драббл чисто
Под вечер в общежитии становилось слишком шумно. В это время на месте уже были все студенты. Некоторые устраивали громкие гулянки в своих комнатах, орали так, что было слышно даже на улице. Другие перекрывали орущих колонками с безумно громкой музыкой. Были ещё и те, кто сбегал от всего беспорядка куда подальше. Пускай на утро будет плохо всем. Живут один раз.
Феликс редко находился тут. Особенно вечером. Как только все приходили Ли наоборот уходил. В пустой комнате парня накрывала тревога. Любые шорохи за дверью заставляли вздрагивать. Феликс не любит говорить один на один с человеком, не говоря уже о группах. Да, со школы прошло… Три года точно, но воспоминания глубоко осели. За эти годы Ли стал больше взаимодействовать с людьми, не боится высказывать своё мнение, но один на один это было тяжело. С ним должен быть он, чтобы Феликс был уверен: один человек в комнате точно его не бросит из-за ошибки. Однако частые заезды мешают спокойно проводить вечер в общаге. Поэтому также часто Ли уходит оттуда. Парень сваливает куда угодно, в места где его никто не знает.
Но бывают моменты, такие как сейчас, когда Феликс остаётся в комнате, и это уже его музыка играет в мощных колонках на весь этаж. Учась на программиста, Ли был заинтересован в сборке собственного компьютера. Покупной одно, а свой совершенно другое. Задача для него не сложная, а вот деньги… В начале этого года Феликс уже мог заниматься закупкой частей. Создание сайтов на заказы приносит достаточный для этого заработок. И вот, сейчас довольно их собирает. Многим затея кажется муторной, а Ли это расслабляет. Даже просто интересно во время процесса сборки осознавать зачем, для чего эта деталь, смотреть, что из этого выходит. Нет такого мерзкого ощущения «надо». Лишь наслаждение от хода работы, с привкусом приятных результатов.
Феликс внимательно рассматривал процессор «AMD Ryzen 7 5700 G». Конечно, лучше было бы купить «Intel», но тогда покупку некоторых деталей пришлось бы отложить до следующего заработка. Всё-таки заказы не так часто бывают. Парень подобрал более приближённую версию AMD, чтобы не замечать разницы. Процессор уже был установлен, но Ли продолжал сомневаться в своём выборе. Глубоко вздохнув, он взялся за материнскую плату, вслушиваясь в новую песню из его плейлиста.
— What do you want? Don't you really wanna feel alive? — вполголоса подпевал Феликс, выкручивая винты.
Он услышал эту песню в его плейлисте. Он не говорил, что нашёл её, что она понравилась ему. Молча скачал и, как больной, слушает песню на повторе. Ли даже пропустил, как вставил накопитель в разъём, а из-за громкой музыки не заметил шум открывающейся двери.
Вид увлечённого Феликса даже со спины завораживал. Одними губами проговаривая слова, Ли внимательно смотрел в инструкцию материнской платы, дабы не совершать лишних действий. Он не любит несколько раз переделывать работу. Психует, когда не выходит с первого раза. Поэтому такой осторожный. Сосредоточенное личико парня становится просто умилительным, когда он хмурится, вчитываясь в каждое слово. Его мозги явно устали, но он продолжает работать. Не понимает, когда пора сделать перерыв даже для любимого дела.
Феликс вздрогнул, когда на его плечи легли большие руки, медленно притянувшие обратно на спинку кресла. Ли почувствовал тёплое дыхание на своей макушке и лишь прикрыл глаза, когда получил ожидаемый короткий поцелуй в неё. Раздался хриплый смешок, из-за которого в груди появилось знакомое щекочущее чувство. Он отошёл, а большие глаза Феликса по-щенячьи устремились к нему.
Хёнджин сегодня рано. Обычно уличные гонки на байках длятся до глубокой ночи. А тут даже девяти часов нет. Сделав потише колонку, Хван, как мог, мило улыбнулся. Ох уж эти глазки, от которых у него сердце бьётся намного чаще. Они соседи по комнате с первого курса. Хёнджина всегда привлекали тихие и «правильные» люди. Это была особая игра, где Хван обязан был испортить их: вытащить за рамки, показать другой мир. А Феликс как раз был таким типом. Приехал сюда из другой страны, потерянный, испуганный… И сразу попал к Хёнджину. Подарок, не иначе. Ли думал, что спит, когда увидел в комнате парня сошедшего с какой-нибудь манхвы про плохих парней. Отчасти, он был прав, ведь руки Хёнджина с самого начала пытались прибрать парнишку. Феликс ждал подвоха. У Ли не было друзей в школах или на улице. Навыки общения были на нуле, а увлечённый сосед продолжал тащить его по местным паркам, клубам и заброшкам. Трудно было не заметить настороженность Феликса. Ещё труднее было завоевать его доверие. Для Хван Хёнджина нет ничего невозможного. Особенно, если он сам втрескался по самые уши.
— Так увлёкся, что даже меня не заметил. Нехорошо, Ликс, делать из меня парня, который будет ревновать к каким-то механизмам, — наигранным тоном проговорил Хван, положив голову на макушку Ли. В нос сразу ударил приятный и сладкий запах, от которого Хёнджин прикрыл глаза. Вкусно.
— А тебя дождёшься… — язвительно усмехнулся Феликс, не отрываясь от деталей. Пальцы Ли ловко работали над какими-то мелочами, в которых Хван ничего не понимал. Как показалось самому Феликсу, было что-то приятное в окутывающем присутствии человека, от которого у него бабочки в животе. Это давало его работе дополнительный релакс. Интересное чувство… Поглощённый им полностью, Ли продолжил. — Заезды, какие-то потасовки, празднования… В последнее время, я вижу тебя только с утра или в институте. Вот и не ожидал, что сегодня твоя задница соизволит сойти с мотоцикла раньше. Намного раньше.
Хёнджин хрипло смеётся. Когда Феликс корил его за что-то, Хвану было не свойственно стыдно. Он известен, как человек без совести, но что-то с ним происходит, когда он слышит от Ли упрёки. Феликс заслуживает другого отношения, а не постоянные выходки Хёнджина. Не повезло ему встретиться с ним. Руки Хвана медленно движутся по плечам Ли, слегка сжимая их. Он хмурится. Нет, Феликс идеально подходит лишь ему. С этим моментом приходит и другое чувство. Боже, как же давно они не разделяли таких моментов: они одни в комнате, на фоне музыка и дел никаких нет. Хёнджин тосковал по этому, как пёс. К сожалению, подобные осознания приходят не сразу. Ну, хотя бы не поздно.
— Тебе не кажется, что мы в последнее редко бываем вместе? — задумчиво проговорил Хван, чувствуя, как напрягся Ли в его руках. — Я не говорю, что мы обязаны. Просто… Ты разве не скучаешь?
Феликс замирает и молчит какое-то время. Он просто… Не ожидал? Эмоции Хёнджина всегда были труднопонимаемые, а сейчас даже Ли застали врасплох.
— Скучаю, — вздохнул Феликс, аккуратно снимая очки и прикрывая глаза. — Если честно, у меня есть маленький страх, что я могу тебе наскучить. Я — домосед, не любящий конфликты и шумные вечеринки. Ты — воплощение празднества. Я боялся, если скажу, что мне тебя не хватает в последнее время, ты высмеешь меня…
— Хах, интересный бред тебе в голову пришёл, — голос Хвана звучал даже сердито. Почувствовав, как его руки сжимают плечи, Ли невольно сжал челюсть. Хёнджин злиться. Злиться на то, что в голову Феликса приходят такие мысли. — Возможно, я сам виноват в этом… Но, как бы это эгоистично ни звучало, ты мой, в конце концов. Принадлежишь мне и будешь принадлежать. Я останусь мерзавцем, но лишь твоим, — Хван спускается ниже, утыкаясь носом в шею Ли. Раньше ему крышу сносило сразу, как только он чувствовал на Феликсе собственный запах. Но сейчас, он не пахнет им. Звучит так, будто Хёнджин собака, хотя у него просто свои фетиши на любовь. Прикрыв глаза, Хван начал аккуратно, почти нежно, водить губами по задней стороне шеи Ли. Его дыхание участилось, отчего Хван довольно усмехнулся. — А от таких глупых мыслей, как у тебя, птенчик, нужно избавляться. Я уже пришёл, а ты всё собираешь компьютер. Так не годится. Оправдания по типу страха не подходят. Ты же знаешь, что я хочу тебя, когда вот так прихожу. М?
Put it on Me — Matt Maeson
Феликс прикусил губу. Мысли лихорадочно плавали, когда приходило осознание, что это именно те пухлые губы, которые любит Ли на своей коже. Он поддаётся вперёд, рассчитывая не сойти с ума раньше времени, но руки Хёнджина вновь резко и собственнически притягивают его к себе. «Как мило было убрать волосы в хвост и так великодушно предоставить мне свою шею», — мысленно усмехается Хван, лизнув её, прежде чем начать жадно посасывать и покусывать кожу в этом месте. У Феликса дыхание сбилось. Все детали от компьютера давно валяются на столе, а сам он нежиться на волнах вновь прибывшего кайфа. Они помнят эти ощущения. Однако, сейчас они ощущаются намного крышесноснее, потому что их давно не было. Феликс и Хёнджин изголодались друг по другу.
Одна из рук Хвана потянулась к вниз, медленно, дразня. Как только она накрыла пах Ли, тот выгнул спину. С его губ хотел сорваться смущённый стон, который сразу перехватил Хёнджин. Губы Хвана нуждающе прижались к губам Феликса. Время на нежности давно прошло. Сейчас он целует его требовательно, грубо покусывая нижнюю губу, облизывая ноющее место укуса, а затем быстро и юрко ныряя своим языком между слегка приоткрытого рта Ли. Феликс даже ради приличия не стал стесняться. Зарывшись рукой в волосы Хвана, он лишь притянул его ближе, углубляя поцелуй.
Бёдра Ли непроизвольно поддались навстречу руке парня. Ухмыльнувшись, пальцы Хёнджина, слегка надавливая, водили по контуру уже заметной выпуклости в штанах Ли. Ладонь Хвана полностью легла на неё, начиная двигаться вверх-вниз, прерываясь на дразнящее покруживание по всей области паха. Феликс стонет прямо в его губы, широко распахивая глаза. Ох, как ему голову вскружило. Отпрянув от него, Хёнджин кладёт голову на плечо Ли. Облизнув губы, он смотрит на уже возбуждённый член парня.
— Тц-тц-тц, сколько времени прошло, а тебя до сих пор так просто возбудить, — рука Хвана поднимается выше, теребя резинку штанов Феликса. Хёнджин слегка повернул голову, чтобы прошептать прямо на ухо Ли. — Желаешь почувствовать мои руки поближе?
Ли закатывает глаза:
— Хёнджин, ты либо решайся, либо я с ума сойду, — отчаянно простонал он, в ответ услышав лишь смешок.
Следом следовало облегчение. Прикрыв глаза, Феликс полностью откинулся на спинку стула, почувствовав, как большая рука наконец-то обхватила его член, приспустив штаны. Хван провёл только два раза по всей длине и уже слышит хриплые стоны Ли, разносящиеся по всей комнате. Вряд ли бы их кто-то услышал сейчас. Феликс никогда не был громким, но звуки, которые он издавал, гипнотизировали Хвана. Не было желания вынудить Ли кричать, нет, Хёнджину нравились такие мелодичные звуки. Снова спустившись к основанию, Хван начал плавно покачивать член Феликса. Руки Ли впились в подлокотники кресла. Такие точные движения оседали в самом сознании, утягивая в вязкую похоть. Чёрт, Хёнджин же знает, что с ним так медленно нельзя. Указательный палец Хвана дразняще скользит по длине вверх, обводит головку и слегка надавливает на неё. Получив хриплый и протяжный стон, Хёнджин уже двумя пальцами начал массировать чувствительную область.
— Ещё, — просит Ли, будто в жаре ёрзая на месте. Хван будто намеренно игнорировал его, продолжая медленно дразнить его твёрдый член. Горячее дыхание прямо в шею. Член Феликса дёргается. Ему сносит крышу. Он перехватывает руку Хёнджина, на что тот удивлённо на него посмотрел. — Я же сказал, либо решайся, либо я с ума сойду. Ты же это прекрасно знаешь.
Хван не успел среагировать. Ли слишком быстро сорвался с места. В их комнате кровати были недалеко, так что Феликсу не составило труда повалить на одну из них Хёнджина. С самодовольной ухмылкой на губах Хван смотрел на него снизу. Он чувствовал напротив своего полувозбуждённого члена твёрдость Ли, пока тот смотрит на него голодными глазами. Хван тянется к нему, заправляя прядь волос за ухо, чтобы лучше видеть своё творение. Он его испортил таким образом и очень этим гордится.
— А может я специально? — нагло прошептал Хёнджин.
Да, Феликс когда-то был очень хорошим мальчиком и до сих пор таким является. Но не в спальне с Хваном. Именно он вывел другую сторону Ли. Когда дразнишь это солнышко слишком долго, оно начинает само тебя жечь. Это был какой-то переключатель на доминанта-Феликса, которого любил видеть Хёнджин. Это бывало редко, в случаях, подобных этому.
Ли закатывает глаза, резко припечатывая руки Хвана у него над головой. Свободная рука Феликса ловко подняла футболку Хёнджина, обнажая его подтянутое тело. Хван ахнул, чувствуя, как нуждающиеся губы скользят по его груди. Внутри всё сжимается, а затем загорается, стоило Ли припасть к одному из его сосков. Спина Хёнджина податливо выгибается. Язык Феликса приловчился с их последнего раза, как и пальцы, которые игрались с другой чувствительной вершинкой. В отличие от Ли, Хван не был тихим. И если бы не музыка, наверняка бы соседи догадались, что опасного гонщика, который буквально убить может, сейчас трахнут. Ли вновь всосал сосок Хёнджина, дразня его своим языком, а затем прикусив, одновременно сжав другой. И вот Хван исполняет уже новую сонату.
Мурлыча от удовлетворения собственной гордости, рука Феликса медленно скользнула вниз, стягивая с Хёнджина штаны. Ли замирает. Всё же… Как так получилось, что такой красивый человек мог обратить внимание на него? Более того, этот Аполлон буквально лежал сейчас под ним. Хван наклонил голову набок, озорно заглядывая в задумчивое лицо Феликса. Усмехнувшись, Хёнджин резко раздвигает свои ноги, с вызовом смотря на Ли. Он не позволит потерять им этот момент. Ли на секунду мешкается, в ответ посмотрев на Хвана, а затем лишь прикрывает глаза, обречённо качая головой. Глубоко в душе он понимал, что Хёнджин просто знает, как активировать в нём нужные программы. Но именно сейчас ему насрать на это.
Феликс навис над Хваном. Их глаза смотрели друг на друга с одинаковым желанием и наслаждением. Ли поддался вперёд, жадно смакуя полные губы Хёнджина. У того сорвался громкий стон. Феликс начал двигать бёдрами прямо напротив него. Их члены тёрлись друг о друга. Хван мог почувствовать каждый выступ прямо там, где он чувствительнее всего. На секунду им обоим показалось, что если бы рот Хёнджина не был занят, то он бы точно перекричал музыку. Ладонь Ли обхватила оба органа, прижимая их плотнее друг к другу. Горячо выдохнув прямо в губы Хвана, Феликс начал медленно толкаться в собственную руку.
— Ох, блядь! — Хёнджин закусил губу. Ли пришлось крепче держать его руки. Тело Хвана окунулось в блаженный кайф. Ему так нравилось, когда в имитированном узком пространстве напротив его члена двигается другой.
— Я помню, какой ты извращенец. Не мог упустить эту возможность, чтобы доказать, — низко проговорил Ли, немного откидываясь назад и прикрывая глаза.
— За это, блядь, я и люблю тебя! — прорычал Хван, приподнимая бёдра.
Феликс двигался в устойчивом темпе: ни быстро, ни медленно. Так, чтобы каждый из них мог в мере насладится друг другом. Ли так хотел, чтобы Хёнджину было приятно. Его стоны, как награда для Ли. Хван уткнулся носом в подушку, закрывая глаза и уже дрожа всем телом от удовольствия. Чувствуя, что он сам больше не выдержит, Феликс ускорил темп, сжимая и разжимая ладонь на их членах. Хриплые и низкие стоны Феликса смешались со звонкими Хёнджина. Тихое чавканье плоти о плоть делало атмосферу в комнате ещё извращённее. Резко поддавшись вперёд, член Ли запульсировал и выстрелил густыми верёвками спермы прямо на торс Хвана. Тот стиснул зубы, наслаждаясь горячими ощущениями жидкости на своей коже. И вот, почувствовав, как член напротив смягчается, Хёнджин резко поддаётся вперёд и переворачивает податливого Феликса на живот, пристраиваясь сзади. Всё-таки ему стоило больших усилий не кончить вместе. Наклонившись к его уху, Хван томно прошептал:
— Что ж, теперь моя очередь доказывать, как я точно помню места, которые испортили моего хорошего мальчика.