Костя или на крыльях вечности

Все началось в тот день, когда мама привела мужчину средних лет и сказала, что выйдет за него замуж. И что Кеша - Иннокентий Петрович, будет жить с ними. С сыном.

Отчим оказался адекватным мужчиной и проблем с ним почти не возникло. А вот сын... Валерий был на три года старше Лехи. Отличался он от Иннокентия, как день от ночи. Точнее, как ночь от дня. Не было в нем добродушия и щедрости отца. Сын отзывался о нем с пренебрежением, откровенно считая блаженным. Воспользовавшись первой же возможностью, Валерий избил Леху. Попытки к сопротивлению, казалось, разжигали его еще больше, добавляя нездорового, извращенного куража. Теряя сознание, Леха подумал: «Как... дальше?»

Помня угрозы палача, он ни словом не обмолвился - никому. «Дойдет что-нибудь до отца - матери твоей не станет». Маньячный блеск в глазах Валеры говорил о том, что он твердо намерен осуществить свою угрозу. «Да он псих».

Костя почти сразу почувствовал неладное. Изменившееся поведение друга, затравленный взгляд, бледный, болезненный вид и скованность движений. Однако, видя, что Леха не спешит с откровениями, решил незаметно понаблюдать за ним. Однажды, почти совершенно случайно увидев кровоподтеки и почти почерневшие гематомы на животе и бедрах, ужаснулся. Лишь ужас и мольба в глазах друга удержали его от расспросов и, чего греха таить, от немедленных разборок. Избалованный парень из хорошей семьи, над которым буквально тряслись оба родителя, никак не мог разуметь, как же можно так относиться к живому существу. К человеку.

Грешил он на Валерия. Как оказалось, не напрасно.

Мучитель Алексея понятия не имел о том, что над каждым его шагом ведется наблюдение.

Костя, тем не менее, чуть не опоздал в последний, решающий момент.

Не сказать, что к Тане он питал пылких чувств. Чувства, вспыхнувшие ярким огнем, постепенно сходили на нет, оставляя лишь горькое послевкусие и некое сожаление. Постепенно он понял, что яркая, рыжая девушка, привлекшая его блеском колдовских глаз и непосредственным отношением к жизни, по сути - самовлюбленная расчетливая стерва, для которой он - гарант материального благополучия. Не последнюю роль играла его внешность. Одна лишь мысль о том, что на нее обратил внимание сам недоступный ледяной принц, по которому сохнет весь универ, не могла не тешить ее самолюбие.

«Слава Богу, нас ничто не связывает». Костя был рад, что не поддался провокации девушки и не спешил, проще говоря, переспать с ней. «Да... Очередная охотница».

Вечером ему позвонила Таня и со слезами на глазах просила денег в долг. Изучивший к тому времени девушку вдоль и поперек Костя понял, что Таня ставит своеобразную жирную точку в их отношениях. Поняв, что не поймать его в свои сети, решила нажиться напоследок. Костя мог бы отказаться, но... Решил с ней поговорить и открыть глаза на некоторые моменты.

Выходя из машины, он краем глаза зацепил знакомую до боли фигуру, обогнувшую арку, ведущую в дом. «Леха. Что он тут потерял?» Тут же в темноте мелькнули тени и двое сходу напали на Леху. «Убьют», - промелькнуло в мозгу Кости. От первого порыва - немедленно заступиться за друга, удержали его странности в поведении нападавших. Казалось, те думают не об избиении, а... о похищении. «Абсурд. Однако...» По спине пробежал холодный пот. «Валерий. Какие у него цели?» Глядя на то, как заталкивают кляп в рот Лехи и тащат его по темному переулку, Костя сразу же связался с детективом. Как и ожидалось, тот оказался рядом. Молча кивнув, сразу же пошел к своей машине. Увидев рядом с ним водителя, Костя облегченно вздохнул. Сам же, крадучись, шел за злоумышленниками. Машина их оказалась припаркованной рядом с ним. Стараясь не привлечь к себе внимания, парень поехал за похитителями. Те остановились лишь на окраине города, на пустыре, рядом с которым расположены промышленные объекты и склады.

- Все, - брезгливо проговорил Валерий, вырвав кляп изо рта жертвы. - Кричи, зови на помощь, .

«Он, реально, больной».

Мысль эта напугала Костю.

Чего ждать от психопата. Действия его не поддаются логике.

- Вдруг... услышат. - Голос его напарника сочился страхом.

- Разве что кошки бродячие и собаки, - беспечно отмахнулся Валерий. И вытащил острый нож, блеснувший своей хищной сталью при тусклом свете луны. - Что ж, прощайся со своей никчемной жизнью.

- Зачем... тебе моя смерть? - В голосе Алексея не было страха. Чувствовалось лишь недоумение и немного сожаления.

- Ах, сученыш, - замахнулся тот. - Борзый. Да чтоб не коптил небо. Оставил бы в качестве груши для битья, но... Видишь ли, мне нравится одиночество. Избавлюсь от тебя и где-то через месяц устрою аварию своему любезному отцу и, - хохотнул он. - Матушке. И заживу своей жизнью.

- У вас же есть свой дом. Зачем?

- Ты не понял. Мне никто не нужен. Понимаешь, никто. Не хочу, чтобы кто-то вякал рядом, диктовал условия. - И, с презрением глядя на напарника, процедил сквозь зубы. - Отойди, тряпка. Сам разделаюсь.

Тут они напали. Все, втроем. Валерий, движимый звериным инстинктом, успел полоснуть по руке ножом одного из детективов. И вот, когда, связав бандитов, собрались уже уходить, Костя заметил подозрительное мельтешение вокруг одного из складов. «Это ж... склад Андрея».

- Подождете?

- Да, - ответил раненый, руку которого перевязывал напарник.

- Это не займет много времени, - как бы оправдываясь, произнес Костя и двинулся к крыше соседнего здания, откуда можно было вести наблюдения, оставаясь незамеченным.

Утром он вручил Андрею флешку со снимками.

Вернувшись в город, сразу же поехали в полицейский участок. Костя не обращал никакого внимания на просьбы друга о том, чтобы сообщить сперва родителям и посоветоваться с ними. «Хочешь, чтобы он убил тебя?!» Тот обреченно молчал.

Заявление, написанное от имени пострадавшего детектива - Бориса, было принято и заверено дежурным дознавателем почти сразу. Алексей решил дождаться родителей. «Прав... по-своему, - думал он, глядя на друга, напоминавшего живой труп. - Как... держался, однако. Куда родители смотрели? А я?» Страшно было - до дрожи в коленях, при мысли о том, что было бы, не окажись рядом Борис и Дмитрий - один он ни за что не справился бы с двумя качками. Успел бы вызвать полицию? Вызвал бы, но... Примчался бы отец посреди ночи. О дальнейшем не хотелось думать. Запрет в доме, точно.

- Мое имя не будет фигурировать в деле?

Уставший дежурный поднял на него покрасневшие от бессонницы глаза.

- Вы проходите в качестве свидетеля. В суд вас вызовут. Необходимы ваши показания.

- У нас с собой видеозаписи, - вмешался Дмитрий. - И других показаний полно. В результате слежки за Валерием Петровым собрано немало важных материалов.

- Кто вас нанял? С какой целью?

- Константин Яковлев...

При виде шатающегося сына Наталья зарыдала в голос.

- Как... как я могла... довести... Я... Моя вина.

- Я... не доглядел, - мрачно произнес Иннокентий. - Прости, сын.

Именно в этот момент Леха понял, что этот суровый на вид мужчина стал ему, и вправду, отцом. Он его сумел одарить добротой, теплом и ненавязчивой, искренней заботой. «Отчего я не обращался к нему? - недоумевал Алексей. - Не довел бы до этого. Думал, что выдержу. А если б он меня покалечил? Убил? Сам, во всем виноват».

- Не стоит винить себя, - слова Кости застали врасплох.

- Мысли мои читаешь?

- Нет, у тебя на лице все написано.

- Нуждается в госпитализации, - мрачно оповестил дежурный врач. - Состояние средней тяжести. Необходимо стационарное лечение.

- Я уже поговорила с главврачом, - отозвалась Наталья. - С утра отвезу в больницу.

- В таком случае, должны написать отказ от госпитализации.

- Хорошо. Спасибо.

- Валеру мы с женой усыновили, когда ему было шесть лет, - оповестил Иннокентий, после того, как собрались дома. После чая хотелось отдохнуть и голова уже непроизвольно клонилась к подушке, но от неожиданного заявления у всех сон как рукой сняло. - Но я всегда относился к нему, как к родному. Дело в том, - вздохнул он, - что первенца мы с женой потеряли. Роды были тяжелые, кровотечение не останавливалось. Во время родов врачам удалось спасти Иру, а плодом пришлось пожертвовать. Когда нам сообщили, что она больше не сможет иметь детей... Это был конец света. Жена несколько раз пыталась покончить с собой, мотивируя это тем, что пытается освободить меня от балласта в своем лице и что ей незачем больше жить. Приходилось следить за каждым ее шагом. Тогда мои родители посоветовали усыновить ребенка из детдома. Маленького ребенка не захотела Ира. Боялась снова потерять. Поэтому ее выбор пал на мальчика шести лет. Долго она, однако, не протянула. Через два года ее не стало. Валеру я воспитывал один.

- Гены? - полуутвердительно спросил Костя.

- Видимо, да.

По результатам психиатрической экспертизы Валерий Петров был признан невменяемым и направлен на принудительное лечение в городской психоневрологический диспансер. А его сообщник отделался условным сроком.