Part 14.
Теплый и яркий солнечный свет грел мое лицо. Ноздри щекотал соленый и освежающий морской аромат. Вокруг были слышны голоса. От детского плача, до голоса пожилых людей.
Беззаботные выходные на море в кругу своей семьи и даже четвероногая старушки Моти, породы Папильон, которая с огромным трудом перебирала свои лапы, но с таким желанием бежала за летящей тарелкой, чтобы поймать её и принести обратно моему отцу, было одним из самого лучшего, что со мной могло произойти.
— Ирен! — Раздался знакомый голос, который заставил меня повернуть голову влево и улыбнуться.
Моя любимая старшая сестра бежала ко мне. Сколько бы ссор у нас не было, как бы мы не дрались за любимый шоколадный пудинг, мы всегда будем верны друг другу.
Я встала с шезлонга, делая несколько шагов к ней и вытягивая руки для объятий. — Жаклин, — Выдохнув, крепко обняла сестру.
— Дорогая, ты так выросла! — Сестра одарила меня той самой заразительной и яркой улыбкой.
Жаклин.. Как же ей подходит это имя. Нежное, прямо как распустившийся пион в пудровом цвете.
После того, как я уехала учиться в Берлин, мы не виделись, а по её рассказам, она уехала в путешествие со своим женихом. Жаклин обещала привезти мне что-нибудь интересное и рассказать столько историй, что нам и всей жизни не хватит на них.
— Я так скучала, — Прошептала я, разглядывая сестру. — Мне столько нужно тебе рассказать.
— Мне тоже!
Я услышала столько историй, что у меня вскипел мозг. Жаклин показывала мне фотографии из путешествия со своим женихом. Вот она со змеей на руках, а уже на следующей, Себастьян – жених Жаклин, сидит верхом на слоне! Фотография, где она на каком-то фестивале в Бразилии и следующая, где они целуются под водопадом.. Так романтично, так идеально.
Мне сразу же вспомнился Том. Его карие глаза, которые смотрели прямо в душу, его теплые руки, которыми он прикасался ко мне и его губы. Всегда с привкусом табака, но одновременно сладкие.
Мечтать не вредно. Его нет, по крайней мере здесь, но так хотелось, чтобы был.
Жаклин ушла к родителям, а я побрела по пляжу, раздумывая обо всем на свете.
Здесь не хватало только бабушки. Она бы вечно шутила над моим отцом и души бы не чаяла в Себастьяне, называя его своим внуком и кладя ему самый лакомый кусочек. Вот бы увидеть её снова, хотя бы на часик. Нет, хотя бы на минуточку!
— Бойся своих желаний, милая.
Я посмотрела вперед с широко раскрытыми глазами и открытым ртом.
Живая. Но как?
— Что ты так смотришь, как блоха на упитанного пса? — Пробурчала бабушка.
— Бабушка, ты.. но как? — Спросила я, закрывая рот рукой.
Она захихикала. — Она самая. — Сказав это, женщина гордо подняла подбородок. — А я вижу, что зернышко пустило свои плоды в почву.
— О чем ты?
Бабушка прищурилась и по её лицу поползла загадочная улыбка.
— Бабушка? Что ты имеешь ввиду? Я не понимаю.
— Мне нравится имя Леонардо. Всегда мечтала назвать сына так. — Ответила та, будто игнорируя мои слова. — Лео.. такое красивое имя.
Мое тело пронзила боль. Как будто куча маленьких осколков вонзались в кожу, оставляя после себя жгучий след.
— Проснулась? — Раздался до боли знакомый голос. — Ты выглядела так жалко. Звала во сне какую-то бабулю.
Я открыла глаза. Передо мной стояла Несса. Вернее, Ванесса. Вся расфуфыренная, как дешевая кукла барби в розовом платье и на каблуках. Мне хотелось влепить ей пощечину, но не тут то было. Дернув руку, я услышала звон металла.
Наручники.
Эта ненормальная сука приковала меня наручниками к батарее, облила ледяной водой, а теперь обращается со мной как с животными. Хотя, для неё я и есть животное.
Ванесса ехидно захихикала. — Не переживай, дорогая, — прошептала она, проводя пальцем по моей скуле. — Расслабиться тебе не удастся. Поза не очень удобная, поверь.
— Ты!.. — Я замялась. Язык не поворачивался, как будто я забыла все слова. — Том убьет тебя и Микеля! Размажет вас, как комара по ноге! Растопчет, как.. Как..
— Как кого?! — Отчиканила Ванесса. — Том спасет! Том защитит! Открой глаза, дорогуша. Ты не нужна ему. Иначе, была бы ты здесь, если бы он тобой дорожил?
— Это ложь! — Я дернула руками снова, желая ударить её, но наручники причиняли больше боль, впиваясь в мои запястья. — Он придет за мной и тогда... Тогда вам всем не жить! Тебе, Микелю и.. Тому, кто похитил меня!
Пару секунд молчания, а затем, тишину комнаты разрезала звонкая пощечина. Моя голова повернулась в сторону. Слезы укололи глаза, но я отказалась показывать свою слабость.
— Следи за своим языком, Ирен. — Прорычала девушка. — Ты не ровня ему. Ему нужна та, которая будет из его круга.
— Такая как ты? — Плюнула я. — Ты упустила свой шанс. Остается только сопли на кулак наматывать.
Резко и совсем неожиданно, Ванесса схватила меня за волосы, натягивая их так, что мне пришлось поднять голову и встретиться с её взглядом.
— Ты не в том положении, чтобы так со мной говорить, — Резко дернув мои волосы еще раз, она наконец-то их отпустила и пошла к выходу из комнаты. — Подумай над своим поведением.
Комната погрузилась во тьму. Мне оставалось только прислушиваться к звукам, которые раздавались из дальних уголков дома. Черт, я даже не знала, в какой части города находилась. Куда бежать, если я смогу выбраться от сюда?
Все, что мне осталось – это молиться. Молиться. И еще раз молиться. Вдруг найдется тот, кто проявит милосердие.
***
— Микель, вот что мы будем с ней делать?! — Воскликнула Ванесса, скрестив руки на груди. — Она ведь права. Том убьет нас! А я не хочу умирать. Хочется еще вдоволь натрахаться и выпить Пина колады.
— Я согласен с Ванессой. Эта девчонка непредсказуема, что тут говорить о Каулетце старшем? — Возмущался высокий кареглазый парень. — Что ты предлагаешь делать? Отрезать ей ухо, завернуть в бархатную коробочку, повязав на неё белый бант из атласа и отправить ему с подписью «Следующее будет её сердце»?
Микель вздохнул, проводя руками по лицу. — Не давите на меня! Это была не только моя идея. — Он взглянул на кареглазого парня. — Чарли, ты же из семейства Адлер! Чего ты так боишься? Твой папаша защитит тебя ценой собственной жизни, ты ведь не твой придурошный братец Кристиан.
— Не впутывай моего отца сюда! — Зарычал Чарли. — Каулитц обвел его вокруг пальца, как щенка, оставшись с деньгами, так еще и с пятью килограммами травы. Старина Николас уже не тот, кто должен возглавлять клан.
— Это все, конечно, трогательно, но, что мы в итоге будем делать с девчонкой? — Спросила блондинка, встревая в разговор.
Парни посмотрели на Ванессу.
— Есть едя. — Ответил Чарли, постукивая пальцем по подбородку и ходя из угла в угол.
— Какая? — Ванесса закатила глаза. Ей явно надоели эти глупые разговоры.
— Предлагаю с ней повеселиться. — Ответил кареглазый и по его лицу расползлась ехидная ухмылка.
Мне удалось найти более менее удобную позу, при которой руки на затекали, и я могла хоть как-то поспать.
Яркий свет наполнил комнату, заставив меня прищуриться, чтобы разглядеть тех, кто пришел ко мне.
Увидев Микель, я вжалась сильнее в стену, а в свою очередь, он издал удивленный свист.
— Ну привет, красотка, — Сказал тот, подходя ближе и присаживаясь на корточки. — Кто тебя так разукрасил?
Мозолистый палец моего бывшего обвел красный след на щеке, который оставила мне Ванесса.
— Ну что ты.. — Пробормотал незнакомый мне баритон или я его где-то уже слышала? — На улице ты была более разговорчивой, а сейчас дрожишь, как осиновый лист.
Я подняла взгляд вверх. Передо мной стоял высокий кареглазый парень с темно-русыми волосами. Неужели это был тот парень, который приставил мне нож к ребрам и грозился пустить кровь?
— Довольно милостей! — Воскликнула Ванесса, схватив маркер со стола.
Микель выхватил маркер у девушки и раскрасил мое лицо, написав что-то прямо на лбу. Ванесса состригла мои длинные роскошные волосы, чтобы «лишить ведьму силы»; она сказала, что мой хеллоуинский костюм недостаточно оригинален и предложила мне костюм «горящей ведьмы». Схватив зажигалку, она несколько раз поднесла ее к моему костюму, прожигая ткань и обжигая кожу.
Закончив свои дела, она схватила меня за лицо и повернула к камере телефона.
— Передай привет Тому! — Сказав это, мои глаза ослепило несколько вспышек.
Потом они ушли. Ванесса махнула мне рукой на прощанье. Ее ногти были накрашены нежно-розовым лаком, и это показалось мне странно сюрреалистичным. Разве у жестокости могут быть такие тонкие пальцы и такой нежный лак на ногтях?
В этот момент мне хотелось только одного: взять пистолет и застрелиться. У них по-любому он есть! А кто этот парень, который похитил меня? Что будет с этими унизительными фотографиями? Как быстро мне помогут спастись?
Время покажет.