. Говорю. — членораздельно произнесла я, в упор смотря на пятнадцатого. Ну, же, давай. Включай думалку. Ты должен понять, что я хочу до тебя донести.
— Постой, но я думал, мы с тобой одногодки. — сколько ж было потрясения в этих разноцветных глазках.
— С чего такой вывод?
— Но, ты выглядишь лет на шестнадцать.
— Ну, вот такая у меня особенность организма. — снова развела я руками. — Зато теперь ты понимаешь, почему не можешь ночевать со мной в одной постели?
— С чего бы? Из нас двоих, это ты совершеннолетняя, поэтому, это мне стоит волноваться за свою вдруг "поруганную честь", ведь это не мне, в случае чего присудят обвинение в совращении малолетки. Так что, меня всё устраивает, и я буду продолжать спать здесь. Ведь, ты же не будешь распускать руки, мисс "взрослая дамочка"? — нахально ухмыльнулся тот.
— Эээ? «Вот, паршивец!» Но, ведь недавно ты говорил обратное!
— Хм, да. Но, с юридической точки зрения, мне всего шестнадцать, но это не значит, что морально я, не взрослый.
— Ты парень. — решила задействовать последний аргумент.
— А, тебе двадцать! — бесстыже показал тот язык, продолжая гнуть своё. Да~а, а крыть-то, нечем. Ничего его не берет, засранца. Ай, черт с ним! Пусть ночует, буду просто представлять, что сплю с подружкой, как на сборах от универа, когда нас всех сослали в санаторий. Тем более что мне может сделать шестнадцатилетний парень?! Морально он взрослый, ха! На пару лет максимум.
— Ладно, можешь ночевать тут, сколько хочешь, препятствовать нету смысла, так как для тебя любой замок не проблема. Но, не подставляй меня, я тут, знаешь ли, на птичьих правах. Проштрафлюсь, быстро сошлют обратно.
— Джуго, солнце моё ненаглядное, просыпайся и вали обратно к себе в камеру. Тебя там наверное, уже все потеряли. — расталкивала я, брюнета, успевая с хрустом в челюсти, зевать. Ненавижу утро! Кто его вообще, придумал?! Наверное, тот, кто больше всего ненавидел человечество. Моя внутренняя совушка, очень недовольна, и приказывает мне обратно лечь спать. — Джуго~о, подъё~м...!
Тревога!!! Тревога!!!
Дернувшись от сигнала, я активировала голографическое окно рабочего стола. Передо мной сразу открылось окошко с видео трансляцией внутренних камер 13-го корпуса, где я вижу, как надзиратель Сугороку, рвет и мечет по коридорам, выискивая сбежавшего заключенного. А, виновник данного "торжества", сейчас тихо посапывал, накрывшись одеялом с головой. Вот в чём у нас схожесть с пятнадцатым, так это в большой любви поспать, причём неважно где, и неважно как.
Мда, как же хорошо, что моя система подключена к центральной системе Нанба. И как же хорошо, что сеструха об этом ни сном, ни духом. Убила бы. Вот я, замечаю, что Хаджиме, забегает в медицинский корпус. Всё. Амба!
— Джуго, твою-бога-душу-мать! Вставай немедленно! — молниеносно сорвав с сонного брюнета одеяло, я схватила его за шкирвон одежды и потащила того к входной двери. — Хаджиме уже на подходе!
— Чего?! Как ты узн...
— Интуиция, ёб твою мать! — перебила я его, вышвыривая за дверь. Не хватало мне ещё, чтоб о нашей своеобразной связи, еще узнали посторонние. Хоть Сугороку-сан и не из болтливых, ага, он сеструху, как адского пламени шугается, она даже не подозревает, сколько косяков он от неё скрывает, но всё равно, не хочу видеть осуждающий взгляд на себе, каждый раз, когда мы будем пересекаться с мужчиной. — Нахер пошел отсюда! И беги, так, как никогда не бегал. Он уже практически за поворотом, тикай отсюда! Шнэля-Шнэля!
Дважды повторять не пришлось, пятнадцатый понял, что я от него хочу, и рванул, как можно дальше от моей комнаты. Через секунд десять мимо меня, пробегает злющий, как тысяча чертей Сугороку, выкрикивая заковыристые словечки нецензурного содержания.
— С утречком, Хаджиме-сан! — кричу тому вслед, слушая, как тот кроет пятнадцатого, на чем свет стоит.
«Фух, пронесло.»
Кстати, о Сугороку. Вчера я, проверила его карту, таки добралась, до этого момента Джи-сан*, меня гонял по поручениям, поэтому пришлось отложить просмотр карт до лучших времен, и заметила, что у бедного надзирателя оказывается, предпосылки к язве желудка. В принципе не удивительно, с такой работой, одни сплошные нервные и эмоциональные перенапряжения. Поэтому я, вознамерилась помочь Хаджиме, хоть он и не жаловался Отоги-сану на сильное недомогание, но это не значит, что я позволю бедному мужчине мучиться. Именно поэтому сегодня я, решила занести надзирателю, его прописанное мной лекарство, и пусть только попробует не принимать в срок, пригрожу сестренкой.
Приведя себя в порядок, сегодня мой выбор пал на викторианское, открытое, короткое платье пастельных тонов, подкрепленное, коричневым, кожаным корсетом и полосатые чулки с сапогами на устойчивом каблуке, я накинула на себя, поверх всего больничный халат и, подхватив саквояж со всей возможной медицинской атрибутикой, отправилась в столовую завтракать.
— С добрым утром Широ-кун, что мне предложишь сегодня на завтрак? — приветливо улыбнулась я, помощнику шеф-повара. Благодаря Року, я теперь знаю, где готовят самую вкусную еду на свете. Наша университетская столовая, даже ближе не стояла с кулинарными шедеврами столовой тюрьмы 13-го корпуса. — Кстати, вчерашняя лазанья была бесподобна, моё почтение повару.
Молча кивнув мне, бывший заключенный, через пару минут, так же молча, но со слегка порозовевшими щеками, принес мне еду состоящую из: огромного таза омлета с мясной начинкой, явно рассчитанной на шестерых, здоровых мужиков, три длинные, классические брускетты с грибами и большую кружку какао с плавающими в ней кусочками маршмеллоу.
— Ого, как бы не лопнуть. — с нервным смешком констатировала я. — Спасибо тебе, Широ-кун, я немедленно приступлю к завтраку! «Надеюсь, после этого я, доползу до комнаты обслуживания, и меня отсюда не унесут на носилках в лазарет.»
Расправившись с завтраком, огромное спасибо нашим ученным, что создали специальные, особые пилюли, которые расщепляют еду в желудке за полторы минуты, и ты вновь начинаешь чувствовать себя голодным, если бы не они, точно бы там и свалилась, пережрав, а так, подкорректировала объем еды в желудке с их помощью, и отправилась в комнату охраны. Мне всё же нужно всучить Сугороку его лекарство, которое он отказывается принимать. Ну, ничего, у него есть один рычажок, на который я могу надавить, и который он боится до усрачки. Не, серьезно, как я собираюсь свести сеструху с ним? Это словно я, пытаюсь свести кошку с боящейся её до смерти мышкой. Представила лысого мужчину в костюме мыши, что улепетывает со всех лап, от кровожадной Момоко одетой в костюм кошки. Посмеялась.
Обслуживающее помещение, встретило меня полной тишиной и отсутствием каких-либо лиц. Поняв, что бегать по всему корпусу в поисках надзирателя, будет бессмысленно, я отправилась в смотровую комнату охраны. Там меня встретил взвинченный Сейтаро, который сидя на кресле, следил за каждым монитором, в которых отчетливо был виден каждый коридор 13-го корпуса. Может ему тоже, успокоительных таблеточек прописать?
— Привет, ты случаем Сугороку-сана не видел?
— А, нет. Он тут сегодня еще не появлялся. — смущенно ответил мне он, поворачиваясь к мониторам. — Но, я могу посмотреть, где он может находиться в данный момент.
— Уж будь душкой. — кивнула я, тому, становясь рядом и облокачиваясь руками на столик совмещенный с приборной панелью. Свой саквояж, благополучно поставила у ног. — Мне нужно провести с ним очень важную беседу по поводу его здоровья.
— Что-то серьезное? — заволновался за своего начальника, синеволосый.
— Может быть, если он так и продолжит безалаберно относиться к своему здоровью. — ответила я ему. А, ведь я его, тогда спросила: мучает ли его чего, болит где-нибудь? Но, он просто отмахнулся, сказав, что здоров. Угу, конечно, в следующий раз поставлю сестренку в дверях медкабинета и привяжу мужчину к операционному столу, выпытывая у того еще какие-либо недуги, что его мучают. Может тогда поймет, что со здоровьем шутки плохи.
— О, нет, опять! — вдруг мучительно простонал охранник. — Они снова это сделали!
— Что случилось? — хм, на мониторах вроде всё нормально.
— Заключенные вновь сбежали. — выпалил тот, и зажав кнопку на приборной панели, взялся за микрофон. Спустя мгновение, заверещала сирена. Подождите, он сказал снова? У них, что, это в порядке вещей, как выгул питомцев в парке? Я-то думала, это были единичные прецеденты. — Тревога! Попытка побега в 13-ом корпусе! Система защиты активирована, уровень тревоги НБК-4!
— Да, ну, нах!!! — прогремел сзади нас знакомый голос, и спустя минуту, в помещение вбегает злющий надзиратель, отворив дверь с ноги. — А, ты что тут делаешь? — и окинул меня недоуменным взглядом, задержавшись им на моей одежде под раскрытым халатом. Удивительно, но отреагировал спокойно. Хотя обычно, люди реагируют на мою одёжку, более эмоционально.
— Вас искала, но вижу у вас намечается проблемка по серьезнее. — игриво хмыкнула я, повернувшись к тому спиной. На мониторах уже показалась, знакомая нам, сбежавшая из своей камеры четверка заключенных. Смотрю, как всегда Джуго постарался.
— Вот ужас-то, лишь бы начальница не вернулась раньше срока. — испугано схватился за волосы Танабата.
— Не ссы, близко зная вашу начальницу, смело могу сказать, что раньше положенного времени она, никогда не появляется. — заверила я, парня. Тот сразу вздохнул с облегчением.
— В смысле, ты знаешь её близко? — не понял нас Сугороку.
— А, вы же ещё не знаете. Я являюсь младшей сестрой вашей начальницы. — фигасе, как он побледнел. — Не волнуйтесь, с сестрой я, разговариваю исключительно, только о моей работе. В чужие дебри, я не лезу.
— Это радует. — расслабился тот, обратив внимание на мониторы, а там уже ребятки-разбойники порядком далеко убежали. — Точное количество сбежавших?
— Четверо из 13-ой камеры! — отрапортовал синеволосый, стуча пальцами по клавишам клавиатуры. Картинки на мониторах поменялись.
— Опять эти придурки?! — гневно рыкнул надзиратель. На одном из мониторов мы видим, как четверка свернула за угол, и через секунды две, во весь экран показывается рожица веселого Уно и озорно нам подмигивает, потешно скалясь. Ну, не засранец ли?!
— Система защиты в норме? — спросил Хаджиме у своего подчиненного, продолжая тихо негодовать с выходки одиннадцатого.
— Да. Сейчас, как раз закрываю одиннадцатый блок. — пальцы Сейтаро шустро пробегаются по клавишам вводя код системы. — И... всё, заперто!
На мониторе мы вновь видим, как четверка заключенных не успевает проскочить в следующий коридор, так как им перегородил путь, съехавшие вниз железные ворота.
Парней такой исход понятное дело, не устроил, и они решили действовать по-другому. Просто свернули в другой, пока еще открытый коридор, но и там парней ждал сюрприз. Из монитора доносится голос Рока, который предполагает, что их хотят провести через 20-й блок.
— Это правда? — интересуюсь я, у мужчины.
— Да, там полно ловушек. — заверил меня тот, кровожадно ухмыляясь. О-о-о, как они довели бедного надзирателя.
Оказавшись в пустом помещении, кое-как успев проскочить, съехавшее вниз ограждение, которое чудом не отхватывает голову пятнадцатому, парни недоуменно осматривают округу.
— Что там? — спрашиваю я.
— Невидимые лазеры, реагирующие на внешнее воздействие.
— Эм, такой вопросик. Там в коридоре, случаем, не находится панелька с отключением данной ловушки? — поинтересовалась я, с весельем наблюдая, как вытягивается лицо Хаджиме.
— Блять! — выругался, тот. А, Джуго к этому моменту совершенно не напрягаясь, уже деактивировал ловушку, и заключенные побежали дальше.
— И поделом. — тихо пробормотала я, радуясь предстоящему шоу, что разворачивалось на экранах слежения.
Дальше на ребят, поехала каменная стена, от которой они рванули в сторону, но и там, только уже другая стена, начала съезжаться. Скорее всего, это произошло из-за отключения первой ловушки. Тц, Джуго ты был очень не аккуратен.
— Их же раздавит! — воскликнула я, с волнением смотря на надзирателя.
— И поделом. — скопировал меня, довольно улыбающийся Хаджиме.
«Он, вообще думает?! Ему ж за них отвечать перед начальницей! Этот кровожадный тип меня пугает.»
Но, не успела я, накинуться на мужчину с гневными причитаниями, когда вижу на мониторе, как парни потешно ползут вверх по едущим друг на друга стенам. Рок, кое-как, но всё же успевает проскочить в вентиляционный отсек.
— «Фух, ребят, напугали!» — вздохнула я с облегчением, слыша краем уха, как недовольно скрепят зубы надзирателя.
— Им удалось прорваться. — констатирует Сейтаро, переключаясь на другую камеру.
— Там что, стены не сработали?
— Как видите.
В следующий момент мы наблюдаем, как заключенные спрыгивают вниз, оказываясь в новом коридоре, в котором на них катится огромный, железный шар.
— Вы, что фильмы про Индиана Джонса пересмотрели? — сарказм, так и лился из моих уст.
— А, у тебя есть идеи получше? — иронично приподнимает бровь, Сугороку. На что, я только молча, пожимаю плечами, не став спорить с мужчиной.
Парни, громко вереща, рванули в сторону, бежав со всех ног, когда на их пути оказался тупик. И снова Хаджиме пытается расплющить своих заключенных. Но, ребята поступили умнее, как они думали, и дружным скопом сиганули в мусоросжигальню, которая оказалась и не была ею вовсе.
— А, это уже пародия, на бьющую электричеством лампу от насекомых. Но, соглашусь, весьма остроумно, жахнуть по живым людям, разрядом электричества, как каких-то жалких мотыльков. — высказалась я, узнав от Сейтаро, что в той мусоросжигальне, стоит металлическая сетка, пропускающая электрический ток. Парни пропали из виду, что заставляло меня за них переживать. — Так сколько вы говорите там вольт?
— Сила тока рассчитана до 5А. — сказал мне надзиратель, плотоядно улыбаясь. Жу~ть. — В лучшем случае, наберется порядком 2000 вольт.
— Кто-нибудь заказывал пригорелое мясо? — нервозно икнула я.
Беспокойство за парней усилилось, но те, на мою радость, выскочили из того злосчастного туннеля для самоубийц.
— Чё ж делать-то?! — вскричал Танабата, с мольбой взглянув на хмурого начальника. — Они же так сбегут, как нечего делать! Блин, если это случиться, нам ведь обоим, зарплату к чертям урежут!
— Сейтаро, котик, не нервничай так. Нервные клетки не восстанавливаются, а ты ж ещё такой молодой. — успокаивающе похлопала я, того по плечу. — А, то я, пропишу тебе успокоительный укол.
— Н-не н-надо, я б-больше не б-буду, правда! — испугался тот, чуть не плача.
— Так, а ну, утихли оба! — гневно рыкнул на нас мужчина, отчего у обоих пробежали мурашки по спине. Этот человек, и сам может напугать до усрачки. — Где там, Ямато?
— А, это кто? — спросила я, мимоходом открывая, взломанные моим глазом личные дела 13-го корпуса. И мельком разглядывая дело выше упомянутого человека.
— Он, тоже охранник, как и я. — ответил за Хаджиме, синеволосый. — Он, как раз совершает обход.
«Ну, да, в принципе ничего такого, сверхъестественного. Ямато Годай. Типичный японец, 32-х лет. Имеет черные волосы и черные глаза. Очень дружелюбный человек, который часто смеется. Из недостатков: жесткий, географический кретинизм. Из странностей, если к таковым можно отнести: постоянные тренировки тела. Хм, характером он даже чем-то Рока напоминает, совсем чуть-чуть. Так же есть семья, состоящая из жены и маленькой дочки.»
А, вот, кстати, и сам виновник показался на одном из мониторов. Тот бежал на вдруг, остановившихся заключенных, и что-то им кричал. Те его, завидев, повернулись в другую сторону, не забыв при этом послать его далеко и надолго, и рванули, от него, что есть мочи.
— Они убегают от Ямато в 21-й блок. — прокомментировал Танабата.
— Молодцом, Ямато! — обрадовался лысый мужчина. — Они там ничего не знают. Давай повяжи их там!
— Хе-хе, думается мне, не об этом вам стоит переживать. — хихикнула я в кулак, незаметно введя глаз в сонный режим.
— В смысле?! — удивленно вылупились на меня они, пока из экрана не донёся, громкий голос охранника, от которого я, смеялась уже в голос. Боже, вот в простой больничке, так бы весело не было бы. Сейчас бы сидела, скучала, не зная, чем себя занять. Как же хорошо, что додумалась проводить практику здесь!
— Черт, а где это я?! — недоуменно спросил, не пойми у кого брюнет, махая нам в камеру и громко хохоча. — Я даже забыл, куда тут направо, а куда налево, ха-ха-ха.
— Вот вам на лицо, явный географический кретинизм! — ещё пуще прежнего зашлась смехом я, но быстро успокоилась, когда Хаджиме, дойдя до точки кипения, расхерачил кулаком тот самый монитор. Нервно икнув, я с содроганием, взглянула на разбитый в дребезги дисплей.
— Ух, плохо дело. — уже привыкший к закидонам своего начальника Танабата, на моё удивление, спокойно продолжил комментировать действия, что происходили на экране. — Они прорвались через 21-й блок.
Ребята радовались своей удаче недолго, пока не выбежали в помещение, где на них, пятерка человек в форме, неожиданно наставила пять автоматов. Прогремела череда выстрелов, пули летели на пятнадцатого, но его быстро оттолкнул с траектории огня Нико, беря те самые пули на себя.
— О, боже мой, они его застрелили! — с Хаджиме, станется, он мог приказать использовать и настоящие пули. Подхватив в подмышку саквояж, я уже ломанулась спасать жизнь подстреленному ребенку, когда меня рванули обратно за ворот халата. — Хаджиме-сан, вы что творите?! Он же сейчас умрет...!
На экране разворачивалась настоящая трагедия. Трое заключенных склонились над своим другом, который... НЕ УМИРАЛ?!?!?
— Не поняла? Это что, были ненастоящие пули? — удивленно хлопала я глазками. — Чем они хоть стреляли?
— Транквилизатором. — отвел мне Танабата. Твою ж мать, я уж было панику подняла, и того хуже, плохо подумала об Сугороку. А, того уже между прочим трясло от злобы и досады.
— На него эта хрень, по другому действует! — сказал он, с раздражением хлопая себя рукой по лбу.
— А, вот с этого места можно поподробнее?! — попросила я.
— А, ты разве не знаешь, про болезни 25-го?
— В общих чертах. — помахала рукой у лица, нервозно хмыкая.
— Видишь ли, из-за большого числа применяемых на нём лекарств, они теперь часто, либо не действуют на него, либо действуют, но необычным способом. — разъяснил мне мужчина, снова взглянув на монитор. А, там уже Рок расправился с охраной, и теперь на ребят были задействованы тройка собак.
— Вот значит, как... интересно. — почему, только в личном деле подобное не упоминалось? Да, и Джи-сан, молчал. Но всё равно, его устойчивость к разному рода веществам, многое не объясняет.
В задумчивости обратив внимание на дисплей, я, некультурно хрюкнув, рассмеялась, согнувшись пополам. Три добермана, что выскочили на заключенных, при соприкосновении с Нико, распушились в образ меховых шариков. Бозе-бозе, я хочу их погладить.
— Куда, пошла? — снова подвесили меня за воротник халата.
— Ну, пустите, погладить. — возмущено болтала я, ногами над полом. — Ну, позязя!
— Как ребенок. — беззлобно цыкнул тот, но отпустил. — Не разрешаю.
— Вредина. — буркнула я, показав тому язык.
— Ты что-то, сказала? — из-под козырька фуражки зыркнул тот на меня. Мне что-то резко перехотелось с ним спорить. Блин, у него пробирающий душу взгляд, как у сестренки, когда она зла. Аж, до костей пробирает! Ну, точно два сапога пара.
— Нет, гражданин начальник! — встала по стойке смирно я, пристыжено склонив голову.
— То-то же.
А, заключенные преспокойно себе продолжали проходить одну ловушку за другой. Блин, там даже чёртовый колодец с настоящими аллигаторами был. Во~о, дают! Пока они не добрались до самой главной двери, ведущей к выходу из тюрьмы, которая была закодирована зеленым кодом. В принципе кодик простой, для профессионала, если только... да! На него была поставлена ловушка с самоуничтожением, и если бы Джуго вовремя не хакнул систему, мы бы все взлетели на воздух. Смотрю, у программистов Нанбы отменное чувство юмора, ага!
— Ну, я пошел. Пора проучить этих балбесов и вернуть обратно в камеру. — сказал тот разминая кулаки, идя к выходу из смотровой.
— Хаджиме-сан, только не сильно калечьте, мне ж их потом латать придется!
— Не обещаю. — кровожадно оскалился тот, выходя из помещения.
— Что ж... — удрученно вздыхаю, подхватывая свою сумку. — Пойду готовить килограмм бинтов и пять литров зеленки. Ух, не завидую я вам, парни.