голодный паралич
Бука рассказывал очередное что то "очень важное", но Краткому было не до этого. Он не слушал, он предпочёл закрыв глаза вновь погрузился в свои мысли. Чувство голода стало теперь более заметным. В голове возник облик сочного стейка с жареным беконом и прекрасно запечённой курицей, а посыпано всё это было солью,перцем и любимыми сосновыми опилками. Как же это выглядело в голове вкусно, а пахло... Но всё это было всего лишь мысленно. Откуда не возьмись в дали возникла та самая противная старая ведьма с автобуса. Она стала медленно двигаться в сторону Малиновки. Краткий сразу же попытался открыть глаза но к его ужасу у него не получилось. Веки будто приклеились и не собирались больше подаваться. Малиновый не мог больше нечего сделать, не открыть глаза, не пошевелится в принципе. Его настигла паника, тем временем старуха всё больше и больше приближалась. В какой-то момент она оказалась в метре от нашего Малиново-ласосевого перса и остановилась. Краткий пытается закричать о помощи, но он мог только молчать. Неожиданно Ведьма засунула в свой карман руку и достала чьё то сердце. Оно всё ещё пульсировало, это было сердце какой-то буквы. Старая морщинистая рука покрылась кровью, пока держала орган. Её зрачки исчезли, теперь были только белки. Ведьма щёлкнула пальцами, белая вспышка ударила в глаза, в чувствительные уши ударил писк . В секунду Краткий оказался за столом. Перед ним на столе стояла тарелка. В тарелке в собственной крови лежало то самое пульсирующее сердце. Рядом лежало пять отрубаных чьих то пальцев, а по другую сторону тарелки лежали двое ушей и глаз. По бокам от тарелки лежали ложка, вилка и нож. С боку от Краткого стояла сама бабка положив руку ему на плечо. Малиновый уже давно стал жалеть о том, что решил не слушать скучное собрание.
С.В.: Ешь.....Съешь ты буквы плоть...У тебя нет больше выбора, щенок... (Спокойным тоном проговорила старая)
Краткий пытался встать и убежать куда нибудь, где она его уже не найдёт, но без успешно. Чем больше он пытался выбраться, тем сильнее его что-то прижимало к стулу. Он попытался воспользоваться своей магией, но вместо освобождения он получил болезненный разряд током. Неожиданно по столу ударил дряхлый кулак. От неожиданности Краткий содрогнулся.
С.В: Ох, какой же ты глупый! Ты думал что сможешь так легко выбраться с этого паралича? Думал, что твоя слабенькая магия сможет одолеть мой сильнейший приворот?! Даже не пытайся выбраться, наивный, у тебя не получится...
Кратик просто замолчал. Он не верил что это происходит на самом деле.
Это её разозлило ещё больше, она вскрикнула своим искаженным голосом:
С.В: Я СК∆3АЛА Ж6И ПЛ0Т9!! ПОС/\ЕДНИЙ РАЗ π6ЕДУПРЕЖДАЮ ИЛπ ИН∆£Е Я ТЕ6Я С∆МА НАК§РМЛЮ!!
Он промолчал, его всего трясло. Краткому было до смерти страшно, он ужасно надеялся что это всего лишь дурацкий страшный сон. Неожиданно его рука без его воли потянулась к вилке.
С.В: Ты меня довёл, Сукин сын!
Его рука взяла вилку и впилась в сердце на тарелке. Пару секунд и сердце на вилке оказалось у рта.
С.В: Открой рот...
С сердца скатывались остатки крови по вилке, а с вилки капали на подбородок, галстук и одежду. От страха что она может сделать что-то похуже, он покорно послушался её. Он откусил первый кусок, сырое кровавое и холодное сердце коснулось его языка. Эго очень тошнило, он думал что вот-вот его вырвет. Но смотря в наполненные яростью глаза ведьмы, он с мерзостью сглотнул кусок сердца. Затем он откусил ещё один кусок, и ещё один. С каждым укусом оно становилось всё более невероятно вкусным. Это казалось очень странным, но Краткий пытался не думать об этом. Вдруг если он задумается над этим слишком сильно, то прекрасный вкус станет вновь мерзким и отвратительным. В скором времени он доел сердце и стал поедать пальцы. Те приятно хрустели как сухари когда он их пережовывал, а ихнее мясо с кровью...
Правда не выдранные с пальцев ногти мешались под зубами. Краткий краем глаза посмотрел на ведьму, Та улыбалась смотря на то как малиновый кровожадно пожирает пальцы. К удивлению краткому, он смог полностью повернуть к ней голову. Смотря пару секунд ей в глаза мысленно прося разрешения, в ответ она ему кивнула. Это обозначало да. Краткий повернулся обратно к столу, и продолжил пожирать пальцы, но теперь вырывая ногти с корнями перед тем как положить палец себе в рот. Так дело дошло до того, что малиновый полакомился плотью ушей и высосал солёное содержимое из глаз. Затем он своевольно взял тарелку в руки и выпил залпом остатки вкусной крови. Теперь руки, одежда и рот были окрашены в алый цвет крови. Тарелка пуста, на столе валяется окровавленные вырванные ногти, краткий сыт, а ведьма злобно улыбается.
С.В: Ох, глупый мелок... Это ведь всё было мысленно, а теперь жди подобного в реальности..
Й: Что..?
С.В: Да, наивный, теперь ты проклят! Сегодня ночью, острые клыки заменят твои обыкновенные зубки. Так тебе будет легче пережовывать плоть. Это тебе от меня кстати подарок за твоё послушание.
Й: Проклят?! О чем вы..?!
С.В: Ну как о чём? Теперь, когда невыносимый голод вернётся и ты перестанешь себя контролировать, ты начнёшь жрать животных, а потом и букв, и возможно знакомых или родных.
Й: К-как знакомых..Н- налаживать п-проклятия же не законно ..З-за что?!
С.В: За то, что мне место не уступил, гад!! А на закон мне плевать, ты далеко не первый кто мне так "не понравился", но я всё ещё не попалась... Пенсионный фонд, Старые обидчики, Громкие подростки под окном... Ещё долго можно перечислять... И знаешь где они сейчас? В психушке. Съев своих друзей, или родственников, или даже знакомых, ты быстро сходишь с катушек, и начинаешь жрать всех подряд! Вот тогда тебя и забирают в психушку.И там ты проводишь остатки своих дней, ведь долго без буквиной плоти проклятый не протянет.
Й: В-вы чокнутая!! Скольким букв вы уже так сломали жизнь!?
С.В: Сотням... Да-Да, и кстати только я могу снять проклятие. Если посмеешь кому-то пожаловаться, что я это сделала- очень глубоко пожалеешь. Понял, идиот? Ну всё мне пора, Пока!
Й: С-Стойте!!
Короткий щелчёк и Краткий открыл глаза. Вокруг лежали трупы знакомых букв. От ужаса Краткий протёр глаза и эта галлюцинация исчезла. Слава богу! Собрание продолжалось , настенные часы показывали 8:30 . Краткий просидел в таком параличе полтора часа, хотя для Краткого прошли дни, месяца, года и целая вечность прежде чем закончится этот голодный и кровавый кошмар.