Глава 4
- Что?! Севика?! Нет! - воскликнула Джинкс, затрепетав. - Ты не можешь так со мной поступить! - она схватила Силко за лацканы пиджака и прижалась к нему всем телом, запрокинув голову и глядя на него с такой растерянностью, словно он ударил ее. Севика могла сполна насладиться отчаянием и злостью, что плескались в ее безумных фиолетовых глазах.
- Могу, - спокойно ответил Силко, посмотрев на нее строго. Затем его взгляд слегка смягчился, когда Джинкс зарылась лицом ему в грудь и издала задушенный стон. Положив ладонь на ее голову, мужчина прижал ее к себе сильнее. - Я делаю это для тебя, Джинкс, потому что не могу потерять тебя. Ты меня понимаешь? - поинтересовался он, почувствовав, как вздрогнули плечи девушки.
- Нет! Не понимаю! - она отстранилась от него - покрасневшие глаза наполнены влагой, губы сжаты в тонкую линию. - Значит, теперь ты мне не доверяешь, раз приставил ее ко мне. Это из-за того, что произошло в День прогресса, так? Можешь не отвечать, я и так знаю, что я все порчу!
- Это вовсе никак не связано с... - начал было Силко, но Джинкс, обиженно оттолкнув его от себя, не стала дослушивать. Она вылетела из кабинета, ударившись плечом о дверной косяк, и торопливо скрылась из виду.
Севика закатила глаза на это представление, Силко же тяжело вздохнул и вернулся к своему рабочему месту, смерив помощницу испытывающим взглядом.
- Итак, что насчет Коралл? - сложив руки в замок перед собой и слегка подавшись вперёд, вопросил Силко. Севика отрицательно качнула головой.
- Девчонка упряма, - заявила она недовольно. - Добровольно сотрудничать не станет. Нужно принудить ее. Силой. Хорошенько припугнуть. Без пары пальцев работать она все равно сможет, верно?
- Это все не то, - раздраженно стукнул кулаком по столу Силко. - Она нужна мне невредимой. Лиши ее пары пальцев, и она не заговорит до конца дней, даже если держать ее на цепи без еды и воды. К ней нужен другой подход. У ученых всегда есть некий научный интерес. Что может заинтересовать такую, как она? - задумчиво принялся размышлять он, развернув кресло к окну и подперев щеку кулаком.
- Джинкс, - внезапно осенило Севику.
- Где? - рассеянно переспросил Силко, ушедший в свои мысли.
- Коралл может заинтересовать Джинкс, - пояснила женщина, пожав плечами.
- Что?! - глаза Силко опасно сузились, и он резко крутанулся в кресле, встречаясь глазами со своей помощницей. Памятуя о том, что сделал Синджед с его любимицей, глаза мужчины налились кровью. Он не позволит Коралл проводить какие бы то ни было опыты над его девочкой.
- Если ты доверишь Джинкс это задание, она справится куда лучше меня, - ухмыльнулась Севика.
- Почему ты так уверена в этом? - спросил Силко, сжав зубы.
- Потому что Коралл хочет взять ее образцы крови для каких-то там исследований, - скучающим тоном пояснила Севика.
- Для каких именно? - уточнил Силко, нахмурившись.
- Не помню, - буркнула Севика. - Но она заверила, что это абсолютно безопасно для девчонки.
- Ее зовут Джинкс! - взорвался Силко. Вена на его лбу бешено пульсировала, искалеченный глаз налился алым. Схватив в агонии золотой инъектор для введения Мерцания, мужчина занес его над глазом и спустил иглу.
Севика испытала отвращение, испуг и жалость одновременно, наблюдая за тем, как игла вонзилась в радужку его глаза и пустила внутрь нее пурпурное облачко. Силко не издал ни звука, лишь плотно поджал губы и стиснул пальцы на инъекторе.
- Коралл - единственная, кто может успокоить Джинкс, даже если это означает, что ее придется держать на успокоительных до конца жизни, - проговорила Севика. - И ты это знаешь. Если она снова начнет психовать, ее не остановить. После того, как Синджед ввел ей Мерцание, она постоянно не в себе. И ты не сможешь игнорировать это вечно. Когда-нибудь она перейдет черту.
Встав, Севика подхватила свою накидку, которую Джинкс небрежно отбросила на спинку стула, и вышла из кабинета. Силко устало провел ладонями по лицу, и взгляд его упал на письмо, лежавшее поверх распечатанного конверта. Письмо с гербом Пилтовера.
🌸🌸🌸
"Он тебе не доверяет, потому что ты все портишь, идиотка", - глумливо произнес за спиной Джинкс Майло.
Ей казалось, что защитные очки Клаггора скрывали под ними его укоризненный взгляд.
"Я всегда знал, что рано или поздно он поймет, что тебе ничего нельзя доверить", - не унимался надоеда Майло.
Молчаливое согласие со стороны Клаггора ударило Джинкс под дых.
"Ты вообще никогда не можешь сделать все так, как положено, вечно у тебя все наперекосяк, бестолковая глупышка", - протянул Майло с издёвкой, и это стало последней каплей в ее чаше терпения.
- Заткнись! - крикнула Джинкс, сгребая волосы в кулак и оттягивая синие пряди в разные стороны. - Заткнись, заткнись, заткнись!
Она покачивалась вперед-назад, словно маятник, вздрагивая всем телом, и розово-голубые вспышки расцветали под ее веками, рисуя злорадный оскал на лице Майло и осуждающий взгляд Клаггора. Выхватив отвертку, лежавшую на столе, Джинкс подлетела к самодельной кукле Майло и вонзила ее в его дурацкую, набитую соломой голову. Майло издал жуткий вопль, прямо как в тот самый день. Она вытащила инструмент и вонзила его снова в то же место, но уже глубже, открывая новый уровень боли. Майло оскорбленно затих. Стало легче.
Джинкс крутанулась вокруг своей оси, схватила пыльный кусок холщовой ткани и накинула ее на крупную голову Клаггора. Дрожа, она прижала руку к раненому боку и рухнула на старый диван, подняв облачко пыли. Сейчас лекарство Коралл ей бы точно не помешало. Блаженное забытье, никаких навязчивых голосов... Словно медленно падаешь в бездну, и тебе уже все равно, что произойдет дальше. От мерзкого Мерцания Синджеда она испытывала лихорадочное возбуждение, жажду крови, боль, охватывающую каждый ее нерв. Джинкс так устала от этого всего: быть вечным двигателем, заводной пружинкой.
Девушка вытянула ноги, положила их на стол и небрежно смахнула с него несколько шестеренок. Над небольшим верстаком покачивалась миниатюрная куколка Вай, и взгляд Джинкс выхватил ее в полумраке. Выкрашенные в розовый волосы (она лично срезала пряди у Чака, сделав ему незабываемую стрижку), серые глазки-пуговки, уставившиеся на нее в молчаливом осуждении - в этом была вся Вай. Лгунья и предательница. Спуталась с одним из миротворцев, которые убили их родителей, исчезла, бросив ее одну. Снова.
- Почему ты просто не можешь любить меня такой, какая я есть?! - пронзительно закричала Джинкс. Сжав куклу обеими руками, она затрясла ее изо всех сил. - Я ведь... Я просто пыталась помочь... Я никогда не хотела, чтобы все получилось так... Не хотела!!!
Всхлипнув, девушка отшвырнула куклу и сползла на пол. Ее хрупкое тело содрогалось от рыданий, пока она лежала, зарывшись лицом в лоскуты тканей и подушки, валявшиеся у разворошенного дивана. Внутренности начали зудеть и чесаться от Мерцания, что курсировало по ее венам. Джинкс принялась расчесывать ногтями свою кожу с таким остервенением, что она стала красной. Катаясь по полу среди растерзанных подушек, запутавшись в одеялах, девушка чувствовала, как видение Майло вдавило ногу в ее грудь, не давая ей вырваться, как Клаггор вонзился зубами ей в бок, пустив разряд боли, от которого она застонала, как Вай прижалась к ней, закрыв ей рот и нос так, что она начала задыхаться в панике, извиваясь всем телом и ударяясь затылком об пол. Джинкс ненавидела эти приступы всем своим существом: раздражённой кожей, воспаленными глазами, бесконтрольно дергающимися конечностями.
- Оставьте меня в покое, оставьте, оставьте, оставьте!!! - завизжала девушка, барахтаясь в куче подушек. - Вы только в моей голове!! Вас нет!!
Она вонзила ногти в кожу головы, мотая ею из стороны в сторону, больно вытягивая пряди и шаря руками по своему лицу, размазывая остатки того, что осталось от ее макияжа, сопли, слюни и слезы. Наконец, совершенно обессиленная и опустошенная, Джинкс затихла, застыв в напряженной позе, словно приступ мог повториться, и эти уродливые, искаженные создания из ее больного сознания снова вернутся, чтобы издеваться над ней.
Покосившись краем глаза на бинты, охватывающие ее бок, девушка заметила, что ткань немного пропиталась кровью. Подняв руку и вслепую шаря ею по столешнице верстака, она наткнулась на степлер, и умиротворенная улыбка начала появляться на ее лице. Размотав бинты набережными движениями, Джинкс сощурилась, пытаясь плывущим взглядом обхватить слегка расходящиеся края раны посередине, где Коралл не очень плотно свела их друг с другом. Затем поднесла к коже степлер. Над верхней губой девушки проступила испарина. Степлер клацнул металлической челюстью. Скоба вошла в податливую плоть, и Джинкс потеряла сознание.
🌸🌸🌸
Надо признать, Коралл никогда не была послушным ребенком. Ее родители были к ней равнодушны: молодая женщина, совершенно не готовая к тому, чтобы стать матерью, была вынуждена подарить наследника своему супругу, как того требовало общество, а супруг хотел, чтобы у них родился мальчик. Но на свет появилась малютка Коралл. Еще будучи укутанной в пеленки, она почувствовала, что по какой-то причине мужчина и женщина, смотревшие сверху на ее сморщенное пухлое личико, были ею не очень довольны. С возрастом это ощущение росло, пока, наконец, Коралл не поняла, что родителей ей совсем не рады. Девочке нанимали лучших учителей в Пилтовере, брали ее с собой на светские мероприятия, позволили учиться в Академии и приглашали к ним домой влиятельные семьи, в которых росли сыновья. Коралл быстро смекнула, что для отца она была разменной монетой. Он мог обменять ее на поддержку одного из членов Совета, продвижение по карьерной лестнице, корабль до Ионии или завод по производству фарфора. Матери не было никакого дела до дочери, потому что она была слишком занята собой. Молодая и красивая Рослин Фрей пользовалась большой известностью у мужчин, поэтому забота о Коралл не входила в круг ее интересов.
Коралл никогда не интересовали такие глупости, как красота и чужое внимание. Мальчишек она тоже причисляла к разряду глупостей. Самоуверенные, несуразные, неуклюжие, смешные и иногда даже жалкие, они всегда поддразнивали ее за то, что она была девчонкой. Это было странно, ведь Коралл не выбирала, кем ей родиться. Впрочем, мнение мальчишек ее не задевало. Она знала, что была умнее них, поэтому не придавала значения их обидным словам и насмешкам. Глупые мальчишки совершенно не были интересны ей, ровно до того момента, пока не появился он. Коралл никогда не думала, что ее маленькое сердце сможет испытать нечто подобное. Он был дерзким, но обходительным, холодным, но скрывающим огонь внутри. И этот огонь погубил ее.
Родители устроили большой банкет в честь ее шестнадцатилетия, и Коралл подозревала, что отец хотел показать ее потенциальным женихам. Она должна была соблюдать только две вещи, о которых ее попросили: быть красивой и обходительной. Но ни то, ни другое не пришлось девушке по душе, поэтому вместо нежного белого платья, в котором мать Коралл впервые появилась перед своим будущим супругом, она надела простое и изысканное темно-красное с черными перчатками. Коралл до сих пор помнила эти вытаращенные глаза и возмущенные взгляды, устремленные на нее, когда она спустилась к гостям. Он тоже был там, одетый в золото и металл, невозмутимый и такой далекий от высшего общества Пилтовера. Взгляд Коралл сразу робко скользнул по узорам на открытой коже его гладкой груди и смущённо устремился в пол.
Юноша был высок, хорошо сложен и держался с таким высокомерным достоинством, словно находился не среди уважаемых персон Верхнего города, а среди наемников, воров и падших женщин Зауна. Одно она знала наверняка: его здесь не должно было быть. И как только его еще не заметили? Настолько он выделялся среди остальных приглашенных. Интимный полумрак зала тонул в дымке от курительных трубок и мундштуков, звенели бокалы с искрящимся золотистым вином, приглушённо звучала изысканная музыка.
Коралл еще раз украдкой посмотрела в сторону загадочного незнакомца: он заметил это и бросил ей ленивую полуусмешку, опалившую ее нутро жаром. Она поспешила поскорее скрыться от его глаз, неотрывно следящих за ее гибкой изящной фигуркой, рассекающей толпу богато одетых гостей, что беседовали группками, сгрудившись вокруг круглых фуршетных столов. Юноша двинулся за Коралл медленно, непринужденно, словно хищник, почуявший добычу и знавший, что она от него не уйдет.
Девушка хотела было незаметно выскользнуть в коридор, но отец перехватил ее у самого выхода, чтобы познакомить с какой-то парой, интересовавшейся инвестициями в биохимию, которой занималась Коралл. Сжав зубы, она последовала за отцом обратно в толпу, останавливаясь почти на каждом шагу и обмениваясь ничего не значащими любезностями с гостями, которые с любопытством рассматривали ее. Какие-то взгляды, брошенные на ее платье, были полны осуждения, о чем не преминул упомянуть ее отец, другие же источали молчаливое неодобрение. Взгляды выпивших мужчин были липкими, женщины всем своим видом выражали равнодушие к ее обществу. В зале было душно, и дурнота волнами накатывала на Коралл, поэтому после непродолжительного разговора она поспешила в коридор, из которого можно было попасть на балкон.
Выйдя на свежий воздух, девушка устало прижалась к парапету и уронила голову на руки, чувствуя, как ветер играет с ее волосами.
- Скучное сборище, не так ли? - раздался позади нее голос.
Коралл повернула голову и встретилась лицом к лицу с тем самым загадочным юношей, который теперь стоял на перилах балкона у стены, опершись на нее спиной и скрестив руки на груди. Его глаза необычного разреза были полуприкрыты, густые ресницы отбрасывали тени на щеки, красивый изгиб губ слегка искривился в усмешке. Коралл издала удивленный вздох, отчего юноша коротко усмехнулся, лениво соскочил с парапета и медленно двинулся к ней. Девушка замерла, испытывая смутное опасение, смешанное с интересом. Юноша остановился в нескольких шагах от нее, засунув руки в карманы и окинув ночные улицы Пилтовера взглядом, не предвещающим ничего хорошего.
- Вечеринки в Зауне гораздо интереснее, - констатировал он, вдохнув сладкий вечерний воздух полной грудью.
- Тогда что ты забыл здесь? - не выдержав, фыркнула Коралл, нахмурившись.
Юноша слегка наклонил голову набок, и на его губах расцвела таинственная улыбка.
- А ты любопытная, - его голос приобрел бархатные нотки, заставив кожу Коралл покрыться мурашками.
Он сократил расстояние между ними и схватил ее за подбородок, вынуждая смотреть на него снизу вверх. Коралл возмущённо дернулась, но юноша притянул ее поближе к себе за талию, оставляя едва осязаемое расстояние между их телами. Его продолговатые зеленые глаза с интересом поглощали каждый дюйм ее кожи, и этот голодный взгляд был почти физически ощутим.
- Не смотри на меня такими глазами! - выпалила девушка раздраженно, начиная ощущать, как ее тело охватывает лихорадочный жар. Юноша смерил ее насмешливым взглядом сверху вниз и, чуть сузив раскосые глаза, поинтересовался с ухмылкой:
- Какими глазами?
Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. Коралл ощущала терпкий и густой мускусный запах, витавший вокруг него, и ее тело слегка дрожало от того, что он, казалось, был везде, как и его взгляд, и руки. Внезапно, нарушая магию момента, под балконом раздался негромкий мелодичный свист, и юноша с сожалением убрал руку от лица Коралл.
- Еще увидимся, дорогая. Не скучай, - произнес он томно на прощание и, уверенным прыжком перемахнув через парапет, скрылся во мраке ночи. Коралл приложила холодные ладони к пылающим щекам и удивленно уставилась в темноту. В ее груди медленно зарождалось необъяснимое чувство.
🌸🌸🌸
Силко еще раз перечитал прошение о личной встрече, подписанное неким советником Талисом. Задумчиво покачивая стакан со спиртным, он обхватил голову руками и прикрыл веки, размышляя о том, что ему ничего не стоит убить самоуверенного мальчишку на мосту и объявить войну Пилтоверу. Нет, рано. Джинкс еще не закончила оружие... Голова раскалывалась, изувеченный глаз пускал импульсы боли в виски.
Внезапно дверь в его кабинет распахнулась, и Силко был вынужден выпрямиться в кресле, чтобы обвести недовольным взглядом нарушителей его покоя. В кабинет вальяжной походкой прошел Финн, с одобрением рассматривая роскошный интерьер, за ним грузной походкой проследовала Ренни - увядающая женщина, зависимая от самого дешевого вида химических наркотиков в Зауне. Недавно она потеряла сына из-за атаки на завод по производству Мерцания, однако Силко отнесся к ее потере довольно равнодушно, что возмутило Ренни. К его удивлению, дверь в кабинет прикрыла Севика, которая медленной хищной поступью проследовала за его кресло и молчаливо выпрямилась, глядя прямо перед собой. Мужчина скосил на нее настороженный взгляд, после чего исподлобья уставился на Финна, который развалился на стуле перед ним, непринужденно поигрывая своей зажигалкой.
- Чем обязан? - сухо вопросил Силко, почувствовав, как его внутренности слегка сжались от повисшей в воздухе невысказанной угрозы.
- Знаешь, когда ты взял на себя управление Нижним городом после смерти Вандера, я был приятно удивлен, - начал издалека Финн. Небрежным движеним головы он смахнул свои лоснящиеся черные волосы набок и оскалился в хищной ухмылке. Силко терпеливо ждал, пока мужчина продолжит, слегка сгорбив плечи и сжав ладони в замок на столе.
- У тебя было все: деловое чутье, предприимчивость, умение вести дела. "Всегда на два шага впереди" - так о тебе говорили, - продолжил Финн, раздражающе пощелкивая крышкой золотой зажигалки с гравировкой.
"Позер", - ярость начала медленно вскипать внутри Силко.
- И? Что же заставило тебя переменить свое мнение? - поощряя его продолжать, обманчиво спокойным голосом поинтересовался он.
- Время не пощадило тебя, Силко, - Финн слегка подался вперед, впиваясь в его изможденное лицо, отмеченное признаками раннего увядания: проседью на висках, глубокими морщинами на лбу и переносице, желтизне кожи. Его молодой оппонент же, напротив, был полон сил и энергии по сравнению с ним: гладкие блестящие волосы, яркий блеск в глазах, сильное и гибкое тело хищного зверя.
- Ты уже не тот, что прежде, - прошептал Финн вкрадчиво, сузив свои раскосые глаза. - И это отражается и на Зауне тоже.
- Вы двое слишком молоды, чтобы помнить то, какой жизнь была здесь раньше, - смерив наглого щенка и полную решимости нанести ему удар Ренни тяжелым взглядом, ответил Силко. Женщина смотрела на него с плохо скрываемой неприязнью. "Что ж, справедливо", - рассудил Силко. Ведь он, в конце концов, не очень хорошо обошелся с ней, когда она потеряла своего ребенка. Тем не менее, он не умел возвращать людей из мертвых, поэтому сделал то, что с него причитается. А вот за то, что она отплатила ему черной неблагодарностью, ее следует проучить.
- Знаете, что помогло нам, людям Зауна, пережить нелегкие времена? Верность, - отчетливо выделив это слово голосом, негромко заметил Силко. Севика за его спиной слегка шевельнулась, и мужчина почувствовал на затылке ее пронизывающий взгляд. - А теперь... - выплюнул он раздраженно. - Я вынужден иметь дело с паразитами вроде вас, которые не понимают, где их место.
Финн вздернул бровь, на мгновение оторвавшись от своего занятия. Медленно и издевательски он водил зажигалкой по столешнице, пока древесина под огнем совсем не почернела, затем метнул короткий быстрый взгляд на Севику и выпрямился на стуле, закинув ногу на ногу.
- Тебе давно пора на покой, Силко, - вкрадчиво произнес мужчина, наигранно вздохнув. - Пришло время дать дорогу молодым.
- Теперь я понимаю, почему Коралл увлеклась тобой когда-то, - неторопливо проговорил Силко, подхватив стакан, стоявший у пепельницы, и слегка всколыхнув жидкость в нем. - Ты можешь быть весьма убедительным, когда надо.
При упоминании этого имени лицо Финна исказилось в неясной гримасе.
- Знаешь, она попросила меня об одной небольшой услуге, - уголки губ Силко слегка приподнялись в подобии ядовитой ухмылки.
- Коралл мертва, - процедил Финн сквозь зубы, сжав свою любимую зажигалку в кулаке и бросив на него взгляд исподлобья. - И уже не может ни о чем никого попросить. Я знаю, о чем говорю.
- Для тебя - возможно, - интригующим тоном ответствовал Силко, откинувшись в кресле. Краем уха он уловил лязганье выдвигающегося из механической руки Севики лезвия. - Ведь ты наивно полагал, что раз самолично сбросил ее в токсичные воды Отстойника, то она, стало быть, умерла там тогда? Что ж, тогда у меня для тебя дурные новости. Ответь мне, Финн, за что же ты так с ней обошелся? Девчонка оказалась слишком опасной и неуправляемой, поэтому ты решил избавиться от нее, как хочешь теперь, чтобы я избавился от Джинкс, верно?
Глаза Финна потемнели от ярости, мускулы его рук и шеи напряглись.
- Тебе... давно... пора... сдохнуть... - гортанно прорычал он, подавшись вперед и обернув бледную руку Силко на стакане своим кулаком.
- Я рискую умереть каждый день, с тех пор, как я стал тем, кто я есть, - заставив Финна встретиться с ним глазами, процедил сквозь зубы мужчина. - Но все же я до сих пор верю в преданность.
Финн едва заметно ухмыльнулся.
- Глупец, - мягко ответил он. - Это тебя и погубит.
В тот же миг клинок Севики со свистом прорезал воздух. Силко сжался, ожидая удара, но его не последовало. На какое-то мгновенье ритм его сердца замедлился настолько, что мужчина слышал только шум крови в ушах и свое прерывистое дыхание. Когда опасность миновала, Силко опасливо выпрямился и удивленно уставился на Финна, задыхающегося от боли и схватившегося за свою позолоченную челюсть. Через секунду нижняя треть лица Финна, скошенная лезвием Севики, рухнула на пол с тяжелым металлическим звуком. Ренни ахнула и попятилась назад.
Кровь хлынула из пораженной челюсти Финна на его грудь и распахнутую рубаху. Голова бывшего химбарона медленно свесилась на грудь, и жизнь тихо погасла в его глазах.
- Я бы убил твоего сына за такое, - произнес Силко, переведя взгляд с мёртвого тела на застывшую в ужасе Ренни, что, глотая воздух, попятилась назад. - Но он уже мертв. Поэтому убирайся с глаз моих долой и не попадайся мне больше на глаза, если хочешь жить.
Женщину не пришлось уговаривать дважды. Резко развернувшись, она торопливо покинула кабинет, хлопнув дверью.
Силко наконец-то смог свободно выдохнуть. Кризис миновал. Напряжение, что застыло в воздухе, начало развеиваться. Он покосился на Севику, что молчаливо счищала кровь с лезвия краем своей накидки.
- Признайся честно, было искушение предать меня? - поинтересовался мужчина, неторопливо взяв папиросу из портсигара и поднеся ее к губам.
- Что? С этим червём? Конечно, нет, - фыркнула Севика, ловко выхватив зажигалку из мертвых пальцев Финна и приставив язычок пламени к концу сигары Силко, позволяя ему прикурить. Лидер Зауна сделал глубокую затяжку и устало прикрыл глаза ладонью. Под веками все было окрашено в алый цвет.
- Даже не пришлось изощряться, - пробормотал он себе под нос, приняв зажигалку из рук Севики и задумчиво покрутив ее меж пальцев. Ее золоченые края бросали блики на мрачные стены его кабинета. - Как думаешь, какой трофей понравится Коралл больше: его челюсть или эта безделушка?
Севика хмыкнула в ответ.
- Ты плохо знаешь женщин, Силко, - ответила она. - Она захочет его себе на органы целиком и полностью.