стих 3.
вечер приходит тихо и как-то сразу.
мне вдруг стало скучно от этих мыслей.
можешь прийти?
я хочу веселиться.
а, может, повеситься.
будь смелей!
ты вновь лижешь яд с моих
горьких пальцев.
ты спросишь: миндаль?
я отвечу, с улыбкой: лишь цианид.
и снова смеяться возможности
умереть.
без крика, но с радостью,
с кровью (улыбок),
чтоб всеми венами ею запеть!
(да, нам бы только найти бы выход.)
ведь жить стало страшно,
а умирать -- приелось;
истрепано,
как тот голос, что шепчет тебе:
"no surprises" --
и снова забиться, иссохнуться
в панике чувств.
(я, правда,
(клянусь!)
не планировал
взрастить твою смерть,
как кактус на подоконнике
белого пластика.)
я снова плачу. а, может, плачу
за грехи,
ты -- рада лишь чувству (боли).
мы снова в Стокгольм
(говорят, синдром).
он дарит радость?
ты скажешь: да.
я рад, что ты рада. эта боль --
лишь признак жизни.
(бьется в тебе?)
ты плачешь улыбками.
скажешь: любовь,
растрескаешь пальцы.
"но слишком умер."
(и снова
тот сладкий запах: мимозы. в саду --
я рвал их. с корнем.)
ты вновь лижешь яд с моих верных пальцев.
и вновь -- лишь улыбка --
и к новой смерти.