Эпилог.
Кристиан успел вовремя. Неужели он действительно ангел-хранитель.. Николас метил мне в грудь. Он сумел вынуть оружие из-за пояса, лежа в луже собственной крови, и прицелился.
Кристиан выстрелила в него второй раз, чтобы остановить. Первый выстрел серьезно ранил Николаса, второй - убил.
После происшествия нас обоих отвезли в больницу. Тома - в интенсив, меня - в отделение гинекологии. У него было ранение в плечо. У меня - преждевременные схватки, которые врачам чудом удалось остановить. Мы попали в разные госпитали и только через две недели увиделись снова.
Он приехал забрать меня, дожидался в приемной госпиталя. Я плакала, когда шла к нему. Наверно, мы были похожи на людей, которые наконец встречаются после долгой войны или службы в горячих точках. Вцепились друг в друга, долго не могли начать говорить, просто стояли посреди холла, не в состоянии поверить, что все позади, что мы как-то умудрились пройти по долине смерти и уцелеть. Слезы душили меня, текли Тому на рубашку. Он прятал лицо в моих волосах и исступленно гладил мою спину. Суета больничной приемной, чужие голоса и шум — все исчезло. Я слышала только биение его сердца и его голос, который шептал мне, что любит
меня.
— Кажется, тебе нужно выйти замуж за одного очень плохого парня. — Прошептал он.
— Не вопрос. Только если фамилия этого парня начинается на «К» и заканчивается на «АУЛИТЦ».
— О, я знаю одного такого парня. Осталось только дождаться, чтобы он вылечился и смог танцевать с тобой весь вечер, а потом перенести тебя через порог...
— И устроить мне первую брачную ночь, которую я никогда не забуду?
— Само собой, — прошептал он. — Первую брачную, вторую брачную, третью – столько, сколько сама пожелаешь.
Я засмеялась, сжимая его руку. — Ну, тогда надеюсь, что у нас будет кровать, хотя бы размеры кинг-сайз.
— Я использую все свои связи, чтобы добыть нам такое, — усмехнулся он, прижимаясь губами к моим губам.
***
Рождение моего сына было радостью. Родители приняли и внука и Тома. Только вот Себас, грозился надрать Тому зад, если тот снова меня обидит. Лео был вылитым Томом. С такими же темными волосами и пронзительными карими глазами.
Кристиан стал лучшим другом нашей семьи. Все-таки не каждый день появляется человек, который может переступить себя и убить собственного отца, ради счастья других. В прочем, его счастье крылось в лице Билла, с которым он познакомился на нашей свадьбе.
В тяжелые минуты жизни, когда я пытаюсь переосмыслить все, что случилось, упорядочить свои ошибки, и простить себя за кровь Чарли на моих рука, – любовь Тома возвращает мне покой. Снова и снова она уводит меня из того темного подвала наверх, к свету.
Когда мой сын подрастет, я обязательно расскажу ему о том, что в человеке есть две стороны. Иногда темная сторона побеждает. Но свет других людей не даст нам погибнуть в кромешной тьме.
Три года спустя.
Когда Лео не рядом со мной, мне всегда тревожно. Даже если я знаю, что он с Томом. Кто-то когда-то в шутку сказал, что материнство – это жить в страхе до конца своих дней. По мне, так это вовсе не шутка. Вот уже три года с момента рождения сына я словно живу в состоянии повышенной боевой готовности. Готова по первому его зову совершить любые подвиги.
Я потянулась к телефону уже в третий раз за последний час, просто чтобы узнать у мамы, все ли в порядке. Лео гостил у моих родителей уже третий день. Но Том накрыл мою руку своей.
— Ирен, — сказал он. — С ним все хорошо. Он с бабушкой и дедушкой, готовит печенье и сажает цветы в саду.
— Но вдруг что-то случится...
— Сгоревшая выпечка? Ужасная жаба под кустом фиалок?
Я невольно рассмеялась, и тут телефон завибрировал. Я схватила его и ответила на звонок.
— Мама, папа, у нас будет жить ыба! Пелесть! — Воскликнул Лео с таким энтузиазмом, что Том расхохотался.
— Вы с ума сошли, — выдохнула я.
— Да, мы знаем, — ответил мой отец. — Твоя мама уже все уши нам прожужжала!
— Мы очень рады, милый, — ответил Том. — Нам ужасно тебя не хватает!
— Рыбу потом вернете мне, я выпущу ее в пруд! — Раздался голос моей мамы, которая что-то делала на кухне.
— Вот видишь, рыба, грязные штаны.. все идет как надо. — Сказал Том, когда закончил звонок. — Иди ко мне. Расслабься. С ним все будет хорошо. По крайней мере, пока он не начнет есть этих рыб. Но он же хороший мальчик. Пелесть одним словом!
Я расхохоталась. Том обнял меня, взял за руку и увлек на террасу нашего дома, где нас уже поджидали ужин, свечи и потрясающий вид на закатное море.
Том помог мне за столом и протянул мне бокал. Нам было что отпраздновать.
Мама прислала нам фотографию змеи, с подписью «Рыбки отменяются! У Лео теперь новый фаворит.».
— Выглядит опасно, но в душе ангел, — повторил он, почесывая подбородок. - Кого же мне это напоминает?
Уж не моя ли это обворожительная жена Ирен Каулитц?
—Все как раз наоборот. Я выгляжу как ангел, но в душе опасна, — проворчала я и приложила две клубнички к голове уголками верх, изображая демонические рожки.
— Твой образ на сто процентов, — сказал он. — Не хватает копытец и красной кожи.
— Подожди, скоро я снова смогу носить обувь на шпильке. Что касается кожи, есть множество приятных способов сделать ее красной, — прошептала я ему в ответ. — Порка, шлепки, горячий воск..
— Ирен, замолчи, — простонал он.
— Я бы замолчала, если бы мой рот был занят, — снова шепнула я.
Каулитц сжал мое бедро под столом, умоляя меня прекратить. Я взяла его ладонь, передвинула ее чуть выше и рассмеялась, глядя на выражение его лица, когда он понял, что у меня под платьем нет нижнего белья.
— Ты ходишь по тонкому льду, дорогая, - предупредил меня он. — Сейчас у меня связаны руки, но у меня хорошая память, которая никогда меня не подводила. Наступит день, и ты очень дорого заплатишь за свое безрассудное поведение. Очень.
Я хохотала и никак не могла остановиться. Учитывая мое теперешнее положение, мой врач решил перестраховаться и прописал нам воздержание. Поэтому мы с Томом сейчас понемногу сходим с ума. Постоянно таращимся друг на друга и заводимся с пол-оборота от одних только слов. Но чего только не сделаешь ради благополучия ребенка. До рождения нашей дочери, осталось еще несколько месяцев, и нам нужно как-нибудь продержаться.
The end.