Эпилог
— Тебе уже что-нибудь пришло?
Бегом спускаюсь по ступеням, сжимая в руке конверт. Главное не упасть, и не сломать шею.
— Узнаем через пятнадцать минут. Мы с Бобби ходили в кино, — отвечает голос Терезы в телефоне.
Я почти слышу, как она нервничает. Да уж, в такие моменты лучше быть дома. Выхожу на улицу. Через дорогу стоит автомобиль Себастьяна, и сам парень.
— Ладно, напишешь, когда узнаешь. Себастьян приехал.
— Ладно.
Тереза отключается. Чувствую, она оторвёт руку бедняжке Бо, пока будет силой тащить домой. Перебегаю дорогу, замечая удивленный взгляд Себастьяна. Наверное, я выгляжу как обезумевшая.
— Что-то случилось?
Отлепившись от дверцы, Себастьян ловит меня в свои теплые объятия.
— Ответ пришел. Ответ из университета.
— И что в нём?
— Ещё не открывала, — признаюсь, пялясь на закрытый конверт, прижатый к его груди.
— Хочешь, чтобы я это сделал? — с долей скепсиса спрашивает он.
На нём футболка, которую я подарила на его день рождения в прошлом месяце. Насыщенный голубой цвет оттеняет его чудесные глаза.
— Просто хотела, чтобы ты был рядом.
— Так ты для этого терпела меня предыдущие два месяца? Чтобы я был рядом, когда придёт ответ? — смеётся он, заправляя прядь моих волос за ухо.
— Смешно. Очень смешно. Себастьян, ты просто гуру юмора. — Мой голос звучит всё громче, и это я не считаю того, как он дрожит.
— Ладно, ладно. Только не упади в обморок, милая. Давай уже покончим с этим.
Перевожу взгляд с его лица на конверт. Это ответ из Калифорнийского университета, где учится Себастьян. Мы ждали его с того момента, как мама с папой завели беседу о том, что Себастьян будет отвлекать меня от учебы. Безусловно, они просто смеялись с нас, ведь сами начали встречаться на третьем курсе, не говоря уже о насыщенной сексуальной жизни мамы до отца.
Ох, это был ещё тот вечерок, когда Себастьян знакомился с папой. Хотя, они подружились. Насколько мне кажется.
Делаю глубокий вдох и выдох. Ладно. Разорвав конверт, вынимаю аккуратно сложенный лист белоснежной бумаги. Себастьян терпеливо ожидает, пока я бегаю взглядом по тексту. Сердце грохочет в груди, будто от написанного зависит моя жизнь. Поднимаю взгляд. На лице против воли расплывается широчайшая улыбка.
— Что? Приняли? Тебя приняли?
Несколько раз киваю, чувствуя, как от радости кружится голова. Кажется, общая удача впервые в жизни решила равномерно распределиться между нами. Ведь даже я не могу сказать, кому из нас больше хотелось, чтобы меня приняли на местный факультет журналистики. Себастьян издает победный клич и, подняв меня, начинает кружить. Люди вокруг начинают оглядываться, а я готова умереть от счастья.
— Ты ведь понимаешь, что теперь окончательно привязана ко мне и моему эго? — спрашивает Себастьян, возвращая меня на землю.
— Ты хотел сказать, что теперь у тебя окончательно нет шансов соблазнять новоприбывших первокурсниц?
— Обойдусь одной, — улыбается он и, приподняв мой подбородок, целует.
За последнее время эти мягкие губы стали бонусным жизненно необходимым органом именно для моего организма. В животе просыпаются те самые бабочки, с присутствием которых приходится мириться каждый день с момента начала наших отношений.
Себастьян сделал это лето незабываемым.
Через силу, но Холли пришлось смириться с тем, что он является галочкой у первого пункта нашего списка. Что-то мне подсказывает, что подруга до последнего ждала, когда же Себастьян разобьёт мое сердце. Наши с ней встречи можно пересчитать на пальцах рук, а вот на их встречи с моим парнем не согнется и один пальчик. В принципе, я и не надеялась, что гордость Холли уступит так быстро.
Дарлин в открытую заявила об их интересных отношениях с Оливером. Опять же, Холли пришлось несладко, когда она узнала, что Дарлин столько лет врала, и Оливер был у неё первым. Не спорю, это был финальный хук по желанию Холли контролировать нас. Поэтому, Дарлин удостоилась примерно стольких же встреч с ней, что и я. Зато Себастьяну и Оливеру пришлось зарыть топор войны ради нас.
— Кто ещё получил ответы?
— Пока не знаю.
— Сьюзан?
— У Кристофера.
— Эти двое чем-то напоминают нас, нет?
Смеюсь, наблюдая за задумчивым выражением лица своего парня. Интересно, он тоже вспоминает нашу первую встречу?
Мама с Кристофером как-то завалились к нам домой, пока мы с Себастьяном смотрели бейсбол. Словами не передать, как я была рада, когда появился предлог, чтобы оторваться от просмотра тупой игры. Пока парни завороженно следили за бегающими спортсменами, я пыталась понять, не подводит ли меня зрение.
Не знаю, каким я представляла Кристофера, ведь после четвертой любви всей маминой жизни я даже не просила знакомить нас. Никто же не думал, что этот крепкий орешек продержится так долго. Не знаю, что мама в нём нашла, или что ещё важнее — чем заинтересовала самого Кристофера. Более спокойного человека я не встречала за всю свою жизнь. К тому же, никогда бы не подумала, что мама остепенится именно с таким типом темперамента. Ведь папа тоже спокойный. Грабли? Возможно. Время покажет.
— Ты тоже вспомнила, как дрожал его голос, когда Кристофер извинялся, что не познакомился с тобой до этого?
Себастьян испускает смешок. Его волосы, как обычно, сверкают, словно золотые нити.
— Или как подавился, когда ты спросил, какие у него планы относительно мамы?
Теперь мы смеемся вместе. Бедный Кристофер чуть не получил удар, когда Себастьян спросил о его намерениях. Конечно, это была шутка. Однако, смеялись все кроме бедняги.
— Что сказать, Сьюзан теперь тоже моя семья. Я волнуюсь. — Себастьян пожимает плечами и кивает на машину.
Верно, ведь до того, как я нашла письмо, мы собирались на пробежку. Даже после заявления, что утром я иду к дантисту, Себастьян вежливо отложил тренировку на обед. Говнюк. Несмотря на то, что почка больше не отказывала, я всё равно не прониклась особой любовью к спорту. Тем более к бегу. Сажусь в автомобиль, где повсюду витает запах его одеколона. Так точно пахнет рай. Как минимум мой.
— У меня есть кое-что интересное.
Себастьян заговорщицки улыбается и достает что-то из бардачка.
— Джексон прислал мне её две недели назад, но я решил потерпеть. С этого дня прошло ровно два месяца.
Себастьян протягивает мне квадратную белоснежную рамку. Внутри находится фото. Наше совместное фото с первой встречи.
— Откуда? — удивляюсь, всматриваясь в выражения наших лиц. Губы растягиваются в улыбке.
— Удивлён, что не существует видео с той вечеринки. Мы тогда дали жару. Публика была в восторге. Кто-то из друзей Джексона хотел запечатлеть этот душевный момент.
— Ха-ха.
На фото мы стоим друг напротив друга. Себастьян вызывающе улыбается, и что самое интересное — я тоже. Удивительно, что этот посторонний зритель успел поймать момент до попытки убить друг друга взглядом. Дарлин мнется за моей спиной, поглядывая на свои босоножки. Парни рядом с Себастьяном весело переглядываются. Здесь даже есть кусочек лица Джексона.
— Кажется, в этот момент ты говорила о том, как тебе противно дышать одним воздухом с такой свиньёй, как я, — напоминает Себастьян, склоняясь ко мне.
— Тогда ты ещё был подонком. Свинья слишком мягко. Противно дышать одним воздухом с таким подонком, как ты.
— Ах да, искренне прошу прощения.
Себастьян прижимается щекой к моему виску. Чувствую, как волосы колышутся под его дыханием.
— Знаешь, о чём я подумала в тот момент?
Себастьян вопросительно мычит, выводя круги на моём бедре.
— Выгляжу ли я хоть близко так сексуально, как ты, когда злишься.
Вспоминать об этом сейчас на самом деле смешно.
— Руби, ты выглядишь сексуально всегда, — бормочет Себастьян, ведя пальцем к коленке. — Но не спорю, когда ты злилась на меня, он вставал быстрее, чем я понимал за что.
— Или ты прекратишь вытворять все эти штуки своим голосом, или мы вернёмся ко мне и забудем о пробежке, — повернув голову, шепчу ему в губы.
Я уже чувствую, как от малюсенького прикосновения его пальцев к ноге в животе разливается жар. О какой пробежке может идти речь? Первое время наших встречаний я думала, что чем чаще будет секс, тем больше привыкну, и он станет делом обыденным. Как же, чёрт возьми, я ошибалась. Себастьян улыбается у моего уха и начинает отдаляться. Ну вот, опять.
— Никаких увиливаний от... Руби. — Его голос превращается в гортанное рычание, когда моя рука опускается на его член. Давай, дружок, раз уж твой хозяин желает побегать, ты должен помочь переубедить его.
Себастьян прикрывает глаза и тихо стонет.
— Удар ниже пояса, милая. Ты об этом пожалеешь, — втянув воздух, говорит он. На шее парня пульсирует вена. — Вылезай из машины, Руби.
От его властного голоса по коже бегут мурашки. Не мешкая, вылезаю из машины, оставляя на сидении фото и конверт. Я реально стала зависимой. Когда подхожу ближе, Себастьян хватает меня за руку и тянет к дому.
Пока трясущимися руками пытаюсь открыть дверь, парень начинает провоцировать меня мелкими поцелуями в шею. Каждую клеточку пронзает электричеством.
Когда мы наконец оказываемся в квартире, Себастьян пригвозжает меня к стене. Раздвинув ноги коленом, он прижимает свои бедра к моим. Прикрываю глаза, утопая в предвкушении. Его пальцы скользят по моей груди, вниз к краю старенькой футболки, которую использую для пробежек.
— Ты мелкая негодница, Руби, — шепчет он в мои губы.
По позвоночнику пробегает дрожь. Кто меня такой сделал?
— Тебе это нравится.
Или мне кажется, или мой голос и правда похож на мурчание кошки.
— Чёрт, ещё бы!
Себастьян целует меня, заставляя забыть, как дышать. Обнимаю ладонями его точеное лицо, поднимаясь на носочки, чтобы дотянуться. А ведь если бы не Дарлин и мой острый язык, такого бы могло не случиться. Мы могли бы даже не встретиться, не заговорить друг с другом, он бы продолжал трахать всех, кто вешался на шею. От одной лишь мысли становится дурно.
— Милая, я безумно рад, что два месяца назад ты бросилась защищать Дарлин.
Неужели он научился читать мои мысли? Киваю, подталкивая Себастьяна к своей комнате.
— А я рада, что ты не отказался сыграть со мной в «Ничего не было».