Часть 10
Стрелку забили в районе Южного речного вокзала; идеальное пустынное место – бетонные заборы слева, и узкий перелесок справа, за которым разлилась Москва-река. Саша с бригадой прибыли, конечно, первыми; вместе с Космосом вышел из чёрного БМВ и остановился, внимательно глядя на дорогу. Из соседней машины одновременно вышли Пчела и Линда, обошли машину и встали рядом с друзьями.
- Ставьте машины ближе к реке! К воде прижмём, - распоряжался Фил.
- Фил у нас стратег, каких мало, - усмехнулся Космос, закуривая сигаретку.
Пчёлкин подошёл к другу, тоже зажёг сигаретку, и что-то обсуждал, наблюдая за Филом и Сашей, что шли по центру шоссе. Линда не спешила к друзьям и осталась стоять, облокотившись о Ягуар.
- Брат, ты меня прости за ту гранату, - начал наконец Фил, решивший, что именно сейчас должен сказать об этом.
- Ладно, всё в порядке, - по-дружески отозвался Саша. В этот момент с пригорка вывернуло шесть машин.
Белова прищурилась, вглядываясь в машины, в то время, как парни приготовили стволы. Четверка уже готово стояла впереди. Линда подошла к ним и с разрешения Саши встала между ним и Пчёлкиным.
- Пчёл тебе страшно? – вдруг спросил Саша, наблюдая за возней впереди.
- А то, - отозвался гордо Витя, не отпуская ладонь девушки, - может их подстричь? – ухмыльнулся Пчёлкин, придерживая за рукоять автомат.
Таджикские бойцы заняли свою оборону. Из «мерса», который возглавлял автопробег, вышли трое – один пожилой с седой бородкой, второй – с взъерошенными волосами и тоненькой ниточкой усов; третий был молодой, с длинными, как смоль черными волосами до плеч и заметно отличавшийся среди своих. Линда с опаской следила за ним, не отводя взгляда, сильнее сжала руку Вити. Длинноволосый собрал волосы в хвостик и гордо зашагал в сторону противника.
- Сначала я хочу видеть того, - громко, слегка восточным акцентом крикнул он, - с кем я по телефону говорил. Если ты мужчина, иди сюда!
- Что? – дёрнулся Пчёла, и резко отпустил ладонь Линды, - А ну, урюк, иди сюда!
Саша резко остановил порыв друга, и сам направился в сторону «противника». Линда уже уверенно могла констатировать – перед ними Фархад.
- Вить, я кажется знаю кто это, - шепнула она ему на ухо, как вдруг шоссе разразилось громким криком радости Саши и усилилось таким же радостным криком Фарика.
- Армейский друг? – переспросил Пчелкин, вопросительно взглянув на девушку. Та кивнула, похлопала Витю по плечу и двинулась обратно к своей машине, - не напомнишь о ком речь? – догнал он Линду, придерживая дверь машины.
- Помнишь пару лет назад ты с Космосом заехали за мной в институт? – слегка улыбнулась девушка, заводя машину, - Фарик мы с ним ещё учились вместе.
Пчёлкин сосредоточенно взглянул на девушку, потом бросил взгляд на шумных друзей, направляющихся к ним; смутно начал вспоминать день, но не стал мучить мозг.
- Может повторим вчерашний вечер? – тихо спросил Витя, закутываясь в пальто.
Линда широко улыбнулась и, аккуратно объезжая кругом стоявшие машины, выйдя на свободную автостраду резко набрала скорость, чем обратила на себя внимание.
- Куда это они? – прервав разговор с Фархадом, Саша подошёл к Космосу, который ещё не оторвал взгляд с давно пропавшей из виду машины. Холмогоров лишь повёл плечами.
- Сестра? – негромко спросил Джураев с легкой улыбкой. Белов кивнул и поплелся к машине.
- Поехали, - крикнул Белов уже из машины, когда Фарик удобно уселся на пассажирское кресло.
Линда водила машину крайне сосредоточенно: вчера до её ушей дошла куча информации и она никак не могла всё переварить и расставить все по полочкам, да и подробностей не было; в основном новости были о её брате. После несостоявшегося распределения в консерватории, Оля, не находя общих точек соприкосновения с мужем, решается возобновить дружбу со старым однокурсником, Виталиком, с которым и встречается, поздно возвращаясь домой – перед самой стрелой, кстати. К тому же за Беловым начали наблюдать «сверху», но пока не ясно кто, и Линда нервничала, когда чего-то не знала.
Пчёлкин молчал и следил за дорогой, но спохватился, когда Белова резко затормозила, заглушила машину и заплакала.
- Лида, Лида, - она поддалась его порывам и зарылась заплаканным лицом в пальто Вити, - всё хорошо, солнышко, всё, всё хорошо, - пытаясь успокоить девушку, Пчёлкин потянулся к ней, рукой задев магнитолу и включил её.
- Я так устала, Вить, - тихо сквозь слезы сказала Линда, - и ничего не понимаю, всё очень быстро перемешалось.
- Дорогая, всё будет хорошо, - прошептал Пчёлкин, - ты мне веришь? - взглянув в глаза девушке спросил он, - веришь?
Линда завороженно глядела в его глаза, а слова песни так и врезались в голову.
«Нас там больше нет. Мы другие. И возврата нет в край ушедших лет».
***
- Так и ты работаешь с этим институтом науки? – небрежно бросил Белов, наблюдая за другом. Фарик посмотрел на него, задумался, но понял о чем спрашивает Саша.
- Тонкая и органическая химия, Сань, - поправил его Джураев, - но я лишь посредник, сам с ними не работаю, у меня свои планы, - хитро улыбнулся он и протянул Белову что-то схожее на спичечный коробок, - не откроешь при всем жела... - не успел Джураев договорить, как Саня открыл его.
- Жуу, гроб какой-то, - изображая полет, рассмеялся Белый.
- Ну-ну, отдай сюда, - торопливо сказал Фарик и забрал коробок с кокаином, - не надо нам никаких гробов.
- У меня тут мысль появилась Фарик, - улыбнулся Белов. Джураев недоуменно посмотрел на друга, - алюминий же в чушках у вас?
- В чушках, - рассудительно кивнул Джураев, - а что?
Белов молчал, с улыбкой смотря вперед.
- Ну давай колись Белый, - нетерпиливо улыбнулся Фарик.
- Не сообразил еще? – Сашины глаза откровенно смеялись, - берем чурку, делаем полость, забиваем наркотой, ни один рентген, ни одна собака не найдет, - весело говорил Белов, - пять чушек на сто-двести тон – и ни одна собака.
Фарик отрешенно смотрел на друга, медленно и верно соображая масштаб идеи друга.
- Значит я тупой, а ты гений, - восторженно сказал Фарик, - ты - Аристотель, ты – Ницше! – Белый весело смеялся.
- В жигулях ездить надо, - со смехом сказал Белый и вышел из машины в то время, когда к ресторану «Узбекистан» подъехали машины, - где вас носит? Где Пчела?
- С Лидой же, - хмуро ответил Космос и поплелся ко входу.
- Кос, встречай гостей.
***
- Я так понимаю, нашли виноватого, - Каверин курил и блаженно улыбался, смотря на тела двух убитых. Первый убитый мало кого интересовал, но второй – об этом напишут в газетах. В спортивном комплекте «Юбилейный» в Ленинграде был убит Игорь Владимирович Тальков – лидер рок-группы «Спасательный круг». Автор провокационных текстов, как бы сказали люди, которым Тальков доставлял дискомфорт.
- Ну вы сказали держать вас в курсе о нем, вот, - растерянно начал работник НИИ милиции МВД. Да, у Володи был талант находить «коллег» во всех городах.
- Да-да, - отрезал Каверин, и отмахнулся. «И снова в игру», - пронеслось у него в голове.
На следующее утро Володя приземлился в Москве с неимоверным чувством победы. В голове уже предстали картинки – Белов под стражей, Петр Ильич и весь отдел стоя аплодируют и поют дифирамбы. «Белова...Белова... и тебя что ли съесть или...?» с такой недоконченной мыслью, Каверин покинул самолет.
***
- Вить, давай поедем в Ленинград? – докурив сигарету спросила девушка, медленно обнимая Пчелкина со спины.
- Чего это? – выдыхая дым улыбнулся он, поворачиваясь к ней.
На балконе было прохладно, и Линда сильнее прижалась к нему.
- Там Тальков выступает с концертами, он мой хороший друг, - тихо ответила девушка.
Пчелкин закончил курить, бросил бычок, поймал укоризненный взгляд подружки и, почти избежал щелбана.
- Ну что ж, мадмуазель, - схватив Линду на руки, Витя направился через кухню в спальную комнату, заливающуюся светом рассвета, - я заслужил это.
Бережно посадил девушку на кровать, а сам молнией оказался рядом, и силой повалил Линду назад так, что оба оказались на спине. И так и лежали, разговаривая о второстепенных темах, будто не были втянуты в криминальный мир.
***
- Всю красоту и мудрость этого четверостишья невозможно перевести, - многозначительно произнес Джураев, перебирая длинными красивыми пальцами свои небесно-голубые четки.
- Начинается, Фарик! – Саша устало рассмеялся, - ты мне еще в армии мозги компостировал мудростями своими. Ты короче скажи!
- Ты мне брат или портянка? – с упором сказал Фарик, нависнув на плечи Белова, - слушай, а как сестра твоя? – вдруг спросил Джураев, чем вызвал удивление Саши и Космоса, до которого почему именно эта реплика долетела.
- Да как обычно, Фара, работает с нами, - Саша и не задумывался над ответом – уже был порядком хмельной.
Космос часто оборачивался, глядел по сторонам, будто ожидая какого-то подвоха и что-то бормотал себе под нос, что не осталось незамеченным Фариком. Компания таджиков тихо о чем-то беседовала на своем языке.
- Ты что женился? – негромко спросил Джураев, сменив моментально тему, заметив кольцо на руке Саши, - и молчит.
- Месяц уже, - с улыбкой ответил Белый, доставая из бумажника фотографию Оли, в вечернем платье со скрипкой.
- А! Красавица! – искренне воскликнул Джураев, - скрипачка? Играет?
- Она дома сидит, - сдержанно ответил Саша, не посмотрев на друга.
- Можно я своим покажу?
Белов кивнул, и фотография передалась в нешумную компанию таджиков; Абдула-Нури уважительно посмотрел на Сашу, передавая фотографию и одновременно говоря что-то на таджикском.
- Уважаемый Абдула-Нури говорит, что старшая жена должна хранить дом и воспитывать детей, - перевел слова старшего товарища Джураев.
- Ну что, у нас в России следующий тост принято выпивать за родителей. Предлагаю выпить за родителей, тех, которые...
Одновременно Саша услышал женский голос и удивленные лица таджиков: все трое переводили взгляд то на фотографию, то на сцену; Оля стояла на сцене, со скрипкой в руках и пела композицию из репертуара Эллы Фицджеральд.
Немая сцена; только голос Оли, который становится всё тише и тише; Фарик и его товарищи деликатно опустили глаза. Космос курил и смотрел на Сашу, а тот медленно встал с места.
- Я сейчас, - допил рюмку, вышел из-за стола, чуть не задев Фила плечом.
***
- Мне надо в офис, - потянулся на кровати Пчелкин, сильнее прижимаясь к девушке, - Саша сказал, кого-то надо в аэропорт отвезти.
Линда, до этого нежилась в кровати рядом с возлюбленным, резко открыла глаза – сон будто рукой сняло.
- А почему ты? – тихо спросила она.
Пчелкин вместо ответа зевнул и промямлил что-то непонятное, направился к окну; открыл его, достал пачку Мальборо и закурил, медленно выдыхая дым; за окном было ранее утро.
Перед бывшим офисом Лапшина, помимо двух иномарок, БМВ и Мерседеса, стоял белый конь; на нём Саша и прокатался всю ночь, оставив Фарика в машине перед рестораном.
- Ты адрес девчонок узнал? – посмотрев на коня, спросил Белов.
- Ты с ума сошел, они совсем маленькие! - ироничным тоном воскликнул Фарик и улыбнулся.
- Да я не об этом дурак, - усмехнулся тот, обходя машину, - коня то вернуть надо.
- Не надо, - резко отрезал Фарик, - я его купил и тебе его дарю, - с гордой улыбкой сказал он.
- Ну и накой он мне? – не переставая улыбаться спросил Саша, но заметив красную «пятерку» за спиной Фары, улыбка Белова медленно сошла; из машины вышел мужчина в черном плаще, а в машине сидел ещё один, несколько раз подмигнув фарами.
- А мне накой, я его с собой в Душанбе не повезу, - серьезно ответил Джураев.
- Ладно садись, - Белый пропустил мимо ушей ответ друга и подумал, что его решение поехать с Пчелкиным была предусмотрительной, - я тебя довезти не смогу, сейчас Пчела подъедет.
Джураев обернулся в тот момент, когда «пятерка» нетерпеливо подмигнула Саше.
- Проблемы? - Фара посмотрел на Сашу и бросил взгляд на человека с круглым румяным лицом, стоявшего у красной «пятерки».
- Да нет, - отмахнулся с улыбкой Белый, - так министерство добрых дел.
Джураев с пониманием кивнул, обнял друга и остался стоять у машины, ожидая Пчелу. Как только «пятерка» исчезла с его поля зрения, вместо неё появился черный «Ягуар». Поравнявшись с Фариком, Пчелкин помахал рукой, приглашая его на переднее сиденье.
- Хорошая машина, - произнес Фарик, рассматривая элегантный салон – ничего лишнего, всё исключительно для эксплуатации, - какого года?
- Не знаю, не моя машина, - равнодушно произнес Пчелкин, осуждающе взглянув на «чурку», как он сам любил выражаться, но смягчился и добавил, - Линды, сестры Саши, - но что-то всё равно продолжало раздражать Пчелкина в нем.
Джураев улыбнулся и чуть откинул голову. «Конечно, кто же кроме неё купит такую неприметную и выделяющуюся одновременно машину». В салоне значительно разрядилась обстановка. Пчелкин молча следил за дорогой и иногда глядел на Джураева краем глаза, но они так и не заговорили вплоть до аэропорта. Попрощались и на том разошлись. Витя помчался в офис, надеясь застать там Белова.
***
– На кого угодно мог подумать, только не на него, – сокрушенно потирал лысину Петр Ильич. – Пять лет вместе работаем. Один из лучших офицеров – и в криминале запачкаться...
– Причем – впрямую, – смакуя коньяк, усугубил ситуацию опытный Игорь Леонидович Введенский, – Причем он не сошка-участковый, многим честным людям может жизнь испортить. Этим-то, – закатил он глаза к потолку, намекая на высшее начальство, – звания и заслуги до лампочки, найдут виноватого, проведут показательную чистку руководящих кадров.
Пётр Ильич недовольно взглянул на Введенского. Как назло, зазвонил телефон спецсвязи. Взяв телефон генерал Чуйков вытянулся по стойке смирно.
- Да, товарищ министр. Есть товарищ министр.
Введенский был очень опытным и одним из лучших в своём деле и, к тому же, тщательно следил за семьей Белова, понимал, что Каверин действительно мог хитрым образом одного из них из-за мести, но для МВД это было бы большой потерей, как выразился сам Игорь Леонидович; сбыт наркотиков хорошо кормил золотые семьи. Потому такие кадры, как Беловы – золотая жила.
***
Счастливый Каверин шагал в сторону кабинета своего «первого» начальника – Чуйкова. Хотя первый он или второстепенный это вопрос трудный, на него сам Каверин с трудом ответит, если, конечно, в нем еще есть что-то нравственное.
- У себя? – весело поинтересовался Володя у секретарши, шагая к двери.
- Он только что вас спрашивал. Злой... - настороженно ответила девушка.
- Ничего-ничего, сейчас я его развеселю, - продолжая улыбаться, сказал Каверин, закрывая за собой генеральскую дверь.
- Ну, Петр Ильич, висяк-то я размотал, - демонстративно помахав бумажками, начал Каверин, обходясь без приветствий, - труп этот дело рук банды Белова. Есть доказательства, факты, - Володя протянул бумажку с постановлением Петру Ильич, - ордер подпишите.
Петр Ильич всё слушал, без малейшего интереса, смотрел на бумаги перед собой, а взяв из рук Каверина бумагу, кинул на него взгляд и убрал в ящик стола. Володя стал чуть менее увереннее, и настороженно глядел на начальника.
- Белов говоришь, - чуть с ироний повторил Чуйков, - ну-ну.
Каверин окончательно потерял всякую уверенность в своем задуманном, но ждал. Ждал как насторожившаяся змея.
- А ты, Владимир Евгеньевич, знаком с Артуром Лапшиным, предпринимателем? – тянул время Чуйков, заставляя Каверина больше нервничать. Володя недолго смотрел на него, но всё же решился ответить «авось».
- Да знаком, ясный перец. У меня и заява от него, - не успел Володя достать заявление, подписанное пьяным Лапшиным, как Петр Ильич резко встал с места.
- Да ты что подлец, совсем... думаешь умник, - задыхаясь закричал Чуйков, - из-за тебя меня... - и громко стукнул ладонью об стол. Володя, хоть и сидел со страхом в глазах, ни разу не шевельнулся, пока Петр Ильич не послал его куда подальше, перед этим выдав ему приказ об увольнении.
Сдав все то, что было для Каверина символом «мужской силы» - пистолет «Макарова» и прилагающие к нему пули, красное удостоверение, а в голове так и стучало «дерьмо, дерьмо, дерьмо», оно то и намеривалось взорваться, он отдал честь самому себе и поспешно покинул здание милиции.
- Ничего, ничего, - приговаривал Володя, весь ушедший в мысли, рисуя новые планы и идеи, - отыграемся, щенок, - пробормотал он, сев в машину, где его уже ждали «коллеги» с другой работы.
Тальков И. «Ностальгия»