28 глава.
Зима растаяла быстро будто торопилась уйти, оставив за собой лужи, скрипящую под ногами грязь и мокрые ветви деревьев, медленно покрывающиеся первыми почками. Весна уверенно вползала в квартиру солнечными пятнами на полу, шумом капели, уличным гамом с открытого окна и запахом теплого асфальта.
Кристина с трудом переносила перемены погоды, тело стало тяжелым, ноги отекали, живот мешал поворачиваться во сне. Она почти не жаловалась, но Петя видел все, каждую складку между ее бровей, каждый неловкий вздох, каждую бессонную ночь. Он был рядом всегда. Тихий, терпеливый, почти прозрачный не давил, не вмешивался, просто был и наслаждался ее присутсвием рядом.
Иногда просто сидел около нее, когда она засыпала держа за руку. Иногда возвращался с рынка с яблоками и хлебом, не дожидаясь, когда она попросит.
Но Кристину все чаще не отпускало странное ощущение, будто кто то рядом. Не в квартире, а где то за ее пределами.
Она молчала. Просто оборачивалась, когда проходила мимо окон, задерживала на них взгляд. Прислушивалась к скрипу половиц, к шороху за стенкой. Иногда ей казалось, что это гормоны, страхи, придуманные мозгом, потерянные воспоминания, которые все еще не возвращались, но это не проходило. Ощущение чужого взгляда за плечом с ней было каждое утро, когда она тянулась за чашкой кофе. Каждый вечер, когда закрывала шторы.
Петя ничего не говорил, но она знала, он тоже чувствует. Замки на дверях стали проверяться чаще. Он стал дольше задерживаться у подъезда, когда шел выбрасывать мусор. Стал больше молчать.
- Все хорошо, Кристин, - говорил он каждый раз, когда она оборачивалась на звук за окном, - все под контролем.
Но она видела, как он сжимает кулаки в карманах. Как его глаза темнеют на секунду. Как по ночам он перестал полностью засыпать. Весна приносила тепло, но не приносила покоя.
Очередной весенний вечер выдался по настоящему тихим. За окном шел мелкий, почти прозрачный дождь, размывая огоньки редких фар. Квартира дышала теплом и покоем, лампа в углу отбрасывала мягкий свет на стены, из кухни тянулся запах свежего чая с малиной и чуть остывшего печенья.
Кристина лежала на диване, устроившись на Петиных коленях, укрывшись пледом почти до подбородка. Одной рукой он копошился в ее волосах, второй перематывал фильм и улыбался, когда она морщила нос, если он случайно проматывал слишком далеко.
- Опять перескочил, - буркнула она сонно.
- Там все равно скучная сцена, сейчас будет с собакой, ты же любишь, - он нагнулся и поцеловал ее в висок.
- Люблю да, собак и наверное тебя, - прошептала она, прикрывая глаза.
- Чего? - рассмеялся он, - как ты это связала?
- Просто, - улыбнулась она.
Тело ее подрагивало, то ли от смешка, то ли от того, что малыш внутри снова напоминал о себе. Иногда живот становился твердым и она чуть сжималась, но тут же делала спокойное лицо, дабы успокоить Петю.
- Тренировочные, - сказала в очередной раз, на этот раз чуть более натянуто.
Петя скользнул взглядом по ее лицу. Она пыталась не показывать тревоги, но он чувствовал. Он знал. Его ладонь легла ей на живот, он просто был рядом, в молчании, не спеша, без лишних слов. Минут через десять фильм дошел до финальных титров, а в комнате воцарилась такая тишина, что слышно было, как по металлу подоконника стучат редкие капли.
Кристина медленно потянулась, чтобы сесть, но резко застыла.
- Петь... - позвала она.
- Что такое? - он обернулся на нее.
- Воды... Петь, у меня... воды отошли, - прошептала она.
На диване мгновенно стало влажно. Она замерла, не от страха, скорее, от осознания, что все началось.
Не потом. Не завтра. Не когда то там. Сейчас.
Он вскочил, уже хватая ее сумку, которую она собирала за неделю до этого, на автомате вспоминая, что в холодильнике для нее лежала бутылка воды, что в кармане его куртки лежат ее паспорт и карточка с поликлинники.
- Дыши, спокойно, все хорошо, - пытаясь сохранить спокойствие говорил он.
Она кивнула, глаза блестели. Слегка дрожащими пальцами поправила волосы и пока он помогал ей встать, обернулась к окну. За стеклом моросило. Люди шли мимо, не зная, что сегодня на свет появится новая маленькая жизнь.
Петя помог ей надеть куртку прямо на плед.
- Ты нервничаешь больше меня, - она стянула куртку, кинула плед на комод и снова надела ее.
Он подхватил сумку, ключи, телефоны. На улице воздух был влажный, пах весной и мокрой пылью. Петя усадил ее на переднее сиденье, аккуратно пристегнул ремень, как будто каждый его жест мог стать неким оберегом. Закрыл дверь, обежал машину, сел за руль. Завел с первого раза, но даже не стал греть двигатель. Машина прогудела и выехала на ночную, пустынную улицу.
- Все хорошо, слышишь? - сказал он не сводя глаз с дороги.
- У меня еще не сильно болит, - выдохнула она, прижав ладони к животу, - просто я думала, что не сегодня.
Петя кивнул. Он не знал, что сказать, да и что можно сказать, когда новая жизнь та самая, настоящая вдруг ворвалась вот так? Резко, без предупреждения. Он только крепче сжал руль и поглядывал на нее, на всякий случай.
Проехали мимо старой остановки, мимо магазина с круглосуточной вывеской, мимо аптеки, в которой он покупал ей витамины и мазь от растяжек. Все это было так обыденно и в то же время как будто осталось позади. Он чувствовал, что все меняется.
- Если будет больно, ты скажи, ладно? - попросил он.
- Я скажу, - кивнула она, - но пока это просто странно, похоже на волнение, как перед экзаменом.
- Только этот экзамен ты точно сдашь, - с трудом усмехнулся он.
Она тоже улыбнулась, смотрела в окно. Машина проезжала мимо высокого здания роддома. Белые стены, теплый свет за окнами, будто это была не больница, а место, где ждут.
Он остановился у входа. Тут же вышел охранник, спросил, роженица ли. Петя кивнул. Пока оформляли пропуск, он помог ей снять куртку, переобуться в тапочки.
Молоденькая медсестра в маске и с блокнотом подошла сразу как только они вошли.
- Имя? Срок? Воды отошли когда? - заваливала она вопросами.
Кристина отвечала сама. Голос немного дрожал. Петя стоял рядом, чувствуя, как в груди поднимается то самое чувство, смесь страха, гордости, любви, ответственности и остроты момента.
- Поднимайтесь на четвертый, в приемное, сумку с собой, а муж пока здесь, - медсестра посмотрела на Петю, - вы же муж?
- Не успели расписаться, - оправдывался он, хотя этот вопрос даже не обсуждался.
- Ну не важно, будем считать муж, - цокнула медсестра.
Он кивнул и вдруг не смог сдержаться. Потянулся к Кристине, прижал ее к себе, крепко. Она зарылась лицом ему в грудь, вдохнула запах его куртки, сжала пальцы в его спине.
- Я с тобой, - шепнул он, - всегда.
- Я знаю, - ответила она и медсестра аккуратно взяла ее под локоть уводя от него.
Он смотрел, как ее уводят по коридору, как она оборачивается через плечо и улыбается. Слабо, но уверенно. Он остался один, но знал, что внутри, за этими белыми стенами, происходит то, ради чего стоило пройти все.
Петя сидел, потом вставал, снова садился. Приемный покой был слишком ярким, слишком холодным, пах чем то стерильным и чужим. На стене тикали часы. Каждая минута казалась длиннее предыдущей. Он вспоминал, как Кристина оборачивалась, как сжимала пальцы на спине, в груди гудело. Он хотел быть рядом, держать ее за руку, слышать ее голос, а вместо этого деревянная лавка и дежурная фраза от медсестры "Пока ждем, ничего не можем сказать."
Он вышел в коридор, прошелся до конца, вернулся. Позвонил брату, но Юра не взял, набрал Саше, она тоже не ответила.
Вернулся, сел, встал. Подошел к окошку, хотел снова что то спросить, но женщина за стеклом только глянула на него и даже не дала открыть рта.
- Ждем, папаша, не первый день работаем, - улыбнулась она.
Он кивнул и в этот момент дверь приемного открылась.
- Карасев? - позвала медсестра, не глядя.
- Да, я, что то случилось? - он шагнул ближе.
- Случилось, - она взяла его за руку, - сын, три сто, поздравляем.
Он будто не понял сразу. Смотрел на нее, как на телевизор без звука и только потом, с запозданием, пришло осознание сын. Сын. Его сын.
- А Кристина? - спросил он, почти шепотом.
- Все хорошо, все прошло быстро, родила сама, без осложнений, - ответила она, - ее переведут в палату через час, а пока, можете подойти к стеклу, посмотреть.
Его повели по коридору, все в этом роддоме было одинаковым, желтым, тусклым, тихим. За стеклом, где пеленали новорожденных, лежало несколько малышей в аккуратных простынках.
- Ваш третий слева, - кивнула медсестра, громкий.
Он подошел ближе. Маленькое, морщинистое лицо, чуть красное. Он шевелился и недовольно фыркал. У Пети защипало глаза, он выдохнул и прижался лбом к стеклу.
- Привет, малыш, я ждал тебя, - вытирая слезы в уголках глаз прошептал он, - ты даже не представляешь, как ждал.
Когда Петя вернулся в примный, его пальцы дрожали от волнения и нетерпения. Он уже увидел сына, но ему нужно было видеть ее. Он не мог просто сидеть здесь и ждать. Медсестра прошла мимо, с папкой в руках и Петя шагнул за ней, перегородив путь.
- Подождите, пожалуйста...
- Я вас уже поздравила, папаша, к Кристине пока нельзя, ей нужно отдохнуть, - устало сказала она.
Он достал из кармана несколько купюр и протянул ей. Не нагло. Не умоляюще, а просто по человечески. Со всей своей тревогой, с благодарностью.
Медсестра взглянула на него, вздохнула, взяла деньги не глядя и кивнула.
- Пять минут, только тихо и не трогать ничего, - строго сказала она.
Он едва не побежал за ней по коридору. Прошли два поворота, одна дверь, вторая. Шторки, таблички все плыло мимо.
- Она там, - остановившись кивнула медсестра на палату и исчезла обратно, будто ее и не было.
Петя приоткрыл дверь.Полумрак. Тихий гул лампы и Кристина, бледная, чуть уставшая, но спокойная. С закрытыми глазами, с мягкой улыбкой на губах, как будто она все еще была там, где только что пережила что то невозможное, но такое чудесное для нее.
Он подошел медленно, осторожно сел рядом на край кровати. Пальцы ее лежали на одеяле, тонкие, без движения. Он взял ее за руку и Кристина приоткрыла глаза.
- Привет, - прошептала она слабым голосом.
- Ты герой, - он поднес ее руку к губам и бережно поцеловал пальцы, - спасибо за сына.
- Видел уже?
- Маленький, красный, кричит, как будто ему уже все не нравится, - усмехнулся Петя, - точно в тебя.
Она слабо рассмеялась и в этом смехе было столько жизни, что у него снова защипало в глазах. Он провел пальцами по ее волосам, убрал с лба мокрую прядь.
- Слушай, Кристин, - замялся он.
- Ну говори, - усмехнулась она.
- Давай, Ваней его назовем, а? - спросил он.
- Иван? - переспросила она, не ожидая.
- В честь бати моего, - он немного поджал губы, - ты его не помнишь, но он к тебе очень хорошо относился.
Кристина смотрела на него, молчала. Потом кивнула.
- Хорошо, - согласилась она, - Ваня так Ваня.
Он шумно выдохнул. Как будто с плеч сбросил груз.
- Спасибо тебе, - сказал он и снова коснулся губами ее пальцев.
- Это тебе спасибо, за все, - она прикрыла глаза буквально на секунду, но снова уснула.
Он провел ладонью по ее волосам и остался сидеть рядом, не уходя. Все, что ему надо, было здесь. Все, что имеет ценность и важность в его жизни находится в стенах этой больницы.
Он не знал, что в это время у въезда на территорию роддома, под самым дальним фонарем, заглушенные, припорошенные пылью и грязью, снова стояли те самые красные Жигули.
Их время еще не пришло, но они знали скоро оно настанет.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири)
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.