Глава 12 Лиза
Лет до тридцати Андрей ходил холостым. Ухаживал за отцом, набирался опыта в корпорации «Арденн» (Василий уверял, что названа она в честь предков французов. Андрея, однако, подобные нюансы не волновали вовсе: проблем и так было выше крыши), создавал свою компанию и преодолевал подводные камни, встречающиеся почти на каждом шагу. Словом, становился на ноги. Пока не стукнуло в голову, что он так и не выполнил ни один свой долг: построить дом, посадить дерево, родить сына. Да-а-а, даст жмурика в один прекрасный день и что скажет предкам, встретившим его на том свете? Что так и прожил бобылем всю жизнь и не оставил на земле никакого следа? От этой мысли стало тошно. Да и отец. Имеет же он право понянчить внуков.
То ли от того, что женитьба в какой-то степени была для него вынужденной мерой, а точнее, осознанным исполнением своего земного долга, решил он полагаться на авось и проверить тем самым верность теории о том, что стоит жениться на молоденькой девушке, из которой можно будет слепить себе идеальную жену. Так он нашел Олю - Оленьку, которой исполнилось на днях восемнадцать и которая, по примеру бесчисленных искателей приключений, после окончания школы рванула покорять столицу. Поступить в вуз ей не удалось, зато посчастливилось устроиться официанткой в кафе средней руки. Владельцем кафе был знакомый Андрея. Это и стало причиной их знакомства. Андрею казалось, что при виде нее в нем проснулся синдром наседки. Юная, худенькая, с тонкой талией и огромными глазами, она вызывала желание заботиться о ней и оберегать ее от всех бед. Оленька же, влюбленная в нереального красавца, при нем лишь таяла и млела.
Он так и не понял, когда и как она изменилась. Увидев однажды вульгарную, наглую женщину, он понял, что «довоспитался» до того, что получил в итоге паразита и бездельника. Живя на всем готовом, Оля легко отказалась от учебы и, пока муж пропадал на работе, тратила время на шопинг и ночные клубы. Застав пьяную жену в объятиях двух здоровых мужиков, Андрей чуть не сошел с ума. Сразу же вызвав сотрудников службы безопасности, он отправил обоих к себе в офис, а жену, после принудительного холодного душа запер в спальне. Подмогу, правда, мог бы не вызвать: Андрей был уверен, что справится с обоими; боялся покалечить или убить ненароком. Велика честь: попасть в тюрьму из-за шлюхи.
После развода он уже зарекся от мыслей о повторной женитьбе. «Ну и что. Нет у меня никакого долга. Отец... поймет».
Года через два, однако, он снова обменивался кольцами со своей невестой. Второй его женой была бывшая сокурсница, влюбленная в него по уши. С ней он расстался через три месяца после того, как сыграли свадьбу. Оказалось, что Наташа была... беременна от своего бывшего мужа, от которого она ушла, узнав о его измене. Устроила развод через подругу, работающую в ЗАГС-е и укатила в Москву. Где наткнулась на Андрея и буквально вцепилась в него, как клещ.
- Плоду уже пять месяцев, - всхлипывала она. - Я и понятия не имела о том, что беременна. Иначе... Прости, Андрей. Не могу навязывать тебе чужого ребенка. Я... возвращаюсь к мужу. У ребенка должен быть свой отец. Знаешь... Ты всегда был моей несбыточной хрустальной мечтой. Я даже мечтать не смела, что когда-то могу быть с тобой рядом. Поэтому, должно быть, присосалась к тебе пиявкой. Ты - самое лучшее, что случилось в моей жизни. Я буду беречь в своем сердце каждый миг, проведенный с тобой.
Муж Наташи - Леонид Самойлов, двухметровый блондин с косой саженью в плечах, был в шоке, узнав, что его благоверная успела повторно выскочить замуж. Не выдержав пьяных излияний здорового мужчины, Андрей его из офиса привел к себе домой. Узнав о беременности жены, Леонид клялся всеми богами, что больше ни за что на свете ни на кого не посмотрит.
- Посмотришь - сам ее уведу, - пригрозил Андрей. - Я буду пристально следить за каждым твоим шагом.
Шутливую угрозу тот принял вполне даже всерьез.
Результатом этого брака стало то, что он приобрел себе преданных и верных друзей.
Андрей же уяснил для себя, что жалость для брака является слишком уж шаткой и ненадежной основой. И опять зарекся жениться.
Продержался он два года. Не сказать, что влюбился в Лизу, просто она его устраивала по всем параметрам. И он подумал: «Какая разница? Что она, что другие».
Вокруг него всегда вились девушки. Слишком он был лакомым куском - во всех отношениях. Идеальная внешность, положение в обществе - все говорило в его пользу. Это и послужило причиной того, что он позволил Лизе окрутить себя. Самым постыдным образом. И именно - позволил. Ибо он ничего не сделал для того, чтобы обратить на себя ее внимание. Просто поддался инерции и предоставил ей в очередной раз тащить себя к алтарю. Так же, как было в предыдущие два раза.
За всю свою жизнь он бегал лишь за Викой. Завоевывал ее внимание, сходил с ума и мучился сомнениями. Расставшись с ней, он вычеркнул себя из своей жизни. Казалось, что сердце давно уже омертвело и оледенело. И оживить его уже невозможно.
О последнем выборе он, однако, не жалел. До сих пор, по крайней мере.
«Неужели... Она... тоже... Не может быть». Изнутри - из самого нутра - подняла голову горячая лава: не может судьба быть настолько жестокой к нему.
Я имею право на счастье. Пусть неполное, половинчатое, пусть даже видимость настоящего счастья - я должен хоть раз в жизни познать его. Иначе зачем мне жить на свете?
Как же так вышло, что вместо релакса он нажил себе новые проблемы.
Эля в восторге носилась по дому.
- Ура! В парке будем отдыхать. Покатаемся на карусели. Кость, а давай покатаемся на американских горках.
- Тебе не страшно?
- Ей ничего не страшно, - буркнул Витя. - Даже если встретит чудовище - обратит в бегство.
- Точно! - В глазах Кости заплясали смешинки. - Если папа разрешит...
- Пап, ты с нами?
- Конечно, моя принцесса.
Косте казалось, что в животе у него пузырятся прозрачные капельки счастья. Рядом с непоседой Элей и не по годам серьезным Витей он забывал обо всем на свете. Будто приник к живительному источнику и не может никак напиться. Да и Андрей преображался рядом с детьми, скидывая маску строгого и требовательного начальника и становясь самим-собой. «Многое я отдал бы, чтобы видеть его таким - постоянно. А что было бы, если б мы жили вместе?»
Костя с тоской понимал, что хотел бы именно такую семью. Братьев, сестер...
В парке Костя таскал на плечах хохочущую Элю и катался с ней на всех каруселях.
- Он не только твой брат, - бурчал Витя. - Но и мой тоже.
- Ты тоже хочешь кататься на нем? - невинно вопрошала маленькая собственница. - Хочешь?
- Я хочу играть с ним и конечно, кататься вместе.
- Ладно.
Андрей смеялся, глядя на детей. И удивлялся, что Костя так легко влился в их семью. Будто всю жизнь живут вместе. «Видела б Вика...»
- А теперь - гольф, - провозгласил Костя. - Кто кого.
- Он меня обыграет, - насупилась Эля, с тоской глядя на площадку для мини-гольфа. - А впрочем... Вить, ты ж не обидишь свою маленькую сестренку. Маленькую, миленькую...
Андрей засмеялся.
- Ах, малолетняя манипуляторша.
- Возьмите, - протянул ему Костя пломбир. - Жара.
- Ты тоже любишь пломбир?
- Угум. Между нами, вообще-то, намного больше общего, чем вам кажется.
«Да... Вика», - с грустью подумал Андрей. И вдруг, глядя на сияющее полуденное солнце, улыбнулся. «Что я прям... Жизнь чудесна. Со мной рядом - юная копия Вики и мои дети от него без ума. Да и я сам, - с улыбкой подумал он. - Ни за что не догадался бы, что за внешностью истинного аристократа прячется такой вот непосредственный, добрый и отзывчивый парень».
Жмурясь на солнце и облизывая мороженое, Костя наслаждался жизнью. «Как хорошо. Провести бы так всю жизнь».
- Ты мне поддался, - обвиняла Эля брата. - Не могла я тебя одолеть.
- Ты ж моя маленькая, - умилялся Витя. - Видели б, как она размахивала клюшкой.
- Видели, - улыбнулся Андрей. - Прелесть.
- Па-ап... - протянула Эля. - Сделай возле дома поле для гольфа. Ну, пожалуйста.
- А что, мысль, - загорелся Андрей. - Участок у нас большой. Оборудуем поле для гольфа и теннисный корт. Пригласим твоих родителей, - повернулся он Косте. - Вместе будем играть.
- Ага, жарить шашлыки. Идиллия.
- Точно. Сегодня же займусь этим.
- Я могу помочь.
- Спасибо, Костя.
«Судя по всему, нет у него девушки, - удивился про себя Андрей. - Постоянно занят на работе, выходные проводит с нами. Даже с друзьями перестал общаться. У него все в порядке?»
При виде безмятежного Кости, беспечно размахивающего косолапым розовым мишкой, выигранном в тире, никто уж точно не подумал бы, что его гложут какие-то проблемы.
За руль сел Костя. Андрей с детьми расположились на заднем сидении. Обнимая прикорнувшую на коленях дочь и прильнувшего сбоку сына, он понимал, что счастлив, как никогда.
Благодать.
Будто сошлись все пазлы мозаики.
Будто он полон.
Больше никого, ничего в этой жизни. Да, кроме отца. И Вики. Андрей невольно усмехнулся. Куда уж без нее. А Лиза? «Зачем я на ней женился? Ничего абсолютно общего. Зато у меня чудесные дети. Не будь ее - не было бы их».
Андрей осознавал, что без напора и настояния Лизы, прыгнувшей буквально к нему в постель и ненавязчиво так постепенно прописавшейся в его доме, создавая неведомые доселе уют и тепло и в один прекрасный день обрушившей ему на голову весть о том, что она - кто б подумал - беременна - ни за что на свете не помышлял бы о женитьбе. О своем решении он не жалел. Несмотря на некоторую вольность и известное - в допустимых, по мнению Андрея пределах, легкомыслие, Лиза была очень даже отличной женой. Идеальной. Главное, не чаяла души в детях, отдавая им всю любовь и нежность. Андрей, с самого начала открыто заявивший о том, что она может жить, как ей заблагорассудится и даже завести на стороне романы, с условием лишь, что будет соблюдена полная конфиденциальность, был доволен ею.
Баюкая дочь, доверчиво свернувшуюся у него на коленях, Андрей впервые в жизни задумался о том, как Лиза когда-то восприняла его слова о предоставляемом ей полном карт-бланше. «Интересно, изменяла ли она мне?» Поглощенный своими проблемами, он обычно не обращал внимания на жену, относясь к ней в основном, как к красивой декорации, признавая попутно ее ум, такт и находчивость. «Приятные, однако, бонусы». На слова жены о том, что ее любви достаточно для двоих, Андрей не обращал внимания. Был более чем уверен, что любая на ее месте поспешил бы его заверить в своих чувствах. «Но...» До встречи с Костей он не видел, чтобы она на кого-то смотрела с таким неприкрытым восхищением. Наоборот. Старалась подчеркивать, что нет никого для нее лучше мужа. Принимая правила игры, Андрей всегда ей поддакивал. «Отчего она запала на мальчика? Впрочем, - скосил он взгляд на Костю. - На него все западают».
Он еще удивился, увидев жену, обнимающуюся со здоровым рыжим мужчиной. Чуть было не воскликнул, подобно старой клуше, сплетничающей у подъезда: «Ну и молодежь пошла. Сосется без разбору, прям средь бела дня». И вдруг... Горькая реальность обрушилась вмиг, как водопад. Сердце застыло, зажатое в тисках ревности и не поддающейся определению адской смеси чувств, включающей в себя и брезгливость, и зависть (как ни странно, нежданному своему сопернику: мне ни за что не накачать себе такие мускулы и взявшуюся откуда-то оторопь: не может быть, что все это происходит со мной. Мятущееся сознание еще, как назло, успело отметить, что Лиза в объятиях этого рыжего бородача выглядит особенно хрупкой и парочка эта смотрится очень даже гармонично. А потом вдруг нахлынуло облегчение. Как хорошо, что дети не стали свидетелями сего безобразия. И - внезапная, ядовитая мысль, как пуля в висках: «Весь этот кошмар видит Костя. Что он... обо мне подумает?»
С самого начала давая жене полную свободу, Андрей ни на миг не задумывался о том, что же будет, если кто-то станет свидетелем ее измен. То ли в силу врожденной осторожности, смешанной с брезгливостью, то ли из-за того, что его либидо после Вики дало определенный сбой, усилив врожденную разборчивость, Андрей и не помышлял об изменах жене. Считая, что не имеет права держать в золотой клетке, он дал ей полную свободу. Но... Впервые в жизни он понял, что значит быть рогатым. «Да... Рога, должно быть, склоняются к земле. То-то меня тянет в последнее время вниз. А если я каждый день общаюсь с теми, кто ее имеют в мое отсутствие и смотрят на меня с насмешкой и жалостью... Отчего я никогда не задумывался об этом? Куда я смотрел?» «Во что превратился?» - пронзила еще одна мысль.
Первым их заметил бородач. При виде огромного джипа, приближающегося к дому, он нехотя оторвал губы от Лизы и, непринужденно насвистывая, направился к воротам. «А, он на машине». Про себя Андрей поблагодарил Бога, что не находится за рулем. Сейчас, в этом состоянии, он точно не смог бы держать себя в руках: протаранил бы машину и полез бы с дракой к счастливому сопернику.
Поняв, что Костя свернул к проспекту, Андрей вздохнул с облегчением.
- А знаешь.... Останови, пожалуйста, я сейчас позвоню папе.
Костя кивнул.
- Пап, ты дома? Да, мы сейчас приедем.
- Я его узнал, - с нарочитой небрежностью произнес вдруг Костя.
- К-кого?
- Мужчину. Рыжие волосы - парик. Борода тоже, по всей видимости, накладная.
У Андрея замерло внутри.
- И... Где ты его видел?
- Если не ошибаюсь, это тот, чьи приказы выполняли воры возле склада №10. А узнал я его по шраму в левом виске.
- Странно... А я-то удивлялся, кого он мне напоминает. Шрам, значит. Давай, сделаем так. Приедем к папе, поужинаем, уложим детей спать и если ты никуда не торопишься, полностью и подробно просмотрим все кадры съемки, сделанной в ту ночь тобой. Молодец, Костя. Кажется, ты вывел нас на верный след.
Шерше ля фам?!