Мое сокровище
Купюры, монеты, чеки, золото, платина, серебро, бриллианты, изумруды, раритетные предметы, затерянная старинная посуда, несметные богатства - ни это ли все - сокровища, за которыми столько лет охотится весь человеческий род в течение тысячелетий?
Материальный мир такой хрупкий. Монеты твердые, но маленькие, при этом в то же время подвержены коррозии, как и все металлы.
Драгоценные камни со временем тускнеют, теряют свой блеск, цвет, а вместе с ними и цену, ведь все имеет свою цену.
С чеками ещё сложнее, бумага сама по себе не слишком надежная, особенно если речь идёт о бумаге, производимой в далёком прошлом. Пройдет сто лет, и текст станет нечитабельный, но гораздо раньше бумага может просто-напросто рассыпаться или наоборот намокнуть. Тогда это станет не более чем мусором.
С электронными проще, однако, информация на электронных носителях все же не так надёжна. Её можно стереть, удалить, будто её никогда и не существовало. Она теряется во всемирной паутине. Меняет свое содержание, меняется до неузнаваемости. Так ли она однозначна на самом деле?
Ценность редких предметов же измеряется их возрастом. Чем старее предмет, тем он более редкий, соответственно ценится выше более новых. Но опять же, есть вероятность того, что он сломается и полностью потеряет свою цену. А может и нет, как повезет и что это будет за предмет.
Так ли ценны эти "сокровища" на самом деле? Полагаю, что ответом будет "нет". Тогда чем же на самом деле является "настоящее сокровище"?
Быть может - это научные открытия? Со временем они, конечно, заменяются все более новыми и актуальными. В любом случае, они остаются в истории. Если её не перепишут. Не перепишут ли? Сомневаюсь.
Может ли что-то по-настоящему цениться в мире, где нет ничего вечного? Где сам мир не вечен. Ничто не вечно.
Наверное, для каждого сокровищем может стать то, чем он на самом деле дорожит. То, что имеет цену только для него, а может и кого-то ещё.
В очередной раз я прихожу к тому, что существование по своей сути не имеет смысла, как и любое сокровище имеет только условную цену, не более.
— «Как же утомительно прописывать персонажа, у которого мировоззрение каждый раз возвращается к бытию. Тяжело философам, те ещё пессимисты» — услышав звон старого будильника, Дэв отложил полуживой ноутбук в сторону.
Буквы на клавиатуре ноутбука почти полностью стёрлись, он толком не закрывался, а экран полнился битыми пикселями.
— «Почему бы не насладиться этой короткой жизнью, вместо того, чтобы драматизировать и искать во всем смысл? Ведь всегда есть те, кому хуже». — Он оглядел свою коморку. Подвальное помещение провоняло сыростью и запахом приправ для лапши быстрого приготовления.
Единственный источник света - маленькое окно, которое не открывалось, простая рама со стеклом. Пожелтевший матрас без постельного белья и даже подушки, ободранный плед. В углу стояли какие-то засохшие растения, а вокруг горшков такие же засохшие листья. Спертый воздух, густой слой пыли.
— «Да...для меня этот персонаж - загадка. Жаль, что по сюжету он так и не находит свое сокровище. Так и умирает, не видя ни в чем смысла. Жестоко со стороны автора, но что поделать, нужна же "драма". Возможно, он писал персонажа с себя...хотя, это в любом случае не мое дело».
Дэв взял помятую бумажку. Пока он рассматривал бумажку, то и дело улыбался. Положив её на место, он вздохнул.
— «Интересно, как она там? Надеюсь, что она в полном порядке. Этот человек - настоящая редкость. Не встречал никого сильнее духом, быть настолько невероятным человеком в таких обстоятельствах...не каждому такое под силу. Улыбаться, когда больно, поддерживать, когда самой нужна поддержка. Жаль, что персонаж вымышленный и живёт в вымышленном мире. Если бы он увидел Габи, то согласился бы со мной. Ведь Габи - настоящее сокровище», — противный звон вырвал Дэва из мыслей. Он выключил будильник, — «Перерыв окончен, время приниматься за работу. Снова персонаж, который не сможет увидеть ценности жизни, снова автор, который не видя её, прописал персонажа, который так и умрет без смысла. И я, существующий в этой конуре, пытающийся выжить в мире, где найдя однажды смысл, потерял его. Надеюсь, что мы сможем встретиться до того...как я...работать. Нужно работать».