20.
Вторая бутылка ягодного соджу оказалась быстро допита, поэтому третья была начата сразу же после. Парни все еще сидели за столом, что-то активно обсуждая и посмеиваясь. Чан подпер рукой заметно потяжелевшую голову, с упоением слушая парня, внимательно наблюдая за его мимикой. Темы для разговора скакали с места на место.
—Ты не думал найти другую работу? —Спрашивает Бин, параллельно разливая соджу из бутылки.
—Я думал, но... —Чан обнял себя за плечи и потупил взгляд в стол. —Мне сложно найти что-то подходящее для меня. Тем более платят там достаточно, чтобы оплачивать учебу.
—Ты сам оплачиваешь обучение? —Бин удивленно смотрит на парня.
—Поэтому мне и нужна была помощь с математикой. Из-за нее меня могли убрать со степендии. —Чан нахмурил брови и отвел взгляд.
—А родители? Они не оплачивают его?
—У меня... —Блондин запнулся и помолчал пару секунд. —Мой отец умер, когда я был ребёнком, а мать пару лет назад, когда я только поступил в университет.
В комнате повисло тяжелое, нарастающее молчание.
—Мне жаль, —Чанбин заметно поник, прокручивая в руках рюмку с прозрачной жидкостью. —Мне не стоило...
—Нет, нет, все нормально, правда. Просто я...
Кончик носа начало неприятно щипать, уголки глаз ощутимо намокли. Парень поджал губы, пытаясь согнать с лица ощущение прожигающего тепла. Бесполезно. Блондин опрокидывает рюмку в себя.
—Я устал. Очень. Иногда мне кажется, что я не умею жить эту жизнь правильно. —Слова сами срываются с дрожащих губ, слезы скатывались по покрасневшим щекам. Блондин прикрывает лицо рукой, прикрывая глупую наивную улыбку. —Я так боюсь, что я могу оказаться не нужным.
Чанбин приоткрыл рот, нахмуренно смотря на парня. Впервые он видит его таким. Он всегда казался чересчур уставшим и закрытым. Парень всегда смотрел на блондина с легкой обеспокоенностью. Чувство, что что-то все таки не так, начало преследовать еще с того дня, когда он принял в студию замерзшего до костей доставщика. Может, именно поэтому он так хотел помочь ему. Хоть чем-то. Сегодня все стало куда яснее.
— Я не могу жить без мысли о том, что мое существование бессмысленно. Что я не смогу достичь большего. —Чан прижал тыльную сторону ладони к щеке, небрежно стирая с нее слезы. —Я боюсь...
В горле теперь застрял неприятным ком, который не хотел отступать. Бин выдохнул.
—Ты знал, что во вселенной около 350 триллионов галактик? —Тихо говорит брюнет, переводя взгляд в окно.
—Нет...
—В каждой из них — 100 миллиардов звезд. Звезды могут образовывать системы, со своими собственными планетами, а могут быть совершенно одинокими. Но даже если они одиноки и у них нет своей системы, это не значит, что они бесполезны. Они продолжают светить и излучать тепло. Они служат ориентирами для людей на ночном небе, они образуют созвездия, благодаря которым складываются легенды. Каждая звезда во вселенной важна по своему. Звезды перемещаются и ищут свои планеты, а после — создают свои системы. —Парень переводит взгляд на заплаканное лицо блондина. —Ты — такая же звездочка, Крис.
Слезы с новой силой полились по щекам. Блондин закрыл лицо руками и заплакал. Это был первый раз, когда он плакал перед кем-то, доверял свои слезы и свои переживания. В голове было слишком громко, чтобы выстроить хоть одно простое предложение. Ком в горле перекрывал дыхание.
Чужие руки подняли парня со стула и заключили в объятьях. Такое уютное тепло разлилось по телу, обжигая и без того горячие щеки. Казалось, что сейчас происходит то, чего не должно происходить. Все это было настолько в новинку, что было неясно, как быть. Чувство столь большой заботы — то, чего так не хватало парню все эти годы одиночества. Чан обнимает парня в ответ, не позволяя этому теплу рассеиваться.
—Почему ты всегда так добр ко мне? —Чан вжимается лицом в плечо парня, обвивая того руками крепче. —Почему ты так заботишься?
"Потому что я люблю тебя."
—Потому что ты дорог мне. Очень дорог. —Бин прижимает парня к себе сильнее.
Во рту ощущается сладкий вкус ягодного чая, сильно действующий на чувства и мысли. Тепло. Очень тепло.
—Какой же я плакса. —Чан смеется сквозь слезы и нехотя отстраняется от парня, потирая горячие щеки.
Чанбин удивленно хлопает глазами. Парень смотрит на улыбающегося блондина, на лице невольно тоже появляется улыбка. В груди что-то приятно закололо от вида ямочек на щеках.
Хочется поцеловать. Очень хочется. Хочется покрыть все это заплаканное лицо поцелуями, чтобы скрыть следы от слез на щеках.
—Уже поздно... —Блондин робко приобнял себя за плечи, потирая руки.
—Ты можешь остаться.
—Тогда... можно мне обнять тебя еще раз? —Чан тихо проговаривает, цепляясь взглядом за лицо парня, расплывшееся в теплой улыбке.
—Можешь не спрашивать.—Чанбин расставляет руки, блондин тут же отвечает, кладя голову ему на плечо, вжимаясь носом в шею, и прикрывает глаза. Брюнет прижимается щекой к чужой и устало вздыхает.
То ли это алкоголь подействовал, то ли блондин совсем забылся в своих чувствах. В голове было совершенно пусто. Но было так тепло. Эти объятия утоляли вечный тактильный голод, было так приятно чувствовать тепло чужого тела, приятно прижимать его к себе, приятно ощущать чужое дыхание на своем затылке. Чан закрыл усталые глаза, расположившись у парня на плече, словно на мягкой подушке.
—Ты всегда такой милый°. —Блондин сонно бубнит в шею Бина, заставляя того дрогнуть. —И красивый. Очень. —Парень прижимается сильнее. После всего, что произошло, ему так хотелось наговорить Бину столько приятных слов, сколько возможно. Но эти приятные слова были больше похожи на бред влюбленного дурака.
Потому что так и было.
Шею обдало теплое дыхание, а затем прошлось волной по остальному телу. Впервые у брюнета так сильно краснеет лицо, в груди от переизбытка чувств скоро что-то надорвется. Еще минута другая, и Чанбин не сдержится и точно поцелует его. Парень смущенно улыбнулся, а затем поднял засыпающего блондина, прижав к себе.
—Ты чего??!—Чан в недоумении хватается за плечи брюнета. В глазах уже начинает рябить от сонливости в сочетании с алкоголем. Парень хмурит брови, пытаясь разглядеть знакомые очертания комнаты, в которую его несут.
—Тебе пора спать. —Бин усаживает парня на свою кровать. Чан попытался встать, но тут же устало упал на мягкую подушку и выдохнул. Чанбин накрыл парня пледом.
Чан поворачивается на бок и прикрывает глаза, сонно бормоча что-то себе под нос.—Ты похож на тучку.—Парень зарывается лицом в подушку и засыпает.
Бин резко останавливается у выхода ненадолго, а затем выходит, тихо закрыв за собой дверь.
Парень садиться на гостинный диван и прикрывает покрасневшее лицо ладонью. Голова, кажется, уже шла кругом. Брюнет выдохнул и упал на спину, прожигая замыленным взглядом белый потолок. Чанбин начал задумываться, что сделал что-то не так. Нужно было все таки поцеловать его. Хотя бы в щеку. Хотя бы слегка. Или поговорить... Но он так смутился, что решил отправить блондина спать, чтобы не натворить лишнего.
Парень поджимает губы и пытается выгнать "хулиганские" мысли из головы, но слова блондина вновь и вновь всплывали в голове.