29. чуть больше, чем просто вечер
Сдать зимнюю сессию — это как вылезти из холодного бассейна и завернуться в огромное тёплое одеяло. Голова ещё пульсирует от усталости, но ты уже точно знаешь — теперь можно жить. Без будильников, пересдач и списков дел, которые не заканчиваются. Я стояла у плиты, медленно помешивая пасту на сковороде, и в голове впервые за много дней было пусто и спокойно.
Пару дней назад уехала мама Влада. Мы провели с ней почти неделю, и хотя я волновалась до жути, всё прошло удивительно тепло. Мы общались, готовили вместе, а когда она уезжала — оставила мне записку. Я до сих пор носила её с собой, как талисман. «Я очень благодарна тебе за блеск в глазах Влада», — писала она. «Ты умеешь слушать и не боишься быть рядом, когда трудно. Надеюсь, ты останешься его опорой — и он твоей». Эти строки грели душу даже сейчас, когда на кухне было тихо, а в кастрюле булькала паста.
На кухне было почти темно, только гирлянда над полками бросала мягкий свет, а из колонки играло что-то тёплое и уютное — кажется, Anderson .Paak. За окном медленно падал снег. Идеальный вечер. Почти. Не хватало одного — Влада.
Я услышала, как щёлкнул замок, и по привычке улыбнулась.
— Ммм, чем пахнет? — раздался его голос от входной двери.
— Это не ты, надеюсь, — хмыкнула я, не поворачиваясь. — А то я только убрала квартиру.
Он засмеялся, и через секунду обнял меня сзади, прижимаясь щекой к моей.
— Я соскучился, — прошептал он.
— Я тоже, — тихо ответила я, кладя ладонь на его руку.
Мы стояли так, пока паста не начала угрожающе шипеть. Я неохотно отстранилась и выключила плиту.
Ужин прошёл почти молча — в хорошем смысле. Бывают такие вечера, когда не хочется говорить. Просто ловишь взгляды, дотрагиваешься пальцами до его руки, слушаешь, как он делает глоток и чуть хмурится, потому что еда горячая. Мир будто сужается до этой кухни, двух тарелок и нас двоих.
— Я сегодня снова перечитывала записку от твоей мамы, — вдруг сказала я, опуская взгляд в чашку. — Всё думаю о её словах… про то, что благодарна мне за твои глаза. И про «быть рядом, когда трудно».
Влад посмотрел на меня мягко, тепло. Я знала — он тоже скучает по ней. Но, кажется, именно благодаря ей мы стали как-то ближе. Глубже. Семейнее, что ли.
После мы ушли в ванную. Я уже заранее подготовила маски — решила, что сегодня у нас будет вечер ухода за собой, как в смешных видосах из TikTok. Обычно Влад ворчал, что это "женская фигня", но сегодня не спорил. Даже кивнул с лёгкой улыбкой.
Я нанесла себе маску, подошла к раковине, чтобы поставить телефон — хотела снять, как мы вместе в масках, просто на память. Открыла фронталку, включила запись. Это была глупая привычка — фиксировать всё. Но в такие моменты казалось, что я снимаю не только видео, а какое-то доказательство того, как мне с ним хорошо.
— Так, сейчас тебе... — я повернулась к полке за второй маской, — ...нанесу, только найду...
Когда я обернулась обратно, Влад стоял на одном колене.
Я сначала даже не поняла, что происходит. Мозг выдал стандартную реакцию: может, он что-то уронил? Но взгляд упал на его ладонь, и сердце застучало в висках.
Маленькая коробочка. Открытая. В ней — кольцо.
— Влад?.. — голос предательски задрожал.
Он улыбался так по-настоящему, как умеет только он. Спокойно, уверенно, с этой его фирменной добротой в глазах.
— Я знал, что ты повернёшься именно в этот момент, — тихо сказал он. — И знал, что если не сделаю это сейчас, то потом ещё тысячу раз передумаю. Но я не хочу больше ничего откладывать. Я хочу, чтобы ты была со мной. Не просто как «моя девушка», не как «та, с кем мы делаем стримы», а как та, с кем я хочу просыпаться, у кого воровать еду со сковородки, с кем ссориться, мириться, сидеть в ванной и мазаться зелёной жижей.
Я засмеялась сквозь слёзы и села на край ванны, так, чтобы нас обоих было видно в кадре. Слёзы капали на пижаму.
— Ну ты и выбрал момент, — прошептала я, — у меня сейчас лицо как у Шрека.
— Значит, я — Фиона, — подмигнул он.
— Подожди… — я вдруг взглянула на кольцо. — А как ты вообще узнал мой размер?
Он усмехнулся:
— Украл одно из твоих колец из шкатулки. С ним и пошёл. Продавец сказал, что у меня хороший вкус. Я сказал — у меня хорошая девушка.
Я покраснела и прикрыла лицо ладонями. Кольцо блестело на пальце так красиво, что я едва могла поверить, что всё это — наяву.
Я смотрела на него и всё пыталась придумать, что сказать. А потом поняла, что слов не надо.
Я обняла его крепко и прошептала в самое ухо:
— Я с тобой. Навсегда.
Он крепко обнял меня в ответ и ещё раз поцеловал в лоб. Мы остались сидеть так — я на краю ванны, он на полу, а между нами — телефон, который всё ещё записывал этот неловко-смешной, но самый важный момент нашей жизни.
Телефон продолжал снимать, забытый на краю раковины. Я потом пересматривала это видео раз сто. Мы — не глянцевые, не постановочные, просто настоящие. Я — в маске, он — в чёрной футболке и мягком взгляде. Это и был наш момент.
Той ночью мы не спали долго. Лежали на кровати, смотрели в потолок, держались за руки. Новый год ещё не наступил, но мне казалось, что уже всё сбылось.