1 глава
Очередная выброшенная тетрадка всё ближе подталкивает меня к понимаю, что наконец началось лето. Школе пришел конец. И это не тот случай, когда ты просто уходишь на летние каникулы, погружаясь в долгожданную передышку от гула в длинных коридорах. Это тот самый случай, когда школа остаётся позади, а через три месяца начинается следующий этап жизни, именуемый студенчеством.
— Как думаешь, когда начнут приходить ответы из университетов? — спрашивает Холли, уже в сотый раз протирая стекла своих очков.
Подруга примостилась на моей кровати и терпеливо ждет, когда я наконец избавлюсь от остатков учёбы, загромождающих полки. Знаю, что ты бы лучше позагорала, Холли, но дружба она такая. Терпеливая стерва.
— Холли, ты прекрасно знаешь, когда они начнут приходить. Вопрос лишь в том, какие именно. Хотя, давай смотреть правде в глаза, мы с тобой не для того годами точили зубы о гранит науки, чтобы сомневаться в поступлении, — говорю, выгребая последнюю стопку бумаг.
— Давай уж тогда смотреть правде в глаза на все сто процентов. Что-то там грызли вы с Терезой, а Дарлин попыталась лишь в последний год, — откидываясь на подушки, Холли прикрывает ладонью глаза. — К тому же, в ваших с ней досье есть очень привлекательный пункт об учебе по обмену.
Бесконечно люблю, с какой легкостью Холли чувствует себя не просто гостем в моем доме, несмотря на то, что меня самой здесь не было целый год. И с какой легкостью признается в том, что и вправду не раз пренебрегала школой.
— Руби, ты зависла?
— Думаю о том, что могла бы сдавать тебе свою кровать в аренду, раз уж ты её так любишь.
— Ты ведь понимаешь, что в таком случае на нее претендует и Стивен? Какие у нас планы на вечер? — подруга пододвигает очки вверх по своему вздернутому носу и прижимает подбородок к коленям.
Кривлюсь от мысли, чем бы они со Стивеном занимались на моей родной кроватке. Ладно, это была отвратительная идея.
— Хол, мы свободны. Школа закончилась. Я приехала спустя год расставания. Предлагаю отметить это. Только дождемся Терезу, иначе она побьет нас.
Подруга издает веселый смешок, но мы обе знаем, что Тереза и правда обидится, если не подождем. Хотя, скорее, правильнее будет сказать, что она будет в гневе. В своём личном милом виде гнева. По инерции взгляд скользит к туалетному столику у шкафа, где в верхнем левом углу зеркала с фотографии улыбается Тереза. В тот день мы посетили первое и последнее в жизни занятие по серфингу.
— Стивен с нами? — спрашиваю, попутно выкидывая всё собранное в корзину. И откуда только у меня столько макулатуры? Ах точно, благодаря требованиям миссис Перри касательно сверхточных конспектов по биологии обогатился не один канадский магазинчик канцелярии.
— А куда он денется? — усмехается Холли, расправляя пальцами свой длинный хвост. Мне даже не нужно смотреть, дабы увериться, что ее темные ведьмовские волосы теперь покрывают всю мою белоснежную подушку.
Да уж, Стивен как раз из тех парней, которые никуда уже не пропадут. Они с Холли познакомились, когда она перевелась в нашу школу, и парень с того времени боготворит её. Что-то мне подсказывает, что у него есть свой маленький извращенский тайничок в шкафу, полный её фотографий и ещё невесть чего.
— Где наш список планов на лето? — спрашивает Холли, спихивая парочку книг с прикроватной тумбы.
— Стой, Хол, стой! Это не школьное! — кое-как успеваю поймать книги, которые никоим образом не связаны с учёбой, и бросаю грозный взгляд в подругу. — Сейчас список у Дарлин, она сказала, что вспомнила о чем-то серьезном, что мы обязательно должны сделать.
Доверять список Дарлин было плохой идеей. Чувствую, новый пункт будет мне не по душе, ведь этот ангелок с душой дьяволицы не уступает по уровню пакостности даже Терезе. А Тереза хоть и имеет большое сердце — также любит иметь мой бедный мозг.
— Найти тебе парня? — пожимает плечами подруга, оттягивая низ своего алого топа.
— По вашей инициативе — это первый пункт списка, и забыть о нем просто нереально.
Мой голос просто-таки сочится сарказмом, но Холли делает вид, что не замечает. Это вообще самая глупая вещь, которую они могли выкинуть. Как можно поиски парня внести в список дел на лето? Слава Богу, это не тот случай, когда не можешь перейти к следующему пункту, пока не выполнишь предыдущий. Так бы наш список пылился в ящике вечность.
— Эй, это же для твоего благополучия. — Холли хмурится, от чего её зрачки за стёклами очков сужаются в две щелочки. — Сколько же можно быть одной?
— Просто... давай закроем эту тему, ладно?
Спор с Холли — это как отдельная разновидность мазохизма. Она всё равно будет доказывать свою правоту, так что, если тебе не доставляет удовольствие жуткая мигрень, лучше молча согласись. Даже с учётом того, что у тебя были отношения.
Из нас четверых парня Бог послал лишь ей, но издеваются почему-то только надо мной. Хотя, черт возьми, я не серая мышь, которая никогда не целовалась! У нас с Тайлером было много поцелуев, просто наши с ним отношения исчерпали себя до знакомства с Холли. Я же не виновата, что она перевелась в нашу школу за год до выпускного класса. Как раз через месяц после отъезда Тайлера в университет.
В силу желания некоторых особей показать себя и моего собственного к бытию независимой — наша дружба с Дарлин началась лишь с приездом Холли, когда первая наконец поумнела. Из-за того, что её королевский нос чаще всего подметал потолок школьных коридоров, он тоже не имел возможности всунуться в наши с Тайлером отношения. Поэтому чертовки решили, что у меня парня вовсе и не было, а Тереза, с которой мы дружим еще с детства, просто потакает их шалостям в меру своей компанейской натуры.
Пока в голове складывается план того, как сжечь чертов список, телефон Холли начинает орать песню Тейлор Свифт, которая, по-моему, была одним из саундтреков к фильму «Пятьдесят оттенков серого», и на экране высвечивается фото Стивена. Чувствую, как губы сами собой кривятся от количества сопливости в воздухе.
— Алло.
Следующее, что говорит подруга, я уже не слушаю. Это как раз подходящий момент, чтобы закончить уборку без лишней болтовни и её разрушительной помощи.
— Чёрт! Правда? Это же здорово! Думала, её устраивают на следующей неделе. Мы скоро будем. Руби почти закончила расставаться с тетрадями.
Показываю ей язык, чем, как всегда, подтверждаю наличие у неё таланта к профессиональному подтруниванию надо мной. Довольная улыбочка, растянувшаяся на лице подруги, не на шутку пугает меня.
— Даже боюсь спросить, — изрекаю, облокотившись на дверной косяк.
Холли выглядит ни много ни мало, как дьявол среди облачка сахарной ваты. Ее алый топ и короткие черные шорты, дополняемые конским хвостом цвета самой глубокой впадины ада, совершенно не вписываются в цветовую гамму моей комнаты. А именно цвет постельного белья, который можно охарактеризовать лишь словосочетанием «блевотина единорога».
— В городе праздник. В честь начала лета и окончания школы выпускники устраивают ту крутую пляжную вечеринку, которая, по моим сведениям, должна была случиться на следующей неделе. Прямо к вашему с Дарлин приезду! Это точно судьба!
— Конечно, вселенной же нечем себя занять, кроме как подстраивать подростковые пьянки под нас, — смеюсь. — И откуда это у Стивена новые сведения? Стивена, который не любит громкие тусовки. Мы говорим об одном и том же Стивене?
— Очень смешно. — Подруга бросает в меня подушку, и она очень удачно приземляется в метре от меня. — Он любит меня. Большего не нужно. Мы его споим, а потом тебя. Ух, я уже в предвкушении!
Подруга начинает визжать и, ловко спрыгнув с кровати, отпихивает бедную подушку от шкафа.
— Я даже знаю, что можно одеть под такой случай.
Холли со скоростью света начинает перебирать вешалки с одеждой, а я устало падаю в мягкое кресло у двери на балкон. С улицы дует слабый ветерок, от которого я так отвыкла за последний год. Пора бы уже назад привыкнуть к родному климату. Выпить и вправду не помешает. В Канаде нам с Дарлин такое счастье почти не перепадало, да и без Холли с Терезой это было совсем не то. Подруга тем временем что-то ворчит и перемещает взгляд на полки.
— Детка, ты ведь помнишь, что это мой шкаф?
— Естественно! А ещё я помню, что у тебя есть одно миленькое белое платье, которое я мечтала одолжить с того момента, как ты достала его из чемодана неделю назад.
— А если, допустим, я бы хотела надеть его сегодня?
— Именно на такой случай у тебя есть твой любимый топ. — Холли, закатив глаза, вынимает из шкафа мое белое платье и черный топ с пуговками посередине.
Она неисправима. Но права, как всегда. Я в любом случае предпочла бы топ и новые шорты платью. Потому что вопреки мечтам Холли о нашем со Стивеном опьянении, обычно как раз мы с ним тащим домой этих пьянчужек на своих спинах. И после того, как Дарлин прошлым летом стошнило прямо на мое платье, на всевозможные вечеринки я стараюсь одеваться попрактичнее.
— Эй, ты ведь не разучилась творить чудеса своими длинными пальчиками?
Пока Холли многозначительно перекидывает хвост через плечо, давлюсь смехом. Как раз этих двусмысленных шуток мне и не хватало.
— Только если ты не забыла, как превращать это, — обвожу свое лицо, — в конфетку.
Заговорщицкая улыбка расцветает на лице Холли, и она потирает ладони. Как же я по этому соскучилась.
* * *
— Всё это время вы собирались? — Стивен окидывает нас скептическим взглядом и вздыхает.
Приподняв бейсболку, он зачесывает волосы назад, и возвращает её на место.
— Даже не смей выкинуть одну из своих колких шуточек, — грозит ему Холли, расправляя подол платья.
Ничто в этом мире не скроет выражение полное обожания на его лице. Стивен смотрит на Холли, как человек, который пробыл в пустыне неделю, смотрит на стаканчик воды со льдом. Тайничок в шкафу. Сто процентов.
Солнце почти скрылось за краем океана, окрашивая спокойную водную гладь в оранжевые тона, а народ только начинал подтягиваться. Спиртные напитки уже льются рекой, разнося по Пасифик Бич эхо повеселевшего девичьего хохота. Музыка будто бы впиталась в воздух. Чем больше становится народу — тем громче звучат басы.
— Тереза еще не перезвонила? — спрашивает Холли, прижимаясь к своему парню. Стивен, как обычно, пальцем выводит круги на ее талии. Интересно, это специально или уже рефлекторно?
— Прислала коротенькое сообщение, в котором умудрилась выговорить меня за то, что я позвонила во время репетиции, и сказала, что будет через минут пятнадцать.
Холли кивает и чмокает Стивена в щеку. Всё же насколько человека меняет внешний вид. Всего-то понадобилось одно белое платье с рюшами и две французские косы, чтобы дьявол из копытного стал крылатым.
— Надеюсь, сегодняшний вечер...
— Эй, ты что удумала?!
Холли замолкает на полуслове, оглядываясь на источник шума. Как и все, кто стоит рядом. Около пункта раздачи алкоголя, прижавшегося к скользким скалам, толпится группа парней и, чёрт, почему я не удивлена, там же стоит и Дарлин. Мелкая заноза в заднице.
— Я же извинилась! Говорю, случайно получилось!
— О нет, нужно спасать её, иначе будет как в прошлом году, — вздыхаю и направляюсь прямо к подруге.
Любит же она находить приключения на свою задницу. Холли за спиной фыркает, понимая, о чем я говорю. Лезть к тем, кто в три раза больше — нездоровое увлечение нашей маленькой королевы.
— Ты облила меня пивом, мелкая шлюшка. Если хотела подкатить, могла бы использовать менее тупой метод!
Вижу, как краснеет лицо Дарлин. Она в гневе, или же смущена, или и то, и другое? Парень, орущий на нее, мне незнаком, но настрой у него откровенно серьезный.
— Как ты меня назвал, ублюдок? — вскипает Дарлин, хватая новый стакан пива. Она реально даже не достаёт до его груди. Какой же у него рост?
— А ты посмотри на себя, тебе же путь прямиком на бульвар Эль-Каджон, — мерзкая ухмылка расползается по его лицу.
Что... что он только что сказал? Отовсюду слышится тихое аханье, все замирают в ожидании ответа. Дрожащий подбородок Дарлин служит последним поводом ускорить шаг.
— Себя-то в зеркале видел? — повышаю голос, приближаясь к ним. Мой вопрос, подобно лезвию, прорезает тишину, а бедная Дарлин вздрагивает, хотя на улице жара +35°. — Мозгов хватает лишь на то, чтобы обвинять девушек в том, чего они не намеревались делать, повышая при этом свою мизерную самооценку?
Становлюсь лицом к группке парней во главе с этим придурком. Скулы как лезвия. Красив. Но идиот. Лицо парня искажает гримаса недовольства. Толпа, собравшаяся вокруг нас, громко гудит. Руки парня сжимаются в кулаки, ухмылка становится ещё более колючей. Почти чувствую, как в его голове крутятся колёсики.
— Милая, можешь стать в очередь, если тебе тоже не терпится получить толику моего внимания.
Парни за его спиной начинают свистеть. Отрезала бы язык за столь медоточивый голос.
— Даже если бы ты был последним парнем на Земле, мне было бы противно дышать одним воздухом с тобой, — отвечаю таким же сладким голосом, но глаза мои метают молнии.
Толпа снова улюлюкает, а Дарлин предостерегающе тянет меня назад. По виду парня становится понятно, что я чересчур сильно пнула его эго. Он резким движением впритык приближается ко мне, заставляя почувствовать себя ничтожно маленькой. Мои метр семьдесят один становятся ничем. Глаза ледяного, самого светлого оттенка голубого, смотрят свысока. На точеной челюсти дёргается мускул. Интересно, я выгляжу так же завораживающе, когда злюсь?
— Ты...
Замечаю, как дергается его рука, но не сдвигаюсь с места. Чёрт! Да я ещё и приблизилась бы, если бы была чуточку храбрее. Парень, что ты творишь? Ещё сантиметр и прощай репутация. Слухи распространяются быстрее, чем огонь по лесу.
— Себастьян, они того не стоят, брось. — Один из парней, толпящихся позади, дёргает его за плечо. Ох, вот этого я знаю. Он выпустился из нашей школы два года назад.
Не стоят чего? Удара? Это что, шутка?
— Себастьян, — показательно пробую на вкус имя, не прерывая с ним зрительного контакта, — имя такое же самовлюбленное, как и владелец. Судьба уже наказала тебя.
Схватив Дарлин за руку, тяну назад. Отовсюду слышатся возмущённые крики, мол им не хватило того, что я и так чуть не получила по голове.
— Еще миг и он бы ударил тебя, Руби, ты просто героиня, — шепчет Дарлин, приподнимая свою майку без бретелей.
Она сегодня и вправду одета чуть более вызывающе, чем обычно, но это не повод обзывать её шлюхой. Еще и шлюхой с бульвара Эль-Каджон! Тем более на пляжной вечеринке. Кто он вообще такой? Турист точно бы так себя не повел.
— Зачем ты там вертелась? Он же ненормальный! Следующий раз, подходя к таким, прикрывай свои прелести, они их точно не достойны.
Холли и Стивен встречают нас тихими аплодисментами.
— Ты поставила этого гада на место, — подмигивает Стивен, протягивая мне стаканчик. В нем явно не пиво. Делаю глоток. Определенно коктейль какого-нибудь подающего надежды бармена из средней школы. На кончике языка расцветает сладковатый привкус рома.
— Вижу его в первый раз и надеюсь, что в последний. Я извинилась около десяти раз. Кто-то подбил мою руку, и стакан с пивом полетел прямо в его самодовольную физиономию. Но знаете что, я даже довольна, что так вышло...
— Как вышло? Все такие взволнованные, что-то случилось?
Чувствую, как вокруг шеи обвивается что-то мягкое, после чего вижу широкую улыбку Терезы. Подруга подмигивает и дает Холли с Дарлин ожерелья из цветов, подобные тому, что уже украшает мою и её шеи. И где она умудрилась их достать? Залпом допиваю содержимое стаканчика, чувствуя, как веселье вступает в реакцию с моей кровью.
— Ничего такого, о чем ты не узнаешь до конца ночи, — улыбаюсь. — Пойдёмте лучше танцевать, или будем так весь вечер стоять?
Тяну Терезу за собой к толпе, утопающей в оркестре басов. Наконец-то мы снова дома.